Чэнь примчался через двадцать минут. Он выглядел как пародия на успешного человека: новый костюм от Армани сидел на нем идеально, но лицо, бледное и испачканное липким потом, выдавало его истинный статус. В руках он сжимал коробку с новым ноутбуком и пакеты с какими-то документами. — Господин... я всё купил... — задыхаясь, пролепетал лудоман, едва переступив порог. — Вот, последние модели, как вы просили... Бинхэ не взял коробку. Он схватил Чэня за воротник дорогого пиджака и подтащил к роутеру. — Твое «Зеркало» погасло, — прошипел Бинхэ, и багровый отсвет его метки на мгновение осветил лицо марионетки. — Исправь это. Сейчас же. Используй этот номер. Он ткнул пальцем в экран смартфона с фотографией рекламного стикера. Чэнь, дрожа от страха и эйфории — кровь демона в его жилах требовала действий, — начал лихорадочно звонить. — Да... да, алло! Сюйхуй, улица Хуашань... — Чэнь заикался, но под ледяным взглядом Бинхэ быстро перевел деньги через свой WeChat Pay какому-то «агенту Ли». — Сказали... через пять минут включат. Сбой в оплате старого владельца... я переоформил на себя. Ло Бинхэ отпустил его. Чэнь пошатнулся, пытаясь сохранить достоинство в своем новом образе «аналитика». — Теперь это, — Бинхэ указал на гору мусора в углу гостиной. Там гнили остатки овощей, которые юноша сбросил со стола в порыве ярости, и валялись пустые упаковки. — Возьми эти пакеты. Вынеси их к бакам на улице. — Но... Господин... — Чэнь в ужасе посмотрел на свои лакированные туфли и белоснежные манжеты. — Я же только что из магазина... там грязь... я в Армани... Ло Бинхэ медленно сократил дистанцию. Он наклонился к самому уху Чэня, и тот почувствовал запах мяты и первобытного холода. — Хочешь узнать, как чувствует себя человек, у которого под действием моей крови лопаются сосуды внутри глазных яблок? — прошептал демон. — Или ты предпочтешь, чтобы я прямо сейчас отключил тебе фильтрацию почек? Чэнь издал тихий, всхлипывающий звук. Он подхватил вонючие пакеты, стараясь держать их как можно дальше от себя, и боком выскользнул из квартиры. Бинхэ проводил его презрительным взглядом. «Смертные так гордятся своей одеждой, — подумал он. — Но внутри они всё такие же мешки с гнилью, как и те, что он сейчас несет в руках».
Когда интернет наконец заработал, Бинхэ сел за новый ноутбук. Он открыл приложение доставки еды. Голод стал невыносимым, а тратить Ци на подавление биологических потребностей было слишком дорого. Он повторил действия Юаня: выбрал блюдо, нажал кнопку. Через полчаса курьер оставил у двери пластиковый контейнер. Бинхэ открыл его, ожидая почувствовать аромат дома, но в нос ударил запах дешевого пластика и пережаренного масла. Он взял палочки и попробовал кусок свинины. Вкус был мертвым. Пресным. Машинным. Бинхэ отшвырнул контейнер в сторону. Он вспомнил кашу Шэнь Юаня — ту самую, подгоревшую и соленую. В ней была жизнь. В ней была ворчливая забота Кредитора. А здесь... здесь была лишь коммерция. Юноша встал и прошел на кухню. Он включил плиту. Движения его были автоматическими, заученными за ту неделю, что он провел здесь в роли «идеального должника». Он начал готовить рис. Он резал имбирь так мелко, что лезвие превращалось в серебристый туман. Он смешивал соусы, точно вымеряя дозировку яда. Когда еда была готова, Бинхэ привычно достал две тарелки. Он поставил одну на своё место, а вторую — напротив, туда, где обычно сидел Шэнь Юань. Он налил две чашки чая. Гостиная наполнилась ароматом пряностей и тепла. Бинхэ сел, взял палочки и... замер. Тишина в квартире внезапно стала оглушительной. Напротив него было пусто. Стул Шэнь Юаня стоял идеально ровно. Никто не поправлял очки, никто не ворчал на цену электричества, никто не жаловался на «слишком острый соус». Ло Бинхэ смотрел на поднимающийся над второй тарелкой пар. В его груди, прямо под шрамом от Сюя, шевельнулось что-то темное и липкое. Это не была ярость. Это была сосущая пустота одиночества. — Я приготовил рис идеально, — прошептал он в пустоту. — Но некому сказать мне, что я переложил масла. Он почувствовал, как в нем закипает обида. Шэнь Юань бросил его здесь, в этом мире из проводов и пластика, заставив привыкнуть к этой вонючей «человечности», а потом просто вычеркнул его из своей жизни за сто юаней. Бинхэ встал, оставив еду нетронутой. Он зашел в ванную. Его взгляд упал на полку, где стоял флакон одеколона Шэнь Юаня. Тот самый «Морской бриз». Юноша взял флакон в руку. Он поднес его к носу, жадно вдыхая аромат. На секунду ему показалось, что Юань стоит за дверью, готовясь выйти и отругать его за потраченную воду. Бинхэ сжал пальцы. Стекло жалобно хрустнуло и разлетелось на мелкие осколки. Прозрачная жидкость потекла по ладони, обжигая мелкие порезы. Вся ванная мгновенно наполнилась концентрированным, удушающим запахом Хозяина. Бинхэ стоял среди осколков, глядя на свою окровавленную руку. — Кредитор... — прошептал он, и его глаза вспыхнули алым. — Ты думал, что запах твоей лжи выветрится за неделю? Ошибаешься. Я пропитаю этим запахом каждую клетку своего тела. И когда я найду тебя, ты не сможешь спрятаться даже в самом глубоком аду. Он вернулся в гостиную. Рис на второй тарелке уже остыл, покрывшись тонкой коркой. Чай стал холодным и горьким. Ло Бинхэ сел за компьютер. Его пальцы, всё еще пахнущие «Морским бризом» и кровью, застучали по клавишам. Он вошел в свой торговый терминал. — Ты снова в игре, мальчик? — проурчал Мэн Мо. «Я не играю, Мэн Мо. Я взыскиваю долг». Бинхэ открыл отчет, присланный Чэнем. На счету было уже триста тысяч. Юноша выделил всю сумму и вложил её в короткую позицию против компании, против технологического стартапа, чье упоминание он выудил из записей Юаня в папке „Инвестиции_Да-гэ“. Цифры росли сами собой, будто рынок ждал его приказа. Алгоритмы подставляли паттерны, брокеры игнорировали риски, а система безопасности биржи словно закрывала глаза на его ставки. Мир подталкивал его к действию, убирая сопротивление — Ты увидишь, как рушится твой мир, Шэнь Юань, — произнес Бинхэ, глядя на мигающий курсор. — И тогда ты сам прибежишь просить у меня ту самую кашу за пять юаней. В пустой квартире Шанхая демон начал свою первую настоящую финансовую атаку, а остывший ужин на двоих остался немым свидетелем того, что даже у величайших тиранов иногда мерзнут руки в отсутствие своего единственного Кредитора. [Послесловие автора. Системный чат: Шэнь Юань и Протагонист] Бинхэ: [Изображение: стол на кухне, накрытый на две персоны. Две тарелки с дымящимся рисом и мясом. Напротив — абсолютно пустой стул Шэнь Юаня.] Шэнь Юань: Это для Шэнь Юаня? Шэнь Юань сейчас так безумно голоден... Он бы с удовольствием съел всё, которое ты бы ему даровал. Всё до последнего кусочка... Бинхэ: Шэнь Юань голодает на Филиппинах? Бинхэ приготовил идеальный рис и свинину. Но почему тон Шэнь Юаня кажется таким... странным? И почему ты говоришь о «любом мясе»? [Система: Критическая ошибка сети. Соединение с сервером принудительно разорвано...] [Система: Переподключение... Сессия возобновлена] Шэнь Юань: ТЫ ЗАЧЕМ РАЗБИЛ МОИ ДУХИ?! Раздавил стеклянный флакон «Морского бриза» прямо ладонью в ванной?! Всё стекло вдребезги! Вся плитка теперь пахнет как химзавод пополам с твоей кровью! Шэнь Юань просто в ярости от порчи личного имущества! Из-за твоего дурацкого роутера связь постоянно вылетает и ловит критические баги, так ты еще и погромы мне устраиваешь?! Бинхэ: Запах Шэнь Юаня должен оставаться здесь. Но Бинхэ не понимает другого. Бинхэ разбил этот флакон минуту назад и не отправлял никаких сообщений. Как Шэнь Юань за тысячи километров отсюда узнал про осколки и кровь на моей ладони? Шэнь Юань окончательно сошел со ума на своих островах... или Шэнь Юань всё это время наблюдает за Бинхэ из темноты?