Портал 2.0

      Тысячи звёзд закрывали собой своим светом соперниц, такие похожие планеты кружились в бесконечном танце бытия, окружающую повсюду тёмную первооснову, будто можно было ощутить и пощупать. Но в этой безмолвной всепоглощающей темноте ничего, вовсе ничего не хотелось делать, чтобы не нарушать красоту миропорядка.       Темнота сама толкала путников в определённом направлении к одной точке, которая ничем не отличалась от похожих на неё. Гости молчаливого абсолюта не испытывали каких-либо желаний и воспринимали это, как нечто неизбежное. Двигались ли путники по направлению к этой точке, одной из таких же одинаковых, или сама точка надвигалась с неумолимой настойчивостью, определить было невозможно. Может быть, они приближались с одинаковой силой и скоростью, всё увеличивая взаимное приближение…       Но столкновения было не избежать, и новый мир с жадностью поглотил непрошеных гостей.       Неописуемая жара, которая начала сводить с ума в первые минуты пребывания своих новых обитателей, совсем не уменьшалась, несмотря на заходящее за горизонт солнце. Лишь вечный шум прибоя хоть как-то мог вселить мнимое облегчение благодаря ощущению близости воды. Песчаный берег не давал чувства устойчивости, песчинки постоянно рассыпались вокруг ног, и казались почти зыбучими. Редкие облачка проплывали по небу, а горы, полностью покрытые тёмной зеленью, в противоположной стороне от моря вряд ли находили отражение в неспокойной ряби, которую поднимал хотя бы малейший ветерок.       Новый приступ головной боли у Златы не заставил себя долго ждать, к тому же он усилился от воздействия жары, настолько, что девушка согнулась пополам, обхватив руками голову. Синкей сразу же подбежал к суженой, присел рядом с ней и обнял за плечи. Единственное, что парень мог сделать – дарить тепло своих рук, потому что совсем не мог помочь как-то по-другому. В этом он сильно корил себя, ведь имея столько способностей, он не мог вылечить от постоянных мучений свою суженую.       Пока двое опытных путешественников были заняты избавлением от недуга, Кирилл принялся исследовать ближайшие окрестности. Первое, что он обнаружил, - пропажу их четвёртой загадочной спутницы. Хотя к странному поведению Варвары молодой человек уже привык, и искать её не посчитал нужным. Он просто почесал отросшую щетину, жалея, что не взял необходимые приборы для приведения себя в порядок, снова затянул потуже хвост тёмно-каштановых волос и прошёлся туда и обратно вдоль накатывающих волн. Вода лизала подошвы кроссовок Кирилла, но он не обращал на это внимания.       - Всё нормально? – на всякий случай спросил Кирилл, посмотрев в сторону двоих, вынужденно сидящих не песке товарищей. Злата уже просто потирала виски, а Синкей всё так же обнимал её.       Синкей только кивнул, продолжая сосредоточенно хмурить брови. В этот миг он испытывал многое, пытался хоть как-то помочь своей избраннице, но ему мешали воспоминания, которые всколыхнулись при виде места, такого похожего на то, где с ним и его братом случилось непоправимое. Казавшееся повторением отрывка из прошлого заставляло раздваиваться сознание. Непроизвольно парень несколько раз искал в промежутках стволов силуэт Ансина, но видел лишь тёмную пустоту и сотни тёмно-зелёных листьев.       Убедившись, что со спутниками всё в порядке, Кирилл продолжил исследование текущего местоположения. Когда-то раньше он играл в компьютерные игры и теперь как раз делал то же, что делал, когда его герой попадал в новое место. Он не мог определить, остров ли это был или целый континент, но ближайшие неприветливые заросли оценить мог, хотя знал, что разделяться было опасно. Молодой человек, напевая себе под нос песню, которую волей судьбы услышал на концерте любимой группы, что вряд ли смог бы сделать при обычных обстоятельствах, пошёл к первым деревьям, подпирающим песок. Корни деревьев в жадности так и тянулись дальше в поисках воды, но утыкались лишь в песок, покрывающий их сверху.       Спокойствие накрывало с головой, тихий шёпот седых волн несказанно убаюкивал… Но нужно было идти, чтобы не оставаться на месте и казаться похожим на этих деревянных исполинов, которые, казалось, были вдвое выше, чем в родном мире. Только переступив границу с лесом, Кирилл случайно задел лежащую сухую ветку на земле. Сломавшаяся ветка тихо хрустнула. Ничего особенного, молодой человек даже не заметил, но слух уловил чьи-то частые шаги по бесприютной земле. Кирилл сразу начал оглядываться, чтобы найти обладателя шагов, но неизвестный оказался проворней и успел спрятаться за деревом.       - Эй, - тихо позвал Кирилл, искренне веря, что за деревом прячется кто-то с дружескими намерениями. – Выходи, я не опасен.       За деревом послышался шорох. Кто-то будто бы перебирал ногами в нерешительности выйти. Сумеречный лес только сильнее создавал загадочную обстановку, которая подстрекала воображение. Кирилл попытался сделать ещё один неслышный шаг, чтобы заглянуть за дерево, но…       Был откинут неизвестной силой назад на песок, получив пару царапин веток по лицу. Молодой человек недовольно посмотрел на нарушителя почти состоявшейся встречи и оглянулся назад, но увидел только своих спутников. Злата стояла с поднятой правой рукой, глаза её пылали золотым отблеском, она снова превратилась в девушку-воительницу, как окрестил её Кирилл. Ладони Синкея горели неземным светом, освещая ближайшие окрестности. И только в свете ладоней своего спутника Кирилл увидел, что море кишит хищными рыбами, а между деревьями мелькают мелкие ящеры, больше всего похожие на давно забытых динозавров. Из-за дерева, за которое спрятался несостоявшийся собеседник, тоже показался хвостатый ящер небольших размеров.       От всего увиденного и только что испытанного потрясения, а также от обилия кислорода в нетронутой химическими газами природе сознание Кирилла помутилось, и он на некоторое время упал на мягкий песок.       А Злате приходилось отбрасывать своими силами подкрадывающихся ящеров, вышедших на ночную охоту. Их было довольно много, чтобы девушка могла справиться, поэтому Синкей создал щит, поблёскивающий металлическим блеском, чтобы никто не смог проникнуть внутрь его хотя бы настолько, насколько ему позволяли вдруг проснувшиеся силы. Но одновременно давать свет своими ладонями и поддерживать защиту было довольно сложно, поэтому единственный свет остался только от полупрозрачной сферы. Ею же Синкей старался защитить Кирилла, который спустя короткое время уже начал приходить в себя.       Пытавшиеся прорваться сквозь прозрачную стену ящеры старались проникнуть сквозь преграду, прыгая на неё, обнажая свои острые зубы, но натыкались на непреодолимую стену. Преграда пока ещё была крепкой, но стоила Синкею огромных усилий, от чего у него выступили капли пота на лбу. Парень хмурился всё больше, но был готов израсходовать все свои силы, лишь бы защитить свою суженую. Злата в свою очередь пыталась очистить пляж от доисторических чудищ. Своей силой девушка отбрасывала ящеров куда придётся, в лес или море.       Со временем ящеров стало совсем мало, всего три маленьких двуногих доисторических существа, скорее всего, травоядных, просто вышедших посмотреть на светопредставление и источник шума. Было видно, что они не представляли опасности, и Синкей опустил руки. На время установилась темнота, парню не хватало сил, чтобы хоть немного пролить свет своими ладонями. Он осел на влажный песок и опустил голову. Чтобы быстрее опомниться, он прикрыл глаза, хотя после больших усилий даже в таком положении перед глазами проплывали цветные круги. Обернувшись, Злата увидела при неверном свете звёзд, как Синкей сидит на коленях с опущенной головой, подбежала к нему и присела рядом. Её присутствие уже помогало парню немного восстановить свои силы.       Из темноты вынырнул Кирилл и ещё некоторое время. За руку он вывел Варвару, запыхавшуюся и будто бы уставшую.       - Неожиданно, чёрт побери, - как всегда с усмешкой сказал Кирилл. Ему было жутко стыдно за то, что он лишился чувств от страха перед мелкими чудищами юрского периода. – Зато смотрите, кого я нашёл!       И Кирилл подтолкнул ближе к товарищам девушку. Несмотря на жару, Варвара продолжала кутаться в тёмный платок. Из всех четверых Варвара лучше других ориентировалась в тёмном пространстве, безошибочно ступая по местам сухого песка.       - Ты нашлась, - улыбнулась Злата и продолжила легко поглаживать ладонью по спине Синкея. Его дыхание уже становилось ровным. – Где ты пропадала?       Девушка мельком посмотрела на Варвару, хотя в кромешной тьме, рассеиваемой лишь тусклым звёздным светом, видела лишь силуэт. Сама Злата благодаря своей светлой одежде и золотистым волосам была видна лучше, к тому же Синкей давно заметил, что её черты чётко прослеживались даже при отсутствии света и будто светились изнутри. Сама девушка этого не замечала.       - Я очнулась в лесу одна, - коротко начала Варвара. – Потом долго ходила между деревьев, настал вечер, я услышала шум. Вышла на эти звуки и вот…       Варвара развела руками, указывая на все последствия недавней схватки с доисторическими чудищами.       - Ё-моё, долго же ты ходила между деревьями, - усмехнулся Кирилл и снова почесал по небритой щеке. – Небось, весь остров обошла?       - Простите? – не поняла Варвара и удивлённо посмотрела на молодого человека. – Разве это остров?       - Не знаю, - смутился Кирилл. Сам не зная, почему, он постоянно испытывал смущение в присутствии Варвары, хрупкой девушки со струящимися по спине тёмными волосами. – Просто я так подумал.       В ответ на это девушка еле слышно усмехнулась.       Не найдя ничего интересного в странных пришельцах, маленькие динозавры удалились обратно в тропический лес, и путники остались одни под мерцающим светом звёзд. Но недолго им было терпеть неведение в темноте. Через некоторое время сначала несмело, потом всё настойчивей там, где предполагался восток, начало разгораться бледное призрачное зарево. Через некоторое время на небосвод медленно вплыла луна, пока неполная, но уже в третьей четверти, так что могла дать достаточно света взамен тому, что проливали ладони Синкея. Луна взошла над неверной поверхностью моря, отражаясь в его колыхающейся глади. От неполной луны по мелкой ряби волн прокралась неуловимая лунная дорожка. Звёзды на фоне ночной царицы казались теперь бледными и невыразительными. Невыразимо красивое зрелище даже приглушило все звуки, которые до этого доносились из зарослей.       Полюбовавшись немного зрелищем, которое когда-то предстояло миллионы лет назад в родном мире, путники приняли решение остановиться на так называемый ночлег прямо на берегу. Идти в неизвестный тёмный лес казалось опасным, а дальше по береговой черте ничего и не представлялось. Синкей почти не двигался с места, так и уснул, свернувшись калачиком. Злата продолжала удерживать его за плечи и легла рядом тоже. Кирилл посчитал разумным устроиться немного в отдалении от этой пары, но и не сильно приближаться к новой спутнице. Впрочем, Варвара сама нашла себе место подальше, там, где темнота исходила от леса.        Ночь в неизвестном мире окутывала призрачным лунным светом, сыростью, обилием кислорода и отдалёнными звуками неизвестных существ. Выставлять часовых просто не подумали в силу общей усталости.       Жёлтый свет такого привычного солнца показался на востоке. Волны моря немного отступили, следуя за своей ночной властительницей. Звуки лесных и горных обитателей начали усиливаться, в небе пару раз показались летающие существа с кожаным перепонками крыльев. Их крики оказались довольно громкими, но даже они не смогли сразу разбудить всех неожиданно появившихся гостей на берегу моря. Чтобы взглянуть на непонятных гостей, снова вышли маленькие ящеры, но через некоторое время наблюдений они просто принялись жевать траву на границе леса.       Первым сначала пошевелил пальцами, а потом и немного приоткрыл глаза Синкей. Ослепительный свет утреннего солнца заставил вновь прикрыть глаза, но ненадолго. Обязанности человека, заботящегося о группе людей, хоть и маленькой, подтолкнула к тому, чтобы окончательно сбросить путы сна и оглядеться на местности. Парень осторожно убрал руку Златы, до этого покоящуюся на его плече, и положил на влажный песок. Девушка простонала что-то неразборчивое во сне и перевернулась на другой бок. Но определённые неудобства в виде сна на песке под открытым небом и её заставили проснуться. Злата резко распахнула глаза, уставившись на вечно накатывающие на берег волны. Светло-голубое небо сливалось с колышущейся поверхностью моря где-то вдали, так, что и не отличить границу между двумя стихиями. Первые секунды девушка просто любовалась морской картиной и только потом вспомнила о ночной встрече с первобытными ящерами. С ними Злата явно не рассчитывала встретиться, но прошедшая ночь доказала, что в случае необычных путешественников возможно всё. И если девушка может двигать вещи на расстоянии, то почему бы в каком-то мире динозаврам не продолжать своё существование.       - Как бы я хотела умыться, - вместо всех своих выводов и рассуждений протянула Злата и с глубоким вздохом поднялась и села на песок, который не мог похвастать мягкостью.       - Могу предложить только солёную морскую воду, - послышался ответ из-за спины. Злата даже не обернулась, потому что сразу узнала голос своего суженого. На её плечи легли руки и чуть помассировали после неудобного сна. Злата накрыла одну руку ладонью и провела тонкими пальцами по загрубевшей коже, а потом и вовсе прижалась щекой к ладони Синкея.       - А я могу подсказать, где найти пресную воду, - послышался голос издалека.       Оказалось, Кирилл уже давно не спал, а просто лежал, отвернувшись в сторону тропического леса и гор. Морем он уже вдоволь налюбовался, а звук его волн и так напоминал о своём присутствии. А ещё он следил за Варварой, мирно посапывающей у самой границы леса, хотя сам себе боялся в этом признаться. Она тоже отвернулась от моря, так что была видна только её спина, прикрытая платком, и волосы, водопадом струящиеся на песок.       - Где же? – Злата резко встала и чуть не опрокинула Синкея, который чудом удержался на коленях.       - Дальше, в лесу, - сказал Кирилл и тоже встал. – Могу провести. Вот только не хотелось бы снова наткнуться на этих ящеров, ёлы-палы…       - Давай, - тут же согласилась Злата, уже готовая идти в маленький поход.       - Но только что мы будем делать с ней? – спросил Кирилл и кивком головы указал на Варвару.       Некоторая заминка чуть остудила пыл Златы, и она принялась усиленно думать, как не потревожить новую спутницу и одновременно дать ей отдохнуть.       - За всю ночь больше не было ни одного нападения, - медленно начал Синкей и подошёл к Злате. – Думаю, наше короткое отсутствие не будет заметно.       - Тогда идём? – облегчённо выдохнула Злата и потащила Синкея в сторону леса, куда звал «мастер ключей».       В итоге, трое путников с готовностью вступили под сень тёмно-зелёных листьев пальм, древних деревьев гинкго и других тропических деревьев. Кирилл ещё раз бросил взгляд на Варвару, отбросив идею, что её надо накрыть своей ветровкой, ведь в этом мире и так царила нестерпимая жара. Этот предмет одежды он оставил на песке.       В этом лесу ветки не были сухими и совсем не царапали кожу. Они были покрыты мягкими листьями и располагались выше уровня головы, совсем не мешая проходу. Влажная земля пружинила под ногами, только объёмные корни служили преградой для прохода по этому лесу. Редкие листья пальм не преграждали поток света, так что можно было не прищуриваться в лесных сумерках. Во время небольшого похода путники заметили лишь пару маленьких двуногих ящеров, деловито пробегающих между деревьями, и услышали гортанный крик одного из птерозавров. Во время полёта этого древнего чудища довольно большая тень накрыла путников, хотя поначалу они думали, что это просто облако.       Путь до ручейка со спасительной пресной водой не занял много времени. Как и обещал Кирилл, прошло всего четверть часа, и они уже увидели ручей, извивающийся между деревьями. Капли, брызгающие во все стороны, отражали солнечный свет, будто разбросанные самоцветы, и вода так и влекла утолить выматывающую жажду. Все трое чуть ли не бегом преодолели последнее расстояние. Первой перед спасительным источником опустилась Злата. Зачерпнув в ладони живительной воды, она начала жадно пить мелкими глотками. Только после того, как она напилась, начала воплощать свою маленькую мечту, принявшись умываться. Девушка снова зачерпнула воду и обрызнула лицо. Это она повторила несколько раз, пока не почувствовала прилив свежести.       За девушкой перед ручейком присели и Синкей с Кириллом. Они проделали то же самое, не столь заботясь о коже своего лица. Пара касаний мокрыми ладонями для них оказалось достаточно. Но и небольшое количество воды прибавило чувства свежести и прохлады.       Вопрос о завтраке пока был оставлен на потом, и путники просто расселись около ручья, чтобы обсудить дальнейшие планы.       - Что дальше? – спросил Кирилл. При свете солнца и плеске ручья с пресной водой ему всё казалось не таким опасным, как прошлым вечером, и даже наоборот. Он сидел с опущенной в прохладный поток рукой и наблюдал, как вода разделяется на две части под действием преграды.       - Надо как-то сделать ключ, - устало сказал Синкей. - Надеюсь, на этот раз никто не будет думать ни о чём постороннем, и мы сможем, наконец, найти Влада.       - Но в этот раз нас отправил сюда какой-то старик, - возразила Злата. – Не от нас зависело…       - И как я могу изготовить ключ? – перебил Злату Кирилл, напоминая о своём высоком предназначении. – Здесь уже точно нет ни станка, ни подходящей заготовки. Эти динозавры только и могут охотиться друг на друга, ё-моё.       - Но мы должны выбраться отсюда, - настойчиво сказал Синкей. – Или останемся с этими существами, кем бы они ни были, очень долго.       - Ты что, про динозавров не слышал никогда? – усмехнулся Кирилл, поражённый неведением знакомого из другого мира.       - После катастрофы в моём мире история перестала иметь какое-либо значение, - грустно сказал Синкей. – Главное для нас было – прожить до следующего дня и найти достаточно годной воды. А были ли эти существа раньше…       - Ладно-ладно, - поднял руки Кирилл в знак того, что достаточно услышал. – Я уже запомнил, что твой мир совсем ужасный, и поэтому ты его уничтожил.       - Это не так! – воскликнул Синкей и топнул ногой, потеряв над собой контроль. – Мне обещали, что всё будет не так, что всё исправиться, что отец поправиться…       При этих словах Синкей тяжело вздохнул, жалея, что рассказал слишком много человеку, который не может представить всех потерь его самого. Он постарался снова восстановить своё самообладание, и рука Златы в его руке во многом помогала. Парень ещё раз глубоко вздохнул, но это привело к неожиданным последствиям. Синкей закашлялся  и долго не мог восстановить дыхание, кашель не давал спокойно втянуть воздух. Злата с тревогой смотрела на суженого, но ничем не могла помочь. Это бы продолжалось довольно долго, если бы не…       Если бы ветки огромно папоротника не оказались раздвинуты, и к ручью не выехал верхом на динозавре средних размеров человек с арбалетом в руке, а за ним ещё один, но уже с большим луком и единственной стрелой, уже положенной на тетиву. Оба динозавра давали своим наездникам преимущество в росте и прекрасно выполняли роль живого двуногого транспорта. Наездниками оказались мужчины в кожаных штанах и жилетках с зачёсанными назад рыжеватыми волосами, смуглой кожей и хмурым взглядом, оценивающим гостей как неожиданных опасных врагов. Один из них тут же прицелился арбалетом в Кирилла, потому что он был наиболее рослым, на Синкея же уставилась единственная стрела, хотя благодаря его внезапному кашлю он не казался таким опасным. Злату пока оставили без внимания.       Речь наездников оказалась коротка, всего пара слов, довольно грубых, произнесённых низким тоном. Не получив должного ответа, наездники красноречиво заехали за спину гостей и начали подталкивать кончиками стрел. О том, что их просили идти впереди, догадаться было не сложно, и оставалось только подчиниться. От неожиданной встречи приступ кашля у Синкея остановился, и он быстро начал оценивать положение дел. В глаза ему тут же бросились поводья, с помощью которых наездники управляли своими динозаврами, и то, что мужчины довольно бережно и осторожно старались им указать какое-либо направление. Исходя из этого, Синкей пришёл к выводу, что они сами побаивались динозавров. Но это было видно лишь чуть. Они сидели без всякого седла и удерживались только за счёт поводий.       - Добро пожаловать в мир, где не было метеорита на Юкатан, - снова усмехнулся Кирилл. Злата удивилась, что даже в таком положении их новый спутник старался не терять присутствия духа. Пока только это помогало окончательно не сдаться в новом агрессивном мире.       - А может, пока не было, - поддакнула девушка.       Но только что завязавшийся разговор был прерван новым толчком острых наконечников стрел. На этот раз Злату не пожалели, наградив довольно ощутимой царапиной острого металла по плечу. Девушке пришлось только ойкнуть. Кирилл же вынес толчок наконечника стрелы, который оказался сильнее, стойко и молча. В который раз Злата пожалела об утраченной способности Синкея к языкам.       Но все эти невесёлые рассуждения, недосказанности и вынужденные недоговорённости остались где-то на задворках сознания, когда ветки пальм и папоротников разошлись в стороны, и путникам не предстала картина зеленеющей долины около самого подножия гор. Изумрудная трава так и звала опуститься и прилечь, обещая свежую подстилку в изнуряющий жаркий день, а водопад вдалеке ласкал слух своими неспешными перекатами холодной горной воды. Но главное заключалось в том, кто ходил по этой ярко-зелёной траве.       Огромные существа на четырёх толстых ногах и длинной шеей, достающей до самых верхушек деревьев, не торопясь передвигались от одного дерева к другому, другие же динозавры пониже обрывали ветку за веткой у папоротников. Вокруг их шеи красивым воротником лежали вертикальные наросты. От такого внезапного зрелища у путников замерло сердце, и вдруг чуть приоткрылся рот, шаг замедлился, несмотря на грубые подталкивания.       - Дома никто бы не поверил, - прошептал Кирилл, забыв о запрете на всякие разговоры.       - Тебя только это удивляет? – усмехнулась Злата.       Но очередной толчок острого наконечника снова напомнил о нежелательности разговоров. Это постоянство уже немного вошло в привычку и даже воспринималось как новый вид необычного массажа. После этого наездники слезли со своих небольших динозавров и достали из сумок, висящих у них на поясах, что-то, напоминающее мелкую падаль. Двуногие ящеры поймали острыми зубами в воздухе угощение и принялись с удовольствием жевать. Наездники же отправились к подножию горы пешком, не забывая указывать оружием направление для непрошеных гостей. Путь продолжился.       По мере приближения горы, выступающей вперёд из череды таких же высоких гор, можно было разглядеть вход в пещеру. Он зиял темнотой и пустотой, обещая долгожданную прохладу. Делать было нечего, получать удар в стрелой в спину совершенно не хотелось, поэтому путники повиновались и продолжили идти, к тому же в предстоящей пещере так хотелось ощутить холод подгорных пространств. Шаг за шагом путники приближались к подпирающему небо своей вершиной каменному великану, покрытому густыми лесами. Через некоторое время гора высилась прямо над ними, и казалось, будто её пик упадёт прямо на головы. Чтобы избавиться от такого наваждения путники обратили свой взор к зияющей темнотой пещере.       Оказалось, вход не был пустым, в нём тоже была преграда в виде свешивающихся сверху шкур всё тех же ящеров. Рисунок на необычных занавесках сразу напомнил рисунок шкуры тех длинношеих ящеров, и всех троих одновременно посетила мысль о том, что эта лужайка очень похожа на пастбище, которым владели люди, сумевшие приручить огромных травоядных существ. Злату еле заметно передёрнуло от такой мысли, ведь эти существа не представляли никакой опасности и питались всего лишь листьями деревьев. Единственную опасность, что они могли предоставить, был их огромный размер и то, что они могли наступить по неосторожности куда-то не туда.       Тем временем новый толчок острых наконечников подсказал путникам отодвинуть в сторону своеобразные занавески и пройти в пещеру. Такое грубое обращение не могло обещать дальнейших любезностей внутри, но, кроме как безмолвного повиновения, выхода не было. Первым к кожаным перегородкам, свисающим с потолка, прикоснулся Синкей. Такое близкое знакомство с доисторическими ящерами другого мира для него было в новинку. Он тронул скользкую кожу с некоторым отвращением, но постарался не показать этого для других, ведь для своих товарищей он должен был вселять хоть немного, но уверенность если не в завтрашнем дне, то хотя бы минуте.       Внутри всё оказалось не так, как представляли себе путники, ожидавшие увидеть постоянно поддерживаемый костёр и наскальные рисунки как единственное украшение. Отнюдь не первобытную обстановку увидели гости и немало удивились, когда на глаза попался гончарный круг и чуть перекошенный деревянный стол с расставленной на нём грубой глиняной посудой. Но главное, что заинтересовало путешественников, оказался стоящий в углу пещеры станок для обработки металла. С этим предметом обращались уважительно и почтительно обходили стороной. Этот станок выглядел будто не из этой эпохи и будто по случайности был перемещён в первобытное время. Он пестрел непонятными кнопками и клапанами. Письмена на нём казались неизвестны.       В пещере, которая оказалась больше, чем выглядела поначалу, и имела много ответвлений вглубь, иногда проходили люди в одежде, похожей на одежду всадников двуногих динозавров. Женщины по большей части были заняты готовкой еды у огня в небольшом углублении дальней стены пещеры. Огонь не чадил, и не было копоти, что говорило о том, что наверху было что-то вроде вытягивающей трубы. Старшие представители общины  воспитывали маленьких детей, но при виде чужаков отвели подальше по одному из естественных каменных коридоров. Из этого же коридора вышла женщина средних лет, очень отличающаяся от своих соплеменников. Поверх привычной одежды на её плечи была накинута шкура ящера, а на голове высился неровный металлический цилиндр с вырезанным кругом посередине и двумя поменьше в стороне от этого круга. Сверху цилиндр был неровным, а вырезан зигзагами, в точности напоминая корону. Может, для важности, может из-за необходимости женщина слегка опиралась на искусно выделанную палку с шарообразным наконечником. Путники сразу признали в ней предводительницу общины.       Женщина вошла в зал и внимательно осмотрела каждого гостя. Она казалась ниже всех пришедших, но ощущение того что она возвышалась над всеми, не покидало. Первобытная мудрость чувствовалась в ней, первозданная сила исходила изнутри её. Если кто-то из общины проходил мимо неё, то впопыхах кланялся, сгибаясь пополам. Предводительница вздохнула и попыталась что-то сказать, но путники услышали только несколько звуков, грубых, словно раскаты приближающегося грома.       - Лучше ей кивать при всяких вопросах, - шепнул в сторону Златы Синкей. – Вряд ли я смогу её понять.       Злата только кивнула, незаметно вздохнув с сожалением. Как же не хватало способности Синкея понимать чужие языки! Как же не хватало Влада с таким же умением. Как же его просто не хватало… Тем не менее, несмотря на наставления Синкея, предводительница общины сразу поняла, что речь её чужестранцам не доступна, и больше попыток разговора не предпринимала. Вместо этого она повернулась в сторону к двум недавним всадникам на динозаврах и тихо сказала им пару слов. Они кивнули и подошли к гостям. В руках у них уже не было оружия, что несколько радовало посетителей древнего мира. Но роль надсмотрщиков они всё же выполняли. Мужчины встали по обе стороны от гостей, а предводительница общины жестом пригласила гостей следовать за собой. В который раз пришлось подчиниться и следовать указаниям.       - Снаружи ещё осталась Варвара, - шепнул Кирилл, когда все снова проходили по каменным коридорам. – Она может нас спасти.       - Как же она нас найдёт? – грустно улыбнулась Злата, мысленно смирившись с тем, что ближайшее время проведёт взаперти.       - Вряд ли ей понравится жить среди древних ящеров, - ответил Кирилл. – Кстати, то устройство в глубине пещеры при входе… Думаю, нам это пригодиться.       Но при этих словах один из надсмотрщиков шикнул на пленных, и разговор снова прекратился. Предводительница общины даже не обернулась на непрошеные разговоры. Перед глазами вновь всплыл тот странный аппарат со множеством кнопок, и путники начали видеть в нём спасение и способ изготовления ключа, необходимого для того, чтобы покинуть этот чуждый мир.      Шаг за шагом путники углублялись в пещеру, и она всё больше походила на тоннель со множеством ответвлений. Весьма удобно для общества такого уровня развития и при таких жарких условиях. Но с углублением в жилище этих людей можно было убедиться в том,  что каждое маленькое помещение несло своё предназначение. Путников же вели именно к залу, где собирались для обсуждений и советов. Эту пещеру можно было увидеть из главного коридора на большом расстоянии, потому что она была наиболее освещённой, и костёр там так и пылал при входе.       Гостей провели в пещеру для собраний и предложили сесть на деревянные стулья грубой обработки. Надсмотрщики остались стоять по обе стороны от стола, гости сели рядом друг с другом, а предводительница во главе стола. Гости переглянулись, Кирилл даже пожал плечами. Каждый понимал, что разговор будет невозможным из-за отсутствия общего языка. Это намного осложняло предполагаемый ход событий.       Предводительница общины снова вопросительно посмотрела на гостей. Потом сняла корону и положила её на стол, а из-под стола с пола около своего стула достала какой-то тяжёлый маленький предмет. Стук тяжести, встретившейся с деревянной поверхностью, глухим звоном отдался в ушах гостей. Перед их глазами возник правильной формы камень с неизвестными письменами на одной стороне, совершенно гладкой, без всякого изъяна.  Появившийся камень не произвёл никакого впечатления на Кирилла. Он просто посмотрел на него и продолжил наблюдать на обладательницу короны. Совсем другое воздействие произвёл этот камень на Синкея и его суженую. У обоих глаза округлились от удивления, Злата сжала кулаки, понимая, что вся её уверенность в уничтожении всех порталов провалилась. Синкей же попытался не выдать своих чувств, но всё же на лице его можно было угадать бесконечную тоску от напоминания прошлого и обещаний будущего.       Вдруг стало понятно, откуда в пещере возник сложный аппарат, по уровню развития недостижимый для окружающих людей. Неизвестный путешественник перенёс в этот первобытный мир такое чудесное изобретение, чтобы помочь местным жителям в освоении ближайших пространств! Но кто бы это мог быть?       Злата и Синкей переглянулись, будто поток их сознания протекал в одном и том же русле. Их товарищ заметил этот взгляд, полный скрытого смысла, но для него было всё ещё не понятно, что скрывается в бессловесном диалоге. Просто камень с бесконечными царапинами и вмятинами на одной из сторон пока мало что мог сказать Кириллу. Синкей же, после того как прошло первое потрясение от увиденного, попытался заговорить с главой местного общества.       - Где вы нашли камень? – спросил он, не имея возможности как-то по-другому наладить беседу.       В ответ послышался всё тот же гортанный короткий низкий голос. Синкей тряхнул головой в надежде на возвращение такой необходимой способности как понимание чужих языков. Но нет, именно в этот миг способность не возвращалась. Тогда он постарался показать всё жестами. Парень указал пальцем на лежащий камень, а потом развёл руками, воспроизводя голосом повышенную интонацию. Обладательница короны медленно кивнула, а в глазах её появилось понимание. Злата не была уверена, но ей даже показалось, что женщина улыбнулась.       Глава местного племени взяла из стоящего в углу кувшина краску и зачерпнула рукой. На стене она быстро принялась рисовать образ человека в одежде, близкой к времени и месту проживания Златы. У женщины даже обнаружился дар в рисовании, потому что рисовала она довольно хорошо, чтобы Злата и Синкей узнали в человеке, держащем камень, того, кого искали уже так долго…       - Не может быть… - прошептала Злата и прикрыла ладонью рот.       Синкей только ещё сильнее нахмурил брови, а голос внутри подсказывал, что наоборот, всё может быть, и эта случайность в бесконечной череде таких же случайностей не единственная. Он тоже узнал брата свой суженой. Но также от его глаз не скрылась одна мелочь в рисунке. Камень, что держал нарисованный Влад, был окроплён кровью. Или просто письмена на нём имели красный цвет. Понять, что же верно, не получалось, потому что предводительница общины могла всё просто понять на своём первобытном уровне. Но было понятно единственное – камень остался в этом мире, а значит, сила этого мира осталась тоже. Он не исчез, как другие параллельные миры, чтобы передать свою бесконечную энергию туда, откуда были принесены порталы.       - Он спас этот мир, - снова прошептала Злата.       А потом случилось невероятное. Из бесконечного коридора пещеры подул ветерок. Взгляд Златы остановился, и глаза снова стали золотистыми и сверкающими. Девушка стала подобна воительнице, слегка помятая одежда теперь больше казалась доспехами, а золотистые волосы медленно развевались на дувшем ветерке. Она медленно провела ладонью по холодной поверхности стола, но в этот раз говорила не загадками, а вполне понятной речью.       - Мы невдалеке от Влада, недавно он был здесь, - сказала девушка и подошла к свежему рисунку, снова проведя кончиками пальцев по невысохшей краске. – Здесь был и другой путешественник, но я не могу разобрать его лица. Вдвоём они использовали последний оставшийся портал, чтобы переместиться сюда, но брат не позволил использовать камень снова, чтобы не разрушить мир, как это сделал…       При этих словах Злата взялась за голову, а потом отступил на несколько шагов назад. По щеке скатилась слеза. Девушка нахмурила брови и всё продолжала держаться за голову.        - Как это сделал Синкей и его брат, - наконец продолжила Злата. – Они спорили, даже подрались в этой самой комнате. Но Влад сумел найти другой способ. И он вместе с Ансином смог перенестись в абсолют без помощи портала.       Глаза Златы снова стали прежними, и она вернулась в обычное состояние. Дорожки от слёз ещё блестели на её щеках, но девушка уже улыбалась и смотрела на своего суженого ясным взглядом.       - Синкей, твой брат жив.       Именно в этот миг весь мир потерял опору для Синкея, перевернулся и стал существовать совершенно наоборот. Он давно смирился с потерей, ведь эта потеря принесла ему даже нечто большее, он обрёл свою суженую, ту, с которой собирался разделить судьбу. Но слова Златы о том, что его брат жив, будто заставили сердце стучать по-новому, сильнее, быстрее и уверенней. Слёзы девушки передались и ему, по щеке Синкея скатилась одинокая слеза, и он упал на колени, не осознавая, что делает. Для посторонних происходящее скорее напоминало некий театр. Особенно удивило их изменения, которые произошли со Златой, хотя они забылись, когда присутствующие увидели плачущего Синкея. В этом суровом мире, где люди подчинили себе выживших динозавров, никогда не видели такого проявления чувств у мужчин. А значит, напряжение, испытанное Синкеем, было неизмеримо тяжёлым и одновременно несказанно радостным. Злата подошла к Синкею и тоже присела на колени, а потом взяла обе его руки в свои, чтобы помочь вынести чувственное потрясение.       Но Синкей уже справился со своим смятением и тоже улыбался, просто счастливо и немного растерянно. Теперь перед ним вставало много вопросов о том, как найти брата и где он вообще может быть в этой бесконечной запутанности параллельных миров, где все похожи и одновременно нет.       Глава общины снова надела корону и важно обвела всех своим тяжёлым взглядом. Она снова уселась во главе стола, но в её взгляде уже не угадывалось желание отдать гостей на съедение самым кровожадным динозаврам. Не из-за глупого склада ума выбрали эту женщину в предводительницы небольшого общества.       - Куда ушёл человек на рисунке? – спросила теперь Злата бесполезный вопрос. Она не забыла, что её язык не понятен для местного общества, но просто иных способов общения подобрать не могла.       Но всегда может помочь язык жестов, и Синкей снова им воспользовался. Он указал на рисунок и развёл руками. Улыбка всё не сходила с его лица, что было даже непривычно для всегда серьёзного и порой немного заносчивого парня. Глава общины будто ждала этого вопроса и снова встала, чтобы зачерпнуть краски.       В этот раз на стене появился совсем другой рисунок. На нём начали вырисовываться линии, складывающиеся в образ похожего на Синкея человека. Но этот человек был в грязной одежде и с немного отросшими волосами, на щеках красовалась небрежная щетина и свежий шрам. Возможно, глава общины не узнала в Синкее копию этого человека, потому что он просто не был похож на него после долгого времени, проведённого в одиночестве в бесприютном чужом мире. Его брат оказался изображён с поднятой правой рукой, из которой исходили молнии. Световые стрелы складывались в круг, закрученный спиралями, такой же светящийся и ненадёжный. Ансин стоял в полуобороте и будто ждал кого-то. Кого он ожидал, догадаться было не сложно, и теперь все трое путников вздохнули с облегчением, потому что оба человека, которых так старательно разыскивали, были вместе, и это намного облегчало их участь.       Предводительница общины, закончив очередной рисунок, вопросительно посмотрела на путешественников. Она не хотела заключить их под стражу, но и куда они собирались, тоже было любопытно узнать. В итоге, коротко посовещавшись о том, у кого художественного таланта больше, Злата принялась рисовать свой рисунок.       Девушка изобразила аппарат, который стоял около входа, и то, что им необходимо им воспользоваться, чтобы сделать ключ. Все рисунки получились в стиле современной анимации, которую Злата порой смотрела у себя дома. Больше она ничего не могла изобразить, потому что и сама не знала дальнейшего пути. Конечно, главная цель оставалась найти брата, но теперь прибавлялась задача и в поиске Ансина.       Глава общины медленно кивнула. А потом встала из-за стола и подозвала тех, кто раньше выполняли роль надсмотрщиков. Женщина сказала им несколько слов на местном наречии и они, кивнув, поспешили удалиться. В их отсутствие ощущение вечного контроля не чувствовалось так сильно, и путники ощутили некоторую свободу, такую, что Кирилл даже пару раз зевнул, а Злата потянулась, давая своим рукам и ногам чуть размяться.       Но не так много времени прошло, чтобы почувствовать свободу от надсмотрщиков. Они вернулись снова, но уже не с оружием, а грубой посудой, где лежало жареное мясо, незнакомые овощи и фрукты, напоминающие предков овощей, привычных глазу. Тарелки были незамедлительно поставлены на стол, а стулья гостеприимно отодвинуты. При виде простой, но сытной на вид еды, сразу проснулся несказанный аппетит, а живот издал плохо скрываемое урчание, ведь путешественникам приходилось испытывать голод уже довольно долгое время. От принесённой еды исходил приятный аромат, и путники почувствовали большую благодарность главе пещерного общества. Женщина жестом предложила трапезу и сама взяла кусок мяса, от которого ещё поднимался пар.       Разговоров за столом было мало, никто не отвлекался от более важного дела, как утоление первобытного чувства голода. Но старались сохранять меру, чтобы не съесть лишнего и не почувствовать недомогание от непривычной пищи. Разве что Кирилл брал куски с каждой тарелки. Синкей же ел мало, и ему не сиделось на месте из-за того, что он хотел поспешить на поиски своего брата. Парень съел столько, сколько казалось нужно для поддержания нормального существования. Но он не торопил других, понимая, что они, в отличие от него самого, не привыкли к голоду, который был привычным явлением на его планете. Синкею было смешно наблюдать, как Злата старается соблюсти правила приличия и откусывать по небольшому кусочку, но голод подстрекал тут же взять следующий кусочек. Наблюдение суженой в безопасном и более-менее удобном месте доставляло парню большей радости, чем еда после долгого голода. Предстоящие поиски брата вконец дарили Синкею счастье, которое читалось в его глазах.       Трапеза подошла к концу, и гости не могли решить, как же поблагодарить за вкусное угощение. Замешательство разрешила Злата. Девушка просто встала и слегка склонила голову перед главой общины. К ней тут же присоединился Синкей, продемонстрировав своё привычный и излюбленный жест. Он приложил правую руку к сердцу и тоже склонил голову. Их спутник не оказался готов к таким проявлениям чувств благодарности, подходящим для прошлых веков, вместо этого он снова поправил свой пучок тёмных волос и просто улыбнулся.       Теперь главное  оставалось за Кириллом, который должен был разобраться в неизвестных технологиях такого же неизвестного мира, и изготовить подходящий ключ, чтобы отыскать пропавших людей. Мастер ключей глубоко сомневался в удачном исходе этого дела, но очень надеялся, что больше не попадёт в мир, похожий на прошлый, где всё было наполнено мистикой и плохими воспоминаниями.