Наклейки для Темного Лорда

Гарри и Том танцевали уже второй танец подряд. Кто-то из гостей смотрел на них с любопытством, кто-то — с лёгким недоумением. Двое парней, глава древнего рода и его дальний родственник, кружились в вальсе так естественно, будто делали это всю жизнь. Всё было правильно. Всё было хорошо. А потом он почувствовал взгляд. Не любопытный. Не осуждающий. Не тот, который скользит по залу в поисках знакомых. Этот взгляд был тяжёлым, липким, почти осязаемым — как прикосновение холодных пальцев к затылку. Гарри напрягся, но не подал виду. Том тоже заметил. Они продолжали танцевать, поворачиваясь, меняя позиции, и в процессе осмотрели зал. Нотты. Грингассы. Малфои. Розье. И вот, они увидели его. На них смотрел невысокий темноволосый мужчина лет тридцати пяти. Ничем не примечательный — серый костюм, скромная мантия, никаких украшений. Он стоял у колонны с бокалом шампанского и смотрел. Магия вокруг него была... знакомой. Слишком знакомой. Волдеморт. Гарри и Том переглянулись. Без паники. Без лишних движений. Волдеморт нашёл тело раньше, чем они рассчитывали — но сейчас, судя по всему, он не планировал нападать. Просто смотрел. Разведывал. Волдеморт вселился в тело, которое лежало в больнице Святого Мунго — без сознания, без души. Такое бывает редко, но бывает. Через Малфоя, сам того не зная, он подделал документы на имя Моргана Вераса. Тайники с деньгами ещё с первой войны пригодились. Люциус так и не понял, кому помог — Волдеморт пришёл как незнакомец, заплатил и попросил устроить его на бал. Вежливо, почти незаметно. Люциус, занятый сотней других дел, подписал бумаги, почти не глядя. И вот теперь Волдеморт стоял здесь и смотрел. Танец закончился. Гарри поклонился Тому, Том поклонился в ответ. А потом Том улыбнулся — той самой обаятельной улыбкой, которую Гарри видел всего несколько раз, потому что обычно Том ею не пользовался. Сейчас — да. Он направился прямо к Волдеморту. — Мистер Верас, — сказал Том, останавливаясь перед ним. — Меня зовут Том Певерелл. Вы не хотите потанцевать? Волдеморт замер. В магическом мире было негласное правило: если кто-то из знатного рода приглашал вас на танец, отказаться означало нанести оскорбление. Волдеморт знал это. И не мог отказаться. — С удовольствием, — сказал он, ставя бокал. Они вышли в круг. Танцевать с самим собой оказалось странно. Волдеморт чувствовал каждое движение Тома — отточенное, идеальное, почти механическое. Он сам когда-то танцевал так же. И ещё он чувствовал тепло — почти осязаемое, живое. Эта часть его души была тёплой. Не как он сам. Он был холодным. Рядом с Томом Волдеморт ощущал себя почти в безопасности. Это было неправильно. Это было абсурдно. Но последний осколок его души тянулся к большему, хотел влиться, почувствовать себя целым. Волдеморт чувствовал это притяжение — как магнитом. — Вы хорошо танцуете, — сказал Том, обаятельно улыбаясь. — Вы тоже, — ответил Волдеморт. Они кружились под музыку, и Волдеморт знал — что-то не так. Этот танец был не просто танцем. Том что-то задумал. — На свежий воздух? — предложил Том, когда танец закончился. — В садах Малфоев, говорят, чудесные розы даже зимой. Волдеморт кивнул. Он знал, что не должен идти. Но пошёл. Они вышли во внутренний сад. Луна светила, розы пахли сладко, фонтан тихо журчал. И здесь, в тишине, Волдеморт понял. Его не пригласили потанцевать. Его увели. Он попытался трансгрессировать, выхватывая палочку. Но Том был быстрее. Волдеморт почувствовал, как чужая магия обвивает его, подхватывает, перехватывает контроль. Он пытался трансгрессировать — куда угодно, только не с ним — но Том перенаправил его рывок. Мир сжался в точку. Ветер. Тьма. Они упали на пол в большом холле Верескового замка. Том вскочил первым. Палочка уже была в руке. Волдеморт поднялся медленнее — мир вокруг был чужим, незнакомым, а магия... магия давила. — Антитрансгрессионный купол, — сказал Волдеморт. — Вы подготовились. — Мы подготовились, — поправил Гарри, появляясь из ниоткуда. Волдеморт обернулся. Поттер стоял у камина, со спокойным лицом. — Ты не выйдешь отсюда, — сказал Том. — Пока я не заберу то, что принадлежит мне. — Что ты задумал? — голос Волдеморта сел до шёпота. — То, что ты должен был сделать давно, — тихо сказал Том. — Соединить душу. Собрать осколки. Стать целым. Волдеморт попятился. Он не хотел исчезать. Никто до Тома не пытался соединить душу из крестражей — никто просто не доживал до этого момента. Волдеморт понятия не имел, что будет, если Том поглотит его. Сохранится ли его личность? Или он просто... растворится? — Нет, — сказал он, чувствуя как паника вновь охватывает тело. — Да, — ответил Том. Он стремительно подошёл к Волдеморту и прежде чем тот успел отшатнуться, коснулся пальцами его висков, пытаясь притянуть осколок своей души к себе. Последним, что услышали Том и Волдеморт, стал крик Гарри, а потом они оба потеряли сознание. Гарри в последний момент успел подхватить бессознательное тело Тома и теперь держал его в руках, не зная как помочь.