Error 404: ███████ Not Found

Шэнь Юань замер в прихожей, вцепившись в два огромных черных пакета. Плотный полиэтилен натянулся до предела, скрывая содержимое, которое обязано было остаться тайной для Ло Бинхэ. Внутри, замотанные в несколько слоев пленки, покоились обломки его прежней жизни: редкие фигурки, артбуки и плакаты. В ушах всё еще звенел капс Шан Цинхуа из ночного чата: «БРО, У НЕГО ЧУТЬЕ ХИЩНИКА! ОН ЧУЕТ ТВОЙ ПЛАСТИК КАК ХИМИЧЕСКУЮ УГРОЗУ! ПРЯЧЬ ВСЁ! ЗАМАТЫВАЙ В ДЕСЯТЬ СЛОЕВ!» «Идиот, — сердито проворчал про себя Шэнь Юань, перехватывая тяжелый груз. — Хоть в бетон закатай, Ло Бинхэ считывает мои эмоции. Ему хватает одного взгляда, чтобы увидеть мой нервный срыв и запах предательства собственных идеалов». Он вспомнил, как бережно оборачивал Шэнь Цинцю в пупырчатую пленку, стараясь избегать встречного взгляда холодных нарисованных глаз. Для маскировки Шэнь Юань засыпал сокровища пустыми упаковками от лапши и старыми чеками — проверенная тактика прикрытия «интеллектуального хобби» бытовым мусором. Но внутри всё равно всё ныло. — Я в магазин, — бросил он через плечо, подавляя дрожь в голосе. — Выброшу хлам и возьму продуктов. Сиди на месте. Изучай Пеппу. Это... важный культурный код. Ло Бинхэ, застывший на диване, едва заметно кивнул. Капюшон с кошачьими ушками скрывал лицо, но Шэнь Юань кожей чувствовал этот тяжелый, сканирующий взгляд. Стоило двери захлопнуться, как атмосфера в квартире изменилась. Суетливая паника Хозяина испарилась, оставив лишь стерильную свежесть очистителя воздуха и бодрое хрюканье из телевизора. Ло Бинхэ медленно поднялся. Плед мягко скользнул на пол. Инстинкты, отточенные долгими годами страданий, требовали немедленного изучения территории. Бинхэ бесшумно, словно тень, проследовал в спальню Шэнь Юаня. Здесь пахло сильнее всего. Сквозь примитивный запах пластика Ло Бинхэ уловил нечто большее — густой шлейф привязанности. Его память мгновенно зафиксировала перемены: полки опустели. Те места, где еще вчера теснились коробки, теперь зияли чистотой. Бинхэ провел кончиками пальцев по поверхности. Там остался едва заметный след — контур круглого основания. Шэнь Юань вынес это. Он упаковывал эти вещи с такой тщательностью, будто прятал улики преступления. Но запах... запах в комнате кричал о глубокой печали. «Он отказался от того, что ему дорого, — осознал Ло Бинхэ. — Он лишил себя сокровищ ради моего присутствия». Бинхэ лишь догадывался о содержимом пакетов. В воображении всплывали магические артефакты, свитки с описанием прошлых грехов или нечто, связывающее Шэнь Юаня с истинным Шэнь Цинцю. Ясно было одно: Хозяин Шэнь принес жертву. Он расчистил пространство для своего «должника». Шэнь Цинцю всегда только забирал. Жадно, властно, до конца. Шэнь Юань действовал ровно наоборот. Ло Бинхэ вернулся в гостиную и сел перед экраном. Папа Свин вещал о важности семейного пикника. Бинхэ смотрел на картинку, но видел пустые полки в спальне. «Он бережет свой секрет, — Ло Бинхэ сжал кулаки, пряча ладони в длинных рукавах худи. — И страдает от этой потери. Шэнь Юань... твоя доброта отдает горечью и старым полимером. Ты — самая странная загадка из всех существующих». Через сорок минут щелкнул замок. Шэнь Юань ввалился в квартиру с пакетами из супермаркета. От него пахло уличным смогом, дешевым рисом и свежезаваренным кофе. Лицо выглядело измученным, но при виде Бинхэ на диване в глазах мелькнуло облегчение. — Порядок? — Шэнь Юань сгрузил покупки на пол и вытер лоб. — Свинка Пеппа не научила тебя ничему плохому? Бинхэ поднял голову. Ушки на капюшоне качнулись. — Я постигал основы социального взаимодействия, Хозяин Шэнь, — произнес он своим новым, подчеркнуто вежливым голосом. — Ваша спальня стала гораздо просторнее. Благодарю вас за то, что освободили место для меня. Шэнь Юань застыл с пачкой риса в руках. Сердце пропустило удар. «Проклятье! Заметил! Ну конечно, у него же память как у сервера!» — А, это... — Шэнь Юань нервно хихикнул. — Да так, старье. Решил устроить расхламление. Знаешь, если вещь перестала радовать — ей место на помойке. Ло Бинхэ смотрел прямо на него. Его багровые глаза светились мягким, почти теплым светом. — Вы лжете, Шэнь Юань, — тихо сказал он. — Пустые полки всё еще хранят вашу грусть. Но я... я ценю этот поступок. Я восполню потерю ваших сокровищ. Клянусь. Шэнь Юань почувствовал, как к горлу подкатил ком. Этот пацан оказался слишком проницательным. И слишком искренним в своей благодарности за «жертву», совершенную Шэнь Юанем из чистого эгоистичного страха. — Забудь, — Шэнь Юань отвернулся к плите, скрывая лицо. — Просто ешь. Я взял нормальный рис и даже немного мяса. Сегодня будет ужин без гари. Бонус за примерное поведение. Ло Бинхэ поднялся и подошел к столу. Напряжение, державшее его тело все эти дни, наконец отпустило его плечи. Он принялся помогать с продуктами, аккуратно расставляя банки. Его движения были точными и бережными. В этот вечер в квартире воцарился хрупкий, почти невозможный мир. Они вместе варили рис. Шэнь Юань ворчал на инфляцию, Бинхэ внимательно слушал, запоминая каждое слово. Шэнь Юань смотрел на Ло Бинхэ, усердно моющего овощи, и думал: «Может, всё обойдется? Если я буду просто вести себя по-человечески, он останется собой, а не тем чудовищем из текстов? Смотри-ка, даже ушки не снимает... Почти мило». Он забыл, что под кроватью, в самой глубине, остался лежать один-единственный брелок, выпавший при зачистке. Маленький акриловый Шэнь Цинцю с веером. Но это была проблема завтрашнего дня. А сегодня Ло Бинхэ впервые съел тарелку риса, приправленную искренним сочувствием. И это было лучшее, что случалось с ним за последние семнадцать лет.