Маленький ангел

Я, как всегда, лежала в кровати без сна и смотрела в потолок. До подъёма оставалось ещё слишком рано, поэтому со всех сторон доносилось ровное сонное сопение. Кто-то тихо посапывал, кто-то ворочался, кто-то что-то невнятно бормотал во сне. В комнате стоял привычный полумрак, и всё вокруг казалось удивительно спокойным. На сегодня были назначены какие-то съёмки, но что именно нас ждёт, никто не говорил. А это, как правило, означало только одно — ничего хорошего. Я уже почти начала задрёмывать, когда вдруг услышала, как резко открылась дверь. Приподнявшись на локтях, я увидела незнакомую женщину. Она уверенно вошла в комнату, не сказав ни слова, и тут же включила яркий свет. — Твою мать… — пробормотала Катя, зажмурившись и натянув одеяло на голову. Женщина прошла в центр комнаты, приложила свисток к губам и оглушительно свистнула. Я моментально зажала уши руками. Господи. Вот это, конечно, доброе утро. — Давайте, девчонки, просыпайтесь! — бодро произнесла она таким тоном, словно сейчас было лучшее утро в нашей жизни. Катя и Адель синхронно протестующе замычали и ещё глубже зарылись под одеяла. Ира с Лидой пытались открыть глаза, но получалось это у них с огромным трудом. Было видно, что они вообще не понимают, где находятся и почему над ними кто-то орёт в такую рань. Я же просто села на кровати и с искренним интересом наблюдала за происходящим. Катя до последнего держалась за одеяло, но женщина оказалась сильнее и безжалостно выдернула его из её рук. — Эй! Это незаконно! — возмущённо прохрипела Костенюк. Но Адель повезло ещё меньше. Женщина буквально стащила её с кровати. Адель вцепилась рукой в лестницу и попыталась удержаться. — Нет… Нет… Я отказываюсь принимать эту реальность… — сонно бормотала она. — Встаём! — безапелляционно заявила незнакомка. В конце концов Адель всё-таки сдалась и, спрыгнув на пол, растрёпанная и невероятно недовольная, посмотрела на женщину таким взглядом, будто мысленно уже закопала её где-то за домом. Убедившись, что все окончательно проснулись и хотя бы открыли глаза, женщина вышла из комнаты. Судя по звукам, она направилась будить розовый факультет. Через несколько секунд из соседней комнаты донеслись возмущённые крики. Я не удержалась и тихо рассмеялась. Спустившись вниз, я натянула тапочки, когда Катя, всё ещё взъерошенная и сонная, подозрительно прищурилась. — Пиздец. Ри, тебе надоело будить нас по-хорошему, и ты решила отомстить вот таким способом? Я театрально пожала плечами. — Конечно. Теперь каждое утро у вас будет начинаться именно так. Со всех сторон раздались стоны отчаяния. — Бля, не дай бог, — пробормотала Адель, потирая глаза. — Я ещё один такой подъём просто не переживу. Она стояла рядом со мной в растянутой футболке и спортивных штанах, с растрёпанными кудрями и абсолютно сонным выражением лица. Несмотря на явное недовольство, выглядела она до невозможности милой. — Ну конечно, — тут же подхватила Катя, хитро улыбаясь. — Тебе же больше нравится, когда тебя Ри будит. Я почувствовала, как лицо моментально начинает гореть. — Катя… — предупреждающе протянула я, стараясь спрятать покрасневшие щёки за волосами. Но было уже поздно. Ира тихо захихикала. Лида подняла глаза от своей кровати и едва заметно улыбнулась. Адель сначала непонимающе посмотрела на Катю, потом перевела взгляд на меня и, заметив моё смущение, расплылась в довольной улыбке. — Ну вообще-то… — она подошла ко мне ближе и, как ни в чём не бывало, поправила выбившуюся прядь волос. — Катя права. — Предательница, — пробормотала я. — А что? — она пожала плечами и наклонилась чуть ближе. — Мне действительно нравится. От её тихого голоса по коже моментально побежали мурашки. — Фу, снимайте номер, — театрально простонала Катя. — Да, дайте человеку окончательно проснуться, — со смехом добавила Ира. Адель только усмехнулась и легко переплела свои пальцы с моими. Совсем ненадолго. Всего на пару секунд. Но этого хватило, чтобы внутри всё перевернулось. Сердце застучало быстрее, а сонливость окончательно испарилась. — Ладно, голубки, — Лида хлопнула в ладоши, возвращая нас в реальность. — У нас, если что, видимо начались съёмки. — Вот именно, — вздохнула Катя. — А я до сих пор не понимаю, зачем нас вообще подняли с таким энтузиазмом. Из соседней комнаты снова послышались возмущённые голоса, и это окончательно развеселило всех. Напряжение, которое обычно висело в воздухе по утрам, исчезло. Комната наполнилась смехом, сонным ворчанием и привычными подколами. И, глядя на девочек, я вдруг поймала себя на мысли, что мне действительно хорошо. Очень. Потому что именно такие моменты — нелепые, смешные, домашние — заставляли чувствовать, что я больше не одна.

***

— Девочки, выходим! — послышался голос нашей утренней мучительницы. — Давайте-давайте, энергичнее! Мы, сонные и всё ещё не до конца понимающие, что вообще происходит, вышли из комнаты. И первое, что я увидела за её пределами, заставило меня окончательно проснуться. Весь дом был завален мусором. Бутылки, пластиковые стаканчики, упаковки от чипсов, салфетки, какие-то фантики и коробки были разбросаны буквально повсюду. Пол на обоих этажах оказался усыпан так, будто здесь всю ночь проходила вечеринка человек на сто. Я остановилась прямо в дверях и несколько секунд просто молча смотрела на это безобразие. — Мне кажется, или вчера всё выглядело не настолько плохо? — спросила я в никуда, не отрывая взгляда от пола. — Ну, мы бы точно запомнили, если бы решили разбросать столько дерьма, — фыркнула Катя. И я была с ней полностью согласна. Мы начали спускаться по лестнице, и чем ниже оказывались, тем хуже становилась картина. Но настоящий апокалипсис ждал нас на кухне. И там был уже не просто бардак. Там был полный, беспросветный пиздец. Пол был усыпан чипсами, крошками, банками, скомканными салфетками и упаковками. На плите растеклись разбитые яйца, перемешанные с раздавленными помидорами. Что-то липкое тянулось от стола к раковине. От одного взгляда на это хотелось либо разрыдаться, либо истерически рассмеяться. — Вы только скажите, кто это сделал, — протянула Катя, оглядывая разгром. — Этого человека категорически нельзя подпускать к готовке. По дому прокатились смешки. Ну а что ещё оставалось? Либо смеяться, либо хвататься за голову. В гостиной нас ждал стол, заставленный чистящими средствами, губками, перчатками, швабрами и мусорными пакетами. Что ж. Как и следовало ожидать, убирать весь этот кошмар предстояло именно нам. — Встали быстро и внимание сюда! — рявкнула неизвестная женщина. Я вздрогнула так, что едва не подпрыгнула. За всей этой картиной разрушения я уже успела забыть, что она идёт за нами следом. — Девчат, вы действительно считаете это нормальным? — она обвела рукой дом. — Это не наше, — возмущённо сказала Саша. И, к моему удивлению, я впервые за долгое время была с ней согласна. Получать выговор за то, чего ты не делал, было неприятно. — За десять минут всё должно блестеть, — отрезала женщина. — Время пошло. Ну пиздец. Я молча схватила швабру, мусорные пакеты и перчатки. Мне для нормального функционирования нужен кофе. А значит, кухню нужно привести в порядок в первую очередь. Люда, Лера и Лида отправились на второй этаж и лестницу. Саша, Настя и Диана остались в гостиной. Адель, Катя и Ира пошли вместе со мной на кухню. Шайбакова и Костенюк начали собирать мусор в пакеты. Я взялась за плиту, оттирая присохшие яйца и томатную кашу. Крылова методично сметала крошки и осколки. Работали мы быстро, почти без разговоров. Каждый понимал, что времени катастрофически мало. — Девочки, четыре минуты! — крикнула женщина. Как оказалось, её звали Оксана. Это я успела прочитать надпись на её спине. Через пару минут к нам подключились остальные. Судя по всему, основной ужас действительно находился именно на кухне. И тут Саша подошла к раковине. Через секунду по всему дому разнёсся её крик. — Фу! Вы чё?! Я обернулась и едва не поморщилась. Раковина была до отказа забита грязной посудой. Тарелки, вилки, кружки — всё это было покрыто жиром, засохшим соусом и остатками еды. Картина была настолько отвратительной, что даже наши разногласия с Сашей на несколько минут ушли на второй план. Мы просто встали рядом и начали драить тарелки. Потому что их было ахуеть как много. Серьёзно, откуда здесь вообще взялось столько посуды? — Вот, Саша, ты же хотела всё время мыть посуду, — ехидно заметила Лера. — Получай желаемое. Со всех сторон раздался смех. И, что самое удивительное, даже сама Саша усмехнулась. — Девочки, через минуту все должны быть в холле! Поспешите, пожалуйста! — крикнула Оксана. Мы быстро доделали последние штрихи и буквально побежали в гостиную. Если честно, по-хорошему стоило ещё вымыть полы, потому что тапочки до сих пор неприятно прилипали к полу. Но времени на это уже не оставалось. Мы выстроились перед Оксаной. Теперь, когда паника улеглась, я смогла рассмотреть её внимательнее. Высокая, спортивная, с тяжёлым взглядом и таким выражением лица, что сразу становилось ясно — шутки здесь закончились. — Девочки, я хочу представиться, — начала она. — Меня зовут Оксана «Скала» Кошелева. И мне кажется, что именно я сегодня должна рассказать вам, что такое дисциплина, из чего она состоит и как взрастить её в себе. О-о-о. Сейчас будет весело. — Я посмотрела, как вы убирались, — продолжила она. — Стол не домыли. Здесь потерли, там недотёрли. У каждой из вас есть всё необходимое. У каждой есть своя изюминка, свой потенциал. Но вы им не пользуетесь. Её голос неожиданно стал мягче. — Вы не видите своих сильных сторон в том мусоре, в котором живёте. Морально, интеллектуально и физически. В комнате воцарилась тишина. — Если нет дисциплины, нет порядка. А порядок должен быть во всём. В мыслях. В сердце. В поступках. В действиях. И в пространстве вокруг вас. Потому что если вокруг постоянно грязно, человек привыкает жить в этом хаосе и перестаёт замечать его. Я невольно задумалась. И ведь она была права. Пока мы сами не захотим изменить свою жизнь, ничего не произойдёт. Никто не придёт и не наведёт порядок в нашей голове вместо нас. Это тяжёлая работа. Долгая. Болезненная. Но именно она способна сделать нас лучше. — Поэтому на этой неделе мы будем избавляться от мусора, который есть внутри каждого подростка. От того, что вы притащили с собой во взрослую жизнь. И вы позволите мне помочь вам прикоснуться к настоящему смыслу слова «дисциплина». На её лице появилась лёгкая улыбка. — Вы готовы? — Да! — хором закричали мы на счёт три. — Молодцы. А теперь собирайте оставшийся мусор, и мы продолжаем. После этих слов камеры наконец выключились. Нам сообщили, что на сборы есть ровно час. Я выдохнула, почувствовав, как усталость и утренний стресс накрывают меня волной. — Всё, мне срочно нужен кофе, — пробормотала я, шлёпая в сторону кухни. — А после забирайте меня хоть на край света. — Главное, чтобы на этом краю света тоже был кофе, — усмехнулась Катя. — И чтобы там никто не свистел в шесть утра, — сонно добавила Адель, догоняя меня и незаметно переплетая свои пальцы с моими. Я только улыбнулась. Да. С кофе и Адель рядом я, кажется, была готова пережить что угодно.