Надежда умирает последней

      Драко не мог найти себе места весь день.       Сначала было собрание аврората. Гарри Поттер лично объявил коллегам о смерти Гермионы, а так же раскрыл некоторые детали дела, посчитав, что так будет лучше. Вот же кретин.       Коллеги реагировали по-разному, а Драко внимательно следил за каждым. Его не покидало чувство, что мразь, которая помогает Краму, один из них. Это не было логическим умозаключением — это было чутьё. То самое, которое не раз спасало ему жизнь во время войны и после.       Может, это Льюис? Он слишком резко закрыл глаза, когда услышал новость. Словно у него защемило что-то внутри, и он не смог это скрыть. Или Эммет. Тот вообще в лице не изменился. Ни тени эмоции. Будто ему было всё равно. А может, всё-таки Маклагген?       Кормак сидел напротив Драко и смотрел в одну точку в центре длинного переговорного стола. Слишком бледный, рубашка помята, красные глаза и сжатые до побелевших костяшек кулаки. Нет, прав был Блейз. Этот кретин может и та ещё заноза в заднице, но на убийства точно не способен. Да и какая у него могла быть связь с Крамом?       Вопрос этот был очень важный. Кого Крам мог отправить на поиски Грейнджер? Это должен быть кто-то, кто знает Англию. Кто может свободно перемещаться. Кто не вызывает подозрений. Кто… не привлекает внимания.       Если это кто-то неизвестный Драко, то дела у них плохи. Но что если этот мудила — кто-то из их общего окружения? Нужно будет обязательно спросить это у Гермионы вечером. Есть ли у неё идеи на этот счёт?       И Иванка. Нужно срочно закончить с отчётом о вчерашнем осмотре тела и места преступления и отправляться в морг. Может, если он скажет ей, что Гермиона у него, эльфийка подобреет и согласится поговорить?       Да, так он и сделает.       Блейз слева от него отклонился в сторону и что-то тихо спросил у Уильямса. Тот кивнул, и они продолжили слушать Поттера, который вещал об усилении мер безопасности, отправлении авроров в разные части страны для наблюдения и прочей хрени.       За кем он собрался наблюдать? У них не было ни единой зацепки и даже примерного понимания, кого искать. Мужчина? Женщина? Может, их было двое? И есть ли смысл сейчас кого-то искать, если их цель уже была мертва? О чём Поттер, конечно, не знал, считая, возможно, что Гермиона была случайной жертвой. Совпадение.       Драко Малфой в совпадения не верил.

***

      После собрания Блейз предложил зайти в кафетерий. — Спасибо, я позавтракал. — Кофе и сигарета это не завтрак, — хмыкнул мулат и проводил взглядом Кормака, бредущего куда-то в сторону туалетов. Драко тоже проследил за тем взглядом, презрительно щурясь. — О, не поверишь, я завтракал глазуньей с сосисками. — Действительно, не поверю. Беги, я прикрою. — Чего?       За спиной Драко раздался стук каблуков, и через мгновение он уловил аромат любимых духов Астории. Дорогих, французских. Он их ей дарил. Надо было разбить бутылек, когда был в её доме в последний раз. Или не дарить вообще. Или жениться на ком-то другом. Или не жениться вообще. — Привет, Блейз. Доброе утро, Драко. Можно тебя на пару слов? — Привет, Тори. Ретируюсь. Удачи, друг, — добавил Забини в конце уже шёпотом. Но достаточно громким, чтобы Астория тоже услышала.       Драко обернулся, глядя на жену. Как всегда идеальная укладка — ни одного волоска не торчит. Элегантный брючный костюм — тёмно-синий, под цвет её глаз. Неброский макияж — только подчеркивающий достоинства, прячущий недостатки. Она была аристократично красивой и хорошо воспитанной, за что Нарцисса Малфой её боготворила, напоминая сыну, как же ему повезло с женой.       Пиздец как повезло, мама. Не нарадуюсь. — Ты что-то хотела? — Если ты не забыл, у моей мама́ день рождения в эти выходные. Ты приглашён. К сожалению. — Вынужден отказаться, много работы, — без паузы и времени на раздумья сказал он. Делать ему нечего, ходить на день рождения к теще. Дафна тоже там будет, а значит, он будет очень близок к тому, чтобы совершить убийство. А снова в Азкабан ему не хотелось. — Ты не можешь отказаться! — прошипела девушка, хватая его за рукав аврорской мантии. Её пальцы — идеальный маникюр, безупречные ногти — вцепились в ткань. — Мама не в курсе наших с тобой… отношений. И ты не посмеешь испортить ей настроение!       Астория, Астория… Она за полтора года брака так и не поняла, что Драко Малфою совершенно фиолетово, испортит ли он кому-то настроение. Главное, чтобы его настроение было в порядке, а остальные пусть думают, что хотят. Пусть даже говорят. Ему плевать. — Тори, милая, отпусти меня. Иначе твоя драгоценная мама́ случайным образом получит колдографии, на которых ты трахаешься с собственным начальником.       Астория отшатнулась от него, отпустив рукав. Долбанная идиотка, вздумала ставить ему условия. — Это правда про Грейнджер? — вдруг спросила она. — Она действительно мертва? — Откуда ты знаешь? — Оли… Вуд рассказал. А ему Поттер.       Драко было до жути смешно от того, что Астория каждый раз исправляла себя, когда случайно называла Вуда по имени. Наивная дурочка, неужели она действительно думала, что ему есть до этого дело? — Зачем спрашиваешь, если и так знаешь ответ? — огрызнулся он.       Девушка раздражённо пожала плечами, развернулась и ушла туда, откуда явилась, громко стуча каблуками. Настроение Драко было испорчено. А ведь день начался вполне неплохо.

***

      После собрания и встречи с Асторией он отправился в морг.       Его там уже все знали, хоть и не все ждали. Но парочка санитарок иногда подкармливали его, за что он им был благодарен. Сегодня как раз была смена одной из них. — Доброе утро, мистер Малфой. — Доброе утро, Стелла.       Стелла была дружелюбной, болтливой и улыбчивой. Он всегда задавался вопросом, что такой человек, как она, забыл в морге? Может, у неё дома коллекция голов бывших в заспиртованных банках стоит, а он тут рассуждает о том, какая она милашка? Интересная теория. Напроситься что ли к ней в гости?       Рассуждая о бывших Стеллы и способе их возможного убийства, Драко сам не заметил, как дошёл до комнаты, где лежали тела Лили и Гермионы. То есть Иванки.       Он тихо зашёл в пустое помещение, закрывая дверь на заклинание и накладывая Силенцио. Незваных гостей и любителей подслушивать ему сегодня точно не надо.       Голубое облачко Лили и сиреневое — эльфийки — встрепенулись. Драко усмехнулся тому, как по-разному они отреагировали на его появление. Девушка тут же поздоровалась, а Иванка сжалась в комочек. У него не было желания ждать снова, захочет ли душа спасительницы Гермионы разговаривать, поэтому он сразу перешёл к делу. — Она в безопасности, Иванка. И всё мне рассказала.       Сиреневый шарик души всё ещё не собирался разговаривать с Драко, а Лили сообщила, что та всё ещё боится.       Чёрт, ну это точно какое-то издевательство: доказывать мёртвому домовому эльфу, что он не конченый мудак. Такому на подготовке в аврорат не учили. Что ты на это скажешь, Грейнджер? Не пора ли ввести такой экзамен? И Драко будет требовать, чтобы эти лекции вела лично она. — Ми… Миона жива?       Глаза Драко чуть не совершили побег на лоб. В его голове раздался голос. Всё такой же обезличенный, как и у предыдущих душ, с кем ему довелось общаться… но немного другой. Более тонкий. Более медленный, словно душе домовика было тяжело выходить на контакт с Драко и она делала это с большим усилием. Потому что Иванка — эльф? — Жива.       Сиреневый шарик света чуть увеличился в размере. Будто выглянул из укрытия. Забавно.       Побейся головой об пол, Малфой. Что ещё тебе забавно? От общения с душами плавятся мозги? — Я… я хотеть её видеть. — Исключено. Это опасно. — Иванка ничего не сказать, — шарик снова сжался до размера грецкого ореха и потемнел до темно-фиолетового цвета.       Драко выругался, закатывая глаза.       Что ж сегодня за день-то такой? Одна женщина отчитала за нарушение аврорских инструкций, вторая ставила условия, не имея на это никакого права… И третья тоже почему-то решила, что может им командовать. А она вообще эльф! — У нас не так много времени. Если хочешь помочь Гермионе, тебе лучше начать говорить со мной.       Иванка молчала. Лили покашляла в его голове, словно спрашивая разрешения, чтобы начать говорить. Ну хоть кто-то сегодня ведёт себя с ним не как с конченым идиотом. — Да, Лили, я тебя слушаю, — сказал он как можно спокойнее. — Она злится. — Вау, она злится?! А мне, блять, радостно в душе!       Он всё-таки не выдержал. Бросил чертов неудобный стул в стену, пнул ногой стол и вышел из морга.       Вперёд по коридору, потом наверх по металлической лестнице и на улицу через чёрный вход. С каких это пор кто бы то ни было решил, что имеет право мешать Драко работать?! Тем более, когда ему наконец-то стало интересно это делать!

***

      Он закурил, облокотившись на перила крыльца. Металлическая дверь за ним захлопнулась, от чего Драко вздрогнул.       Холодный воздух обжигал лёгкие, но не прочищал голову. Мысли путались, в висках стучало. Сигареты, которые раньше всегда приносили спокойствие, сегодня наоборот действовали на нервы.       Он не знал, как ему поступить. Идти и пытаться разговорить домовика снова? Или тащить сюда Грейнджер? Второго делать совершенно не хотелось. Драко не был уверен, что девушка отреагирует адекватно на морг и своё собственное тело в нём. А снова успокаивать её истерику… было выше его сил.       Он представил, как она сидит сейчас на диване, перелистывает его книги, может, опять критикует его за что-нибудь. И почему-то от этой мысли стало чуть легче.       Думай, Малфой, думай. Как разговорить эльфийку и, самое главное, что потом делать с этой информацией? Как убедить начальство и Поттера в частности похоронить Гермиону как можно быстрее? Сказать, что это её последняя воля? Бред, чёртов бред… но больше идей не было. — Ну что за ебаная хуйня… — Смотрю на тебя, Малфой, и думаю то же самое каждый раз.       Пенси Паркинсон.       Её-то какая кикимора сюда затащила? У него что, сегодня день встречи со всеми возможными женщинами? Пусть ещё Макгонагалл и мадам Помфри сюда явятся, он будет в полном восторге. — Тебе назначено? — А у тебя появился секретарь? Кто?       Девушка остановилась у крыльца, глядя на него снизу вверх и хитро улыбаясь. Кобра в женском обличье. Тёмные волосы, короткая стрижка, смелые зелёные глаза — она всегда знала себе цену и никогда не позволяла другим сомневаться в этом. — Забини, — выдохнув в воздух облачко сигаретного дыма, ответил Драко.       Пенси его хотя бы не бесила, так что пусть стоит и улыбается сколько её душе угодно. Кстати, её душа должна была быть жёлтой. Он готов поспорить на это на тысячу галеонов с кем угодно, хоть с самим Тёмным Лордом. Яркая, жизнерадостная, слегка хаотичная — как и сама Пенси. Она всегда была такой: сначала делала, потом думала. Но при этом никогда не жаловалась и не ныла. — Раньше он был твоим переводчиком с мудацкого языка на человеческий. Понижен в должности? — Я выучил язык и в услугах переводчика больше не нуждаюсь. Какого хуя тебе надо, Пенси?       Паркинсон состроила недовольное лицо, забирая у него сигарету и делая затяжку. Она уже несколько лет жила в счастливом браке с Невиллом Лонгботтомом и редко посещала их своеобразные встречи выпускников Слизерина, которые они устраивали каждый год. Предательница. — Я жду Невилла, он навещает родителей. А ты? Решил сменить род деятельности или место жительства? — Все и сразу. Теперь живу в сестринской и работаю санитаром морга.       Они ещё пару минут поболтали с бывшей одногруппницей. Она похвасталась тем, что они с Лонгботтомом открывают ещё один магазин растений на Косой аллее. «Мандрагора и Ко» — они назвали его в честь Невиллова любимого растения. Драко сделал вид, что ему интересно. На самом деле он думал о том, как Пенси уживается с Невиллом — тихим, скромным, вечно возящимся в земле. И как они вообще стали парой? Наверное, она просто устала от слизеринских игр и захотела спокойной размеренной жизни. Жизни, которую Драко боялся.       А Драко похвастался тем, что до сих пор не убил Дафну Гринграсс и назвал её мерзкой сукой всего тринадцать раз за последние пару месяцев. Вот такие они были разные.       Наконец Пенси окликнул Невилл, который с их последней встречи стал будто бы выше и шире в плечах, и Паркинсон упорхнула, помахав изящной ручкой Драко.       Время близилось к обеду, а он снова нихуя полезного не сделал.       Драко вернулся в морг. Не стал утруждать себя запирающими и заглушающими заклинаниями. Просто коротко бросил Иванке: — Я её приведу.       И ушёл.       Правильное ли это было решение? Он считал, что да. Живая и невредимая Гермиона — лучший способ заставить душу эльфийки говорить.

***

      Драко трансгрессировал домой, безо всякого удивления обнаружив, что его входная дверь заперта на двенадцать защитных заклинаний. Три из которых он вообще не знал, как отпирать, поэтому пришлось воспользоваться звонком.       Грейнджер открыла дверь через несколько секунд, будто стояла и ждала под дверью, когда он придёт. На ней всё ещё был его халат, только рукава она закатала и это, как ни странно, выглядело очень по-домашнему. На лице — выражение огромнейшего любопытства. — Заходи! И рассказывай.       Что за командный тон в его доме, блять?!       Но он зашёл. И рассказал. Про собрание, про Асторию, про Иванку и Пенси. Про своё решение отвести Грейнджер в морг под оборотным.       Он ожидал от неё паники, слёз или фраз по типу «нет, я не пойду». Драко приготовился к худшему. Но она согласилась. — Конечно. Это единственное верное решение.       Драко что, умер и попал в рай? Его похвалила сама Гермиона Грейнджер! Он даже не сразу нашёлся, что ответить. Просто кивнул. — Иди обедать, потом пойдём в морг. Заодно я расскажу тебе свой план.       Она уже ушла на кухню, палочкой заставляя тарелки отправиться на стол, а чашки — наполниться ароматным чаем с мелиссой из заварочного чайничка. Этот сервиз ему подарила Дафна. Она знала толк в подарках для мужчин. Конченая дура.       Драко сел на своё место и вдохнул запах чая. Мелисса — нежная, травяная, с лёгкой ноткой лимона и чего-то ещё, что он не мог определить. Этот запах всегда успокаивал его. Сейчас он действовал как мягкое зелье сна, разливающееся по венам, убирающее напряжение из плеч. Пахло домом. Пахло безопасностью. Пахло ею.       Он смотрел, как Гермиона разливает чай по чашкам, как уверенно двигается по его кухне, как поправляет выбившуюся прядь волос. — Чего уставился? — спросила она, не оборачиваясь. — Думаю, как ты умудряешься командовать даже на чужой территории. — Это талант, Малфой. Учись.       Она поставила перед ним чашку, и он взял её в руки. Тёплую. Почти горячую. Аромат мелиссы ударил в нос, и Драко закрыл глаза на секунду. — Рассказывай свой план, — сказал он.