Зимняя вишня

Он не ходил в кафе две недели. Не мог. Слишком свежая боль, слишком много воспоминаний. Вика не звонила. Не писала. Она дала ему время. На пятнадцатый день он приехал. Она стояла за стойкой, как всегда. Увидела его, замерла на секунду. Потом молча заварила чёрный кофе. Поставила перед ним. — Спасибо за письмо, — сказал он. — Она просила не отдавать его. — Почему отдали? — Потому что вы заслужили знать правду. Он сел за столик у окна. Она подошла, села напротив. — Я не просил её уходить, — сказал он. — Я бы не бросил её. Лечил бы, ухаживал, сидел рядом. Медали — это всего лишь медали. А она была — моей жизнью. — Она знала, что вы так скажете. Поэтому и ушла. — Это не любовь. Это страх. — Страх тоже бывает любовью, — тихо сказала Вика. — Она боялась не за себя. Она боялась за вас. Илья молчал. — Я ненавидела вас, — призналась Вика. — Долго. После похорон я смотрела ваши интервью и злилась. Думала — живёте, улыбаетесь, выигрываете. А она в сырой земле. Из-за вас. — Из-за меня? — Если бы она не боялась разрушить вашу карьеру, она осталась бы. Лечилась бы рядом с вами. Может, выжила бы. Я винила вас в её смерти. Пока не прочитала её дневник. Она писала о вас каждую страницу. «Илья не виноват. Это мой выбор. Я хочу, чтобы он был счастлив». После этого я перестала ненавидеть. — А сейчас? — Сейчас я просто хочу, чтобы вы жили дальше. Как она просила. Они сидели в пустом кафе, пили остывший кофе, и оба знали — прошлое никогда не отпустит их полностью. Но они могут хотя бы перестать ненавидеть себя.