Наложник

Ночь над Налиром была прозрачной и тихой, окутав дворец синим бархатом. Воздух в покоях стал слишком душным от аромата масел и свечей. Кад встал, накинув на плечи лёгкую ткань, протянул руку Лэну, помогая тому подняться. — Идём. Смой с себя этот жар. Они прошли по пустым коридорам в дальнее крыло дворца, где располагалась личная купальня правителя. Когда тяжёлые резные двери отворились, Лэн невольно затаил дыхание. Это была не закрытая душная комната. Бассейн, выложенный бирюзовой мозаикой, казался продолжением ночного неба. Вода была неподвижной, как чёрное зеркало. С одной стороны купальни стены не было вовсе — вместо неё свод поддерживали тонкие, резные колонны из белого мрамора, похожие на застывшие кружева. За ними открывался вид на спящий внутренний сад — оливковые деревья и жасминовые кусты, окутанные сиянием луны. А над всем этим — небо, рассыпавшее крупные, неправдоподобно яркие звёзды. Кад сбросил одежду и вошёл в воду. Она была прохладной, освежающей и пахнущей лотосом. Лэн сначала быстро смыл липкие следы после вечернего обнажения в находящейся в углу небольшой круглой купели, а потом последовал за Кадом, войдя в воду бассейна. Вода мягко обняла его уставшее тело, лаская разгорячённую кожу и смывая остатки напряжения. Правитель подплыл к нему, и в лунном свете его мокрые волосы и плечи казались отлитыми из тёмной бронзы. Он не стал нарушать тишину объятиями, просто остался рядом, так что их плечи иногда соприкасались. — Там, на севере, — негромко произнес Кад, указывая на созвездие, похожее на изогнутый лук, — звёзды кажутся холоднее. В Налире они горят, как угли в жаровне. Лэн посмотрел туда, куда указывал Повелитель. Впервые за долгое время он чувствовал себя не наложником и даже не фаворитом, а просто человеком, делящим безмолвие ночи с другим человеком. — В моём доме говорили, что звёзды — это души воинов, — отозвался Лэн. Его голос в тишине звучал мягко. — Они смотрят вниз, чтобы проверить, не забыли ли мы их имена. Кад повернул к нему голову. В лунном свете его суровое лицо казалось мягче. — Твои предки были бы горды тобой, Лэн. Ты не просто выжил. Ты заставил Повелителя Налира слушать твои советы и искать твоего взгляда. Лэн чуть улыбнулся — на этот раз искренне, без тени вызова. Его рука под водой нашла ладонь Када, который, посмотрев на него, вновь обратил взор к небу. — Раньше я смотрел на них и думал о битвах. А теперь... — А теперь? — Лэн провёл большим пальцем по тыльной стороне сжимаемой им кисти правителя. — А теперь я смотрю на них и думаю, что Налир — это лишь горсть песка по сравнению с тем, что я чувствую, когда ты рядом. — Ты становишься поэтом, Повелитель, — мягко улыбнувшись, отозвался Лэн. — Стихи, которые я читал, плохо на тебя влияют. — На меня влияешь ты, — Кад притянул его к себе, и они просто замерли в центре бассейна, поддерживая друг друга на плаву. — Мир меняется, Лэн. И мне страшно. Впервые в жизни мне есть что терять, кроме короны. Лэн прижался лбом к его плечу. Слова были не нужны.