Forbidden Temptation

Отходняк после шумной ночи в клубе выдался морально тяжелым. С утра Ники сначала блевал в унитаз от этих химозных оранжевых коктейлей, которые он сто раз зарекался не пить, но похуизм взял своё, а потом вдобавок чуть не опоздал на автобус, где умудрился занять последнее место, чуть не подравшись из-за него с каким-то мужиком. Этот час показался настолько мучительным, что Ники уже успел проклясть всё живое на свете, а в особенности - вчерашнюю ночь, «наградившую» похмельем и болью в ногах. Зато отдохнул! Напиваться до отключки явно было ошибкой. Ники каждый раз себе об этом твердит, обещая больше не пить из-за усталости и навалившихся проблем и не вестись на провокации лучшего друга, но каждый чёртов раз сам же запрет нарушает. А самое ужасное - потом винит и проклинает себя последними словами. Такими темпами он точно сопьется и повесит на себя ярлык «алкоголика», ещё и со стажем. Ники усмехается себе под нос, вспоминая, как при первой встречи мысленно осудил владельца за чрезмерное употребление спиртного, когда сам такой же: без выпивки расслабиться стало тупо невозможным. Наверное, для босса это то же самое? Да неважно. Главное, что они оба - будущие алкоголики, которых спасёт только кодировка, если они не возьмут себя в руки.

🏎️🏎️🏎️

Оказывается, добраться до работы - это полбеды. Ужаснейшая необратимая трагедия начинается, когда нужно приступать к работе, еще параллельно общаясь с коллективом и стараясь не сойти с ума от громких звуков, которые давят на больные виски. Ники своим выражением лица с утра уже успел отпугнуть от себя Амира и Оджи - самых дружелюбных и разговорчивых, которые притерлись к нему, как дети, и вечно жаждут общения. Ники-то и не против, просто головная боль настолько адская, что любой тихий звук отдается звоном в ушах и теменью в глазах. Сколько раз себе говорил так не напиваться? Нет, всё равно жертвует своим здоровьем ради веселого отдыха, выбирая мимолетное счастье. Зато на следующий день миллион раз жалеет, борясь с тошнотой по дороге на смену. Первый заказ в сервис поступает уже через полчаса после открытия. Ники успел мысленно взвыть от предстоящей нагрузки, но машина попала не в его руки. За неё берётся Сэм, шумно работая в своём боксе, ни с кем не разговаривая, как и всегда. Остальные доделывают вчерашние заказы, требующие много времени. У Ники тоже такая находится - BMW G60, которую нужно подлатать к завтрашнему дню, но клиент дал времени до конца недели, поскольку сам уехал за границу. Раз новых заказов не привалило, Ники идёт в свой бокс, завязывает волосы в пучок и принимается колдовать над машиной. Вскоре раздается музыка, которую Арс каждое утро включает на колонках в зале, чтобы было не скучно, да и тем более: вечный рокот моторов и бренчание гаечных ключей клиентам слышать надоедает. Ники сразу морщится от противной мелодии, он приостанавливает работу и, упершись руками в капот, замирает. Голова раскалывается настолько сильно, что парню кажется, будто по ней молотком безостановочно херачат. Тошнить перестало ещё час назад, а вот головная боль, кажется, останется с ним до вечера. Господи, помилуй, только бы дотерпеть! Простояв в такой позе минут пять, совершенно неподвижно, напоминая глиняную статую в музее, Ники не сразу слышит, как к нему в бокс заглядывает Амир и громко шаркает подошвой по полу, по пути спотыкаясь об шланг. –Етить твою! - выругивается он, осмотрев толстый провод под ногами, и поднимает голову. - У тебя ж тут убиться можно, Ники! Ники медленно поднимает голову, глупо промаргиваясь и не осознав ни слова, которое ему донесли. Амир наклоняет голову к плечу, рассматривая его будто по-новой, а Ники снова опускает голову вниз, глубоко вздыхая. По его бледному лицу можно понять, что он мучается от похмелья. Амир этот вывод и делает. –Господи… ты как держишься ещё? Тебе, может, таблетку хоть дать? Ники мотает отрицательно головой. –Да не, нормально, - он встряхивает головой и отталкивается руками от капота, отходя к тележке с инструментами и ища нужный ключ, пока себе в спину чувствует назойливый взгляд. –Ты внатуре? - искренне не понимает он, выгнув бровь, когда Ники разворачивается и подходит к машине, принимаясь копаться в двигателе, делая вид, будто ему вообще по барабану. - Слушай, так не пойдёт. Давай я схожу и у Арса таблетку возьму? У него на такие случаи всегда есть. –Да не… - «стоит напрягаться» мысленно договаривает Ники, подняв глаза, но от Амира уже и след простыл. Он тяжело вздыхает, как мученик, и отлаживает ключи, стягивает грязные перчатки и плетется в зал, решая всё-таки последовать совету товарища и выпить обезбол, чтобы банально дотянуть до вечера и нормально отработать, иначе этот вредный босс его точно вышвырнет, а перед этим обязательно унизит, по сто раз тыкая лицом в косяк, как щенка в лужу. Это точно в его стиле. Ники за короткий срок успел изучить мужчину и проанализировать каждое его действие, поэтому теперь знает: если провинился - тебе за это припомнят трижды, чтобы ты ощутил себя неудачником, который даже слова поперек не скажет. В таких ситуациях они - манипуляторы - любят чувствовать себя выше и горделивее. Ники за это их ненавидит до зуда в костях. Ники подходит к высокой стойке, держась рукой за голову, и встречается с Арсом и Амиром, который старательно выпрашивает самый действенный обезбол для него, а рыжеволосый хмуро копается в аптечке, и о чём-то бухтит как старый дед. Видимо, успел устать от вечно энергичного товарища, который все уши ему прожужжал. –О, привет, - кивает Арс не глядя, когда Ники упирается руками в стойку и даже рта не открывает от того, насколько ему херово. - Слушай, не могу найти. У меня обычно тут целый арсенал, а сейчас пачки куда-то подевались. Подождешь? Ники коротко кивает, прикрыв глаза. Он хоть до ночи тут простоит, лишь бы получить заветную таблетку. Арс и его предусмотрительная аптечка на такие случаи - единственное спасение. Амир, стоя рядом и подпирая кулаком щеку, смотрит в сторону дверей, прищуривая глаза. Здесь музыка гремит громче, нежели в боксах, где всё приглушенно моторами машин, гулом вытяжек и звонами металлических рабочих инструментов, отчего у Ники голова начинает трещать еще сильнее - он даже жмурит глаза, едва не падая головой на стойку, а Амир рядом вздрагивает. Он обеспокоенно касается его плеча и тормошит, видимо, боясь, что тот сознание потеряет. –Ты хоть спал? А то, видимо, ночка у тебя была жаркой. Ники лениво приоткрывает глаза, смотря в одну точку, пока Арс продолжает активные поиски таблеток и шуршит чем-то за стойкой, а Амир молча сверлит его взволнованным взглядом. Такое странное ощущение. За него могут переживать? Даже обычный товарищ по работе может с сочувствие тебя похлопывать по плечу, причем делая это искренне, без тайных подтекстов, к которым Ники уже привык. Он привык, что всерьез о нем никто никогда не беспокоится. Кроме Юки. –Да, я спал. Это просто похмелье - ничего особенного, - наконец находит внятный ответ Ники, хмурясь. Господи, даже собственный голос режет по ушам. –Надо бы Виктории сказать, чтобы она на обеде сварила похмельный чаёк. Он сразу тебя в чувство приведет! - улыбается Амир, повторно потрепав его по плечу, а Арс на него искоса поглядывает, зная, что Ники ненавидит прикосновения. Вообще, об этом речь уже велась, все знают его ненависть к тактильности, но Амир либо мимо ушей это пропустил, либо хер забил, раз так бесстрашно бьет парня по плечу. Впрочем, Ники сейчас не до этого: ему лишь бы унять эту надоедливую головную боль, чтобы начать нормально функционировать. Ему кажется, что он даже сам на себя не похожий - бледный, с пустыми покрасневшими глазами и слабый до такой степени, что руки голову не держат. Вот она, цена активного отдыха. Мучения, на которые он добровольно сам подписался, когда вчера ехал в клуб с мыслью: «Как же отожгу сейчас!». Ага, отжёг. Теперь бродит по сервису как зомби, пугая всех своим видом. –Так, вот пока возьми воду, - Арс ставит перед его лицом бутылку минералки и снова ныряет под стойку. Ники гипнотизирует голубую бутылку, размышляя, насколько же он был наивен, когда вчера думал, что похмелье переживёт с легкостью, потом берет ее в руки и прислоняет ко лбу. Амир тихо усмехается: когда Ники не такой колючий и закрытый, то кажется даже довольно милым. –Арс, ты там глянь ещё: «Мерс» подогнать завтра или еще денек постоит? - Амир переклоняется через стойку, как любопытный ребёнок, за что тут же получает щелбан по лбу от Арса. - Ай! –Сколько раз говорил вам не опираться на стойку, - хмуро бросает он, с громким стуком ставит коробочку на стойку и принимается листать записи. - Завтра, - отвечает он на вопрос Амира и сразу переключается на аптечку, в которой пестрят десятки разных пачек. Амир удовлетворительно кивает, пятерней зачесав волосы назад, а Ники, наблюдая за Арсом, успевает только удивиться от количества хранящихся в сервисе таблеток. У них тут что, склад на все случаи жизни? От мигрени до гастрита? Это Арс позаботился о парнях или босс лично закупил? Как-то иронично звучит. Спустя минуты две, за которую, к счастью, к ним не успели вломиться клиенты, Арс наконец вкладывает в ладонь Ники маленькую таблетку. Он её сразу запивает водой и благодарно кивает, с силой растирая лицо ладонями. –О, смотрите, кто идёт! - внезапно выдаёт Амир, потрепав парней по плечам. Те хмурятся и синхронно поворачиваются к дверям. –Не дай Боже она здесь надолго, - закатывает глаза Арс, узнав вдалеке идущей фигуры знакомого человека. Он вовлекается в свою работу, листая записи, а Ники с Амиром продолжают молча пялиться на вход. Ники прищуривается. К зданию уверенной, грациозной походкой подходит брюнетка, она лопает пузырь из розовой жвачки и резко распахивает двери. На ней короткое леопардовое платье, едва прикрывающее задницу, колготки в сеточку, прямо как у шлюшки, и розовая сумочка на плече. Она поправляет свои длинные чёрные волосы и, оглядев парней у стойки высокомерным взглядом, уходит к лестнице, виляя бёдрами. Настоящая кошка. Ники бесшумно фыркает, отворачиваясь. Ему вообще нет дела до девушек. А вот Амир откровенно течёт: он провожает ее голодными глазами, прикусив нижнюю губу. То ли от нервов, то ли от внезапного возбуждения. –А кто это? - спрашивает озадаченно Ники, подпирая пальцем висок. Амир удивленно вскидывает брови так, будто он обязан знать эту девицу как мировую знаменитость. Арс за стойкой ничего не говорит, внимательно читая записи и делая в них пометки. И хотя Ники ждал ответа именно от него, Амир отвечает первым, легонько толкнув его в плечо: –Да ты чё, это же девушка босса. Неужели не видел её раньше? - на его губах рисуется ехидная ухмылка, от которой Ники перекашивает. Стоит Ники вспомнить эту розовую брендовую сумочку на чужом плече, - и воспоминания вспыхивают в памяти сами. Точно. Именно в тот момент она находилась в кабинете и работала ртом под столом, пока у них с владельцем шло собеседование. Вот и нашлась хозяйка той самой сумочки, которая так броско выделялась на сдержанном светлом фоне. Ники коротко хмыкает, провожая взглядом спину девушки до последнего, пока та не скрывается за поворотом. Значит, снова пришла ублажать своего парня? Какая же мерзость. Неужели вам дома наедине времени мало, что вы открыто на работе этим занимаетесь? Если Ники скажут, что они ещё и трахаются на том столе, он даже не удивится. В принципе, какой босс - такая и подружка. Модельная внешность, идеальная фигура, на которую западают мужики, но при этом столько высокомерия, что с ней даже общаться желания нет. О чем вообще с такими, как она, разговаривать? Разве что о деньгах, сексе и модных шмотках. Они с боссом друг другу идеально подходят: один - властный манипулятор, рождённый доминировать над всем, что движется, и любящий ломать и улаживать людей под себя, а другая - лицемерная сучка, которая не прочь прогнуться под чужой силой и деньгами, лишь бы её трахнули и утолили все желания. Впрочем, долго об этом Ники не думает. Он повторно благодарит Арса и уходит в свой бокс, возобновляя работу, лишь краем сознания отметив, что не он один питает к этой девчуле омерзительные, отталкивающие чувства, раз Арс гневно пожелал, чтобы она не задерживалась здесь надолго. Ники даже становится смешно: босс и его пассия настолько неприятные личности, что их исподтишка ненавидят даже работники. Нужно иметь врожденный талант, чтобы тебя ненавидели даже тогда, когда ты просто молчишь.

🏎️🏎️🏎️

Стрелка часов медленно подползает к одиннадцати. К этому времени многие заканчивают свои заказы и принимаются за новые, поступившие только что, а Ники все еще продолжает копаться в двигателе белой «BMW», кайфуя от процесса. Это своего рода волшебство: когда руки уверенно делают своё дело без ошибок, тело расслабляется, чувствуя себя на своём месте, а из головы пулей вылетают беспорядочные, надоедливые мысли. В такой чуткий момент происходит настоящее единение с автомобилем. Это чувство не описать простыми словами - его поймёт лишь тот, кто видит в машине не просто кусок металла, а целую вселенную, где рокот мотора становится райской музыкой. Ники готов всю жизнь тонуть в этом наслаждении. Именно поэтому он очень злится, когда его прерывают в такие особенные моменты, в которые отвлекаться на что-то иное - не позволительно. Иначе теряется весь чёртов настрой. Но такова работа автомеханика: кто-нибудь да всё равно отвлечет по мелочам, те же товарищи, требующие помощи в сложной ситуации. Трудно работать в шумном людном месте, когда ты от природы одиночка, ценящий уединение и свой ритм жизни. Ники выпрямляется, хрустнув спиной, и разминает шею. Успела затечь, пока он копался в недрах двигателя целый час безостановочно. Он сдувает со лба потные черные пряди, выпавшие из-под банданы, и разворачивается, подойдя к тележке, на которой лежат все нужные ключи. Ники аккуратно кладет на поверхность синюю отвёртку, внимательно проходясь взглядом по содержимому в выдвижных полках, и хмурится, не найдя то, что ему сейчас необходимо для финала работы. Он принимается искать динамометрический ключ по всему боксу, тихо матерясь себе под нос. Надо же было его куда-то засунуть! Теперь тратить время на поиски, хотя заказ мог быть уже готов. В это время с приглушенной музыкой из зала, которую Арс милосердно убавил, параллельно начинает доноситься звук чьих-то острых каблуков. И никому оборачиваться не нужно: и так ясно, кто это. По лестнице с кошачьей грацией спускается Тесса, откровенно вытирая пальцем накрашенную губу, чтобы, видно, показать, что они только что с боссом целовались? Со стороны это выглядит жалко и смешно. Ники разворачивается с найденным ключом в руках как раз в тот момент, когда девушка притормаживает на ступенях, копаясь в сумочке. Они сталкиваются холодными взглядами лишь на мгновение. Первым отворачивается Ники, занятый работой. Он склоняется над капотом, а на руках от напряжения вздуваются вены, что невольно сразу бросается девушке в глаза. Тесса задерживает на парне взгляд дольше положенного, жадно и прищуренно изучая его фигуру. Этого человека она видит в сервисе впервые. Новый работник? А это интересно. Она прикладывает телефон к уху и вызывает такси, продолжая стоять на лестнице и нагло глядя на парня, даже не пытаясь скрыть свой интерес. Зато этот жест замечает Арс. Он хмурится, пытаясь понять, в какой бокс она вглядывается, и, мягко сказать, офигевает, когда понимает, что Тесса залипла на Ники. Нет, это не причина для разведения драмы, но это… как-то странно. Девушка босса предпочитает заглядываться на других мужчин, уже находясь в отношениях? Арс не понимает ее мотива, но решает не влезать. Ему ещё не хватало раздуть конфликт с этой истеричкой - не дай бог потом ещё от босса прилетит. Он быстро утыкается в записи, когда девушка резко оборачивается, почувствовав на себе чужой недоумевающий взгляд. Она презрительно на него смотрит с минуту, а потом отвлекается, когда телефон в ее руках начинает назойливо жужжать. Тесса отвечает своей подружке, начиная на весь сервис наигранно громко смеяться, пытаясь привлечь к себе внимание. Она спускается с лестницы и медленно идёт к выходу, стараясь вилять бёдрами ещё сексуальнее, а грудь в аккуратном платье выпячивать сильнее вперёд. Но она терпит быстрое поражение: на неё никто не смотрит. Она от этого возмущенно цокает языком и, взмахнув копной густых волос, уходит с концами. Арс не успевает облегченно выдохнуть после её ухода, как через секунду внутрь залетает высокий смуглый парень в ветровке. Он оглядывается, будто тут впервые, и заприметив стойку, торопливо подходит и с глухим стуком опирается ладонями в поверхность, заставив Арса неожиданно вздрогнуть. Он не растеривается и натягивает дежурную улыбку. –Добро пожаловать. Вы к нам по записи или… –У вас работает тут такой парень по имени Ники? - невежливо перебивает парень, нервно бегая тёмными глазами по чужому лицу, словно пытается скорее выведать нужные ответы. Арс опешает. Его брови встречаются в переносице, он подается вперед и спрашивает поменявшимся тоном: –А вам, собственно, это зачем? –Фамилия Томсон, - властно бросает брюнет, не сводя глаз. Арс хмурится сильнее. Ему совершенно не нравится, что с ним так невежливо общаются, перебивают, так ещё и открыто игнорируют, требуя своё. Если администратор и обязан постоянно разруливать конфликты и всегда улыбаться клиентам, независимо от ситуации, но это ещё не значит, что он может позволить с собой так общаться. Арс ничего не отвечает, отводит взгляд и занимается своей работой до тех пор, пока незнакомец не хлопает рукой по стойке. –Я задал вопрос, - с нажимом повторяет он, меняясь во взгляде: он становится зверинным. Арс резко вскидывает голову. Кажется, только что он увидел, как на дне чужих глаз вспыхнул огонь. И какого чёрта этот урод требует от Ники? –Это личная информация, я не имею права ее разглашать. –А если я важный клиент и мне нужен именно этот мастер? - парирует он, вскинув острый подбородок. На секунду повисает тишина. Арс не мигая глядит ему в глаза, поджав губы, пытаясь подобрать слова и тактично его выпроводить, но все попытки смываются самодовольным взглядом сверху и сухой усмешкой. Незнакомец перегибается через стойку, упершись сильными руками в неё, отчего она жалобно издаёт скрип, и угрожающе хрипит так, чтобы никто, кроме Арса, не услышал: –Последний раз спрашиваю: Ники Томсон работает здесь? Не ответишь ты - пойду прямиком к вашему начальнику. Если не хочешь лишних проблем, просто ответь. Он выпрямляется, не сводя пронзительно-угрожающих глаз с него, а Арс покрывается липкими мурашками. Его рука уже тянется к кнопке вызова охраны, но он тут же осекается: парень отлично видит каждое его движение, заставляя сжиматься от страха своим давлением. Арс глотает вязкую слюну, осторожно опускает глаза и, мысленно попросив прощения у Ники, если этот тип окажется его врагом, тихо отвечает: –Пятый бокс на первом этаже. Незнакомец довольно хмыкает, добившись своей изначальной цели. Он уходит, предполагая, что сегодняшняя игра будет легкой, раз даже администратор так быстро раскололся. Арс провожает беспокойным взглядом чужую широкую спину и когда парень заворачивает в бокс к Ники, он хватает дрожащими руками телефон и быстро набирает владельца. Ровно два гудка, и в динамике раздается усталое, хриплое: «Слушаю». –Босс, кажется, у нас проблемы с одним клиентом.

🏎️🏎️🏎️

Голова от выпитой таблетки проходит окончательно, что неизменно радует: Ники даже неосознанно пританцовывает в такт песни, полностью расслабляясь и вливаясь в процесс. До начала перерыва еще час, он укладывается в сроки, чтобы закончить заказ и вовремя отдать его клиенту. Когда все идет по четкому графику, работать приятнее в разы. Он утирает запястьем потный лоб, чтобы не замарать лицо перчаткой, запачканной в мазуте, и снова ныряет под капот, внимательно закручивая болты динамометрическим ключом, одновременно проверяя не осталось ли протечек и грязных пятен на глянцевых деталях. Его лазурный взгляд сосредоточен в одной точке, он немного прищуривается, так как под капотом оказывается темновато, и присаживается на корточки. Спина, кажется, вот-вот откажет - ещё немного, и он превратится в старика, который не встанет без костыля. Маленькая, но болезненная плата за любимое дело. В боксе резко становится душно. Ники прокашливается в кулак, будто в горле что-то застряло, и не глядя тянется за минералкой, стоящей рядом на полу. Он промахивается и бутылка глухо падает, откатываясь назад. Ники выругивается, медленно поднимается и провожает её взглядом. Пластик тормозит у носков чьих-то кроссовок. Ники не сразу понимает, что в его боксе кто-то посторонний. Он резко хмурится, собираясь выплеснуть раздражение на незваного гостя, и заглядывает тому в глаза, но не успевает и рта открыть, как буквально цепенеет. В напротив стоящем человеке Ники узнает свой кошмар. –Дрейк? Парень усмехается своей привычной манерой, он смотрит на бутылку около своих ног и поднимает её, молчаливо протягивая. Ники замирает на месте, даже не моргая, а всматриваясь в этот высокий силуэт, пытаясь понять, не глючит ли его сознание от усталости, ведь... Ведь это не может быть правдой. Дрейк снова нашел его, куда бы Ники от него не сбегал. Они долго друг на друга смотрят. Просто и без слов. Зато в этом молчании читается всё: от треснувшей брони до болезненной уязвимости, спрятанной глубоко внутри. В лазурных глазах, которые он когда-то до безумия любил, больше нет прежнего дикого страха, ярких искорок от счастья или пылающей ненависти. Дрейк удивляется, не обнаружив в них ровным счетом ничего. Пустота. В голубых глазах стеклянная, бездонная пустота. Ники смотрит на него с уверенностью, не давая и шанса этому ублюдку снова копнуть внутрь и задеть живое. Больше он не позволит себя сломать. Если он не сделал этого раньше, когда падал на колени, слезно умоляя любить, а не калечить, - то сделает без промедлений сейчас, с холодным разумом и абсолютным бессердечием. И хотя внутри всё позорно цепенеет от страха и напряжения, Ники держится молодцом, не показывая виду, что напуган. Он теперь вообще мало чего боится. Лишь кулаки крепко сжимает и зубы стискивает, отчего челюсть становится острее. Что бы Дрейк сейчас ни сказал - Ники не поведется. Он его даже слушать не станет. Этот человек не заслуживает ничего: ни уважения, ни любви, ни понимания. Он заслуживает только чистой, дикой ненависти, которая пустила корни в самом сердце очень давно. Когда Ники делает резкий шаг вперёд, выхватывает бутылку и сразу отходит, Дрейк громко усмехается и первым разрушает барьер тишины: –А ты всё такой же неуклюжий. –Заткнись, - рыкает Ники, делая глоток воды, чтобы смочить пересушенное горло. Он яростно закручивает крышку и швыряет бутылку на верстак. - Какого чёрта ты здесь забыл? Проваливай. Дрейк засовывает руки в карманы и без спроса делает шаг вперёд, входя на чужую территорию, которая даже красными линиями помечена для особо одарённых, но он её старательно игнорирует, держа зрительный обзор только на Ники, нагло разглядывая его с ног до головы. Поймав на себе этот оценивающий взгляд, Ники кривится и отворачивается, напрочь забыв о работе. Его дико раздражает, что этот урод припёрся сюда без предупреждения и теперь явно так просто не отстанет. Ещё и разглядывает, как игрушку на витрине, прекрасно зная, что Ники от этого тошнит. Дрейк мастерски умеет молча давить на больное. Даже если будешь умолять не делать этого - он не остановится. Будет медленно убивать, давить своим взглядом, пока не добьётся желаемого. В этом его достойная сила, с которой Ники однажды не смог справиться и сбежал. А теперь ему бежать некуда, но он и не собирается. Иногда стоит столкнуться лицом к лицу со своим страхом, верно? –Ещё шаг - и я вызову охрану, - предупреждает Ники ледяным тоном, не оборачиваясь. Дрейк предусмотрительно тормозит в паре метров от него, но уже зайдя за красную линию. Ники снова смотрит ему в глаза, скрываясь за толстым слоем льда и равнодушия, а Дрейк хмыкает, вальяжно прислонившись плечом к стене. –Да нет тут у вас никакой охраны, - самонадеянно заявляет он. Ники иронично выгибает бровь, упершись рукой в капот автомобиля. –Так уверен? Дрейк секунду колеблется, прищуривает глаза и медленно облизывает губы. Ники лишь фыркает, закатив глаза. Его всегда бесил этот тупой флирт, который вообще никаким образом не вызывает желания ответить. Только если больно врезать. –Спрошу еще раз. Что ты тут забыл? - повторяет с нажимом Ники. –Не забывай, котик: я предупреждал, что найду тебя в любом месте, где бы ты ни пытался спрятаться. От этих слов внутри поднимается такая мощная волна ярости, что Ники до хруста сжимает ключ в кулаке, раздражаясь еще больше от того, что он не может сделать большего: бросаться в драку сейчас не лучший вариант. Во-первых, не хотелось бы поднимать лишний шум в помещении и пугать коллектив с клиентами. Во-вторых, вряд-ли его силы можно сравнить с силами Дрейка. Ники просто не вывезет. Дрейк в два раза крупнее и выше; стоит ему замахнуться, и Ники уже отлетит в стену. Единственное, что остаётся - защищаться словами как угодно, лишь бы рану не сковырнули острым ножом и не напомнили о прошлом. А Дрейк, по всей видимости, здесь как раз за этой целью. –Я тебе не «котик», - огрызается Ники, сжав челюсть. - Проваливай отсюда и больше не смей приближаться ко мне. –Иначе? - наклоняет голову Дрейк, а на губах промелькивает тень ядовитой улыбки. Эта улыбка мгновенно швыряет Ники в омут болезненных воспоминаний, где он был безвольной куклой: желанной марионеткой, которую дергал за ниточки Дрейк и делал всё, что ему захочется. Он буквально въелся под кожу, отравил змеиным ядом, выжег сердце и забрал с собой, не собираясь возвращать. Ники для него как игрушка, новый шанс позабавиться, когда вокруг не остается легкой добычи. –Не будь так самоуверен, - отрезает холодным тоном Ники, не отводя глаз, смотря в те, которые ему выколоть хочется. Он ненавидит эти тёмно-карие глаза. - На этот раз я смогу ответить и послать тебя куда подальше. Я тебе не тряпка, понял? Проваливай, - указывает подбородком на выход, но Дрейк даже не обращает на это внимания, а расплывается в улыбке, в которой ни намека на что-то хорошее. –Я не уйду, пока ты не вернёшься ко мне. - Резко меняет он тон, зверея во взгляде и начиная яростно играть желваками на скулах, а Ники резко сглатывает. - Я потратил кучу времени, чтобы тебя снова найти, котик. Не будь таким грубым со мной. Ты же знаешь, что я могу сделать, если ты еще раз осмелишься обнажить свои клычки. Я их, конечно, люблю, а особенно люблю твою дерзость, - он на секунду теплеет во взгляде, а потом снова магически быстро меняется, и злым зверем рычит: - Но я не люблю, когда ты демонстрируешь её передо мной. Вспомни, на что я способен, если вдруг ты решил забыть. Нет, Ники, ты это не забудешь, - и озаряется волчьим оскалом, от которого побегут мурашки даже у самого стойкого человека. И Ники вспоминает. Он прав: он никогда не забудет тот кошмар, который с ним творил Дрейк на протяжении нескольких лет. Нет, он не насиловал физически, но убивал морально - словами, взглядами... Поверьте, это куда хуже. Такой террор закапывает в могилу самооценку и в щепки разносит внутренний мир. Дрейк одним взмахом мог заставить Ники как умалишенного захлебываться в слезах, особенно по ночам, когда никто не слышал. Он знал ту самую точку, нажатие на которую приносило мгновенную смерть всему живому внутри. Ники был его мишенью, в которую Дрейк с забавой кидал острые дротики, один за другим. И попадал точно в цель. В самое уязвимое место человека - сердце. Вряд-ли найдётся волшебное средство, которое заставит Ники за секунду всё пережитое забыть. Это навсегда останется в памяти, как бы он не старался заполнить эту темноту новыми светлыми воспоминаниями. И дыра в груди, превратившейся в кусок льда - тоже останется навечно внутри. Увечья Дрейка были слишком сильными и значимыми для его психики: стоит ему напомнить про прошлое и так ядовито улыбнуться - в памяти Ники сразу всё вспыхивает живыми сценами, будто они никогда не были забыты. И самое убийственное - противостоять Дрейку просто невозможно. Он взглядом, как заточенным клинком, полоснёт по старым шрамам и они в это же короткое мгновенье начнут кровоточить. Из болезненных воспоминаний Ники вырывает глухой звук: Дрейк поддевает пальцем ключ, лежащий сбоку от него на верстаке, и лениво качает в стороны, как маятник. А глазами впивается в его лицо - режет на куски, превращая в жалкий прах его самоуверенность. Ники не меняется в лице, там даже волосок не дёргается, но внутри содрогается всё, когда Дрейк резко кидает ключ в коробку, создавая шум, и скрещивает руки на груди. Вроде бы не пытается ворваться в личное пространство, стоит на месте, но давление от него такое ощутимое, что Ники неосознанно пятится назад. Он выпускает шипы, защищаясь от боли, вросшей в него с корнями, а подсознательно снова начинает бояться этого человека. Это бесит, разжигая бурлящий вулкан внутри, который вот-вот намеревает рвануть лавой. Ники очень старательно держит себя в руках. Он разрывается на две чёртовы половины: хочется мощно врезать по этой надменной роже, показать свои силы, впервые себя физически защитить - и в то же время сжаться в комок и убежать без оглядки, лишь бы не пришлось сталкиваться с тем, что когда-то его уничтожило. Дрейк не оставил от него даже пепла. –Ну, что, уже не так уверен в себе, Ники? - с издевательской усмешкой спрашивает он, замечая, как в голубых глазах начинают блестеть молнии. - Ты сейчас заткнешься и пойдёшь со мной, иначе проблемы будут уже не только у тебя, но и у всего этого сервиса. Понял? Из Ники вырывается несдержанный ядовитый смешок. –Мечтай, придурок. Никуда я с тобой не пойду. У меня работа. Взгляд Дрейка неодобрительно прищуривается, напоминая настоящий капкан. Это ощущение стальной хватки, которая парализует и заставляет на месте замереть. Ники выставляет перед собой невидимый щит, но даже он не спасает, когда Дрейк резко сокращает между ними расстояние и хватает парня за руку. Ники даже не успевает возмутиться, как тяжёлый, низкий голос пригвождает его к месту: –Я сказал, ты пойдёшь. Ники вздёргивает подбородок и щурит пронзительно-голубые глаза, натыкаясь в ответ на взгляд, напоминающий зверя, сорвавшегося с цепи. Дрейк всегда был таким двойственным: он мог очаровать с первого взгляда кого угодно, а потом также очаровательно и очень умело заживо закопать. Жаль, что Ники понял это слишком поздно. Доверять этому человеку было нельзя с первой встречи. Ники так глупо обжёгся, будучи наивно влюблённым, и теперь который год лечит эти шрамы от ожогов, лишивших его всякой чувствительности. Нет, милый. Поддаться на твои провокации сейчас - равно проигрышу для себя самого. Ники ни за что не позволит себя так грубо касаться, а тем более - куда-то уводить. Он не вещь. И в который раз сейчас об этом напомнит ублюдку, потерявшему человечность ещё в утробе. –А я сказал, отъебись, - выплёвывает ядом Ники, резко выдёргивая руку из крепкой хватки. Глаза Дрейка загораются пламенем. Ники, смотря в ответ своими пустыми стеклами души, отчетливо помнит, что обычно следует за таким взглядом. Он не двигается с места, сжимает руки в кулаки и стискивает зубы от ярости, не позволяя собой манипулировать когда вздумается. Ники осознает: у Дрейка есть всё, чем его можно обезоружить, но он не остановится перед преградой и будет идти напролом, защищая себя, даже если ему заново переломают крылья. –Что ты пискнул? - шокированно цедит Дрейк, снижая голос до угрожающего тона. - Повтори, - властным приказом, от которого Ники клинит из-за неутихающей ярости. Ники с секунду молчит, с трудом выдерживает чужое давление и взгляд, преграждающий дыхание в глотке, а потом размыкает сухие губы и медленно повторяет голосом, который даже не дрожит: –Я сказал, никуда с тобой не пойду. Свали с дороги, - он толкает его в грудь, делая шаг в сторону, но Дрейк внезапно хватает его за запястье и дёргает на себя. Тело Ники по непонятной причине парализует. От страха? Того самого, который он пытался в себе искоренить? Он сталкивается с сильным телом, ощутив на своей талии руку, и окончательно взрывается: отталкивает парня от себя с такой чудовищной силой, что Дрейк почти отлетает спиной в стену. Он меняется в лице, совершенно не ожидав такого отпора, а Ники судорожно втягивает носом воздух, чтобы набраться смелости и прорычать: –Не смей ко мне прикасаться. Дрейк опускает голову и хрипло смеётся от нелепости чужого поведения, пока Ники пытается прийти в себя от резкого прилива агрессии. Его умело выводят из себя, заставляют злиться, он уже на взводе! А как работать оставшийся день с таким свинцовым напряжением в теле? Разве что закинуться успокоительными и уверить себя, что всё хорошо. Хотя «хорошо» теперь точно никогда не будет - главный кошмар вернулся. –Зря ты это, котик, - сквозь зубы цедит Дрейк, просмеявшись. Он поднимает голову, сталкиваясь с голубами глазами, напоминающими льды Антарктиды, и проводит языком по нижней губе, делая передышку, пока их не успели прервать. –Сколько мне ещё повторить, чтобы ты свалил к чертям? - на одном дыхании выпаливает Ники, откладывая ключ в сторону и аккуратно оглядываясь, чтобы убедиться: их ещё никто не услышал. –Ты же понимаешь, что прогони ты меня сейчас, я от тебя все равно не отстану. Для Ники эти слова как уздечка на шею: она затягивается так плотно, что остаются фиолетовые гематомы. Она душит. –Между нами всё кончено уже давно. Чё тебе ещё от меня надо? - рыкает Ники, хмурясь сильнее, становясь для Дрейка лишь более привлекательной «добычей». Дрейк снова к нему подходит вплотную, смотря внимательно в глаза, выедая каждую эмоцию и превращая в порошок, точно также, как делал в прошлом. Некоторые люди вообще не меняются. Ники невольно отшагивает назад, а Дрейк неожиданно улыбается. Ему нравится этот вид запуганного щенка. Доставляет дикое удовольствие, когда тебя боятся. Дрейк - прирождённый кукловод, раз настолько кайфует от чужого подчинения. –Не будь глупым. Ты не такой, - снижает он голос, разговаривая с ним, как с маленьким, а Ники на это ещё хлеще бесится. - Не упрямься, возьми меня за руку и пошли. У меня нет времени тут с тобой цапаться, - он подаёт ладонь, на которую Ники кидает омерзительный взгляд. Дрейк выжидает ровно десять секунд, а потом снова превращается в зверя. - С меня хватит! - рявкает он, перехватывает чужое тонкое запястье и только собирается развернуться, чтобы с концами покинуть сервис, как получает глухое сопротивление. Ники не двигается с места, лишь дёргает руку, пытаясь освободиться от чужого захвата. Он встречается с тёмным взглядом, обещающим разорвать его на куски за такие жесты, но упорно игнорирует. Лишь когда Дрейк звереет настолько, что начинает силой утягивать его за собой на выход, Ники не выдерживает и громко вскрикивает так, что от стен отходит эхо: –Отвали от меня, ублюдок! Дрейк устало вздыхает, поворачивается и заносит руку для удара, на что Ники шокированно замирает, как в этот самый момент сзади раздается низкий, знакомый голос: –Какие-то проблемы? Дрейк осекается, резко обернувшись. С расстоянии шести метров в него вонзаются черные плотоядные глаза, в которых чистым текстом мелькает угроза пострашней его пустых слов. Ники вырывает руку из захвата и на мгновение пересекается с глазами-омутами, которые он точно не ожидал сейчас увидеть. Владелец появился внезапно, как гром среди ясного неба, что даже Дрейк опешает, не зная, как себя оправдать. Наверняка, он тоже в курсе, кто перед ним стоит, и теперь лихорадочно прокручивает в голове всевозможные «объяснения», которые владельцу явно не сдались. Мужчина стоит на лестнице, опершись боком на перила и скрестив жилистые руки на груди. Он даже не моргает - внимательно скользит чёрным взглядом по чужому силуэту, подмечая каждую мелочь, замечая и опущенную руку, которая секунду назад была в воздухе, и растерянный взгляд, спешащий найти оправдания, и… реакцию Ники. Он не смотрит в ответ, а отворачивается, поджав губы. Марк впервые видит на его лице хоть какие-то эмоции, кроме напускной дерзости и самоуверенности. Неужели нашлось в этом мире что-то, что смогло его вывести на эмоции? Марк бы порадовался чисто из-за человечности, но сейчас ситуация явно к этому не располагает: «ключом» к эмоциям его нового механика оказался мерзкий тип с гнилой энергетикой. Марк умеет считывать людей и сейчас точно уверен: перед ним не человек, а конченая скотина, которую, видимо, пора приструнить. Ещё больше раздражает факт того, что этот парень без спроса вломился на чужую территорию, нагрубил администратору, и плюсом ко всему - хотел затеять драку и покалечить одного из сотрудников. Нет, Марк такое не прощает. С такими людьми он разбирается лишь одним действенным способом, о котором в сервисе знают без исключения все. Кроме Ники, как новенького. Ничего, время пришло, вот и узнает. –Я задал вопрос, - холодно напоминает Марк, не сводя с незваного гостя пристального взгляда. Дрейк, очухавшись, неестественно усмехается, намереваясь сгладить ситуацию. Он суёт руки в карманы и, кивнув на сзади стоящего Ники, на удивление спокойно отвечает: –Поверьте, ничего серьёзного. Маленькое недопонимание. Мне нужно на пару минут забрать вашего механика. Надеюсь, проблем с этим не возникнет? –Конечно не возникнет, - дружелюбно отзывается мужчина, подняв уголки губ в подобии улыбки. Он медленно сходит с лестницы, направляясь к ним. Дрейк самодовольно ухмыляется, подмигнув Ники, который стоит в прострации, не до конца понимая, что босс собирается сделать. Потому что по чёрным глазам он видит что-то запредельно опасное, скрытое. Голос и взгляд вступили в резкий резонанс, а это первый признак, что человек говорит совсем не то, о чем думает. Марк подкрадывается к жертве, провожаемый взглядами коллектива со всех сторон, и встает прямо напротив. Дрейк улыбается и протягивает руку то ли для создания дружелюбия, то ли для непосредственного знакомства, ожидая ответа, но получает лишь давящее молчание. Мужчина буравит его тяжёлым взглядом из-под бровей, делает ещё шаг, заставляя этим жестом Дрейка недоуменно отступить, а Ники - резко поднять голову. Краем глаза он замечает, что на них смотрит весь коллектив: испуганный Арс выделяется на этом фоне ярче всех. –Я правильно понимаю: траблов точно не возникнет? - переспрашивает Дрейк, дабы убедиться в услышанном, глядя ему в глаза, видя в них своё чёткое отражение. Марк приподнимает уголок губы. Тонкая красная прядь выпадает у него из причёски и падает на глаз, создавая пугающую иллюзию кровавого пореза. Ники, в упор смотря на владельца, лишь вопросительно изгибает бровь. Он не знает, как на это реагировать. Что ему делать-то? Только что лицом к лицу столкнулись два сильных человека, которых Ники одинаково ненавидит. Что из этого выйдет? –Конечно нет, - наконец подаёт низкий голос мужчина, расправляя широкие плечи и становясь ещё массивнее, и внезапно отбрасывает маску дружелюбия: - Но проблемы возникнут у тебя, если сейчас же не покинешь мой сервис. Дрейк подкидывает брови вверх - скорее от удивления, чем от страха. Его вообще нереально чем-то припугнуть, - до момента, пока здесь не появился босс, Ники так и думал. В следующие пару минут он успевает лишь офигеть от поворота событий. –Не, мужик, ты не догоняешь, - Дрейк идёт в наступление, сохраняя шутливый тон. - Я же понятным языком сказал: мне необходимо забрать его и выйти на пару минут, - он кивает на Ники, опирающегося на капот. - Это не займет много времени, окей? Всё, пошли, - он снова смотрит Ники в глаза, встречая ледяной в ответ, и полностью игнорируя своим существом чёрный, насквозь медленно прожигающий. –Ты тупой? Я сто раз сказал, что никуда не пойду, - с напряжением процеживает Ники, скрестив руки на груди. Дрейк нервно усмехается, проведя языком по нижней губе. Он в ловушке: и сорваться на крик нельзя, и продолжать натужно улыбаться больше не получается. –Это ты не догоняешь, - раздается жёсткий, хриплый голос владельца. Он мгновенно приковывает к себе внимание Дрейка, Ники, и всего коллектива, замершего за пределами бокса. - Я вежливо намекнул, что тебе пора уходить, но ты, кажется, не понимаешь человеческого языка, - с нажимом продолжает он, не отводя мертвого взгляда, которым пригвождает к месту даже Дрейка. - В моем сервисе посторонним запрещено входить в рабочую зону. Здесь не принято грубить персоналу и уж тем более - пытаться силой увести кого-то из сотрудников. Если не хочешь, чтобы я от слов перешёл к действиям, тебе лучше уйти, - на короткой паузе Дрейк открывает рот, но Марк властно перебивает, указав рукой в проход: - Немедленно. В сервисе повисает звенящая тишина. Сквозь неё даже не слышен рокот моторов и звон рабочих инструментов, потому что весь коллектив отвлёкся от работы. Сейчас все до единого стоят по своим рабочим зонам и следят за происходящим, боясь сделать шаг, зная, если босс затеял с кем-то разборки: лучше не влезать и вообще по возможности громко не дышать. Марк - ледяной айсберг, но когда он доходит до прямых угроз, происходит взрыв. Мощный и разрушительный. Ники бегает напряжённым взглядом от одного к другому: от обоих исходит пугающая аура, ощутимое физическое давление и тяжелое огненное дыхание, как у драконов. Два тирана столкнулись на одной полосе. Оба умеют давить взглядами и отлично потрошить органы, причем не применяя слов, а что будет, смотря они друг на друга в течение минуты? Кто выиграет в этой молчаливой битве? Ники глубоко вбирает в легкие воздух, пропитанный маслом и кожей, и отворачивается. Он чувствует себя омерзительно от прикосновений Дрейка. От его лап запястье жжёт до сих пор. Что теперь будет, раз прежний кошмар вернулся в его жизнь? Дрейк сломает его заново или защитная стена Ники выдержит удар? В затянувшейся тишине Дрейк насмешливо фыркает, удержав себя от нервного смеха. Пустые угрозы? И это владелец самого дорогого сервиса в городе, который даже толком пугать-то не умеет? Анекдот, да и только. Он демонстративно отворачивается, снова подходит к Ники, чтобы схватить за руку, как внезапно получает мощный толчок в плечо. Дрейк вынужденно отшатывается, разворачивается и, окончательно выйдя из себя, яростно орёт: –Эй, какого хуя ты творишь?! Да я тебя сейчас… Сухой щелчок заряженного пистолета в пространстве сервиса прозвучал как смертный приговор. Все замирают, округляя глаза. Владелец достал оружие - а значит, дела очень плохи. Остаётся только молиться, чтобы всё закончилось без жертв. Дрейка парализует, когда он ощущает холодный край пистолета, упирающегося себе в живот. Он мгновенно прячет свою зверинную личность, недоуменно поднимает глаза и режется об чужие черные, смотрящие на него с опасным спокойствием, за которыми скрыта власть. Марк стоит вплотную, опаляя своим дыханием его лицо. Он молча испепеляет взглядом, плотнее прижимая пистолет к его телу. Марк точно знает, что делает: любой человек инстинктивно сожмется от ужаса, когда почувствует реальную угрозу жизни. Банально? Возможно. Зато дьявольски эффективно. Именно так он и разбирается с теми, кто смеет нагло влезать на его территорию. Ники же даже плечами не дёрнул, когда увидел чужое оружие и выточенное движение рукой. Этот металлический чёрный пистолет уже ему знаком. Именно поэтому он не пугается, не удивляется - напротив: злорадно радуется. Может, хоть так этот сраный ублюдок поймёт, что сюда лучше не заявляться? –Э… тихо, тихо, - подаёт охрипший, сухой голос Дрейк, боясь сделать лишнее движение, потому что чужой палец в любую секунду может нажать на спуск. - Слышь, ты это… Давай без крайностей. С-слушай, ствол убери, а?.. - он складывает брови домиком и умоляюще кивает вниз, держа руки на весу, как пойманный преступник. Ники сдерживается от чистосердечного, смачного мата, потому что удивляется чужому дрожащему тону так, что глаза чуть на лоб не натягиваются. Хоть убейте, он никогда не слышал, чтобы Дрейк умолял кого-то что-то сделать. Для него это высшее унижение. А сейчас он умоляет Марка убрать оружие, позорно нассав в штаны. И сразу пустые угрозы исчезли, и уверенный хищный взгляд превратился в мягкий, и голос стих, перешёл на жалобный скулеж. Надо же. Какого же лицемерного ублюдка он любил. Уму непостижимо, и как он смог разглядеть человека в этом ничтожестве, которое всегда было лишь монстром? Марк не меняется в лице, лишь прищуривает глаза, чтобы убедиться: страх пробрал его до костей. Он делает шаг вперёд и сильнее вжимает ствол в чужой живот, сдавливая рукоятку так, что на руке вздуваются вены. Дрейк болезненно зажмуривается и первым опускает голову - знак поражения. Ему ничего не остаётся, кроме как подчиниться и сдаться, иначе пуля вопьётся прямо в кишки. Ложные он выводы сделал об этом владельце. Умеет он запугивать, отлично умеет… А еще профессионально владеет оружием, что не оставляет шансов его обыграть. Чёртов красноволосый идиот. Дрейк его уже трёхэтажным матом в мыслях покрывает, желая поскорее вырваться из его смертельной хватки и уйти. До Ники он доберётся позже - сейчас важнее сохранить шкуру. Марк, не моргая, продолжает давить своим взглядом, даже если уже не получает ядовитого взора в ответ. Он даже не удивляется: очередная выскочка решила, что сможет пойти против него, не зная, какая пугающая власть и сила скрыта за его спиной. Он таких ублюдков на раз-два вышвыривает со своей территории. Стоило показать край пистолета - и их как ветром сдувало. –Я предупреждал, - низким голосом произносит Марк, заставляя Дрейка осторожно поднять глаза. - Я несу ответственность за своих подчинённых и отвечаю за их безопасность, так что советую убраться поскорее, пока я не спустил курок. Дрейк только спустя время осознает, что задерживал дыхание от страха, впервые пронзившего кости. Когда Марк наконец убирает оружие и отступает, в его темном взгляде Дрейк улавливает дикий блеск. Владелец ловким движением вскидывает флажок предохранителя, обрывая невидимую нить напряжения и уверенно демонстрируя, что оружие было действительно заряжено и в любой момент мог произойти выстрел. Дрейк облегченно выдыхает, опустив руки. Ники, скользнув равнодушным, но едва заметно благодарным взглядом по лицу Марка, отворачивается и подходит к открытому капоту, возобновляя работу как ни в чем не бывало. Коллектив в зале мгновенно испаряется, расходясь кто куда: боятся попасться боссу на глаза после такого зрелища. –Чтобы я больше тебя здесь не видел. Дрейк снова заглядывает в эти черные омуты, в которых горит безмолвная опасность, и, чувствуя, что руки впервые трясутся от испуга, уходит, оставляя после себя наэлектризованный воздух, искрящийся от злобы. Марк до упора провожает его взглядом, сжав челюсти. Он ненавидит подобные ситуации, в которых приходится демонстрировать ствол, но что делать, если подонки понимают только этот язык? Двери сервиса громко хлопают, опуская зал в привычную шумную рутину. Марк пересекается взглядом с Арсом: тот очень переволновался и теперь чувствует себя виноватым за то, что впустил такого гостя внутрь, но мужчина его не осуждает. Все мы можем испугаться и поддаться влиянию кого-то сильнее нас. В этой ситуации важно кому-то сообщить, что Арс и сделал: он сразу позвонил и проинформировал босса, чем и помог разрулить конфликт до того, как пролилась кровь. Марк убирает за пояс пистолет и уходит, но уже поднимаясь по лестнице в свой кабинет, чтобы банально перекурить от произошедшего, его неожиданно окликают: –Спасибо. Марк оборачивается через плечо, встретившись взглядом с лазурными глазами, в которых не изменилась ни одна эмоция, зато в прежнем голосе впервые проскользнула благодарность. Искренняя, человечная. Ники стоит, наклонившись над капотом, и смотрит в ответ, не надеясь услышать от мужчины слов, но Марк всё же отвечает: –Это моя обязанность - защищать своих людей. Не нужно за это благодарить. Он скрывается в лестничном пролёте, оставив после себя шлейф терпкого, но приятного парфюма, а Ники возвращается к работе, стараясь вычеркнуть из памяти сегодняшний момент, который, безусловно, долбанул по рёбрам мощновато. Но впервые в жизни внутри поселилось странное, но приятное чувство безопасности. Знание, что в этом сервисе своих людей защищают.