Крашеный

Всё же выходным свойственно заканчиваться. Время семь утра. Матвей проснулся уставший и нервный. Не любил он рано просыпаться: для него это была настоящая пытка, особенно когда его спрашивают с самого утра: «Как дела?» Для него это самый тупой вопрос с утра. Быстро собравшись, он подкрасил глаза чёрной подводкой, оделся, быстро закинул в рюкзак учебники, пенал и тетради, выскочил из своей комнаты. Мама ему крикнула: — Матвей, а завтрак?! Матвей быстро обулся, надел куртку с шапкой и, пока завязывал шарф, сказал: — Я в школе поем! Схватив рюкзак и сменку, начал проверять: наушники с собой? Телефон с собой? И, схватив ключи, выбежал из дома. Ведь на улице холодно и не хотелось долго идти пешком. Включив свой плейлист в наушниках, пошёл в школу, проклиная всё и всех вокруг. Как вдруг в кого-то врезался. Он поднял глаза и уже хотел сказать мол «смотри, куда идёшь», но увидел Володю. Тот посмотрел на него и улыбнулся мягко, впервые, и сказал: — Привет, чего такой хмурый? Матвей нахмурился, но сказал: — Привет, не хмурый я, просто сонный... Владимир ухмыльнулся и добавил: — Пошли вместе? Мне скучно, а наушники дома забыл. Матвей кивнул и, вытащив наушники наконец-то из своих ушей, они пошли. У Володи рот не закрывался, рассказывал истории. Матвей думал: «Почему он так много разговаривает? Ни на секунду не замолчит». Крименов слушал его внимательно из уважения? Или ему всё же было интересно? Кто знает. Матвей всегда был закрытым человеком. Дойдя до ворот школы, они быстро зашли, переодевшись, отнесли вещи в гардероб и пошли на второй этаж, на урок. Первым уроком была геометрия. Придя на этаж, Виктории Ринатовны не было. Ну, как обычно, придётся сидеть на холодном кафеле, ждать эту чудо-женщину. Сев, мальчики начали разговаривать. Ну, в основном разговаривал Вова, а синеволосый просто слушал его. Виктория Ринатовна пришла буквально за пять минут до урока, она пустила учеников в кабинет. Третьяков и Крименов решили сесть вместе, ведь оказывается, у них много общего именно в играх да и мнение обо дних и тех же людей у них был похож. Когда урок начался,Матвей делал всё спокойно, правильно, ведь он понимал все темы. А русый смотрел в тетрадь и ничего не понимал. Он пытался заглянуть в тетрадь Матвея, ведь тот уже закончил, кажется. А синеволосый заметил это и просто молча подвинул к нему тетрадь. Владимир мягко улыбнулся второй раз за день и начал всё списывать. И срисовывал. Так незаметно прошёл весь день. Матвею и Вове было весело друг с другом. После школы они решили пойти вместе. Как Третьякова позвали его друзья, что-то сказав Матвею мол «я сейчас». Он подбежал к компании, и на него сразу же наехал Никита: — Вов, чё за херня? Русый нахмурился: — Ты о чём вообще? — Не прикидывайся дебилом. Ты целый день с Матвеем ходишь, и я видел вас вчера, как вы гуляли, а к нам подходил только на короткие разговоры. Вова хмыкнул спокойно, без агрессии: — Ну, подружились. Оказывается, у нас много общего. — Пожав плечами, сказал Владимир. А Никита взъелся, ему это явно не нравилось. Он посмотрел на компанию друзей, которые молчали в стороне: — Ну а вы что молчите! Никто не хотел спорить с Третьяковым или как то высказывать своё недовольство. Они знали: тот довольно сильный, и лучше про себя его послать, чем получить в нос. А тем временем Володя сказал: — Меня ждут, так что я пойду. Он развернулся и спокойно ушёл, а Никита смотрел ему в спину, чуть ли не прожёг ему дырку в ней. Матвей стоял спиной к воротам школы, он ждал Третьякова. Тот подошёл к нему тихо и положил руку на плечо. Тот вздрогнул и от испуга отошёл на шаг он был в своих мыслях по этому и не услышал шаги по снегу. Увидев Володю, нахмурился: — Дольше нельзя было? Володя улыбнулся и аккуратно, взяв за локоть, повёл домой: — Не злись, Черничина. Матвей покраснел и рукой придвинул свой шарф ближе к носу, отвёл взгляд и прошепел: — Не называй меня так. Володя хитро улыбнулся: — Нет, я буду тебя так называть. Матвей фыркнул и наконец аккуратно убрал руку Третьякова со своего локтя не потому что ему было противно или что то в этом вроде вовсе нет просто боялся чего то. Они пошли, разговаривая на любые темы. Этим двоим явно было комфортно друг с другом, хоть они этого и не признают.