Наклейки для Темного Лорда

Люциус Малфой сидел в своём кабинете, когда Кривозуб — старый семейный гоблин, который вёл дела рода Малфой уже три поколения — появился на пороге с таким выражением лица, будто увидел призрака. — Мистер Малфой, — сказал Кривозуб, тяжело дыша, — на рынок поступила кожа василиска. Свежая. От живого. Люциус отложил перо. — Что? — Кожа василиска, — повторил Кривозуб, подходя ближе и протягивая пергамент. — Наш информатор в Гринготтсе сообщил, что продавец вышел на Крюкохвата. Образцы проверены. Подлинность подтверждена. Крюкохват — гоблин старой школы, он не ошибётся. Люциус взял пергамент, пробежал глазами цифры и присвистнул. Цена была высокой. Даже для Малфоев. — Кто продавец? — Анонимно, — Кривозуб развёл руками. — Крюкохват не раскрывает. Говорит, что покупателей будет несколько, все будут уведомлены о цене и условиях. — Мы купим, — сказал Люциус, не думая. — Кожа василиска — это не просто артефакт. Это броня, ремни, сумки... столько всего, что не продаётся уже триста лет. Он подписал чек, отдал гоблину и проводил его до двери. А потом сел в кресло и задумался. Продавец — анонимный. Крюкохват — гоблин, который не продаёт что попало кому попало. Последний раз кожа василиска всплывала в Азии, триста лет назад. Свежая кожа значит, что василиск жив. А если василиск жив, значит, кто-то должен был его найти. Люциус вспомнил Поттера. Того самого, который тыкал в Тёмного Лорда локтем. У которого в друзьях ходила молодая версия Тома Реддла. Который был главой древнего рода Певерелл и, судя по слухам, теперь жил в собственном замке на острове посреди океана. Нет, сказал себе Люциус. Это невозможно. Даже для Поттера найти живого василиска — это перебор. Это уже не просто везение, это... это... Он не нашёл слова. Потому что всё странное, что случилось в последний год, было связано с Поттером. И потому что сам Темный Лорд как-то обмолвился, что под Хогвартсом есть живой василиск. Люциус выпил бренди. Потом ещё. Потом позвал жену. — Нарцисса, — сказал он, когда она вошла в кабинет. — Если ты узнаешь, что Поттер приручил василиска и держит его в своём замке, ты не удивишься? — Я вообще перестала удивляться чему-либо, связанному с этим мальчиком, — холодно сказала Нарцисса. — Почему ты спрашиваешь? — Просто предположил, — сказал Люциус. Он не стал рассказывать про кожу. Не сейчас. Сначала нужно было переварить эту мысль. — Я схожу с ума, — сказал он пустоте кабинета. Кривозуб, вернувшийся через час с подтверждением покупки, застал Люциуса сидящим в кресле с пустым бокалом и отсутствующим взглядом. — Мистер Малфой, всё в порядке? — В полном, — сказал Люциус. — Кривозуб, ты веришь в чудеса? — Я верю в гоблинское золото, — осторожно сказал Кривозуб. — Оно никогда не подводит. — Вот и я о том же, — вздохнул Люциус. — А Поттер... Поттер не гоблинское золото. Он... он хуже. Кривозуб решил не уточнять. Ответы на некоторые вопросы лучше не знать даже гоблинам.