Студентка для авторитета

Кристина накинула на плечи куртку и вышла во двор в поисках подруги. Ночная прохлада заставила её поёжиться. — Сабина, ты где? — позвала она, оглядываясь по сторонам. — Почему так долго не заходишь? Обойдя весь участок вокруг дома, девушка поняла, что Сабины нигде нет. На душе стало неспокойно. Вдруг у самой калитки, прямо в дорожной грязи, Кристина заметила прямоугольный предмет. Она наклонилась и подняла коробку с новеньким, престижным мобильным телефоном. Крис сразу сообразила, что вещь дорогая — из их окружения такую роскошь мог позволить себе только Саша Белов. Но почему подарок валяется здесь, растоптанный в грязи? В этот момент сотовый в её руках внезапно ожил, оглушительно зазвенев в ночной тишине. На экране высветился единственный сохранённый номер. Вздрогнув от неожиданности, Кристина нажала на кнопку ответа и прижала трубку к уху. — Проверка связи, маленькая, — раздался в динамике знакомый, уверенный голос Белова. Саша звонил из машины по дороге в Москву, довольный тем, как прошла их встреча у пруда. — Белов? — от нахлынувшей паники голос Кристины сорвался на дрожащий шепот. — Крис, ты, что ли? — Саша на том конце провода мгновенно подобрался, его тон стал жёстким и холодным.  — А где Сабина? Почему телефон у тебя? — Сабины нет… Она исчезла! — Кристина разрыдалась в трубку, сжимая в руке испачканную пластиковую коробку.  — Я вышла её искать, а на дороге только этот мобильник в грязи валяется! Ее похитили? Она бы не ушла сама, ничего мне не сказав… На том конце линии повисла мёртвая тишина. Белов, который только что чувствовал себя хозяином положения, резко крутанул руль — тяжёлый автомобиль со свистом резины занесло на пустом ночном шоссе. Белов сбросил вызов, так и не ответив плачущей Кристине, пальцы до белых костяшек сжали руль «Мерседеса». Паника внутри него мгновенно трансформировалась в ледяную, бешеную ярость. Его девочку, его чистую, беззащитную Сабину украли прямо у него под носом, на его территории. Кто-то посмел бросить вызов лично Саше Белому. Он резко набрал номер Шмидта — начальника своей службы безопасности. — Шмидт! Слушай меня сюда, — процедил Саша в трубку, и от его замогильного тона у парня на том конце провода перехватило дыхание.  — Сабину взяли. Прямо с дачи в Подмосковье, минут двадцать назад. Объявляй общий сбор. Поднимай всех наших, ОМОН, ментов прикормленных — мне плевать. Город заблокировать, все выезды из области перекрыть. Ищи неприметный транспорт, который крутился в том районе. Если с её головы хоть один светлый волос упадёт — я всю Москву в крови утоплю, ты понял меня?! — Понял, Саня, сделаем, — коротко отрезал Шмидт и тут же отключился. Через минуту по всей столице уже выли сирены, а десятки черных джипов Бригады сорвались с мест. Сразу после этого Белов набрал Космоса. Телефон Холмогорова долго не отвечал, но наконец в динамике послышались гудки. — Кос! — рявкнул Белый, вдавливая педаль газа в пол до упора.  — Бросай все свои дела с Кавериным, Сабину похитили! Разворачивайся и дуй на дачу, Кристина там одна. Осмотри всё вокруг, ищи любые зацепки! Я тоже уже лечу обратно. Космос, который в этот момент как раз подъезжал к посёлку, за рулем своего «Линкольна».  Космос ведь и сам собирался тайно встретиться с Сабиной, поэтому его авто уже был на подлёте к посёлку. До дачи он добрался за считанные минуты и, ворвавшись во двор, сразу же принялся настойчиво расспрашивать заплаканную Кристину, пытаясь выудить хоть какие-то зацепки. Не успела Крис толком ничего объяснить, как у забора с оглушительным визгом тормозов замер «Мерседес» Белого. Саша выскочил из машины, на ходу пряча пушку за пояс. Его дикий, ищущий взгляд тут же наткнулся на Космоса. Белов на секунду завис, и в его глазах промелькнуло удивление. Тяжёлый, немой вопрос буквально повис в прохладном ночном воздухе: как, чёрт возьми, Холмогоров умудрился оказаться на глухой подмосковной даче быстрее него? Ведь Саша выехал обратно сразу после звонка Кристине, а Космос в это время должен был находиться в самом центре Москвы, в их офисе. — Кос… — тихо, но с леденящей кровью сталью в голосе произнёс Белый, медленно шагая к другу.  — А ты как здесь очутился быстрее меня? Ты же в офисе сидел. Откуда ты вообще адрес этой дачи узнал? — Так я у Шмидта спросил, пацаны же её адрес первыми пробили! — Космос даже не моргнул, уверенно глядя другу прямо в глаза и ловко прикрываясь начальником охраны.  — Саня, хорош, давай все разборки на потом оставим! Нам Сабину искать надо, время тикает. Может, она вообще сама сбежала, а? Что ты ей опять наплёл, признавайся? Золотую клетку пообещал или сразу золотой подвал без права выхода? Ты же задушил ее своим контролем! Белов слушал друга, глубоко и тяжело дыша, но его желваки так и не разгладились. Он искренне не оценил такую внезапную осведомленность и прыть Холмогорова. Внутри у Белого скребло гнилое ощущение: Кос явно темнил, и Саня чего-то очень важного о своём лучшем друге сейчас не знал. Но времени на допросы действительно не было. — Сбежала? — Саша резко повернулся к побледневшей Кристине, которая судорожно сжимала в руках грязную коробку из-под телефона.  — Крис, говори как есть. Она ушла сама или её утащили? Телефон почему в грязи валялся?! — Да не сбежала она! Посмотри сюда! — Кристина сорвалась на истерический плач, указывая трясущейся рукой на землю возле калитки. Саша и Космос мгновенно переглянулись и бросились к ней. Крис опустилась на колени, показывая на развороченную траву и глубокие борозды размазанной подсохшей грязи — явные, неоспоримые следы жестокой борьбы. Сабина отчаянно сопротивлялась, цеплялась за землю, но силы были неравны. — Их тут несколько человек было! Вон, гляньте, сколько следов от подошвы армейских ботинок! — Кристина ткнула пальцем в отпечатки тяжелой обуви, оставленные нападавшими.  — Они поджидали её в кустах... Она просто вышла к забору, и они её скрутили! Саня, её украли! Белов присел на корточки, всматриваясь в истоптанную землю. Внутри у него всё окончательно заиндевело. Это была чистая, профессиональная работа — перехват. Космос стоял позади друга, и его лицо сделалось белым как полотно. Тяжелые армейские подошвы, аккуратная засада... Холмогоров слишком хорошо знал этот почерк. Так работали либо менты из спецназа, либо псы Каверина, у которых за плечами была чеченская кампания. — Саня, это Каверин. Точно тебе говорю, он! — Космос нервно заходил по двору, сжимая кулаки.  — Никто в этой гребаной Москве больше не рискнул бы полезть к твоей девчонке. Только этот отморозок… Договорить Холмогоров не успел — в кармане кожаной куртки Белова оглушительно завыл мобильный. Саша выхватил трубку, мгновенно нажав на кнопку ответа, и прижал её к уху так сильно, что затрещал пластик. Из динамика донесся знакомый, хриплый и издевательский смешок, от которого кровь стыла в жилах. — Ну привет, Сашенька, — ядовито протянул Каверин на том конце провода. — Проверяешь, как там твоя маленькая устроилась? А она сейчас у меня. Гостит. — Володя, сука… Если ты её пальцем тронешь… — тихо, едва сдерживая рвущийся наружу бешеный крик, процедил Белов. Его глаза налились кровью. — Рот закрой и слушай сюда, Белый, — жестко перебил его Каверин, и его голос сорвался на леденящую сталь.  — Условия тут диктую я. Завтра утром ты получишь пикантные снимки своей несовершеннолетней нимфетки. А сразу после этого ты своими ножками пойдёшь в ментовку и напишешь чистосердечное признание. Изложишь все свои криминальные деяния, начиная с девяносто третьего года. До единого греха запишешь, понял? Даю тебе время подумать до рассвета. Если дёрнешься, сдашь назад или попытаешься устроить штурм — на следующих фотографиях Сабина будет уже мёртвой. Время пошло, Сашок. В трубке раздались короткие, равнодушные гудки. Саша медленно опустил руку с телефоном, чувствуя, как мир вокруг него начинает рушиться. Каверин загнал его в идеальный тупик. — Кос… я поеду. Поеду сдаваться, — глухо, мертвым голосом произнес Саша, глядя куда-то в пустоту перед собой.  — А вы с пацанами ищите её. Любыми путями ищите. Мне нужно отвлечь его внимание. Если Володя увидит по своим каналам, что я пришел в ментовку, он хоть чуть-чуть выдохнет и ослабит хватку. Холмогоров оцепенел. За все годы их дружбы, пройдя через огонь, пули, взрывы и разборки, он никогда — абсолютно никогда — не видел Белого в таком тотальном, уничтожающем отчаянии. Тот, кто построил самую мощную криминальную империю в Москве, сейчас был готов добровольно пойти на пожизненное заключение. Подставить свою голову под расстрельную статью прошлых лет или сгнить в одиночке — и всё это лишь ради того, чтобы спасти свою маленькую, невинную студентку Сабину. — Найдем, Саня! Обязательно найдем, землю носом выроем! — Космос крепко, до боли пожал другу плечо.  — Только раньше времени ничего не подписывай там, слышишь? Тяни время как можешь! Кос резко развернулся, прыгнул в салон своего «Линкольна» и с диким свистом подорвался с места. Мощный мотор взревел в ночной тишине — Холмогоров мчался на экстренную встречу с Филом и Пчелой. Нужно было срочно поднимать всю Бригаду.  Белов ещё раз тяжёлым взглядом осмотрел пустой, развороченный участок, где всего час назад держал Сабину на руках, и медленно пошёл к машине. Надеяться больше было не на что. Он сел за руль и взял курс на Москву — прямиком в центральное управление милиции, как и требовал Каверин. На полпути к городу салон «Мерседеса» оглушил резкий звонок мобильного. На экране высветилось имя начальника охраны. Саша нажал на кнопку ответа, чувствуя, как внутри всё напряглось. — Да, Шмидт, говори, — глухо приказал Белый. — Саня, есть зацепка! — в трубке раздался взволнованный, но собранный голос Шмидта. — Пацаны из нашей наружки подняли все доступные записи с дорожных камер на подмосковной трассе. Отследили подозрительные серые «Жигули». Эта колымага заехала в посёлок незадолго до тебя и долго там кого-то пасла, крутилась у заборов. Километрах в тридцати от дачи, прямо на трассе, они резко свернули в сторону старых садовых огородов. На этом след теряется. — Почему теряется? — Саша до боли сжал руль, прибавляя газу. — Камеры дальше есть? — В том-то и дело, что там глухая зона, камер нет, — тяжело выдохнул Шмидт. — Но тачка оттуда больше не выезжала, Саня. Зуб даю, они держат её в одном из этих заброшенных дачных домов. Это идеальное место для лежки. В глазах Белова впервые за эту ночь блеснул яростный, живой огонёк. Появился след. Каверин думал, что полностью контролирует игру, но пацаны из Бригады сработали быстрее, чем бывший опер мог предположить. Теперь у Саши было точное направление, но действовать нужно было ювелирно, ведь на кону стояла жизнь его маленькой Сабины. — Я недалеко оттуда, мчусь туда! — крикнул в трубку Саша, резко разворачивая «Мерседес» прямо через двойную сплошную.  — Парням моим отзвонись, пусть подлетают на всех парах. Прикормленных оперов тоже туда отправь, пусть подстрахуют периметр. — Саня, не лезь один! Жди нас, слышишь?! — донёсся из динамика тревожный крик Шмидта, но Белов уже сбросил вызов. Ему было плевать на любые предупреждения и инструкции. Он проигнорировал слова начальника охраны, потому что на кону стояла жизнь и безопасность его Сабины. Каждая секунда промедления могла стоить девушке слишком дорого. Саша вдавил педаль газа в пол, и внедорожник на бешеной скорости понёсся в сторону заброшенных садовых участков. Прибыв на место, Белов заглушил мотор и погасил фары ещё на подъезде, чтобы не выдать себя. Ночь накрыла глухие огороды плотной, звенящей тишиной. Медленно пробираясь сквозь густые заросли разросшихся кустов и покосившиеся старые заборы, Саша чутко прислушивался к каждому шороху. Его рука крепко сжимала рукоять верного пистолета. Наконец, обогнув один из полуразрушенных деревянных домиков, Белый замер. В темноте между деревьями отчётливо проступил силуэт тех самых серых «Жигулей», о которых предупреждал Шмидт. Машина стояла с наглухо потушенными огнями, уткнувшись бампером в старый малинник. Чуть дальше, в глубине участка, в окнах покосившейся дачи едва заметно брезжил тусклый свет. Подобравшись к покосившемуся дачному домику, Белов аккуратно взобрался на сложенные у стены доски и заглянул в мутное, засиженное мухами окно. То, что он увидел внутри, заставило кровь в его жилах мгновенно закипеть. Сабина лежала на кровати с задранным подолом платья, испуганная и беззащитная, а над ней нависал Каверин. Его грязные ладони бесцеремонно трогали то, к чему прикасаться было никак нельзя. К чему сам Саша, несмотря на всю свою дикую страсть, не позволял себе прикоснуться без её согласия. — Ублюдок… — бешено процедил сквозь зубы Белый. Слетев с деревянного помоста, Саша тенью метнулся к крыльцу. Двое часовых на входе даже не успели поднять стволы — Белов уложил их быстрыми, сокрушительными ударами рукоятки пистолета в челюсть и висок. Не теряя ни секунды, он с размаху, с ноги выбил хлипкую деревянную дверь. Она с грохотом отлетела к стене. — Убрал от неё свои пальцы! — рявкнул Белов, вскидывая руку. Дуло его пистолета уставилось прямо в перекосившееся от неожиданности лицо Каверина. В безумных, налитых кровью глазах Саши горел смертный приговор. Он собирался застрелить эту тварь незамедлительно, прямо на месте, без лишних слов и предупреждений. Палец уже начал плавно вдавливать спусковой крючок. Но Саша слишком торопился. Врагов в доме оказалось больше, чем он просчитал. Из темноты коридора сзади бесшумно выросла массивная фигура Макса. Раздался глухой, свистящий замах, и тяжелая резиновая дубинка с огромной силой огрела Белова по затылку. В глазах Саши мгновенно вспыхнула белая вспышка, колени подогнулись, а пистолет с грохотом вывалился из ослабевших пальцев на грязный пол.  — Саша! — истошно закричала Сабина, забившись в путах на кровати. Слезы брызнули из её глаз с новой силой при виде того, как Белов тяжело рухнул на колени. — Ну надо же, Белов… — Каверин медленно опустил фотоаппарат и ядовито усмехнулся, глядя на поверженного врага сверху вниз. — Вот это у тебя нюх. Настоящая ищейка, всё и вся вынюхать умудряешься. Наверное, думал, что самый умный? Макс грубо рванул обмякшего Сашу за шкирку и с силой заломал ему руки за спину, намертво блокируя любые попытки сопротивления. Белов тяжело, хрипло дышал, сквозь пелену перед глазами пытаясь сфокусировать взгляд на Сабине. — Ну, теперь пеняй на себя. Тебе же хуже, Сашок, — Каверин окончательно оторвался от испуганной девушки и неторопливо подошел к Саше.  — Мог бы просто тихо-мирно поехать в ментовку, сесть на пожизненное и спокойно гнить в камере до конца дней. Но ты же у нас герой. Решил поиграть в спасателя? Каверин резко, с отмаши нанёс Саше сокрушительный удар кулаком в челюсть. Голова Белова мотнулась в сторону, изо рта на пол брызнула кровь. Володя буквально сходил с ума от многолетней, копившейся годами ненависти. Возможность лично, безнаказанно избивать некогда всесильного лидера Бригады была для него слаще любого мёда. Удар за ударом — в лицо, под дых, по ребрам. Каверин вкладывал в каждый замах всю свою злобу за разрушенную карьеру, за страх перед Бригадой, за все свои прошлые унижения. Саша только глухо рычал от боли, принимая удары, но упорным, волчьим взглядом продолжал смотреть врагу прямо в глаза, отказываясь просить о пощаде. — Ладно, Макс, надо кончать его, — Каверин тяжело задышал, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба.  — Сейчас его псы прибегут. Белов же не полный идиот, чтобы один в такую глушь тащиться. Хотя… ради этой малолетки, возможно, и идиот. Володя наклонился к разбитому лицу Саши, гадко и плотоядно ухмыляясь: — Жаль, Сашок. Не успеешь ты глянуть, как я твоей девчонкой наслаждаюсь. А ведь она ещё девственница, ты в курсе? Представляешь, как там у неё всё… Каверин безумно захохотал, упиваясь своей безнаказанностью, но его смех оборвался на полуслове. Дверь домика с грохотом распахнулась, и внутрь влетел напуганный до смерти дозорный. — Валим! Валим отсюда! — истошно заорал он, бледнея.  — Там машин целая куча несётся, джипы черные! Нас окружают! Каверин мгновенно переменился в лице. Страх за собственную шкуру моментально выбил из него всю спесь. Из авторитетного карателя он снова превратился в трусливого загнанного опера. — Твою мать! — рявкнул Володя, пулей вылетая из комнаты. На ходу он обернулся к Максу и бешено закричал:  — Макс, прикончи Белого! Быстро! Макс резко выхватил пистолет, целясь в голову распластанного на полу Саши, но нажать на спусковой крючок не успел. В ту же секунду заброшенную дачу буквально разрезали на куски плотные, оглушительные очереди из автоматов. Бригада Шмидта и пацаны Космоса пошли на штурм без предупреждения. Пули с треском прошивали ветхие деревянные стены, в щепки разносили мебель и выбивали остатки стёкол. — Назад! — рявкнул Макс, уклоняясь от града щепок. Понимая, что промедление равносильно смерти, он бросил Белова. Под шквальным обстрелом Макс вместе с Кавериным еле успели выскочить через тёмные задние сени, перемахнули через поваленный забор и растворились в густой ночной темноте подмосковных лесов, бросив своих раненых подельников. В развороченную комнату, окутанную пороховым дымом, с пушками наперевес ворвались Космос, Пчела и Фил. — Саня! — истошно заорал Кос, бросаясь к лежащему на полу другу.  Саня лежал на полу, тяжело хрипя. Всё его лицо было разбито в кровь, а на кожаной куртке расплывались новые темные пятна, но он, преодолевая жуткую боль, упрямо пытался приподняться на локтях. — Кос… Сабина… Она напугана, — сквозь силу выдохнул Белов, кашляя кровью.  — К ней иди… Холмогоров быстро окинул взглядом разнесённую в щепки комнату и в дальнем углу, на полуразрушенной кровати, наконец увидел Сабину. Девушка сжалась в беззащитный маленький колышек, свернувшись калачиком среди летящих щепок и пыли. Она тряслась от пережитого ужаса, зажмурив глаза и тихо плача. Космос мгновенно оказался рядом. Сердце у него бешено заколотилось, когда он бережно приподнял её со старого матраса, укрывая своим широким плечом от порохового дыма. — Тише, всё позади, свои… — вкрадчиво, с непривычной для него нежностью зашептал Кос, доставая из кармана складной нож. Он аккуратно просунул лезвие и одним точным движением разрезал тугие пластиковые хомуты на её израненных запястьях. Освободив руки Сабины, Холмогоров осторожно прижал плачущую девушку к себе, давая ей почувствовать долгожданную безопасность. Саша с пола молча наблюдал за этой сценой. В его затуманенном взгляде смешались глубокое облегчение от того, что Сабина жива, и затаившийся, едва заметный укол ревности к лучшему другу. Холмогоров бережно накинул на плечи дрожащей девушки свой широкий пиджак и аккуратно поправил подол её измятого домашнего платья, пряча следы чужого бесчинства. — Саша! — имя Белова словно мгновенно привело Сабину в чувство. Забыв о собственном страхе, она порывисто соскочила с кровати и бросилась на пол к Белову. В ней тут же проснулся будущий врач, готовый бороться за жизнь пациента. Сабина опустилась перед Сашей на колени, её пальцы быстро и профессионально скользнули по его шее, проверяя пульс, а затем аккуратно приподняли его окровавленную голову, бережно укладывая к себе на колени. — Боже мой… Тебе нужно срочно в больницу! Нам нужны носилки! Вдруг у тебя тяжёлое сотрясение или внутреннее кровотечение? — её голос срывался от паники, пока она пыталась стереть кровь с его лица рукавом пиджака Космоса.  Саша приоткрыл опухшие глаза, затуманенным взором всматриваясь в её испуганное лицо. — Прости меня, Сабина… — хрипло, со свистом выдохнул Белый, превозмогая адскую боль в разбитых рёбрах. Но стоило ему вспомнить, как Каверин лапал её на этой кровати, как взгляд Белова снова налился безумной яростью. — За то, что этот ублюдок с тобой делал… Я лично вырву его грязные пальцы. Все до одного вырву и заставлю сожрать.  В этот момент в полуразрушенный дом с пушками наперевес зашли Пчёла и Фил. Вид окровавленного друга заставил их помрачнеть. — Ушёл, гнида… — сквозь зубы процедил Пчёла, убирая ствол за пояс куртки. — Через задний ход дворами скользнул. Шмидт сейчас с парнями прочёсывает лесополосу, пытаются на след выйти. Но шансов мало, темень кромешная...