Тёмный дворецкий. По осколкам души

Вернулись Сиэль и Себастьян уже за полночь. Поместье маркиза Граура встретило тишиной и мраком. — Подготовь все к завтрашней охоте, — отдал приказ граф, параллельно пытаясь снять незадачливый костюм. Когда Сиэль катался с маркизом туда-сюда, тому все же удалось уломать парня на участие в охоте. — Да, мой лорд, — поклонился дворецкий. — Будут ли ещё какие-то указания? — Нет. На сегодня ты свободен. Уходи и не появляйся до самого утра. Стоило демону закрыть за собой двери, как Сиэль слез с кровати и подошёл к столику с ящичками, куда предусмотрительно спрятал найденные находки в комнате дочери маркиза. В одном из ящичков лежала записка с бутыльком и книга. Сиэль взял именно книгу. Нужно было ее прочитать. Возможно, что именно она сможет дать ответы на интересующие вопросы. Сиэль уселся на край кровати, осторожно раскрыл том и погрузился в страницы, исписанные изящным почерком и украшенные старинными иллюстрациями. Каждая глава открывала перед ним мир, где границы между реальностью и вымыслом казались зыбкими, а древние ритуалы и легенды — не просто сказками, а ключами к пониманию чего-то гораздо более глубокого и опасного. Внимание привлекали описания обрядов, связанных с призывом духов и защитой от темных сил — темы, которые казались особенно актуальными в свете недавних событий в поместье. Парень провел пальцем по страницам, останавливаясь на рассказе о загадочном культе, который, по слухам, когда-то существовал неподалеку от этих земель. В книге говорилось о том, что его последователи обладали знаниями, способными изменить ход судьбы, и что их ритуалы требовали жертв, не всегда человеческих. От чего-то Сиэль сразу вспомнил ритуал, который проводил ещё до возвращения. По коже прошёл холодок. Взгляд задержался на иллюстрации — силуэты фигур в капюшонах, окруженных огнем и символами, которые казались знакомыми, словно он уже видел их где-то раньше. Мысли Сиэля начали плести нити догадок: не исключено, что именно эти древние обряды каким-то образом связаны с теми странными событиями, что происходят в поместье маркиза. Была большая вероятность, что даже дочь маркиза вполне могла попробовать что-то подобное воплотить в жизнь, но что-то пошло не так и она пропала. Возможно, как и говорится в книге, в глубине веков здесь действительно существовал культ, чьи тайны не были забыты, а лишь скрыты под слоем времени и забвения. И если это так, то найденная вещица — не просто случайная находка, а ключ к разгадке. Фантомхайв вновь перевернул страницу, где подробно описывался один из ритуалов — призыв духа умершего человека. Инструкция была сложной и требовала точного соблюдения всех деталей: от выбора времени и места до использования особых символов и ингредиентов. Среди них был упомянут и тот самый бутыль с жидкостью, который Сиэль заметил в ящичке. Его сердце забилось быстрее — неужели это и есть та самая эссенция, необходимая для обряда? Парень задумался. В мыслях появилась одна мысль, которая не желала уходить. Если он попытается и сможет провести этот ритуал, возможно, удастся не только подтвердить все гипотезы, но и пролить свет на тайны, которые скрываются в этих стенах. Но вместе с тем в душе зародилось и чувство тревоги: древние силы редко бывают безобидны, и любое вмешательство в их ход может обернуться непредсказуемыми последствиями. Сиэль понимал, что идея обурдная и он собирается играть с огнём, но выбора было не так много — иначе тайны так и останутся неразгаданными, а тьма, сгущающаяся вокруг, лишь усилится. Не сказать, что граф очень верил в эти старые записи, но браться за что-то нужно. Необходимы хоть какие-нибудь зацепки. Даже если задумка не увенчается успехом — попытаться стоит. Не только ради маркиза и его дочери, но и ради самого себя. Да, в первую очередь Фантомхайв заботился о своём благополучии и интересах. Он аккуратно перелистнул ещё несколько страниц, стараясь запомнить каждую деталь ритуала. Время для проведения было назначено на полночь, когда граница между мирами становится тонкой, а духи наиболее восприимчивы к призывам. Надо же, какое совпадение. Место — старая часовня на окраине поместья, давно заброшенная и покрытая мхом, где, по легендам, когда-то собирались члены культа. Сиэль встал, ощутив, как в груди разгорается любопытство и уверенность. Решение было принято, оставался лишь один нюанс. Себастьян. Как он к этому отнесется? Он спрятал книгу под подушку и подошёл к окну, глядя на безлунное небо.

***

Покинув покои по велению графа, Себастьян окунулся в объятия наступающей ночи — времени, которое он всегда ценил. Впереди было множество дел, размышлений, а главное — возможность отдохнуть от своего юного господина, чьи постоянные колкости и необъяснимое поведение, порой становились настоящим испытанием. В последнее время Сиэль действительно вел себя крайне необычно. То он избегал Себастьяна, словно тот был воплощением зла, хотя так оно и есть, то бросал на дворецкого взгляды, смысл которых оставался для демона загадкой. Иногда юноша проявлял неожиданную заботу, но это случалось намного реже. А однажды утром, за завтраком, и вовсе метнул в голову Себастьяна нож. К счастью, молниеносная реакция дворецкого семьи Фантомхайв спасла его от неприятностей, которые могли бы постигнуть менее расторопного, обычного, человека. Демон усмехнулся, вздохнув. В поместье маркиза Дэвида, где они сейчас находились с господином, царила полная тишина. Все обитатели давно погрузились в сон, и лишь размеренные шаги дворецкого нарушали безмолвие темных коридоров. Он шел, изредка останавливаясь у окон, за которыми простирался роскошный сад, а затем изящная беседка, украшенная скульптурами от животных до изваяний обнаженных тел. Был даже небольшой пруд, украшенный всевозможными камнями. Впрочем, все это великолепие мало трогало демона. Но все же он отметил про себя, что состояние маркиза, судя по всему, превосходило даже богатство герцога Ловэна, что наводило на мысль о не совсем честных методах ведения дел. Такова уж, человеческая природа. Внезапно, из темноты за спиной демона, раздался голос, который Себастьян узнал мгновенно. — И как ты мог оставить своего маленького господина одного? Демон отреагировал с молниеносной скоростью, отскочив и метнув в сторону источника звука шесть острых столовых ножей. — Хи-хи-хи. Довольно грубое приветствие, но мне нравится, — раздался в ответ смешок. В лунном свете, проникавшем сквозь окно, проступило до боли знакомое лицо, испещренное шрамами и наполовину скрытое длинной белой челкой. Гробовщик. Какая нелепая встреча. — Что вам нужно? — вежливо спросил Себастьян, но его улыбка не достигала глаз. — Пришел насладиться забавным зрелищем, — ответил жнец, раскачиваясь из стороны в сторону с безумной улыбкой. В полумраке коридора это выглядело еще более зловеще, чем обычно. — Кто-то из обитателей этого поместья умрет? — уточнил дворецкий. — Хи-хи-хи. Все тебе расскажи. А как же плата? — жнец уклонился от прямого ответа. Себастьян напрягся. Его охватило неприятное предчувствие. Присутствие жнеца здесь было совершенно неуместным. После недолгого молчания Гробовщик произнес: -Не из поместья. По крайней мере, не из этого. — Тогда где? — спросил дворецкий, его напряжение усилилось, когда он заметил, как с лица жнеца исчезла привычная ухмылка. — Этого тебе знать не нужно. На какое-то время вновь повисло молчание. — А симпатичная у твоего господина повязка. — вдруг перевёл тему мужчина. — Ему, видимо, тоже очень нравится, раз носит не снимая. Эти слова заставили Себастьяна вздрогнуть. Он с подозрением взглянул на жнеца, который после этого, через мгновение, растворился в лунном свете. Себастьян остался один в коридоре, но тишина, последовавшая за исчезновением Гробовщика, была куда более тревожной, чем его присутствие. Слова жнеца эхом отдавались в голове, словно ядовитые стрелы, впившиеся в самое сердце его демонической сущности. Повязка. Симпатичная. Не снимает. Эти простые, казалось бы, фразы несли в себе такой заряд двусмысленности, что у Себастьяна, привыкшего к тонким манипуляциям и скрытым смыслам, перехватило дыхание. Он не мог позволить себе поддаться панике. Его долг — защищать своего юного господина, и любые намеки на опасность, исходящие от столь непредсказуемого существа, как Гробовщик, требовали немедленного внимания. Но что именно имел в виду жнец? Была ли это угроза, предупреждение или просто очередная зловещая шутка, призванная посеять раздор? Себастьян медленно повернулся, его взгляд скользнул по темному коридору, словно пытаясь уловить малейшее движение, любой намек на присутствие. Он чувствовал, как напряжение нарастает, как каждый мускул его тела готов к действию. Гробовщик не был врагом в привычном понимании этого слова. Он был скорее стихийным бедствием, силой, которая появлялась и исчезала по своему усмотрению, оставляя после себя лишь хаос и недосказанность. Мысль о том, что жнец что-то знает глубоко укоренилась внутри. Это означало, что тот не просто случайно оказался здесь, а целенаправленно искал встречи, чтобы передать некое сообщение. Сообщение, которое, судя по всему, касалось самого господина. Демон прикрыл глаза на мгновение, пытаясь упорядочить свои мысли. Он должен был вернуться к своему лорду. Убедиться, что тот в безопасности. Но прежде чем сделать это, нужно было понять, что именно скрывается за словами Гробовщика. Себастьян почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он был демоном, существом, привыкшим к власти и контролю. Но в такие моменты, когда на сцену выходили силы, неподвластные его пониманию, он ощущал себя уязвимым. И эта уязвимость была для него невыносима, особенно когда речь шла о его господине. Он снова открыл глаза, его взгляд стал более острым, более сосредоточенным. Дворецкий семьи Фантомхайв не мог позволить себе быть застигнутым врасплох. Он должен был быть на шаг впереди. И если Гробовщик считал, что может играть с ним, то он глубоко ошибался. Себастьян был готов к любой игре, к любому противнику. Особенно, когда на кону стояла безопасность господина.