Рыжая проблема

      Проблема с бедами в том, что они не стучатся в дверь с табличкой «сейчас будет плохо». Они просто просачиваются.       Сначала никто ничего не заметил. Нил не сломался, не сорвался, не исчез. Просто стал тише. Не в один день, не так, чтобы можно было ткнуть пальцем и сказать «вот тут началось». Это происходило медленно, почти аккуратно.       Он по-прежнему приходил на тренировки, появлялся в университете, бегал так, будто за ним гонятся, и ловил мяч быстрее, чем вообще было разумно.       Но Лисы умели замечать трещины, даже если те притворялись линиями на стекле.       Джостен стал чаще останавливаться между подачами. Ненадолго, но дольше, чем нужно. Достаточно, чтобы сбить ритм.       Первым это, конечно, заметил Кевин. Не из заботы. Забота у него шла где-то после тактики, если вообще доходила до очереди. — Ты тормозишь, — бросил он на тренировке, не удосужившись даже снизить тон.       Нил не ответил. Ни привычного укола в ответ, ни раздражённого взгляда. Просто короткий кивок, будто речь шла о погоде, и он снова встал в позицию.       В тот момент что-то впервые звякнуло. Не тревога. Пока ещё просто звук.       Мэтт уловил его позже — уже вечером, в общежитии, где обычно было проще притворяться нормальным.       Нил снова отказался от ужина. Посидел несколько минут, механически двигая вилкой по тарелке, будто выполнял чью-то инструкцию, а не ел. Потом отодвинул её и ушёл.       Не в первый раз. Бойд замечал это уже давно, просто раньше это выглядело… случайностью.       Нил перестал доедать. Сначала оставлял пару ложек — ерунда, никто бы не придрался. Потом — половину. Теперь же просто отодвигал тарелку, словно не понимал, зачем она перед ним. — Ты серьёзно? — спросил Мэтт, глядя ему вслед. — Не голоден, — отозвался Джостен.       Слишком быстро и ровно.       Несколько минут Лисы молчали. Редкое явление, почти аномалия.        Ники сломался первым. Как обычно. Остальные потянулись за ним, не особо скрывая, что им просто не по себе от этой тишины. — Слушай, может ты приболел? — буркнул Хэммик, даже не потрудившись постучать.       Дверь в комнату Нила распахнулась без приглашения. Ники прошёл внутрь так, будто имел на это право, и с размаху плюхнулся рядом с ним на кровать, нарушая личное пространство с той же лёгкостью, с какой дышал. — Грипп там, или ещё какая зараза? — Джостен, если ты решил умирать, то делай это вне сезона, — отозвался Аарон.       Он остался в дверях, как сторожевой пёс без особого энтузиазма, наблюдая за происходящим с привычным выражением недовольства, будто всё это уже заранее его раздражало.       Нил не отреагировал. Вообще. Ни взгляда, ни вздоха, ни даже слабой попытки закатить глаза.       Шутка провалилась. И вот это уже было хуже.       Тишина после неё повисла тяжёлая, не та, к которой они привыкли.       Ответа так и не добились. Разговор распался сам собой, как будто его и не было. Один за другим Лисы вышли, оставив за собой приоткрытую дверь и ощущение, что что-то упустили.       Рене осталась. Она тихо выдохнула и подошла ближе, останавливаясь у кровати, не вторгаясь, но и не отступая. — Ты выглядишь уставшим. — Я в порядке, — отозвался Нил слишком быстро.       Взгляд не поднял. Уперся в учебник по математике так, будто тот мог его защитить.       Уокер кивнула. Не поверила. Но и не стала спорить. Сейчас из него всё равно больше не вытащить.       Ваймак тоже начал складывать два и два. Не сразу, конечно. Он из тех, кто предпочитает сначала посмотреть, как всё развалится само, прежде чем лезть чинить.       Он не вмешивался. Держал дистанцию, ограничиваясь тем, что считал своей зоной ответственности — игрой, тренировками, результатом. Всё остальное оставлял им.       Но при этом считал.       Сколько раз Нил садится на скамью.       Сколько раз пропускает мяч, который раньше брал не глядя.       Сколько раз закрывает глаза чуть дольше, чем нужно, будто пытается перезагрузиться.       К концу недели считать начали все. Проблема стала слишком явной, чтобы её игнорировать, и слишком неудобной, чтобы озвучить.       Нил же упрямо делал вид, что ничего не происходит. Молчал. Тренировался. Продолжал гнать себя вперёд, как будто этого достаточно.       И это не нравилось никому, кроме него самого.       Пятничная тренировка сначала шла как по учебнику. Бег, разминка, пасы, отработка тактик. Ровный ритм, привычный шум, команды, которые уже не нужно было обдумывать.       Нил стоял на своей позиции.       Мяч ударился о борт и отскочил обратно, но звук пришёл приглушённым, будто через воду. Кевин что-то крикнул про позицию. Дэн раздавала указания, не снижая темпа.       Нил сделал шаг вперёд. И остановился. Не споткнулся. Не ошибся. Просто замер, как будто дальше в инструкции было пустое место.       Секунда растянулась. А потом пришла темнота. Глухая, вязкая.       Он упал без звука, без попытки удержаться. Просто выключился — резко и окончательно.       Шутки закончились.       Ники побледнел так быстро, будто из него вытащили весь цвет. Мэтт уже через мгновение был рядом, не думая. Кевин замолчал. Впервые за тренировку, и этого хватило, чтобы стало ясно: дело серьёзное. Аарон застыл в стороне, напряжённый до предела, как пружина, готовая сорваться.       Эндрю двигался. Чётко и быстро, будто всё происходящее не стало неожиданностью, а всего лишь подтвердило то, о чём он уже давно сделал выводы.

***

      Нил пришёл в себя уже в кабинете Эбби.       Тишина встретила его первой. Ни голосов, ни шагов — будто всё лишнее убрали, оставив только белые стены и неприятную ясность в голове.       Он медленно приподнялся, опираясь на локти, и устало выдохнул. Это не должно было стать проблемой. Но стало. И, что хуже, слишком заметным. Лисы могли игнорировать многое, но не очевидное.       Мысли закручивались, цепляясь одна за другую, пока их не оборвал звук открывающейся двери. — Очнулся-таки, — мягко сказала Эбби.       Нил сразу ухватился за единственное, что имело значение. — Тренировка уже закончилась?       Он начал подниматься, почти резко, будто если встанет достаточно быстро, всё это окажется недоразумением.       Мир в ответ неприятно качнулся. В висках зазвенело, пол ушёл куда-то в сторону, и Нилу пришлось опуститься обратно на кушетку, сжав зубы. — Нет, — спокойно ответила Эбби, проходя к столу и перебирая что-то на ходу. — Но ты на неё не вернёшься.       Сказано было так буднично, будто речь шла о погоде, а не о единственном, что держало его в норме. — Я в порядке… — Я знаю.       Он замолчал. Смотрел куда-то мимо неё, в стену, будто там можно было найти более убедительный аргумент. — Но это ничего не меняет, — продолжила Эбби тем же ровным тоном. — Ты вернёшься в общежитие, поешь и отдохнёшь. Экси никуда не убежит.       Логично. Разумно. Абсолютно бесполезно. — Я действительно в норме, — попробовал Нил ещё раз. — Дэвид велел отправить тебя отдыхать. Сказал, что ты уже не первый раз зеваешь на тренировках, — Эбби покачала головой, изучая его внимательнее, чем хотелось бы. — У тебя проблемы, Нил? Команда не слепая. — Бессонница, — слишком быстро ответил он.       Эбби вздохнула. — Нил… — Я в порядке.       Фраза прозвучала почти автоматически. Слишком отработанно, чтобы не резать слух.       Джостен поднялся на этот раз осторожнее. Без рывков, без попыток доказать что-то телу, которое явно было не на его стороне. Подождал, пока звон в голове утихнет, пока пол перестанет вести себя как плохо закреплённая декорация.       И только потом вышел.       Возвращаться на корт хотелось почти физически. Как будто там всё ещё можно было исправить. Стереть произошедшее, доказать, что это была случайность.       Но Нил не был идиотом. Ваймак отправит его обратно быстрее, чем он успеет взять клюшку.       Поэтому он пошёл в раздевалку. Пустую.       Слишком тихую без привычного шума команды, голосов, споров, чьих-то шуток на грани.       Он двигался автоматически, собирая вещи, не глядя толком, что берёт.       В голове уже выстраивались ответы.       Короткие. Удобные. Такие, чтобы отстали.       Бессонница. Переутомление. Ничего серьёзного.       Ложь, упакованная так, чтобы звучать правдоподобно.