Зимняя вишня

Илья съездил в Орегон. Клиника была серой и унылой. Кладбище — маленьким, с видом на горы. На могиле Ани не было памятника — только деревянный крест и искусственные цветы. Илья стоял на коленях час. Говорил что-то, сам не понимая что. Просил прощения. За то, что не нашёл. За то, что не понял. За то, что жил дальше, когда её уже не было. Вернувшись в Вирджинию, он обнаружил в почтовом ящике конверт. Без обратного адреса, с его именем на конверте. Внутри было письмо от Ани. Почерк — мелкий, аккуратный, с кудрявой «а» и длинными хвостиками у букв. «Илья, если ты читаешь это — значит, меня уже нет. И значит, Вика не сдержала обещание. Но я не злюсь. Я знала, что она рано или поздно всё расскажет. Я ушла не потому, что разлюбила. А потому, что полюбила слишком сильно. Рак — это не простуда. Его лечат годами. С химией, операциями, рецидивами. Я не хотела, чтобы ты видел меня больной. Не хотела, чтобы ты тратил на меня свои мечты. Ты должен был стать олимпийским чемпионом. Я смотрела все твои соревнования. По телевизору, в больничной палате. Медсёстры ругались, что я не сплю ночами. Но я не могла пропустить ни одного проката. Ты был прекрасен. Ты всегда был прекрасен. Я знала, что ты собираешься сделать предложение. Я подсмотрела кольцо в твоём шкафу за неделю до того, как ушла. Я плакала тогда три часа. Потому что поняла — не могу. Не имею права. Ты заслуживаешь здоровую жену и счастливую жизнь. А не больную девушку, которая неизвестно выживет или нет. Я не говорю «прости». Потому что не виновата. Я говорю «спасибо». За два года счастья. За то, что ты был рядом. Даже если я оттолкнула тебя, ты навсегда останешься в моём сердце. Вика — моя младшая сестра. Она не виновата в том, что я умерла. Не вини её. Она просто любила меня. И пыталась выполнить мою последнюю просьбу. Живи дальше, Илья. Пожалуйста. Будь счастлив. И если встретишь кого-то — не отталкивай. Я хочу, чтобы у тебя было всё. Даже если этого «всего» больше нет у меня.                                                           Твоя Аня» Илья перечитал письмо десять раз. Потом спрятал в ящик стола. И впервые за много лет заплакал.