Наложник

Утро следующего дня выдалось хлопотным. Кад сидел за низким столом в приёмном зале, разбирая ворох донесений. Вокруг суетились писцы, советники бормотали что‑то о налогах и ирригации, а Лэн, как всегда, сидел у ног правителя — спокойный, с внешне равнодушным взглядом, который на самом деле фиксировал каждое движение и каждое слово в зале. Кад слушал вполуха, то и дело опуская руку, чтобы коснуться светлых волос Лэна. Этот жест стал привычным — и для них, и для двора, который уже перестал вздрагивать при виде такой интимности. — Повелитель, — осмелился прервать вельможу один из писцов, — пришёл человек от купеческой гильдии. Говорит, дело не терпит отлагательств. — Впустите, — приказал Кад. Дверь отворилась, и, робея и кланяясь, вошёл немолодой человек в запылённом халате — караванщик с лицом, изрезанным ветром и бессонницей. — О великий Повелитель Налира и Хранитель Песков, — заговорил он, падая на колени, — молим тебя, спаси нас. На восточных тропах объявилась шайка. Не просто грабят — режут людей, верблюдов, словно бесятся. Три каравана за месяц потеряли. Мы больше не можем посылать людей, если ты не защитишь нас. Кад нахмурился. Его пальцы перестали играть с волосами Лэна. — Почему моя стража не справляется? — Стража ловит тени, Повелитель. Разбойники уходят в пески, как эфы. Их след теряется за полдня. Кад молчал, обдумывая. Взгляд его упал на Лэна — и задержался. — Я сам поеду, — сказал Кад. Советники зашептались. — Хватит отсиживаться во дворце. Покажу этим шакалам, что значит тронуть моих людей. — Повелитель, это опасно... — начал было старый визирь. Кад оборвал его взглядом. — Лэн поедет со мной. — Он повернулся к юноше, который спокойно посмотрел на него. — Ты знаешь восточные тропы лучше моих картографов. И я хочу, чтобы ты видел Налир не только из моих покоев. Лэн кивнул, не выказывая страха. Хотя внутри всё сжалось. К вечеру небольшой отряд добрался до крошечного оазиса в низине — трёх кривых пальм и небольшого источника, затерянного в песках. Кад приказал ставить лагерь. Люди возились с палатками, но костры разжигать не решились — не хотели быть замеченными раньше времени. В шатре правителя было тесно, но уютно. Ковры были брошены прямо на песок, светильник мерцал, отбрасывая танцующие тени. Кад сидел на подушках, прислонившись спиной к седлу, а Лэн устроился между его ног, откинувшись ему на грудь. Кад кормил его с рук — лепёшками, вяленым мясом, поил из своей фляги. Лэн брал еду без стеснения и даже позволил себе прикрыть глаза от усталости — дорога далась ему тяжелее, чем Каду. — Не боишься? — спросил Кад, сжимая его плечо. — Боюсь, — честно ответил Лэн. — Но ты рядом. Значит, я — в безопасности. Кад ничего не сказал. Только обнял крепче и поцеловал в макушку. Завтра они начнут охоту.