Аккорды ее тишины

Следующие несколько дней прошли спокойно. Впервые за долгое время. По крайней мере так казалось. Варя вернулась к себе только один раз, чтобы взять некоторые вещи, а потом приехала обратно к Лире. Потому что они не хотели расставаться, старались ловить каждую возможность, чтобы побыть вместе. Правда спокойствие все же было относительным. Ведь обе девушки боролись за жизнь. Блондинка за свою, а Петрович за Лирину. После той ночи, когда светловолосой удалось заснуть, пускай и беспокойным сном, показалось, что все устаканилось. На деле же, все оказалось совершенно по-другому. Шаманка ходила на работу, ездила на съемки, а потом возвращалась домой. И каждый раз, когда выходила из квартиры, было немного страшно. Ведь состояние, в котором пребывала Лира - пугало. И речь шла вовсе не о моральном. С физическим дела обстояли куда хуже. Дни девушки теперь превращались в одну сплошную борьбу. Которую ей не хотелось вести. Потому что не было сил. Где-то внутри расплывалась пустота. Та, что точно бы поглотила, если бы не Петрович рядом. Присутствие шаманки становилось некой спасительно соломинкой, вынуждающей хвататься за нее. Так как Лира не могла видеть грусть и сожаление в чужих, но ставших такими родными глазах. Она не думала о себе, ей было все равно. На себя, на свое состояние, на собственную жизнь в целом. Но Петрович - это другое. До нее блондинке было дело. Хотелось. чтобы на лице шаманке как можно чаще появлялась улыбка, чтобы от ее голос всегда принимал позитивную интонацию. А не источал атмосферу грусти. Лира лежала на диване и смотрела в одну точку. Она не знала, сколько дней прошло, для нее все слилось в один длинный. Просто мысленно считала, сколько раз Варя заходила в квартиру, но потом сбилась и перестала. Казалось, что для нее времени не существовало. Что жизнь остановилась, встала на стоп. Когда рука, неудобно свисающая к полу затекла, девушка попыталась повернуться. Движение отдавалось болью, тело ломило от слабости. Блондинка думала, что уже разучилась чувствовать физическую боль. Ведь та являлась неотъемлемой частью жизни. Но, после знакомства с Петрович к ней возвращались человеческие ощущения. Сердце, которое покрылось толстым слоем льда из-за вечных страданий, теперь таяло. И вместе с этим возвращалось и все остальное. В реальность Лира вернулась, когда услышала, как открылась входная дверь. У шаманки были свои ключи, она забрала себе вторую пару, чтобы иметь возможность войти в любой момент. Блондинка не была против, наоборот, искренне хотела подобного. Варя сняла куртку, помыла руки, а затем прошла в гостиную. За окном было темно и в комнате тоже. Потому что Лира не любила свет и не включала его, когда находилась одна. Но, делать этого Петрович никогда не запрещала, из-за чего та по приходе включала неяркую лампочку. Варя бросила взгляд на диван и поняла, что блондинка лежала на том же месте, где и утром. Ее вид ничуть не поменялся, как и исходящее ощущение сильной слабости и отчаяние. Лира теперь не закрывалась от шаманки, не старалась выставить какую-то защиту. Сейчас была готова спокойно подпустить ее. Именно Петрович - не кого-то другого. Потому что доверяла, потому что ценила, потому что боялась, что та может уйти. -Как дела?- спросила Варя. -Нормально. -Как чувствуешь себя? -Нормально. -Врешь. -Я не вру, мне нормально. Шаманка не спорила, поскольку знала, что это правда. Самая настоящая. Для Лиры действительно такое было "нормально". Она привыкла к страданиям, привыкла к боли, привыкла к тому, что идет ко дну. -Ты ничего не ела.- утвердительно сказала Петрович, заметив на столе еду, которую оставляла утром. -Я не хочу. -Четвертый день. Сегодня четвертый день, как ты ничего не ешь. Так нельзя. Ты не видишь себя в зеркало, поэтому не понимаешь, насколько все хуево! Как сумеешь восстановиться, если организму неоткуда черпать энергию? Лира промолчала, не понимала, что должна ответить. Что нет сил для борьбы? Что не знает, хочет ли жить? Что устала пытаться и все равно стоять на месте или падать еще ниже? -Давай попьем чай вместе. Ладно?- с какой-то надеждой в голосе спросила Варя.- Не хочу одна. Блондинка снова молчала, но внимательно смотрела на Петрович, словно изучая. А потом согласно кивнула, давая одобрение. Это вызвало на лице шаманки довольную улыбку, поэтому она направилась на кухню, а через несколько минут вернулась с двумя кружками чая. Потом снова ушла, но на этот раз принесла несколько пиалок с чем-то вкусным. Надеялась, что, может быть, Лира захочет съесть хотя бы сладкое. Варя хотела было помочь той сесть, но блондинка мотнула головой и пыталась справиться сама, при этом морщась от ощущений. Было сложно, неприятно, однако справилась. Шаманка отпивала чай и наблюдала, а потом протянула и Лире тоже. Специально заварила травяной, ведь девушке необходимы были силы. Много сил. -Ты слишком бледная.- подметила Варя. -Я знаю. -Нужно что-то с этим делать. -Знаю. -И не делаешь. -Не делаю. Как прошел день? -Ты хочешь, чтобы я начала рассказывать и мы снова сошли с темы? -Если честно, то да. -И сколько ты будешь просто делать вид, что ничего не случилось? У тебя нет сил, чтобы лишний раз встать с кровати. Разве это нормально? Разве тебе это нравится? -Не знаю. Я привыкла. -Что? -Я привыкла. Что нет сил, что нет желаний, что внутри пустота. Это всегда было в моей жизни. Она состоит из подобного. И поэтому сейчас я не знаю, что мне следует делать. Бороться? Пытаться? А смысл? В этом все равно нет смысла. Ничего не получится. -Почему ты так говоришь? -Потому что я пробовала. Знаешь, сколько раз мне хотелось начать жить обычной жизнью? Хотелось почувствовать себя человеком, а не его подобием. И я пробовала. Я пыталась. А потом перестала. Потому что больше не хотелось страдать бессмысленно. Потому что внутри стало пусто. В этот момент Варя опешила. Ведь Лира не так часто говорила о том, что чувствовала, о том, что происходило на душе. Могла рассказать о прошлом, поделиться какими-то страшными ситуациями. Отвечала на вопросы, которые постоянно задавала Петрович, поскольку ей интересно было все. Но чтобы самой говорить о своих чувствах - этого блондинка старалась избегать. Не боялась, не опасалась предательства. Просто не умела, да и особо нужным не считала. Именно поэтому, когда сделала это сейчас, шаманка посмотрела на нее с безумным удивлением. Словно произошло что-то невероятное. -Ты не знаешь, что сказать.- верно подметила Лира.- Можешь ничего не говорить, я не требую этого. -Почему? Ты открыла мне свою душу. Разве я не должна.. -Не должна. Ты никому и ничего не должна. -Должна. Тебе -Почему? -Потому что мы ничего не обсудили, Лир. Ты просто сделал вид, что ничего не произошло и стала вести как обычно. Как будто не было всего этого. -А ты хочешь, чтобы вела себя иначе? -Нет, но.. -Вот и все. Я все забыла, постаралась забыть. Но точно знаю, что не обижаюсь и уж точно не держу на тебя зла. Лучше просто забыть обо всем, нежели продолжать мусолить всю эту тему. Никому из нас этого не нужно. Сейчас ты здесь и для меня это важно. Я открылась, доверилась, потому что ты единственная, кому я могла. Мне не хочется, чтобы кому-то из нас становилось больно или неприятно. Все в прошлом. Лучше думать о том, что происходит сейчас. Говоря эти слова, Лира не отрываясь смотрела прямо на Варю, не давая той отвести взгляд. Глаза блондинки снова стали ярко-голубого цвета. Шаманка упустила, когда это произошло. Теперь она снова тонула в этой глубине, которой, казалось, не было конца. Петрович в очередной раз отметила, насколько красивой была Лира, мысленно снова сказала себе о том, что та похожа на настоящую куклу. -Я говорила тебе, что ты самая лучшая?- неожиданно спросила Варя. -Не знаю. -Готова повторить это еще миллион раз. -Спасибо. -Лир.. можно вопрос? -Конечно. -Давай пойдем в больницу? -Нет. Голос блондинки звучал четко и уверенно. Хотя такое тоже происходило редко. Ведь чаще девушка сомневалась. Сильно сомневалась. Но сейчас говорила с полным пониманием. И Петрович отлично понимала почему. Еще где-то в начале общения ей дали понять о том, что к врачам Лира не намерена обращаться в любых обстоятельствах. Такой способ казался неподходящим, не рассматривался даже в самом крайнем случае, например таком, как сейчас. Спорить шаманка не хотела, поэтому лишь кивнула. -Просто.. ты выглядишь очень слабой. А я не знаю, чем могу помочь. Ты уже почти просвечиваешь! -Все нормально. -Да нихуя не нормально, Лира. Ты не ешь, ты не спишь. Я даже не понимаю, откуда у тебя берутся силы, чтобы разговаривать. Такими темпами ты доведешь себя. Даже боюсь предположить до чего. -Значит так должно быть. Судьбу нельзя менять. Все случается так, как суждено. -Бред. -Можешь думать, что так. Только вот, знаешь, не хочу повторяться. Но.. я пыталась. Видимо у меня где-то на корню написано, что суждено постоянно проходить через тернии. И, сколько бы не старалась думать о хорошем, реальность раз за разом показывала мне, что плохого в жизни куда больше. Говоря об этом, не давлю на жалость, а просто пытаюсь показать, что мои слова не беспочвенны. Что я не "не хочу", а уже не могу. Петрович видела в глазах блондинки усталость. Та появлялась непроизвольно. По той причине, что Лира была пропитана ей насквозь. Раньше шаманка как-то не задумывалась об этом. Знала, что девушке не просто, знала, что той приходилось и приходится через многое проходить, знала, что ее жизнь куда сложнее, чем могла показаться со стороны. Но Варя никогда не представляла, что все это делает с самой Лирой. И теперь, когда смотрела в два бездонных шара, к ней приходило осознание - столько лет борясь за свое место под солнцем блондинка отчаялась. Опустила руки, поскольку не видела никаких перспектив, не наблюдала света в конце тоннеля, и все казалось бессмысленным. -Но сейчас ведь все изменилось.- с какой-то надеждой произнесла Петрович. -Что изменилось? -Ты теперь не одна, тебе не обязательно держать все внутри и надеяться лишь на саму себя... -Я бы хотела, но это сложно.. Потому что не привыкла. Потому что всю жизнь справлялась сама. Потому что не знаю, как это, когда не одна. Каждое слово раной оставалось на сердце молодой шаманки. Ведь слышать такое от человека, который абсолютно точно не безразличен, оказалось больно. Чувствовать, как дорогой тебе человек мучается и не знать, чем помочь - ужасно. Теперь Варя в этом убедилась. Все, что оставалось Петрович - просто быть рядом, показывать свою готовность поддержать в любой момент, дать понять, что не оставит. Она чувствовала, что Лира ей доверяет, знала, что это не фальшь и безумно желала оправдать оказанное ей доверие. Убедить, что не подведет, не предаст. -Знаешь.- сказала Лира.- Я забыла, что такое физическая боль. Долгое время не обращала на нее внимания. Меня это не тревожило. Но сейчас... сейчас вспомнила, что это такое. -У тебя что-то болит? -Все. Но, это не плохо. -Почему? -Благодаря этому я чувствую себя живой. Как будто мне еще не чуждо что-то человеческое. -Конечно не чуждо. -Интересно, за что ты появилась в моей жизни? -Что ты имеешь ввиду? Я что, явление какое-то? -Если явление, то самое лучшее, которое со мной случалось. Мне казалось, что жизнь не имеет смысла. Не хотелось ни жить, ни умирать. Совсем ничего. Я просто существовала, делала то, что надо было. Но ничего не чувствовала. А ты.. ты показала мне, что может быть по-другому. Что разговоры не обязательно несут за собой унижения, избиения, боль. Что можно просто общаться с человеком. Без страха, без опасений. До сих пор боюсь, что все это может оказаться сном. Потому что порой ты кажешься мне нереальной. Варя слушала внимательно. Очень внимательно. Впитывала каждое слово, потому что все они были посланы именно ей. В какой-то момент шаманка не сдержалась и приблизилась сильнее, чем было необходимо. Но такие мелочи не особо волновали. Она в очередной раз вгляделась в глаза Лиры, готова была смотреть в них вечно, не отрываясь. Но оторваться пришлось, пускай и на несколько секунд. А все потому, что взгляд опускался на губы. Которые снова манили. Как тогда. -Можно я тебя поцелую?- задала вопрос шаманка. -А в прошлый раз ты не спрашивала.- сказала блондинка. -Сейчас спрашиваю. Мне важно, чтобы хотела не только я. -Можно. Тебе вообще все можно. Когда Варвара услышала это, то словно крышу сорвало. Потому что перестала останавливать себя. Больше не сдерживалась. Она накрыла губы Лиры своими, вовлекая ту в поцелуй. Нежный, но при этом очень чувственный, наполненный чем-то особенным. Петрович старалась передать через него всего свои ощущения, все, что испытывала по отношению к блондинке. Время для них двоих словно остановилось, так что не знали, сколько прошло: пол минуты, две или десять. Они думали лишь друг о друге, весь остальной мир в тот момент не волновал. Шаманка положила одну руку на плеча Лиры, словно проверяя, что та настоящая и все происходящее не плод воображения. Но это все было на самом деле. Не фальшь, не выдумка - только правда и ничего кроме нее. Блондинка тоже приподняла руку, стараясь не обращать внимания на сильно саднящие раны, и коснулась ладонью рыжих волос. Давно хотела это сделать и вот теперь наконец смогла. Невозможно описать словами, что в этот момент чувствовала каждая из девушек. Потому что это нечто волшебное, доступное далеко не всем. Но обе понимали, что никогда бы не пожалели об этом моменте. Потому что сливались вместе, становились единым целым. Измученные души обретали спокойствие, надежду, веру в то, что еще не все потеряно. Что еще есть шанс на счастье, на жизнь вне вечного страха и боли. В комнате установилась атмосфера нежности, понимания и чего-то очень трепетного. Даже Кехно, который часто не упускал возможности как-то подшутить, сейчас молчал. Поскольку боялся разрушить все это. Им обеим не хотелось думать о том, что будет дальше, что случится потом. Важно было просто наслаждаться этим важным "сейчас". Разорвав поцелуй, Варя сделала то, что стоило сделать в прошлый раз: обняла Лиру и положила голову ей на плечо. Если к этому моменту оставалась хоть какая-то тревожность, то теперь она точно пропала, открывая дорогу чему-то лучшему.