Осколки обещаний за чертой дружбы

Прошел год. Время стирает острые углы, но оставляет шрамы, которые ноют в дождь. Чонгук учился в колледже, спешил на встречу, которая должна была начаться через пять минут. И вдруг услышал смех. Знакомый. Лёгкий. Тот, что когда-то заставлял его оборачиваться на переменах. Он повернул голову. Увидел фигуру у клумбы с цветущей магнолией. Те же черты, только мягче. Взгляд стал спокойнее. Пак Чимин. — Пак Чимин… — голос у него сорвался. Он подошёл ближе. — Чимин. Тот обернулся. Глаза расширились. — Чонгук?.. Чонгук даже не подумал сдерживаться — сразу обнял. Крепко, будто боялся, что тот сейчас исчезнет. — Блин… я так по тебе скучал. Чимин сначала замер, потом медленно обнял в ответ. Сердце у Чонгука билось быстро — он это прямо чувствовал. Как и своё. — Я тоже скучал, — тихо сказал он. И впервые за долгое время это тепло не обжигало. Просто… было тёплым. Они пошли в столовую, сели за дальний стол. — Ну как ты там, в Пусане? — спросил Чонгук. — Да нормально. Бывает тяжело, но… живой, справляюсь. — Чимин пожал плечами. — Ты как? И… Тэхён? Он сказал это спокойно. Без надрыва. Как будто просто надо спросить. — У него всё ок. Мы расстались где-то через месяц после твоего отъезда. — Серьёзно? — Ага. Не сложилось. Остались друзьями. Сейчас он с Хосоком встречается уже почти год. У них там прям милота. Чимин тихо выдохнул. Сам не понял, как его отпустило. — А ты? У тебя кто-нибудь есть? — Ну… есть. — он усмехнулся. — Даже много. Но это всё не то… — он посмотрел на Чонгука. — Вообще не то. Чонгук чуть улыбнулся. — Повезёт кому-то, значит. — Ага… — Чимин отвёл взгляд. — Пошли ко мне? — В смысле… к тебе? У тебя своя квартира? — Да. Мама у бабушки живёт, а мне эту оставила. Пошли, нормально посидим. Нам есть что обсудить. Квартира была светлая, аккуратная. Деревянный пол, книги, альбомы, всё по полкам. Чимин ушёл на кухню, а Чонгук осматривался. Фотки. Много. С друзьями. Но ни одной с ним. — Наши фотки у тебя остались, да? — Чимин появился с подносом. — Ты меня напугал. — Ты не ответил. — Да. Я всё храню. Чимин кивнул. — Хорошо. Они сели рядом. Немного помолчали. — Почему ты тогда уехал? — тихо спросил Чонгук. Чимин сглотнул. — После того, что я сказал… я не мог с тобой рядом быть. Думал, ты меня просто оттолкнёшь. Или будешь игнорить. — Ты даже не дал мне слова сказать, — Чонгук нахмурился. — Просто взял и исчез. Я бы всё объяснил. Я бы… по-другому сделал. Если бы знал… — он замолчал. — Если бы знал, что ты чувствуешь, я бы тебя не отпустил. — У тебя был Тэхён. Ты говорил, что счастлив. Я не хотел лезть. — Я тупил, — перебил Чонгук и сжал его руку. — Я сам себя убеждал. Но это вообще не то, что… — он выдохнул. — Не то, что я чувствую к тебе. Он потянул Чимина ближе. — Ты правда думаешь, что я мог тебя забыть? Чимин опустил глаза. — Я просто устал ждать, Чонгук… Ответа словами не было. Только прикосновение. Осторожное, тёплое. Они будто проверяли — не исчезнет ли это, если сделать ещё шаг. Не исчезло. Чонгук обнял крепче. Чимин не отстранился. Тишина стала… нормальной. — Чего ты так смотришь? — тихо спросил Чимин. Чонгук улыбнулся. — На человека, которого я люблю уже чёртову кучу лет… просто долго тупил и не признавал. Чимин смутился. — Ну ты и идиот, — пробормотал он, но уголки губ дрогнули. Чонгук тихо рассмеялся и притянул его ближе. — Ты так классно пахнешь… Чимин посмотрел на него. Без страха уже. Чонгук наклонился. — Я тебя люблю, Чимин. Чимин закрыл глаза. На этот раз — не убегая. — Ты норм? — уже мягче спросил Чонгук. Чимин слегка покраснел. — Да… просто… помоги дойти до дивана. — Ага, конечно, — усмехнулся Чонгук, аккуратно поддержал его. Чимин хмыкнул, но не отстранился. Они устроились рядом. Не спеша отпускать друг друга. Тихо. Спокойно. Как будто всё наконец встало на место. Чонгук уткнулся лбом ему в плечо. — Почему я был таким тупым… — Мм? — Я всё время чувствовал, что ты для меня больше, чем просто друг. Но делал вид, что всё ок. Прятался за дружбой, за кем-то ещё… потому что с тобой всё слишком по-настоящему было. Я боялся это принять. Думал, смогу без этого. Без тебя. Не смог. Чимин слушал молча. — Когда чуть тебя не потерял… тогда дошло. Чимин тихо: — Я боялся, что для тебя это вообще ничего не значит. — Значит, — сразу ответил Чонгук. — Больше всего. Он притянул его ближе. — Я тебя люблю. Чимин улыбнулся, глаза блестят. — Я тоже… уже давно. Они замерли. Просто рядом. — Я тебя больше не отпущу, — тихо сказал Чонгук. — А я больше не убегу, — ответил Чимин. И теперь без слов они одновременно потянулись к друг другу. Долгожданный поцелуй был долгим, будто хотел восполнить все то время, что ушло впустую. Он не был резким или жадным — скорее медленным, осторожным, как будто оба боялись спугнуть то, что наконец стало настоящим. Тепло чужих губ оказалось таким знакомым, что Чимин на мгновение потерялся — будто всё это уже было когда-то, просто они слишком долго шли обратно к этому моменту. Чонгук держал его крепко, но бережно, словно теперь точно знал, где граница — и как её не нарушить. Чимин невольно подался навстречу, позволяя себе наконец не сдерживаться, не думать, не отступать. Они оторвались только чтобы вдохнуть — и снова приблизились, уже тише, ближе, почти касаясь лбами. Чонгук провёл рукой по его щеке, задержался, будто запоминая. Чимин закрыл глаза, наклонился чуть ниже, позволяя ему быть рядом так, как раньше никогда не позволял. В этом не было спешки. Только ощущение, что время, наконец, перестало убегать. Чонгук склонился над ним, уткнулся лбом в его плечо, и на секунду просто замер — будто проверяя, что Чимин действительно здесь. — Ты правда здесь… — почти беззвучно. Чимин тихо усмехнулся, едва слышно: — А ты всё ещё не веришь? Он коснулся его пальцев — переплёл их, удержал. Так проще. Так спокойнее. Чонгук чуть сильнее прижал его к себе, уткнулся носом в шею — не торопясь, не боясь переходя границу. Тепло от этого простого касания разливалось медленно, глубоко, как что-то, что не нужно объяснять. Чимин лежал, глядя на него снизу — и впервые не чувствовал ни страха, ни сомнений. Только тихое, ровное чувство, которое уже не нужно было прятать. Все лишнее без спешки, постепенно падало где-то на пол. Чонгук недоверчиво взглянул на Чимина, но тот закрыл глаза. Чонгук медленно опустил тело друга на подушки, а далее, провёл по животу, выводя на нём дорожки и узоры, но только Чимин хотел возразить, как он ощутил на своей коже шершавый язык. Чонгук медленно приспустил пояс Чимина, открывая своему взгляду бледный лобок, Чимин же безмолвно лежал, наслаждаясь и едва сдерживая стоны, что превращались в отчаянный скулёж удовольствия, который отзывался звоном в груди. Язык скользнул по лобку, и Чонгук томно выдохнул, обжигая нежную кожу своим дыханием. — Чимин... — прошептал Чонгук, отрываясь от сладкой кожи. — Ты думаешь о том же, о чём и я? — Д-да, Чонгук ... — прошептал Чимин, открывая глаза. — Сними это, пожалуйста... Чонгук не медлил, он скинул боксеры и наконец предстал перед Чимином во всей красе, на его атлетичном теле совсем не было волос, и наконец взгляд Чимина опустился туда, куда хотел всё это время, — к паху Чонгука, где его взгляду открылся внушительных размеров член, налитый кровью и дрожащий от нетерпения. Чимин уже не краснел, казалось, вся краска закончилась раньше, но его ноги рефлекторно вздрогнули и покрылись мурашками. По лицу Чонгук а расплылась довольная улыбка, медленно приблизившись к Чимину, он поцеловал его в губы раз, и ещё раз, и ещё несколько раз, пока не увидел в глазах Чимина ту же искру, что видел когда-то очень давно. И пусть он жмурился в стеснении, его прерывистое дыхание говорило красноречивей любых высокопарных эпитетов. Аккуратно приподняв задницу Чимина, взгляду Чонгук а открылись чресла, гладковыбритые, гладкие и чистые, как у хорошей девицы. Чонгук одним движением запрокинул, и всё это великолепие озарилось светом прикроватного окна. Между ног Чимина торчал пропорциональный его телосложению член, он не был слишком велик, но с лихвой компенсировал это эстетической красотой. — Ну же, Чимин, будь другом, слезай. — скользнуло шёпотом у Чонгука. Чимин покорно слез с кровати, усаживаясь на колени. А над его лицом нависал мясистый, разбухший от желания член Чонгука. Последний не торопился принуждать Чимина к действиям, напротив, он медленно приблизившись, с вожделением ожидал. И вот прозвучало громкое "ЧМОК", а далее головка медленно скользнула между губ. Чимин ощутил солоноватый, железистый привкус Чонгука. Как же он долго ждал этого! Глаза Чимина медленно сомкнулись, а юноша отчаянно сосредоточился на дыхании, стараясь не подавиться от собственной похоти. При каждом движении головой во рту похабно чвякало, наконец, когда Чимину это окончательно надоело, он обхватил голову, прижал осторожно ближе к себе, наконец наслаждаясь блаженной лаской и тихим дыханием Чимина. Чонгук упивался зрелищем, наблюдать, как гордый, капризный друг старается ему услужить. Его длинные пальцы залезли в кудрявые волосы и мягко придерживали голову Чимина, не давая ему даже шанса отстраниться. А Чимин и не собирался отстраняться, он старательно, целеустремлённо двигал головой, стараясь вовсю. Чимин едва ли не давился, пусть и старался дышать носом, но в следующую секунду он почувствовал уже совсем другой вкус. Чонгук медленно отпустил Чимина, но продолжал придерживать, чтобы даже капелька семени не вылилась изо рта юноши, что покорно сглатывал. Когда же всё кончилось, член выскочил из влажного плена, покрытый слюнями от самого основания до самого кончика, горящий ещё большей страстью и ещё сильнее разбухший. — Хм, я всегда знал, что найду тебя — Чонгук отпустил голову и с улыбкой сказал: —Тебе нравится, Чимин? — Н-не спрашивай меня о таком... — отмахнулся Чимин, что всё ещё пытался отдышаться. — Ну, это было не так уж и плохо, только в следующий раз предупреждай, пожалуйста, я же чуть не подавился. — Слушаюсь и повинуюсь. — Чонгук тихо похихикал и поднял Чимина с пола, а далее кидая на кровать. — Хм, теперь пора дать тебе то, что ты заслужил... Чимин не успел опомниться, как оказался лёжа на животе, лицо уткнулось в подушки, сзади уже пристраивался праздно потирающий ладошки Чонгук. Вспоминая размеры Чонгука, Чимин тихонько-тихонько сказал: — Т-только будь аккуратнее, пожалуйста... — Ты не поверишь, Чимин, я многому научился за эти годы. — руки Чонгука легли юноше на плечи. — Хочешь, я сделаю тебе лёгкий массаж и растяну аккуратно? Чимин ответил лишь невнятным бурчанием и кивнул гривой. Крепкие руки Чонгук а немедленно взялись за работу, началось всё с плеч. Руки проминали мышцы, упираясь в кости и оставляя лёгкие следы. Так руки поползли ниже, проходя по контуру позвоночника и рёбер, пересчитывая каждую косточку. Чонгук достал неизвестно откуда тюбик со смазкой и принялся наносить смазку не жалея. Палец бесстыже проник сразу и легко. Чимин дёрнулся, но тут же расслабился, покорно растянувшись на кровати. Второй палец не заставил себя долго ждать. Чонгук осторожно, но уверенно ввёл второй. ― О-о, ох, ― робкие стоны блаженства вырывались из уст Чимина. Чонгук повертел пальцами вокруг, расширяя их осторожно и прислушиваясь к реакции Чимина. Чимин довольно выдохнул. Чонгук пристроился, приставил член к дырочке и начал водить головкой по расщелине. И вот выдох Чимина сорвался на отчаянный скулёж. Бледные руки вцепились в простыни. Ощущение от того, как Чонгук вошёл, можно было сравнить с вторжением нежного незнакомца, только это был куда нежнее и куда коварнее. Когда вошла головка, Чонгук медленно двигал тазом, не спеша, играючи заталкивая член в дырочку Чимина. Юноша не стонал, он скулил под медленными и размеренными движениями Чонгука, на стон силы не было, лишь остатки гордости и стыда. А Чонгук не сбавлял темпа, наоборот, лишь наращивал, и чтобы выдавить таки голосок из Чимина, отвесл ему пару шлепков по его бледной заднице. Рукой Чонгук обхватил бледный член юноши, а вторая рука, легла на шею, выдёргивая Чимина из подушек, заставляя его стонать громче, задыхаясь от похоти. Чонгук быстро вошёл максимально глубоко с отчётливым шлепком яиц о промежность, а далее, медленно, почти издевательски покидая отверстие, тихо посмеиваясь с дрожащего Чимина. — Перевернись, хочу видеть твоё лицо... — Н-не буду! — пробурчал в подушку Чимин. — Разве тебе не понравилось? — спросил Чонгук, мягко целуя Чимина промеж лопаток. — Ну давай, сладкий мой. — Чонгук вновь отвесил шлепок по заднице Чимина. Член Чонгук а медленно выскользнул из тугой дырочки и спокойно расположился между мягких булочек, дожидаясь своей очереди. Чимин хрипло простонал и перевернулся на спину, глядя на Чонгук а и говоря: — Чон, ты стал другим. — Да, время меняет людей! ― расхохотался Чонгук, подводя свой член обратно к анусу. — А если хочешь знать, я тогда не понял твоего поступка. Тебе стоило бы тогда сказать. Объяснить по-другому. — Какой же я глупец! — сказал Чимин с придыханием. ― Я бросил все…, тебя… — Мы можем все исправить, Чимин. Чонгук не стал медлить: одним ловким движением он вновь оказался внутри, рука, охватывая бледный член Чимина, стремительно его выдаивала, пока Чонгук отчаянно не давал юноше шанс отвернуться. Сейчас он явно был туже, всё внутри буквально пульсировало, затягивая раскалённый член всё глубже и глубже. Чимин наконец выпустил свой истинный голосок: это были тихие, сдавленные и стыдливые стоны, но они были настоящими, симфонией победы духа и тела над всякими условностями. Чимин подавался навстречу активу, желая ощутить его ещё больше, но это же вывернулось иначе... Скользя по уже знакомому тоннелю, твёрдая, словно камень, головка ударилась об одну из стенок, и Чимин сменился в лице, он закатил глаза, и голос натурально сорвался на крик. Чонгуку не нужно было лишних слов, он схватил Чимина за бёдра и принялся долбиться туда же. Каждый толчок давался всё сложнее из-за того, как юноша сжался, но каждый миг этого крика стоил того. Гордое, бледное лицо Чимина вмиг обратилось в красный, залитый слезами и слюной лик блаженства. И вот ещё толчок... электрический разряд медленно расползся от поясницы по всему позвоночнику, прошивая всё тело от пальцев на ногах до кончиков волос, а член, словно маленький вулкан, брызгал семенем во все стороны — на живот Чимина, грудь Чонгука и простыни... Чонгуку понадобилось ещё немного усиленных толчков. Зрелище кончающего юноши добавило возбуждения и вот Чонгук зарычал от волны наслаждения, захлестнувшей его, методично наполняя Чимина, словно повар наполнял пирожные кремом... Он поднял руку, коснулся волос Чонгука, чуть взъерошил их. — Ты странный, — прошептал он, почти с улыбкой. — Знаю, — ответил Чонгук, не отрываясь. — Хочешь, мы все изменим… ― он замялся и смотрел на Чимина ожидая ответа. ― Поцелуй меня, и я останусь с тобой навсегда. Идёт? Чонгук молча наклонился и прильнул к губам Чимина. Прошло несколько минут нежного соприкосновения и медленных взаимных ласк. Они молчали. Не потому, что нечего сказать — просто слова теперь больше не нужны. За окном пошёл дождь. Тёплый. Спокойный. Как будто всё наконец стало правильно.