Пепел свободы

Погода стояла прекрасная, как и девушки вокруг. Вэй Ин плыл на лодке рядом с братом, потягивая вино и периодически отвешивая какой-нибудь хорошенькой даме комплимент. Женский пол на самом деле просто невероятен, и жизнь рядом с такой красотой становится лучше, но красавицы Юньмэн Цзян — это отдельный разговор. Рядом с такой девушкой жизнь не просто станет лучше — она запестрит всеми оттенками красок. — Мадам, ну зачем же вы покинули свой дом? Ваша красота слишком ослепляет — даже солнца не видно! — Вэй Ин довольно отмечает, как зарделась дама и, смущённо что-то пролепетав, опустила глаза. Цзян Чэн рядом бурчит что-то совсем не мило. Усяня это нисколько не напрягает — он только в очередной раз смеётся с брата. Лань Чжань бы тоже сказал что-то вроде «Вздор» или «Бесстыдство».

***

Времена беззаботности кончились. Слухи о бесчинствах ордена Вэнь — более не просто сплетни. Это явь. Мадам Юй с Цзян Фэнмянем сидели напротив Вэнь Жоханя. Спокойно говорили с ужасным тираном, человеком, который лишил жизни тысячи таких же людей. До Вэй Усяня то и дело доносились обрывки разговора, но как бы он ни пытался, в единую картину ничего не складывалось. Цзян Чэн стоял рядом, то и дело кусая губы и напряжённо хмурясь.

***

Не будет больше весёлых разговоров с милыми дамами на рынках Юньмэня, не будет аккуратных долек арбуза, заботливо нарезанных драгоценной Шицзе. Вэй Усянь не будет переписывать бесчисленные правила Гусу Лань — ведь теперь они по разные стороны. Вэни пришли заключать союз с Цзянами. — Госпожа Юй! Дядя Цзян! Как мы можем принять сторону Вэнь Жоханя?! Он же..! Да как..?! — Возмущённая тирада оборвалась резкой болью. — Слуге не пристало оспаривать решение господина. — Мадам Юй потрясла рукой, что несколько секунд назад опустилась на его лицо, словно на ладони осталась какая-то грязь. Цзян Фэнмянь стоял, потупив глаза в пол. Он не решался взглянуть ни на стоящего на коленях Вэй Усяня, ни на притихшего после озвученной новости сына. Глава ордена будто боялся осуждения.

***

Вэй Усянь не успокоился, пока его до потери сознания не забили Цзыдянем. Цзян Чэн притащил названого брата в комнату и сбросил на кровать, не зная, за что хвататься. По-хорошему бы обработать, да матушка запретила — ибо нечего перечить вышестоящему. Завтра предстояло рассказать всему ордену об их планах на эту войну. Как ни странно, Вэнь Жохань позволил ордену Цзян не входить в клан Вэнь, а быть именно союзником. Юньмэн Цзян остаётся нетронутым, все живы — в обмен на помощь в покорении остального заклинательского мира. Цзян Чэн не верил, что всё это правда. Но нет, это действительно происходит на самом деле. Их заклинатели восприняли известия крайне неоднозначно. Некоторые безоговорочно поддержали — ведь глава ордена не примет плохого решения, — и таких людей была добрая часть всего состава. Некоторые выступили против, но под давлением преданных заклинателей не смели более протестовать. Всё же матушка смилостивилась и приказала в кратчайшее время привести Вэй Усяня в порядок. Наказание наказанием, а Усянь — первый ученик ордена не с бухты-барахты. Совсем скоро главных представителей ордена вызвали в Ночной Город. Вэй Усянь еле перебирал ногами, постоянно морщась и в привычной манере громко жалуясь на всё вокруг. Цзян Чэн нервничал и злился на брата. Мадам Юй вела себя отстранённо, Цзян Фэнмянь вообще будто неживой. Уже через несколько часов они стояли перед троном Вэнь Жоханя. Видимо, он решительно настроился, раз поставил себе трон. Осталось только табличку: «Самый заклинатель» и стрелочку вниз. Вэй Ин тихо похихикал своим мыслям, сразу проникнув, когда на него упал острый, как меч, взгляд мадам. Как бы он ни старался, вести себя как обычно у него не получалось. Внутри его грызло чувство неправильности: он не должен прямо сейчас преклоняться перед Вэнь Жоханем. Пусть все думают, что так нужно, что он смирился с необходимостью быть против справедливости. Если они останутся здесь, надо будет тихонько посылать весточки тому же ордену Лань, чтобы они представляли масштабы этой катастрофы. И действительно, их оставили здесь — то ли как обещание в верности, то ли на обучение. Их сразу обязали носить одежду ордена Вэнь, а принадлежность к их клану выдавали только ленты в волосах да колокольчики Юньмэн Цзян. В этот же день при переодевании вскрылась правда о не успевшей зажить спине Вэй Ина, и их с Цзян Чэном за компанию отправили на осмотр к лекарю. В роли целителя выступала хмурая молодая девушка, которая то и дело мазала да тыкала чем-то болезненным. Рядом стоял парень — вроде их ровесник, только смотрит всё время в пол и вроде дрожит. У его ног сидел мальчик, который очень хотел, но так и не решился подойти. Усянь лежал на спине, пока его наконец-то перевязывали бинтом. Цзян Чэна отправили в выделенные покои, и он мог спокойно размышлять о том, как передавать информацию. Ведь информация — одна из главных вещей, которая требуется на войне. С ней можно и стратегию грамотно составить, даже если вражеское войско численно превосходит. Его строительство планов прервал вздох девушки над ним. — Как тебя зовут? Он, не успев подумать, на автомате выдал: — Вэй Усянь, Вэй Ин. Первый ученик ордена Юньмэн Цзян. — Вэй Усянь, значит. Я слышала, вы прибыли на обучение в Ночной город. — Всё верно. Как я могу к вам обращаться, молодая госпожа? — Он аккуратно поднялся, глубоко вздохнув. Бинты неприятно тёрлись о открытые раны и сдавливали грудь. — Вэнь Цин. Это мой брат, Вэнь Нин. С этого дня он ваш помощник на время вашего пребывания в ордене Цишань Вэнь. — Вэнь Цин указала на низко склонившегося парня. — Это ваш сын? — Вэй Ин перевёл мягкий взгляд на мальчика, играющего на полу. Ребёнок был ещё маленьким для того, чтобы говорить, и он просто что-то улюлюкал, изредка посматривая на взрослых. — Племянник. Его зовут Вэнь Юань. Вэй Ин не стал больше ничего спрашивать. Достаточно на сегодня.

***

Вэнь Нин проводил Вэй Усяня до его покоев. На вопросы о местности он почти не отвечал, а если что-то и говорил, то обязательно краснел и заикался. С одной стороны, хотелось поддеть милого парнишку, но для этого у него не было никаких сил. Может, завтра. Или через дня три. Он предполагал, что в ордене Вэнь они теперь до конца войны, оставаясь в плену для надёжного сотрудничества. Потому что Мадам Юй всё же мать Цзян Чэна, и если Вэй Ина она на растерзание и отдала бы, то Цзян Чэна женщина любила, хоть и по-своему. А если всё же повезёт, их отправят на поле битвы. Было бы неплохо симулировать свою смерть и сбежать в какой-нибудь орден. Цзян Чэн не говорил с ним. Он чувствовал вину за раны Усяня, и его совесть била тревогу, но он не смог перебороть трусость и заговорить с братом. На следующий день они вдвоём явились перед Вэнь Жоханем. Они стояли, преклонив колени в слишком вычурном зале. Хотелось блевать от этого пафоса — настолько это было ужасно. Рядом с отцом восседал главный наследник Вэнь и второй наследник. Если первый уподобился отцу и просто молча наблюдал, то второй, не стесняясь, чуть ли не сношался на столе с какой-то накрашенной девкой. Было странно и противно. — Поднимитесь. — Они покорно встали, но Усянь так и не решился поднять головы. А может, он и не хотел. — С этого дня наследник Цзян будет учиться с главным наследником Вэнь. Вы одного статуса и поможете приобрести друг другу лучшие качества. Первый ученик Цзян будет учиться со старшими адептами Вэнь. Они научат тебя техникам, доступным только в нашем клане. Мы теперь союзники, а значит, всё, что принадлежит нам, — и ваше тоже. Несмотря на обозначения доверия, у стен есть и глаза, и уши. Один неверный шаг — и если повезёт, жизнь оборвётся быстро. Вэй Ин не боялся. Самому хотелось наложить на себя руки — до того плохо он себя чувствовал. Будто он предал себя в первую очередь. Что сказал бы Лань Чжань? Наверное, он уже знает и ещё больше его ненавидит. Было бы здорово, если бы этот небожитель всё же снизошёл до Усяня да хоть раз в жизни улыбнулся. Тогда и смерть покажется благословением.

***

Прошла неделя, а может, и больше. Вэй Ин ощущал себя мотыльком, что видит свет и тянется к нему, но стеклянная банка в виде наблюдения не даёт ему добраться до цели. Цзян Чэн не говорил с ним. Их поселили рядом, но с утра до глубокой ночи Цзян Чэн не появлялся в своих покоях. Изредка они встречались на тренировочной площадке, и в последнюю встречу Усянь пришёл в ужас. Под глазами брата залегли огромные тени, сам он будто осунулся, может, даже похудел. Вэй Ин резко повернулся к сопровождающему его Вэнь Нину да так, что парень отпрыгнул. Усянь схватил стоящего перед собой за грудки, притянул да хорошенько встряхнул. — Отвечай, почему наследник ордена Юньмэн Цзян выглядит подобным образом?! Я знаю, ты уж точно осведомлён о его расписании! — Г-г-господин Вэй! Я ничего не знаю, не знаю! Меня приставили к вам, я не знаю ничего о наследнике Цзяне! — Вэнь Нин зажмурился, словно ожидая получить кулаком по лицу. Вэй Ин выпустил парня из хватки, брезгливо отряхивая руки. — Видели мы таких незнаек...

***

Усянь караулил брата в его покоях, и только на вторую ночь смог поймать Цзян Чэна. Тот будто не соображал: глаза испуганные, веко дёргается, руки трясутся. — Эй, Цзян Чэн? Ты меня вообще понимаешь? — Вэй Ин поводил рукой перед лицом брата, но результата это ожидаемо не дало. Хоть им и запрещалось покидать покои ночью, аргументируя это запретом для всех, Вэй Ину не страшны наказания. Важнее привести брата в чувства, а там по ситуации. Выскользнув за дверь, Вэй Ин утянул с собой Цзян Чэна, предварительно взяв свой меч. Где-то за поворотом были покои Вэнь Нина, а тот сможет отвести их к Вэнь Цин. Да, он шёл на огромный риск. Да, он понимал, что они как на ладони перед вездесущими наблюдателями. В темноте сложно было найти нужную дверь, но, найдя, он затащил брата в комнату, а сам подошёл к спящему. Усянь накрыл чужой рот рукой, зная, что Вэнь Нин проснётся и испугается. Так и произошло. Чтобы знать следующие действия противника, стоит лишь быть немного наблюдательней. У Вэнь Нина в любом случае не было выбора, и он выбрал сделать по-хорошему. Доставать оружие не было причин, и Вэй Усянь повесил Суйбянь на пояс. Он был так напряжён ситуацией, что всё это время сжимал ножны меча до побеления костяшек. Вэнь Цин не стала что-либо говорить. Она не взглянула на меч, не смотрела на перепуганного брата — всё её сознание как лекаря тянулось оказать помощь нуждающемуся. Бегло осмотрев наследника Цзян, она пришла к выводу, что на нём заклятие. Парень был в состоянии страха, и заклинание не позволяло забыть тот ужас, что он услышал. Или увидел? А может, почувствовал. Сказывалось и отсутствие сна. Хоть и не выдающейся, но заклинательницей Вэнь Цин была, поэтому сняла заклятие за десять напряжённых минут. Цзян Чэн ненадолго пришёл в себя, но туго соображал. Не продержавшись и минуты, парень отправился в долгожданное царство Морфея, забываясь крепким сном. — Вэй Усянь, вы понимаете, что с вами сделают, если узнают, что вы смели угрожать нам оружием? — Вэнь Цин перетирала какие-то травы, пока Вэнь Нин трясущимися руками передавал требуемое. — Я готов понести наказание. — Вам нравится в Ночном городе? Вы здесь чувствуете себя в безопасности? Вэй Ин не нашёлся с ответом, но снова напрягся. — Вижу, что нет. Знаете, Вэй Усянь, мне тоже. Была бы моя воля, я давно уехала куда-нибудь, но здесь я в ответе не только за себя. Мы чем-то похожи. — Вэнь Цин развернулась к нему лицом, буквально всовывая брату чашу с отваром. Парень не думая выпил — он не мог не доверять сестре. — Вэй Ин, я вижу в тебе себя. И у меня к тебе есть очень и очень наглая просьба. Ты пьёшь? — Пью. Девушка наклонилась и залезла в нижнюю полку. Через пару секунд в руках Вэй Усяня была полная пиала. Он пока не решался отпить. — Пожалуйста, защити Вэнь Нина. После смерти наших родителей это единственное, что осталось от моей семьи. Я знаю, что он должен защищать тебя, но я очень прошу. Мне нечего тебе предложить взамен, но я гарантирую, Вэнь Жохань не узнает о сегодняшней ночи. Я обеспечу наследнику Цзян отдых. — А Вэнь Юань? — Вэй Усянь почему-то вспомнил этого маленького мальчика. — Ты не считаешь его семьёй? — Я? — Вэнь Цин растерянно замолчала, но всё же нашла в себе силы продолжить. — Этот ребёнок... Прости, я не могу ответить, но уверена, он точно не пострадает. — Вэнь Цин, я согласен. Брат за брата, верно? — Вэй Усянь опрокинул в себя алкоголь и растянул губы в подобии улыбки. Девушка поклонилась ему. Он встал и отзеркалил её движения. Цзян Чэна оставили у Вэнь Цин, а Вэнь Нин повёл его обратно сквозь бесконечные тёмные коридоры. — Господин Вэй, не надо. Вам не нужно меня защищать. Я не достоин этого. — Парень низко опустил голову. — А давай дружить? — В первый раз за пребывание в Ночном городе он искренне улыбнулся.