Кто бы мог подумать

***

Он аккуратно протирает только что вымытые лимоны полотенцем, придирчиво оглядывая выбранные на рынке фрукты. Дверь камбуза приоткрывается, и внутрь заглядывает Зоро. Осматривает помещение и бочком протискивается внутрь. — Чего тебе, маримо? — приветствует его Санджи. — Я посижу у тебя здесь? Санджи удивлённо оборачивается. — Там Луффи пытается заставить всех играть в прятки. Ужасно в падлу, — поясняет Зоро, зевая на ходу. Санджи прекрасно понимал, что если их капитан хочет чего-то, то от него проще спрятаться где-нибудь на ближайшую пару часов, чем объяснить, почему нет. — Дверь только закрой, а то оба не отвертимся, — бормочет Санджи, небрежно махнув рукой в сторону дивана. Зоро мычит что-то, что при наличии фантазии можно было бы принять за благодарность, щёлкает замком и растягивается на диване. Спустя несколько минут Санджи быстро нарезает лимоны на аккуратные дольки, забыв о присутствии на камбузе другого человека, и почти вздрагивает, когда Зоро душераздирающе зевает. — Кок, я возьму саке? Санджи замирает, не донеся нож до лимона. Вот так вот. Не «Эй, поварёшка, бухла» и даже не «Эй, гони саке». — Возьми, — соглашается он. Зоро ходит у него за спиной, деловито хлопая дверями склада и шкафа с посудой, пригибается, чтобы не мелькать в окнах. Санджи аккуратно складывает полупрозрачные дольки лимона в банку, присыпая сахаром. Зоро оказался компанией довольно необременительной: тихой, не нуждающейся в беседах и в том, чтобы ему постоянно подавали всё под нос. Санджи плотно закручивает крышку, отходит от стола, усаживается у барной стойки и закуривает. Зоро валяется на диване, прислонившись спиной к подлокотнику, и неспешно потягивает саке из суповой тарелки. Санджи выбор посуды решает никак не комментировать. — Слушай, зачем ты куришь? Это вкусно? Санджи мельком оглядывает зажатую в пальцах сигарету. Кажется, он переоценил любовь Зоро к тишине. — Я что-то пропустил и у нас продолжение вчерашнего вечера безумных вопросов? — Не хочешь — не отвечай, — пожимает плечами Зоро. — Не особо вкусно. Но очень успокаивает. И никотин, и сам процесс. Палочка спокойствия длиной в несколько минут, — немного смягчается Санджи и неожиданно для самого себя предлагает: — Хочешь попробовать? — Давай, — так же неожиданно соглашается Зоро. Санджи приходится оторвать задницу от места и обойти стол, потому что Зоро подняться не удосуживается. — Только не вдыхай сразу слишком глубоко, будешь кашлять, — предупреждает Санджи, падая рядом на край дивана. Зоро забирает докуренную до половины сигарету у него из рук, задумчиво вертит в пальцах, принюхивается, тут же брезгливо кривит губы, а затем аккуратно обхватывает фильтр и затягивается. Санджи наблюдает за ним с огромным интересом. — Ну и хуйня, — подводит итог дегустации Зоро, выдыхая дым и протягивая сигарету обратно. Санджи весело фыркает, затягиваясь следом. — Я тебе и не обещал, что на вкус будет как конфетки. Саке, по сути, тоже та ещё гадость. Зоро согласно хмыкает, опускает тарелку на живот и закидывает руки за голову. — Слушай, маримо. — М-м-м? — У тебя щетина на лице тоже зелёная растёт? — Фиолетовая, — ехидно отвечает мечник. — Ну серьёзно. Как-то ему раньше не приходило в голову обратить внимание, хотя было время, когда вся мужская часть команды спала в одном помещении. — Да зелёная, конечно, потемнее только немного. — Как ты проколол ухо? — с интересом продолжает Санджи, поднимаясь с дивана и возвращаясь к столу. Болтовня болтовнёй, а десерт к ужину сам себя не приготовит. — Мне было что-то типа… лет семнадцать. Я связался с бандой отморозков, помешанных на пирсинге. Мне тогда показалось это страшно крутым. Я гульбанил с ними два дня, а потом выяснил, что это были те, кого я должен поймать. Я тогда только начинал охотиться на пиратов. Хорошие ребята оказались, отпустил их, — охотно рассказывает Зоро. — Весёлая у тебя была жизнь, — хмыкает Санджи, вытаскивая из холодильника парочку апельсинов и коробку с вишней. — Ага, — соглашается Зоро. — Помочь тебе, кок? Санджи так удивляется предложению, что не сразу находится с ответом. Что это с Зоро? Не хамит, не орёт, предлагает помощь… — Помоги, — осторожно соглашается Санджи. — Помой и апельсины и вишню. С мылом только. Зоро согласно мычит, перебирается к раковине, сначала споласкивает свою тарелку из-под саке, а затем принимается за дело. Действует, очевидно, медленно и тщательно, стараясь не прикладывать слишком много усилий, чтобы не помять фрукты. Санджи в конце концов решает, что ему можно доверить такое ответственное занятие, и сосредотачивается на измельчении шоколада для пирога. — Это что ты такое странное собираешься делать из вишни, шоколада, лимонов и апельсинов? — Ничего. Вишня — в сегодняшний шоколадный пирог. Лимоны и апельсины — для украшения завтрашних десертов, — охотно отвечает Санджи. — Хорошо звучит, — одобряет Зоро. С Зоро точно что-то было не так. Санджи косится на то, как мечник старательно вытирает полотенцем вымытые апельсины. — Могу порезать ещё, — предлагает Зоро. — Не катанами только, — кивает Санджи. — Ты ими гадость всякую режешь, вроде живых людей. Посмотри, как порезаны лимоны в банке, и сделай так же. Зоро фыркает, но не возмущается. Видимо, резать еду катанами, которыми режешь людей, немного перебор даже для него. С ножом управляется ловко, нарезая апельсины идеальными кружочками. Санджи наблюдает за этим процессом с удовольствием. Пока он взбивает желтки с сахаром, Зоро утаскивает из тарелки одну из вишенок, предлагает, жуя: — Косточки достать? — Давай. Если ты не собираешься всю её слопать при этом. — Не всю, — обещает Зоро. Если хорошо подумать, никто никогда не помогал ему с готовкой. Не то чтобы Санджи не справлялся или его напрягали собственные обязанности, но внезапная помощь оказывается довольно приятной. — Расскажи что-нибудь ещё, — предлагает Санджи, аккуратно высыпая в тесто перемолотый шоколад. — Например? — переспрашивает Зоро, выбрасывая косточки в мусорку и тщательно моя тарелку от сока. — Про Михоука расскажи, — не может удержаться Санджи, продолжая привычными движениями перемешивать получившуюся жидкость. — Тебе рассказать, какие позы он любит? — ухмыляется Зоро, припоминая вчерашний разговор. — Ну, если тебе больше нечего сказать о нём, то расскажи об этом, — ворчит в ответ Санджи. Сейчас они были опасно близко к тому, чтобы привычно перегрызться. Зоро явно тоже это понимает и прекращает его дразнить. Он прислоняется к барной стойке, чтобы не мешать Санджи ходить по кухне, складывает руки на груди. — Он лучший наставник, которого я только мог представить. Когда я к нему попал, то мнил себя нереально крутым, а оказалось, что я не умею ровно нихера и машу мечом как обезьяна — палкой. Санджи бросает на него удивлённый взгляд. Он всегда считал, что Зоро не из тех, кто легко признаёт, что чего-то не умеет, тем более если это касается фехтования. Да и что он вообще толком знает о Зоро? — А как человек? — Честный. Очень прямолинейный. Задаёшь вопрос — будет ответ или вежливый посыл нахуй. Толково тренируешься — получаешь одобрение, пинаешь балду — получаешь ушат презрения, — с усмешкой отвечает Зоро, хорошенько подумав. — И в постели — огонь. И ещё умный, как чёрт. Словно две Нами и три Робин вместе взятые. Иногда ни хера не понимал, о чём он говорит. Санджи усмехается. Зоро, отзывающийся о ком-то настолько лестно, тоже был для него непривычным зрелищем. — Ещё готовит превосходно, — неожиданно вспоминает Зоро. — Готовит? — заинтересованно оборачивается Санджи, ради такого дела даже отвлекаясь от распределения вишни по поверхности теста, залитого в огромную формочку. — Если ты ждёшь от меня какой-нибудь рецепт его авторства, то я тебя разочарую, — пожимает плечами Зоро. — И то верно, — хмыкает Санджи. — Повезло тебе с островом. — Ты даже не представляешь, — соглашается Зоро. — Если бы у меня не было команды, я б с ним там навсегда поселился. Пока Санджи ставит будущий пирог в духовку, Зоро возвращается к раковине, собирая все разбросанные испачканные тарелки, лопатки и венчики, и принимается их перемывать. В голове Санджи крутится очевидный вопрос, который он не сразу решается задать, потому что считает его гораздо более интимным, чем обсуждение секса. Они с Зоро мирно общаются о чём-то личном от силы третий раз в жизни, хрупкое перемирие портить не хочется. Любопытство, как обычно, побеждает здравый смысл. — Ты влюблён в него? — Нет. Просто хороший человек. Надёжный. Таких мало. Я таких ценю. Санджи понимающе кивает. Он таких людей тоже ценил. Зоро, например. Характер у их мечника откровенно дерьмовый, но вот положиться на него можно всегда. Санджи усаживается за стойку и с удовольствием закуривает, наблюдая за тем, как Зоро с сосредоточенным видом вытирает столешницу, стараясь не пропустить брызги сока и крошки шоколада. — Расскажи, что ты делал два года. Никогда не говоришь об этом, — предлагает Зоро пару минут спустя. Санджи вздрагивает и кисло кривится, словно ему пришлось съесть все десертные лимоны без всякого там сахара. — Это было ужасно. — Да ладно тебе. Что ж, откровенность за откровенность. — Если бы Михоук заставлял тебя ради тренировок носить платья и красить глаза, тебе бы тоже не понравилось, — морщится он снова, стряхивая пепел в пепельницу. — Серьёзно? — неверяще усмехается Зоро. — Ну да, — обречённо соглашается Санджи. — А что, тебе бы пошло, — задумчиво говорит Зоро, явно в красках представляя картину. — Что? — мгновенно закипает Санджи, повышая голос. — Да ты охерел, маримо? Я тебя сейчас самого в платье затяну! На лице Зоро отражается мучительная работа мысли. — Я не имел в виду, что ты на бабу похож или на трансвестита! Ты высокий. И худой, — пытается объяснить свою сложную идею Зоро. — Красивый? Зоро что, сейчас старается с ним не поссориться? От этой мысли Санджи выдыхает всю свою злость вместе с дымом, словно закипающий чайник. — Иди нахер с моей кухни, пока я тебя не придушил, — почти мирно ворчит он, нервно затягиваясь. — И… — Не ссы, я никому не расскажу, — обещает Зоро, и правда шустро выметаясь в сторону выхода. Да Санджи бы и в голову не пришло, что мечник будет болтать. — Спасибо за помощь! — кричит Санджи ему вслед, туша в пепельнице остатки сигареты. Его ждали идеально нарезанные апельсины для завтрашнего десерта. Красивый?..

***

Как-то с самого начала повелось, что в серьёзном бою они с Зоро при необходимости прикрывают слабую часть команды. К счастью, у них не было тех, кто вообще не мог за себя постоять, иначе бы приходилось тяжело. Луффи о таких мелочах в битве задумывался мало: то ли был на сто процентов уверен в силах своих накама, то ли не сомневался, что при необходимости успеет всех защитить. Этот бой Санджи не назвал бы стоящим — какие-то жалкие пиратишки бросились на них сдуру посреди моря и больше всего бесили Санджи тем, что отвлекли его от приготовления обеда. Они с Зоро успели два раза поскандалить прямо во время боя, а потом как-то неожиданно оказались спина к спине. Это внезапно тоже приятно. Враги в Новом Мире становились всё серьёзней, и Зоро и Санджи частенько разбрасывало в разные концы поля боя. Те времена, когда их обоих нужно было почти убить, чтобы заставить работать сообща, прошли давно и безвозвратно. Санджи понятия не имеет, что об этом думает Зоро, но самому ему сражаться в паре с мечником вполне комфортно — тот не путается под ногами, а ещё не нужно думать о том, чтобы защитить спину. Им даже разговаривать особо не требуется — они чувствуют друг друга всей кожей. Санджи отступает после очередной атаки, врезается лопатками в спину Зоро и неожиданно понимает, что у него стоит. Это, в принципе, не новость и уж точно не реакция на сегодняшнего напарника — адреналин боя часто действует на Санджи таким образом. — Жульен сейчас сгорит, — ворчит он скорее просто так, чем обращаясь к Зоро. — Что ж ты сразу не сказал? Давай тогда пошевелимся поживее, — отвечает ему мечник. Санджи ухмыляется, занося ногу для очередного удара. Когда они заканчивают, Санджи несётся на кухню практически бегом — он терпеть не мог, когда приходилось выбрасывать продукты. К счастью, ничего ещё не успело испортиться; он явно переоценил время, которое длился бой, и зря нервничал. Санджи тщательно моет руки, включает обратно огонь под овощами, тушащимися под крышкой, и огромной бадьёй с компотом, а потом принимается промывать рис. Всё должно быть готово примерно одновременно, чтобы не подавать холодное и не разогревать. В душ бы сейчас. Брюки ещё чьей-то кровью забрызгал… Ровно когда он додумывает эту мысль, дверь камбуза открывается, и внутрь проходит Зоро. С влажными зелёными колючками, которые называет волосами, в чистой одежде, а ещё благоухающий мылом так, словно он его на себя намыливает и совсем не смывает! Санджи даже разозлиться и разворчаться не успевает. — Там Робин и ведьма тебе душ уступают. Иди, я послежу. Санджи задумчиво постукивает лопаткой по краю сковороды с овощами. С Зоро определённо что-то было не так, но он никак не мог понять, что именно. Возможно, ему даже нравилось это новое странное «не так». Впрочем, прямо сейчас душ интересовал гораздо больше. — Нужно вытащить жульен ровно через шесть минут. Там в духовке ещё мясо — не трогай его, оно будет готово как раз к моему возвращению. Овощи выключить через девять минут, за это время тебе надо помешать их пару раз, только не дави сильно, чтобы не превратить в кашу. Зоро сосредоточенно кивает. — А что с компотом и рисом? — спрашивает он, деловито заглядывая в кастрюли по очереди. — Просто не трогай их. И не пускай сюда Луффи, а то мы все останемся без обеда, — уже на пути к выходу инструктирует Санджи. Зоро согласно хмыкает. — И, Зоро… — Да? — Нами-сан. Её зовут Нами-сан, — не удерживаться от ворчания он. Зоро насмешливо фыркает за спиной. Когда Санджи возвращается, кухня, к удивлению, выглядит как же, как он её оставил. Ничего не горит, не взрывается, и даже Луффи не смог пробраться и сожрать половину обеда. Санджи оттесняет Зоро в сторону и принимается за сервировку. Зоро занимает своё обычное место за столом и наблюдает за каждым его шагом неотрывно и молча. Санджи даже оглядывает себя на всякий случай: штаны на месте, ширинка застёгнута. Рубашка наскоро наброшена на плечи и распахнута — ну так он вроде не леди, чтобы пялиться на его сиськи? — Что-то не так? — спрашивает он настолько вежливо, насколько вообще способен разговаривать с Зоро. Тот моргает, словно сбрасывая оцепенение, а потом предлагает: — Никогда не думал о том, чтобы придумать парочку совместных атак со мной? Это усилило бы команду. Теперь очередь Санджи удивлённо моргать. Гордец Зоро предлагает сделать что-то совместное? Не то чтобы Санджи был против, это действительно могло быть интересно. — После ужина попробуем, — отвечает он. — Сходи позови всех обедать. Зоро улыбается одними уголками губ и поднимается с места.

***

Погода Нового Мира была благосклонна к ним уже несколько дней. Это означало лишь то, что потом грянет грандиозная буря, но пока Санджи просто наслаждается спокойствием. Он прислоняется спиной к стене рядом с дверью в камбуз и неторопливо закуривает, подставляя лицо солнцу. Конечно же, раз день такой прекрасный, кто-то непременно должен его испортить. Зоро возникает на палубе прямо перед ним, оглядывает самым хмурым взглядом, на который только способен. Санджи уже готовится отражать нападение — он уверен, что с такой мрачной рожей можно только людей убивать, — когда Зоро молча протягивает ему сковородку. Сковорода, кстати, хороша с первого взгляда: большая, глубокая, с отличным покрытием, добротной деревянной ручкой. И с огромным красным бантом, на этой самой ручке завязанным. Санджи аккуратно отодвигает её пальцем в сторону, чтобы видеть выражение лица Зоро. — Это тебе, — говорит Зоро и буквально впихивает сковороду ему в руки. Это уж точно переходит все границы. — Какого хрена ты делаешь, маримо? — растерянно спрашивает Санджи, прижимая к себе сковородку. Зоро скрещивает руки на груди, смотрит на него из-под нахмуренных бровей и отвечает: — Усопп сказал: если я хочу привлечь твоё внимание, то мне стоит прекратить тебя цеплять. Усопп мог научить чему-то помимо вранья и карточных фокусов? Нет, нет, стоп, подождите! — Привлечь… Что? — переспрашивает Санджи. — Я люблю тебя, кок, — сообщает Зоро со всей суровостью, на какую только способен, а затем склоняется вперёд и целует его в завитую спиралькой бровь. А потом просто разворачивается и уходит. Санджи едва не роняет из рук сковородку. Вариант с вероятностью какой-то шутки он отбрасывает сразу, потому что прямолинейней Зоро мог быть только топор — он бы однозначно запорол любой прикол на корню. По правде сказать, лучше бы это был прикол. Санджи закрывается в крохотной подсобке за кухней, укладывает сковородку на стол и таращится на неё, словно она — источник всех его проблем. Во-первых, стоило пойти и надавать по башке Усоппу за его бесценные советы. Или не стоило? Как бы не вышло, что Усопп из всей команды самый удачливый в любовных делах, если не считать Робин и Фрэнки, увлечённых исключительно друг другом. Во-вторых… Чёрт возьми, Зоро — это серьёзно. Это не одноразовая портовая интрижка, о которой можно забыть через неделю. Мечник определённо был тем, кто влюбится один раз на всю жизнь и будет верен как пёс. Несмотря на все их разногласия, Санджи не хотел бы быть мудаком, пренебрежительно относящимся к чужим чувствам. В-третьих, Зоро — мужик! Нет, мечник совершенно точно привлекателен (ладно-ладно, у Санджи есть глаза), чертовски силён и временами забавен. И ещё, возможно, понимал его, как никто. Санджи любил всю свою команду, но Зоро был для него тем человеком, с которым можно было помолчать, выпить и, как ни странно, поговорить тоже. Луффи, конечно, был их капитаном, но его заботило крайне мало скучных взрослых вещей, и именно Зоро был тем, к кому Санджи пошёл бы в первую очередь с любой проблемой. Вот признайся ему Нами-сан… Ладно, ладно, Зоро. Сам Санджи немного нервно реагировал на попытки нарядить его в женские тряпки и мог отпустить пару едких шуточек про ориентацию Усоппа, но не имел никаких предрассудков. Кроме того, он был уверен, что Луффи выкинет за борт любого, кто окажется достаточно глуп, чтобы всерьёз осуждать чужие предпочтения в личной жизни. Просто его самого отношения с мужчинами никогда не интересовали. Наверное? Он ни разу не пробовал, даже не обдумывал по-настоящему. Другой вопрос, почему он вообще обдумывает это прямо сейчас. Санджи пытается сосредоточиться и представить себе Зоро. Зелёные волосы и самая мрачная на свете рожа появляются перед глазами легко. Несмотря на все их склоки, мечник вызывал у него ровно ноль реальной неприязни. Но вызывал ли какие-то романтические желания? Ну почему обязательно всё должно быть так сложно? И почему он не удосужился обзавестись хоть каким-нибудь опытом, чтобы сказать точнее? Санджи вздыхает и встряхивает головой, зажимая губами новую сигарету. Это всё прекрасно, конечно, но обед сам себя не приготовит. Новый остров совершенно необитаемый, но причаливать было решено в любом случае — для команды проглотов вечно требовалось пополнять запасы. Санджи аккуратно складывает в огромный рюкзак ножи, контейнеры, верёвки… всё, что может потребоваться для сбора продуктов. Ещё стоило выяснить, кто пойдёт ему помогать, чтобы понимать, что прихватить с собой на перекус. Он выглядывает с камбуза. Чуть в стороне от дверей Чоппер подскакивает, размахивая крошечными копытцами, и с энтузиазмом рассказывает Бруку про лекарственные растения, которые, судя по климатическим условиям, должны расти на этом острове. Этих двоих можно сразу вычеркнуть. Санджи перевешивается через перила и повышает голос: — Эй, балбесы, кто идёт со мной за едой? — Я иду, — немедленно отзывается мирно дремавший в углу Зоро. Санджи зябко передёргивает лопатками. Это будет чертовски неловко. Что ж, Зоро определённо никогда не был трусом, сбегающим от сложных ситуаций. А ему стоило прихватить онигири. — Погоди, Зоро, а кто будет охранять корабль? — тут же возражает Нами. Санджи хмыкает, затягиваясь сигаретой и неспешно выдыхая дым. При всём его уважении к Нами-сан, она ещё ни разу в жизни не переупрямила Зоро ни в чём, что не касалось денег. — А вы все здесь на что? — ворчит в ответ мечник. Дальнейший спор Санджи решает не слушать. В итоге корабль остаются охранять Робин и Фрэнки. Усопп остаётся охранять Робин и Фрэнки, на случай если эти двое увлекутся друг другом слишком сильно и прощёлкают опасность. Брук и Чоппер уходят за травами, а Луффи с воплями скачет куда-то вдоль берега, таща за руку ругающуюся Нами. Впрочем, вариант, в котором Луффи останется охранять корабль, никто и не рассматривал. Зоро закидывает за плечи рюкзак, тщательно проверяя, чтобы свисающие концы лямок не мешали доставать мечи. Санджи наблюдает за ним, мысленно клянясь не вести себя как козёл. Зоро и без того постоянно косится исподлобья, словно ждёт, что он будет смеяться. Что ж, предыстория их общения не предполагала понимания и уважения чувств друг друга. — Нам нужно поймать кого-то травоядного, — начинает Санджи, чтобы не шагать по лесу в полной тишине. Он выбирает ровно противоположную сторону от той, в которую унёсся их капитан, — тот обычно распугивал всё живое на своём пути. — Почему? — бурчит Зоро. — У хищников жёсткое и жилистое мясо, — послушно поясняет Санджи. — Я смогу приготовить и хищника, но всегда лучше не создавать себе лишних проблем. Зоро в ответ только хмыкает. Мечник шагает чуть впереди, чтобы Санджи мог следить за ним и не позволить потеряться. — Ещё подойдут птицы. Желательно, тоже не хищные, но тут уже попроще, — продолжает Санджи. — Но никаких оленей. Чоппер нервно на них реагирует. — Как всё сложно, — бормочет Зоро, явно не настроенный на разговор. И зачем только увязался? Ладно, ладно, он не будет вести себя как козёл. — Это не сложно, — возражает Санджи. — Сложно — это Трафальгар Ло, который не ест умэбоси, хлеб, огурцы, бобы и фасоль, шесть видов рыбы, два — мяса, четыре — орехов… Он мне ещё после Панк Хазард выдал целый список того, чего он не ест. Не представляю, чем его кормит повар их команды, потому что ему приходится иметь дело со всем этим каждый день. — Серьёзно? — косится на него Зоро, невольно втягиваясь в беседу. — Абсолютно, — усмехается Санджи. — Он готов питаться одними онигири, совсем как ты. — Я всё ем, — возражает Зоро, аккуратно придерживая ветки, чтобы они не хлестали по лицу. С веток во все стороны взлетают потревоженные крупные птицы с неприметным коричневым оперением. — Знаю, — кивает Санджи. — Ло вообще очень замороченный парень. — Ага, — хмыкает Зоро. — Эти его здоровенные братья, которые забирают его и Тан с попоек, как их там?.. — Донкихот, — подсказывает Санджи, скашивая на него взгляд. Зоро выглядит и ощущается гораздо менее нервным, чем в самом начале пути. — Да, — соглашается Зоро. — Вот они занимают всю его голову. Оставшееся место занимают медицина и медведь в комбинезоне. Впереди между деревьями начинает брезжить свет. Кажется, они выходят из чащи. — Ступай тише, — неожиданно командует Зоро, — и сигарету потуши. Возмутиться хочется просто по привычке, но Санджи заставляет себя заткнуться и делает что говорят. Не зря: на поляне, к которой они выходят, целая стая тех самых толстеньких коричневых птиц, увлечённо объедающих кусты каких-то красных ягод. — Вот бы Усоппа сейчас, — едва слышно шепчет Санджи, склоняясь вплотную. — Он бы настрелял сколько захочешь. — Эти птицы нам подойдут? — так же тихо отвечает Зоро. — Да, — соглашается Санджи. Он ожидает, что Зоро достанет свои железки и начнёт ими размахивать, но тот явно не собирается размениваться на мелочи. Пару мгновений ничего не происходит, а затем по поляне со свистом проносится волна Королевской воли. Несчастные птички падают на землю, словно перезревшие груши с веток. Санджи удивлённо моргает. Это, конечно, выпендрёж чистой воды, но он впечатлён. Он передёргивает лопатками, разгоняя разбежавшиеся по спине мурашки, одобрительно хлопает Зоро по плечу и идёт собирать птиц, которых для него так любезно добыли. Да это самая быстрая охота в его жизни! — А что за ягоды? — спрашивает Зоро за спиной несколько минут спустя. Санджи оборачивается через плечо, оставляя в покое крепко связанные друг с другом птичьи лапы. — Ты их там жрёшь? — Раз птицы едят, значит, неядовитые, — пожимает плечами Зоро, закидывая в рот новую порцию. — Птицы могут есть их всю свою жизнь и иметь к яду иммунитет, — ворчит Санджи. Зоро с опасением косится на ягоды в ладони. Санджи поднимается на ноги, небрежно перебрасывает через ветку все три связки птиц, чтобы на земле не наползли насекомые, и идёт выяснять, что там трескает мечник. — Тебе повезло, это всего лишь медовика. Нам не помешает собрать таких, из них выходит превосходный маринад, соусы, напитки, варенье, да практически что угодно, — увлечённо вещает Санджи, срывая с куста пару листочков и перетирая их между подушечками пальцев. — А листья превосходно заменяют некоторые специи. Вот, понюхай. Санджи терпеливо дожидается, когда Зоро с опаской обнюхает растёртые листья и кивнёт с умным видом, словно что-то понимает, а затем рассеянно облизывает зелёные подушечки пальцев — не зря же сорвал. Зоро наблюдает за этим жестом так внимательно, что Санджи немедленно себя одёргивает. Вот если бы Нами-сан при нём так сделала, он бы тоже зацепился взглядом. Впрочем, в Нами он влюблён всё же не был, а вот Зоро в него — был. Интересно, Зоро всегда так смотрел, а он не замечал? Как же сложно оказалось не быть козлом! Санджи успокаивает себя обещанием обдумать всё всерьёз ещё раз, вручает Зоро корзину под ягоды, а сам принимается за сбор листьев. До самого возвращения на корабль они едва обмениваются парой фраз.