Портал 2.0

      Вновь серая мгла, разбавляемая чёрными крапинками всего сущего, куда не пройдёт никто, кроме избранных. Ни тепло, ни холодно; нет ощущения поверхности под ногами, но вокруг будто всё настороженно сжалось; свет от далёких звёзд недосягаем, но в то же время ослепляющий. Каждый раз проникновения в это пространство, полное воплощение тишины, похожи на предыдущие, но всегда появляется что-то новое.       Вот как сейчас, например. Трое путешественников, растворяясь в этом бесприютном хаосе, явно чувствовали ещё чьё-то присутствие, но понять, чьё же, было невозможно. Путники не чувствовали себя в этом пространстве, и увидеть ясно, кто ещё добавился к их путешествию, представлялось невыполнимой задачей. К тому же перед ними разворачивалась удивительная картина одинаковых планет, выстроившихся в бесконечную спираль. Это было намного интереснее и прекраснее, чем разглядывание кого-то несуществующего.       Одна из этих одинаковых планет, которая имела множество названий на разных языках, приветственно сверкала сильнее других, и неотвратимо влекла к себе. В конце концов, искушению стало невозможно сопротивляться, и путники поддались притяжению.       Ещё немного, и…       Будто выкинутые из уютного дома в бесприютную холодную обстановку трое путешественников сначала пытались отдышаться и прийти в себя. Злата привычно взялась растирать виски, ведь головные боли вновь вернулись при каждом переходе в новый мир. Синкей опомнился быстрее и сразу же рванулся к суженой, чтобы хоть как-то облегчить её боль. Незаметно он попытался применить новое умение по исцелению, но его старания потерпели крах, и осталось только придерживать девушку, чтобы она не упала. Легче всего пришлось Кириллу, который недоумевал от того, что в новом пространстве появился ещё один спутник, которого они раньше не встречали. Точнее не видели в абсолютном просторе, потому что сам Кирилл уже видел несколько раз издалека эту загадочную особу. Тёмные волосы, струящиеся водопадом, длинные ресницы, откидывающие тень на чуть заливающиеся румянцем щёки, миниатюрная стройная фигура… Да-да, это та самая девушка, что появлялась перед Кириллом в торговом центре, а потом уронила записку на другой стороне улицы! Наконец она появилась перед ним во плоти. Молодой человек даже протянул руку, чтобы удостовериться, не новое ли у него видение и не исчезнет ли она снова.       Но нет, она не исчезала, и даже позволила легко прикоснуться к краю своего платка, накинутого поверх тёмно-серого платья. Но, как только Кирилл дотронулся до лёгкой ткани, девушка вздрогнула, обернулась и рассеянно посмотрела на него. Её необычные голубые глаза так и манили, а пухленькие губы заставляли ждать, что девушка скажет только что-то милое и обязательно правдивое.       Только после неприлично долгого рассматривания девушки, которой Кирилл дал бы на вид возраст около двадцати одного-трёх лет, молодой человек огляделся вокруг, чтобы полностью восстановить картину вокруг себя. Вечер, что было видно по золотистому свету солнца, клонящемуся к горизонту. Редкие снежинки, падающие сверху, хотя облаков не было видно. Вьющаяся из стороны в сторону дорожка, ныряющая по сугробам вниз и вверх и уходящая далеко вглубь леса.       - Ты кто? – вновь вернулся к своему личному видению Кирилл и посмотрел на незнакомку. Злата уже немного пришла в себя, и Синкей также принялся оценивать обстановку.       Такой простой, но очень объяснимый вопрос очень изумил незваную гостью, и её глаза, обрамлённые длинными ресницами, округлились. Даже возникло ощущение, что девушка и вовсе не понимает обращённого к ней вопроса.       - Я… - всё же начала незнакомка. Её голос оказался напевным и очень приятным на слух. – Я сама не знаю, как здесь оказалась. Я просто гуляла по парку, был дождь, и тут…       - Так значит, ты пришла из нашего мира? – обрадовался Кирилл.       - Точнее, из ненастоящего вашего мира, - поправил Синкей и с подозрением посмотрел на девушку. – Как тебя зовут?       И опять такое же реагирование на столь простой вопрос. Но это можно было понять, учитывая, что девушка внезапно оказалась в совершенно другом месте с незнакомыми людьми.       - Я Варвара, - девушка чуть склонила голову в стеснении от всеобщего внимания.       - Очень приятно, - улыбнулась Злата, подошла к незнакомке и протянула руку.       Её движения ещё были ослаблены недавним приступом головной боли, но она старалась показать дружелюбие, чтобы девушка не слишком испугалась происходящего.       - Меня зовут Злата, - снова постаралась ободряюще улыбнуться девушка.       Варвара протянула свою изящную белую руку в ответ, и Злата приняла рукопожатие. Незваная спутница улыбнулась в ответ. Её глаза приветственно заблестели, а улыбка несказанно окрасила её лицо.       - А это Синкей, - продолжила знакомство Злата, указав рукой в сторону своего суженого, - и…       - А меня зовут Кирилл, - опередил молодой человек и пригладил при этом волосы, что было совершенно не нужно, ведь несколько минут назад он уже собирал свои волосы в тугой пучок. Незаметно он приблизился на несколько шагов к девушке, чтобы было удобнее беседовать. – Так, значит, ты была в парке, что же случилось потом?       - Я же говорила, потом я оказалась здесь, - снова ответила Варвара, приподняв бровь в удивлении от такого недопонимания. – Сначала всё стало  темно, а потом я оказалась здесь. Может, я потеряла сознание?       - Не совсем, - мягко сказала Злата, уже изрядно продрогшая от надвигающейся снежной ночи. – Но сейчас мы должны идти.       - Куда? – безразлично спросила Варвара и оглядела всех присутствующих.       - По этой дорожке, - предложил Синкей. – Куда-нибудь она нас выведет.       Парень проследил витую линию тропинки, нахмурив брови, а потом медленно двинулся по дорожке. Злата, обхватив себя руками, чтобы хоть немного согреться, улыбнулась новой знакомой и последовала за Синкеем. Варваре не пришлось ничего другого, кроме как пойти вместе с новыми спутниками. Исподтишка она изучала новых знакомых, особенно Кирилла, который тоже был не прочь кинуть на девушку случайный взгляд. Но в его положении замыкающего цепочку путников человека это было проще сделать, ведь перед ним всегда мелькала спина Варвары, девушке же приходилось то и дело оборачиваться, будто она осматривала окрестности.       Тихий лес, припорошенный тонким слоем белого снега и разукрашенный в серо-красные оттенки пробивающихся через облака лучей заходящего солнца, нависал голыми худыми ветками над головами непрошенных гостей, будто преграждал дальнейший путь. Но выхода не было, и нужно было продолжать путь, что бы ни было в конце. А пока просто свет меркнул, путаясь в озябших чёрных ветках спящих деревьев. По мере того, как становилось всё темнее, настроение так же портилось. Чтобы не было так тихо и одиноко, Злата решила развеселить новую знакомую разговором.       - Ты, наверное, испугалась, когда попала в незнакомое место? – спросила она, подойдя к Варваре. Теперь девушка шла на одном уровне с ней.       - Я думаю, что просто потеряла сознание, - устало повторила Варвара.       - И тебе не показалось странным, что сначала было лето, а теперь идёт снег? – не прекращала Злата.       Дорожка в глубине леса уже была еле различимой, потому что становилось всё холоднее, и снега здесь было больше. Серая лента скользила по холмам, ныряла под сугробы и вырывалась обратно под остатки потухающего света.       - Да, - словно опомнившись, сказалась Варвара. – Это показалось странным.       - И?.. – подтолкнула девушку к дальнейшим выводам Злата, поклявшись себе сохранять терпение с новой знакомой, которая показалась ей не самой умной, и поэтому её разговор не отличался богатством речи.       - Да, это странно, - ещё раз подтвердила Варвара.       - А ты не удивишься, если я скажу, что ты попала в другой мир? – продолжала Злата.       Новая спутница только посмотрела на неё расширенными глазами, и Злата наконец-то подумала, что достигла требуемого эффекта, и девушка поняла всю серьёзность необычного положения дел.       Холод, не такой сильный, как могло бы показаться путнику в подходящей тёплой одежде, проникал всё настойчивей и сильней своими колючими неощутимыми пальцами, и уже мало спасало то, чтобы обхватить себя руками или подуть тёплым дыханием на ладони. Но ничего подходящего вроде укрытия от холода не находилось, и оставалось только идти дальше. Единственный человек, не подвергающийся воздействию зимней погоды, показалась новая знакомая. В то время, как остальные зябко потирали свои руки в надежде хоть немного согреться, Варваре хватало и тонкого серого платка.       - Тебе не холодно? – заинтересованно спросил Кирилл. Он давно подметил особенность новой спутницы.       - Да, холодно, - опять, словно проснувшись, сказала Варвара. Только после этого вопроса девушка так же, как и другие, принялась растирать свои ладони.       - Знаешь ли ты, как ты попала в другой мир? – Злата не на шутку увлеклась просвещением нового путешественника между мирами и на правах опытной путешественницы продолжала свой неторопливый рассказ. – Раньше для перемещения нужны были порталы, но они уничтожились, - девушка чуть склонила голову, постеснявшись сказать, что это была её заслуга. – Но недавно появилась сфера, похожая на дверь. И для очередного перемещения теперь нужен только ключ…       - Который сделать лишь в моей власти, - торжественно закончил Кирилл, подчёркивая собственную значимость.       - Подходит только один ключ или нужно делать каждый раз новый? – проявила неожиданный интерес Варвара.       Ради этого девушка даже остановилась и повернулась к собеседнику. Её светлые глаза внимательно посмотрели на молодого человека, и маска насмешливости спала с  лица Кирилла, он ответил девушке тем же внимательным взглядом. Тем временем солнце окончательно село, что не помешало двоим рассматриванию друг друга, хотя это могло казаться, по меньшей мере, неприличным. Но при таких обстоятельствах уже никто не беспокоился об общепринятых правилах поведения.       - Каждый раз новый, - тихо повторил Кирилл, а потом опомнился и пошёл по тропинке дальше. Испугался ли он, что вдруг увидел лёгкое мерцание на коже лица Варвары или принял всё как должное, молодой человек уже не задумывался.       Солнце село, и стемнело окончательно. Лишь лёгкое подсвечивание облаков напоминало о том, где небо отделяется от земли. Но бесконечные ветки деревьев не давали увидеть даже это, и нескончаемый путь продолжался, что уже могло объясняться единственным – находиться в движении было необходимым, чтобы хоть немного согреться.       - Мы не зря шли, - крикнул Синкей.       Он немного отделился от своих спутников и ушёл вперёд, туда, где ещё виднелся небольшой просвет. Он, как и Злата, надеялись, что этот лес они уже видели и теперь могли найти то, что искали. Парень не стал возвращаться к своим товарищам и продолжил изучение своей находки. Его суженая поспешила к полянке, чтобы убедиться в словах Синкея. Она удивилась тому, что парень не спешил светить своими ладонями, а  рассматривал всё в свете потухающего дня.       Но как только девушка ступила на землю, немного припорошенную снегом и свободную от деревьев, её глаза снова окрасились в золотистый светящийся цвет, и она снова начала глядеть в пустоту.       - Он был здесь, - тихо сказала Злата и начала ходить по знакомой поляне. Отсутствие света не мешало ей видеть окружающий мир. Она чувствовала каждый предмет, попадающийся на пути. – Здесь ощущается мощная сила, будто столкнулись свет и тьма…       Это оказалась та самая поляна, которую она и Синкей видели после явившегося видения. Всё было, как и в прошлый раз. Только поздний вечер и редкий снег немного сменили картину. Теперь основное внимание было приковано к Злате, неспешно ступающей по холодной земле и проводящей рукой по стволам окружающих деревьев. Она  без ошибки подошла к подставке для книги и тоже провела по ней рукой.       - Книга исчезла, - будто про себя сказала Злата и не стала останавливаться около чёрной стойки, а опустилась на корточки. Она тронула несколько свечей, которые давно забыли потухший огонь, и мимоходом зажгла фитиль сначала одной, потом второй свечи, выпустив искры из кончиков своих пальцев. Увидев воочию способность Златы, Кирилл изумился произошедшему, может, даже больше, чем возможности путешествовать по другим мирам. Стало немного светлее.       - Он опережает нас всего на день. Хотя в другом мире…       Эти слова девушка не закончила. Она встала во весь рост с опущенной головой и будто замерла. Синкей с нетерпением ждал продолжения, но Злата будто заснула на ходу. Парень подошёл к ней и осторожно дотронулся до плеча. Только после этого Злата словно опомнилась и вздохнула. Глаза её стали прежними, а взгляд осмысленным.       - Что я говорила? – прошептала Злата и ухватилась за руку Синкея.       - Ты говорила, что Влад был здесь, но ушёл, а книга исчезла, - быстро пересказал Синкей недавно сказанное. Говорить о мощной битве с участием её брата он не стал. Кирилл и Варвара переглянулись. Всё непонятнее становилось происходящее, но дойти до конца казалось просто необходимым. Кирилл давно перестал понимать содержание разговора двоих, связанных судьбой, но именно это влекло дальнейшие события. А главное для Кирилла было вернуться домой. Или хотя бы отыскать место, где будет так же уютно, как дома.       Холод начинал донимать всё больше, последние остатки света скрылись за краем земли вместе с закатившимся солнцем. Синкей постарался растереть плечи и руки Златы в поисках хоть какого-то тепла, но и сам уже давно продрог. Кирилл попытался так же помочь сохранить тепло их новой знакомой, хотя бы подуть своим дыханием на её руки, но Варвара вдруг исчезла. Молодой человек посмотрел по сторонам и не нашёл уже ставшую привычной тёмную фигурку.       - А вы не видели… - начал было Кирилл, но понял, что мешать разговорами странной паре нельзя, потому что в этот миг они заключали в объятия друг друга, разделяя последние остатки тепла.  Молодой человек решил приступить к поискам потерянной спутнице самостоятельно.       И искать долго не пришлось. Кирилл сначала просто обвёл взглядом окрестные деревья, почти ровным кольцом обступавшие поляну, а потом обошёл окрестности, до которых доставал тусклый свет свечей. Осмелев, молодой человек рискнул отойти подальше и будто в награду увидел что-то, напоминающее хижину. Он не поверил собственным глазам, но действительность не обманывала, а приветственно машущая рукой Варвара только добавляла правдивости в обманчивую обстановку.       Подрагивающей от холода рукой Кирилл помахал девушке в ответ и пошёл к одноэтажному домику.       - Пойдём, кажется, нам есть, где погреться, - сказал Кирилл, обернувшись к спутникам.       Но приглашать их оказалось не нужно, потому что они и сами увидели сквозь бесконечные стволы и ветки хижину. По мере приближения к ней скорость путников всё увеличивалась.       - Как же хорошо сидеть вот так, перед камином, и вытянуть ноги к огню! – мечтательно сказала Злата.       - Даже просто сидеть – уже хорошо, - усмехнулся Кирилл. – А тут целая роскошь – ещё и крыша над головой.       - Но надо помнить, что у дома могут быть хозяева, - напомнил Синкей. Он сидел на диване с порванной обивкой сзади Златы и обнимал её со спины.       - Да, действительно, - заключила Варвара.       Усталые путники расселись по имеющимся сидениям и протягивали руки к весело потрескивающему огню. Зажечь сложенные в углу комнаты дрова не представляло трудности, ведь свечи не потухли, и их перенесли в хижину. Обстановка ветхого дома мало чем отличалась от самого обычного загородного жилища, так что ни с чем непривычным путешественники не столкнулись. Тут стояли кресла по обеим сторонам от дивана, камин казался мал для группы из четырёх людей, но услужливо дарил возможность развести огонь. Даже висящая картина на стене не вызывала вопросов. Разве что изображение оказалось совсем непонятным, ведь на ней пестрели лишь разные оттенки синего, а чётких контуров не было вовсе. Но на такую мелкую подробность мало обращали внимания после прогулки по холодному лесу. Пока все были заняты тем, чтобы отогреться около камина и найти что-то съестное.       Относительно этой потребности путников ждало разочарование, потому что ни в одном уголке не нашлось ничего, что могло бы наполнить голодный желудок. И если Злата ещё могла смириться с этим обстоятельством, то двум молодым мужчинам было тяжко терпеть голод, хотя Синкей стойко держался. Кирилл же несколько раз подробно обследовал все укромные места, где, по его мнению, могла быть спрятана еда, но его ждало разочарование. Единственным человеком, который вообще не выказывал голодного страдания, оказалась Варвара, которая сидела немного поодаль от пламени и перебирала свой серый платок тонкими пальцами.       После того, как Кирилл в третий раз побежал осматривать возможные съестные запасы, Синкей наконец не выдержал, оставил Злату около камина одну и раскрыл свой рюкзак. Парень немного перебрал свои вещи и, в конце концов, выложил на стол около окна упаковку горького шоколада, сыр и немного сухофруктов.       - Если тут ничего нет, - начал Синкей, немного отойдя в сторону от стола, - могу предложить этот скромный запас.       Парень склонил голову, хотя это был не жест приличия, а просто попытка скрыть зардевшиеся щёки. Услышав такое предложение, Кирилл тут же оказался около стола и быстро разорвал упаковку шоколада, а потом съел добрую половину горько-сладкого продукта. После этого он набрал целую горсть сухофруктов и набил ею рот.       - Ну хоть что-то, - немного удовлетворённо вздохнул Кирилл и уже спокойнее принялся жевать сыр, который отрезал перочинным ножиком, что так кстати достал Синкей из своего рюкзака. – А то я уже хотел снег есть, будь он неладен…       Только после того, как Злата тоже откусила немного шоколада и съела сухофруктов, Синкей позволил себе съесть тоже свои запасы. Их новая спутница не спешила присоединиться к скудной трапезе и подошла к столу вместе с Синкеем.       - Ты не хочешь есть? – удивлённо спросила Злата у новой знакомой. Она дожёвывала кусочек сыра.       - Я не голодна, - рассеянно сказала Варвара, ограничившись лишь кусочком шоколада и курагой.       На это заявление кто-то лишь пожал плечами, кто-то хмыкнул. Пока новая знакомая, новоиспечённая путешественница, которая попала вслед за ними неизвестно каким путём, не вызывала большого доверия. Разве что Злата ещё старалась подружиться с ней, списывая все её странности на долгое изумление. Да Кирилл иногда поглядывал на девушку с интересом, потому что она встречалась ему и раньше на несколько мгновений.  Синкей смотрел на Варвару с нескрываемым подозрением, но старался проявить чуть больше дружелюбия, следуя за поведением своей суженой.       Огонь в камине потихоньку потухал, и нужно было подкинуть ещё дров для сохранения тепла и света. Синкей до сих пор не пытался заставить свои ладони светиться. Вновь холод пробирался под каждую складку одежды, хотя в доме это не было так заметно. Предложение нарубить ещё дров встретили сомнением, ведь это могло занять много времени и сил, а путешественникам требовался и отдых, чтобы на следующий день найти путь дальше.       - Наверное, нам стоит всем вместе устроиться здесь, - предложил Синкей, когда основная часть путешественников уже бесконечно зевали и протирали слипающиеся глаза.       - Наверное, - сонно повторила Злата и уже принялась искать нужные предметы для ночлега, коих имелось в комнатке мало.       - А может, есть помещения удобней, чтобы отдохнуть? – тихо спросила Варвара, про которую все на некоторое время забыли.       - Но Кирилл осмотрел все комнаты в доме, - приподнял в удивлении бровь Синкей. – Больше он ничего не искал.       - Потому что искал в то время не то, что нужно сейчас, - загадочно сказала Варвара. – Давайте посмотрим ещё раз.       И девушка в тёмном платке, из-за чего её было почти не различить в полуночной тьме, пошла по коридору. Она даже не захватила с собой догорающей свечи, чем снова вызвала изумление, к которому уже успели привыкнуть. Синкей, как бывалый путешественник, последовал за девушкой, чтобы на всякий случай защитить её от разных опасностей, потому что чувствовал, что если с ней что-то случиться, Злата очень расстроиться. Чтобы не разделяться, Синкей взял Злату за руку, и та послушно пошла за ним.       Лишь догорающая свеча бросала остатки света от потухающего пламени.       Тёмные коридоры не отличались богатым убранством. Точнее в них вообще ничего не было, кроме голых деревянных стен. В первом коридоре оказалось значительно холоднее из-за отдалённости живого огня, полыхающего в камине, поэтому путешественники снова обхватили себя руками.       После безликого коридора новое помещение, в котором оказался длинный стол с восемью стульями. Без лишнего роскошества, совершенно обычная мебель в этой глуши казалась чем-то несвойственным и даже неуместным предметом. А напоминание о привычном убранстве даже казалось некоторой издёвкой в другом мире, чуждом и холодном.       - Здесь даже наш скудный ужин выглядел бы лучше, - горько усмехнулась Злата.       - Странно всё это, - ответил Синкей. – вначале казалось, что дом предназначен для одного человека, а теперь целых восемь стульев. Для кого?       Этот вопрос остался без ответа. Впрочем, в голове у каждого путика ответ этот давно назрел сам собой, но только оставался не озвученным вслух – этот дом был таким же странным, как и всё вокруг. Казавшийся маленьким снаружи, дом представлял довольно обширное впечатление внутри.       - Да… - поддакнул Кирилл. Молодой человек не вынес того, что находится в незнакомом помещении в одиночестве и поспешил догнать остальных. – Прямо как теория относительности, где всё зависит от наблюдателя. В нашем случае почти то же самое.       На Кирилла уставилось три пары удивлённых и, может, немного не понимающих глаз.       - Ты физик, а не мастер ключей? – легко посмеялась Злата, но тут же прикрыла рот рукой. В этом доме каждое проявление положительных чувств казалось несвойственным.       - Долгая история, - отмахнулся Кирилл.       Недолго осматривая столовую, как все окрестили данную комнату, путники отправились дальше через гостеприимно открытую следующую дверь. Следующий коридор отличался большей красочностью. Но не так, как ожидали путники. Все стены были увешаны картинами с непонятным содержанием. В тусклом свете единственной свечи часто можно было рассмотреть на картинах солнце, повисшее над горизонтом и бедные лачуги вдоль единственной дороги. Люди, идущие по этой дороге, казались бедно одетыми, а в глазах у них можно было прочитать лишь грусть по давно прошедшим временам. Многие казались голодными.       - Кому пришло в голову рисовать на картинах такой мир? – проговорила будто про себя Злата.       - Это был мой мир, - горько сказал Синкей. – Не очень хорошая шутка…       Парень отпустил руку Златы и подошёл к одной из картин. Некоторое время он внимательно рассматривал поверхность холста, а потом провёл кончиками пальцев по гладкой поверхности. Никому из присутствующих не было понятно то, что чувствует человек из чуждого и уже не существующего мира. Лишь Злата начала припоминать осколки воспоминаний, увиденных больше года назад в памяти Синкея.       - Понятно, почему ты оттуда ушёл, - усмехнулся Кирилл, но Злата сразу шикнула на него, потому что знала, что эта шутка совсем неуместна.       - Я не ушёл оттуда, - сквозь зубы проговорил Синкей. Я уничтожил его.       - Ты?.. – другими словами Кирилл не смог выразить своего удивления, а потом и страха перед таким, казалось бы, невзрачным парнем.       Злата уже всеми силами старалась незаметно для своего суженого показать знаками, что Кирилл должен закончить разговор, чтобы ещё больше не ранить сердце Синкея. Девушка понимала, насколько больно было каждое воспоминание о родном мире. Особенно, если каждое упоминание так или иначе касалось брата Синкея. Об Ансине за прошедший год редко разговаривали, но мало кто забывал о нём.       - Твой брат тоже сбежал из такого мира? – не сумел сдержаться Кирилл.       Синкей стоял к товарищам спиной, лицом к печальной картине. Никто не видел выражения его лица, хотя голос звучал спокойно и ровно.       - Да, мы ушли вместе, - сказал Синкей. – А потом его убили.       Гнетущая тишина повисла между собеседниками. Злата знала всё произошедшее, но каждый раз при упоминании испытывала ту же боль, что и сам Синкей. Кирилл давно перестал сохранять насмешливое выражение лица и тем более подшучивать. Варвара держалась поодаль в тени, там, куда свет от почти догоревшей свечи еле доставал.       - Мне жаль, - сумел выдавить из себя Кирилл.       А потом он сделал нечто невообразимое для себя, а именно подошёл и похлопал по плечу Синкея, который за миг до этого обернулся к остальным. Его лицо сохраняло спокойствие, а на губах была натянутая улыбка, такая неподходящая его словам.       - Неплохо было бы пройти дальше, - неожиданно подала голос Варвара, и все будто очнулись от сна и двинулись дальше.       По мере продвижения по коридору, довольно широкому для такого маленького на первый взгляд, случайные свидетели жизни чужого мира то и дело бросали взгляды на осколки уничтоженного мира, но вряд ли что-то менялось. Каждый холст нёс в себе всю горечь и тяготу жителей остановившейся планеты. Незаметно подошли к следующей двери, такой же простой, как и всё убранство в этой бедной хижине. В этот раз первым открыл дверь Кирилл.       Глазам представилась совершенно другая картина, вроде бы привычная и в то же время нет. Комната небольших размеров оказалась уставлена станками для производства ключей. Уже совсем не удивляясь неожиданным подаркам, которые преподносил путникам загадочный дом, в первую очередь Кирилл обрадовался тому, что может без промедлений и лишних помех сделать следующий ключ для прохода в более удачный мир. Но потом запнулся на следующем шаге, потому что увидел напоминание о давно прошедшем, старательно забытом, но возникающем каждую ночь во сне. За одном из станков сидела светловолосая девушка, изящная и хрупкая. Её лицо казалось печальным, и она старательно прикрывала запястье левой руки рукавом своего свитера. Девушка будто и не видела вошедших и всё так же продолжала смотреть в одну точку перед собой.       - Алина… - почти одними губами прошептал Кирилл. Он недоумённо смотрел на девушку, хотел подбежать к ней, но ноги будто сами приросли к полу. Молодой человек боялся сделать следующий шаг, а девушка совсем его не слышала.       - Кто, - слишком громко начала Злата, но Синкей одёрнул её за руку, так что её голос тут же стих до шёпота. – Кто она?       Синкей внимательно посмотрел в сторону Кирилла, который всё ещё боялся подойти к неизвестной. На девушку он вовсе не смотрел. Парень чуть нахмурил брови и даже прикрыл глаза.       - Она его возлюбленная, - так же шёпотом ответил Синкей. – Но он потерял её когда-то…       Это Синкей смог прочитать в мыслях и воспоминаниях их нового товарища. Он не позволил себе того, чтобы узнать большее, ведь иногда самые сокровенные тайны так легко бередят сердце. Злата только кивнула в ответ, побоявшись нарушить тишину только что открытой сокровенной тайны, которая пряталась за лёгкой насмешкой.       Наконец Кирилл решился ступить шаг, потом  другой по направлению к неясному видению. Алина всё так же продолжала смотреть в одну ей видимую точку. Единственное её движение  заключалось в том, чтобы ещё сильнее натянуть рукав свитера на левое запястье. Когда рукав оказался натянут почти до пальцев, Кирилл подошёл к девушке и накрыл её пытавшуюся закрыть тканью запястье. Алина отпустила рукав, и он тут же поднялся вверх, обнажая глубокие ровные порезы, из которых продолжали сочиться капли крови.       От увиденного Злата шумно вздохнула, а потом закрыла ладонью рот, Синкей нахмурился ещё больше и придержал за плечи суженую, продолжая внимательно следить за дальнейшими действиями. Варвара тоже стояла и не отрывала глаз от происходящего.       - Алина… - повторил Кирилл и провёл ладонью по щеке. По ней тут же скатилась слеза. Но не это удивило молодого человека. Больше его поразило то, что он не почувствовал прежнего шёлка мягкой кожи. Впрочем, он не почувствовал вообще ничего, только холод воздуха. Кирилл отшатнулся от неощутимого видения, его рот невольно приоткрылся… Он только что приобрёл давно потерянное, но это оказалась всего лишь насмешка, снова ранившая сердце.       - Её не существует, - тихо сказал Синкей. – Это всего лишь воспоминание.       - Всего лишь… - эхом повторил Кирилл, но всё ещё не мог сдвинуться с места.       - Нам нужно идти, - осторожно поторопила его Злата. – Не стоит здесь задерживаться…       - Что ты можешь знать об этом? – Кирилл сжал руки в кулаки и от злости стукнул кулаком по стоящему рядом станку. – Я потерял её и вдруг встретил здесь, в этом непонятном месте. Не подарок ли это?       - Не совсем, - мягко сказал Синкей. – Эта девушка нас не замечает, также она не видит и тебя. Это всего лишь видение.       - Как ты можешь… - Кирилл склонил голову и всхлипнул. – Никто не испытывал то, что испытал я.       - Я испытал почти то же самое, - сказал Синкей. – Мой брат погиб прямо у меня на глазах. Но я пошёл дальше. И ты сейчас тоже должен пойти с нами.       Как ни странно эти слова подействовали на Кирилла, и он поднял голову. Его щёки оказались мокрыми от слёз. От его насмешливой улыбки не осталось и следа, а в глазах отражалась вся вновь испытанная боль. Некоторое время молодой человек продолжал смотреть на своих спутников. Он стоял между ними и неощутимой девушкой, будто хотел защитить её. Но когда оглянулся, снова увидел неясный  взгляд.       - Пойдём, - снова позвала его Злата.       Всё же последнее слово подействовало на Кирилла. Он будто очнулся от давних воспоминаний и отошёл от своего видения. Потом он ещё раз обернулся к Алине, но увидел то же, что и раньше: девушка снова пыталась прикрыть рукавом запястье левой руки и совсем не видела присутствующих. Больше не оборачиваясь, Кирилл прошёл к следующей двери со своими спутниками. Он так надеялся не возвращаться в эту комнату, хотя тут находилось такое нужное оборудование.       Простая деревянная дверь пропустила всех желающих. Последним вышел Кирилл, но больше не оборачивался.       От догорающей свечи оставалось совсем немного, и света хватало лишь чуть, разве что для того, чтобы осветить ближайшие стены и не натолкнуться на них. Злата несколько раз кидала вопросительные взгляды на Синкея, но тот всё ещё не желал заставить светить свои ладони. Девушка терялась в догадках, ведь раньше его ладони так кстати давали свет, но теперь им приходилось проходить в темноте почти на ощупь. Синкей будто и не замечал этих взглядов, а может, делал это сознательно.  Наконец Злата не выдержала и тихо шепнула своему суженому:       - Может, теперь посветят твои ладони?       На секунду Синкей замедлил шаг, а потом продолжил движение вперёд. Он чуть склонил голову, а щёки слегка покраснели, хотя в темноте это не было видно. Злата терпеливо ждала и всматривалась в лицо парня.       - Я не могу,- вдруг признался Синкей, чем заставил сердце Златы на мгновение замереть. – В этом мире…  я бессилен.       - Как?..  – не поверила девушка, будто ей сказали, что Земля квадратная. Для неё уже было столь привычным, что с ней рядом всегда будет свет, который могут излучать ладони Синкея.       - Кажется, не все мои способности вернулись, - ещё тише сказал парень. – Или после уничтожения порталов что-то изменилось.       На это Злате пришлось только кивнуть. Такая неутешительная новость совсем не могла добавить бодрости при путешествии по неизвестному дому таинственных хозяев. Девушка сама начала прикидывать, что бы она могла зажечь на подобии факела, но ничего не могла найти. Лишь коридор, который вёл всё дальше и дальше.       Но вдруг неожиданно на стенах коридора появились окна по обе стороны. Это несколько добавило света, хоть он и был призрачным и холодным, как и всё здесь. То светила луна, и от её света всё вокруг становилось серебряным. Звёзды вокруг уступали единственной обитательнице небесной глади. Когда путники проходили мимо этих больших окон, невольно засмотрелись на посеребрённый лес. Деревья своими чёрными стволами так и упирались в рассыпанные звёздами по небесному шёлку поверхность.       - Пойдём? – напомнила Варвара, которая шла позади всех.       Это напоминание подтолкнуло остальных к своим прямым обязанностям по поиску достойного ночлега, хотя уже все пожалели о том, что покинули такую гостеприимную комнату с камином. Ответом послужил лишь вздох и лёгкое шарканье подошв обуви по деревянному полу. Этот коридор оказался длиннее предыдущих, но и у него нашёлся выход. Точнее очередная деревянная дверь, заманчиво приоткрытая и этим манящая заглянуть дальше. Злата и Синкей лишь переглянулись, а Кирилл положил руку на ручку двери, словно выполнил нечто неизбежное.       Внутрь комнаты ввалились почти все вместе.       И были ослеплены не понять откуда взявшимся светом. После пребывание в темноте, так редко рассеиваемой остатками света, путники начали часто моргать и протирать глаза, не имея возможности ясно увидеть всё вокруг. Больше всего путников интересовало, откуда падает свет, ведь за окнами царила глубокая ночь. Но увидеть этого они не могли и просто приняли это обстоятельство как данность.       Следующей неожиданностью послужила встреча с обитателем представившейся комнаты. Этот обитатель оказался удивлён внезапно вошедшими гостями не меньше, чем они сами, но постарался скрыть своё изумление. Им оказался сморщенный, немного скрюченный старичок со всклокоченными седыми волосами. Его одежда напоминала костюмы начала прошлого века, а глаза, несмотря на почтенные года, быстро и внимательно осмотрели всех вошедших, пристально остановившись на последней вошедшей. Варвара нисколько не смутилась такому проявлению интереса в свой адрес. Между обитателем комнаты и девушкой ненадолго даже установилась битва взглядов, но вряд ли остальные это заметили, потому что эта битва длилась совсем недолго.       - Добро пожаловать в мою скромную обитель, - вдруг прозвучал голос, бодрый и чёткий, будто его обладателю было немногим больше тридцати. Но главное – этот голос прозвучал одновременно в головах путников и совсем не сотрясал воздух своими звуковыми волнами. Поначалу собеседники этого не осознали, но поняв происходящее, снова сильно удивились и даже переглянулись.       - Простите за вторжение, - послал свою мысль Синкей как самый привычный к таким невообразимым чудесам. Он хмурил брови, чтобы правильно сформировать мысленный ряд и не вспугнуть хозяина комнаты, а может, и всего дома. – Но мы просто пытались согреться и немного поесть.       При последних словах Злата усмехнулась. Путники пока ещё боялись хоть немного двинуться, но по внешнему виду старичка опасности совсем не ощущали. К звучащим в голове словам более-менее уже успели привыкнуть. Первый, осмелившийся совершить хоть какое-то движение, оказался Кирилл. Он сделал шаг, чтобы поближе рассмотреть идеально закруглённый круг, двигающийся без остановки, а сквозь многочисленные маленькие круглые дырки то и дело прокатывались шарики ещё меньше. Этот механизм беспрерывно двигался и совсем нигде не стоял, а просто витал в воздухе на расстоянии полуметра от пола.       Такими же вещами была наполнена и вся комната: что-то вертелось, что-то жужжало, что-то катилось вниз, а потом вылетало по закруглённой дуге обратно наверх. На исследование всех этих предметов можно было бы потратить не один день. Окон в этой загадочной комнате не было, а свет проливался отовсюду, не имея какого-то источника.       - Не стоит просить прощение попусту, - старичок слегка улыбнулся, а потом чуть наклонил голову. – Вам было нужно тепло и пропитание, поэтому вы имели полное право всё это получить здесь.       - Спасибо за гостеприимство, - снова мысленно сказал Синкей и по обыкновению приложил правую руку к левой стороне груди.       - Но вы бы хотели что-то ещё? – снова произнёс старичок в головах всех путников. Он снова внимательно посмотрел на путников.       Нарушители спокойствия в комнате, утыканной разными механизмами в каждом углу, снова переглянулись, и Синкей снова начал хмурить брови. Но прежде чем он что-то выразил мыслью, Кирилл ни с того ни с сего произнёс:       - Кто вы такой?       В комнате звуки имели совершенно другое звучание. Голос Кирилла вдруг растянулся и замедлился, его тон стал выше, но в то же время будто был слышен через толщу воды. Молодой человек совсем не узнал своего голоса, но в любом случае понял, что разговаривать привычным способом в этом помещении не стоит.       - Я? – снова улыбнулся старичок и прошёл между несколькими механизмами и сел на стоявший посередине стул. -  Это не совсем правильный порос.       Такой ответ вселил некоторое замешательство в сознание путников, и они снова переглянулись друг с другом в поисках лучшего способа общения с этим старичком. Пожимать плечами при собеседнике казалось уже некрасивым, поэтому замешательство отражалось только во взгляде.       - Тогда для чего вы здесь? – нашёлся Синкей, хотя вопрос ему казался бесполезным и даже глупым.       - А это правильный вопрос, - улыбнулся хозяин комнаты. – Я здесь для того, чтобы принять вас…       При этих словах ошеломление достигло своей высшей точки, глаза путников несказанно расширились. Злата ахнула, Синкей нахмурился ещё больше, Кирилл хмыкнул, Варвара усмехнулась. Но на этот неподходящий отклик никто не обратил внимания.       - … вас, - повторил старичок, - случайных путешественников, которые порой блудят в лесу и натыкаются на эту хижину.       - Где мы? – снова мысленно спросил Синкей. Его голос уже звучал несколько уставшим, мысленный диалог отнимал много сил, особенно с этим собеседником, который при разговоре будто выворачивал всю душу наизнанку и пристально рассматривал каждый уголок сознания. Злата услышала в голосе усталость суженого, и чтобы хоть как-то поддержать, взял за руку, хотя тоже чувствовала пронзительное исследование своего разума.       - Вы уже поняли, что зашли не в подходящий уголок нашего бытия, - вздохнул старичок. – Но я знаю, вы ищите своего товарища.       Услышав это, Злата вздрогнула, но заговорить мысленно не решилась, полностью отдав эту обязанность Синкею.       - Да, он был здесь, и я разговаривал с ним. Но я его направил в другое место, потому что он тоже находился в поисках своего пути. Здесь что-то вроде промежуточной остановки, места, где можно оглянуться назад.       - Куда вы послали Влада? – снова мысленно спросил Синкей. Он тоже заволновался, услышав последнее предложение.       - Туда, куда он хотел, - пожал плечами почтенный собеседник.  – Думаю, цель его путешествия довольно благородна, чтобы позволить ему путешествовать дальше.       - Какая его цель? – Синкей снова нахмурился, старичок говорил загадками, тем самым усложняя дальнейший разговор.       - Об этом вы спросите у него сами, - улыбнулся старик. – А теперь вам пора.       Что бы ни значило последнее заявление, путники уже не задумывались, потому что всех вдруг накрыла несказанная тяга ко сну, такая, что глаза сами начали закрываться, и сопротивляться просто не представлялось возможным. Веки потяжелели и замкнулись, бесконечный свет потух, будто его и не бывало, а глухая бесконечность поглотила путешественников без всякого звука.