Не по плану

- Пу, пу, пу… Павлик, Павлик… И как же мне теперь быть?.. Непруха какая-то. Как же тебя так угораздило ногу-то сломать за месяц до открытия сезона… Андрей машинально покручивал в ухе серебряное колечко, даже не замечая этого. Пальцы двигались сами по себе - так бывало всегда, когда мысли начинали путаться и застревать, как мяч на дождливом поле. Если быть точнее - Князев Андрей Сергеевич, новый, молодой и перспективный тренер СШОР «Зенит». Он всего несколько месяцев назад занял это место: глаза горели, руки чесались начать ковать золотой состав. Идей - море, амбиций - океан. И будто кто-то решил проверить, насколько этот океан глубокий. Сначала один из сильных защитников переметнулся в другую команду. Это было полбеды - вполне терпимо, были ещё ребята, готовые занять его место. Но Павел… он был действительно мощным полузащитником. Андрей возлагал на него огромные надежды. Должна была получиться просто конфетка: красивая обёртка, отличная начинка. А изюминка в центре - десятка, Павлик. Андрей на секунду закрыл глаза и снова увидел сообщение - не строками, а целиком, как удар: «Добрый вечер, у Паши перелом берцовой кости. Вы в заднице. Спокойной ночи». Он уже не читал его. Он его помнил. Слово в слово. Андрей устало потер переносицу и провёл рукой по русым волосам, слегка топорщившимся ёжиком, как после душа. Пальцы на секунду застряли в прядях, и он так и замер, глядя в стол, как будто там мог найти ответ. Перелом. Не травма. Не «поболит и пройдёт». Перелом. За месяц до старта. Идеальнее момента, чтобы всё посыпалось, просто не придумать. Вокруг царил привычный творческий хаос. С тех пор как четыре месяца назад новый тренер занял кабинет, порядок здесь стал… весьма условным. Деревянный стол был завален заметками, схемами и пухлыми тетрадями. Карандаши, маркеры, папки с тренировками - всё лежало вперемешку. В воздухе стоял лёгкий запах бумаги, пыли и чего-то ещё, то ли старого кофе, то ли футбольной раздевалки, которую забыли проветрить. Обычный человек наверняка бы отчаялся что-то найти, но хозяин кабинета всегда точно знал, что и где лежит - в его голове был такой же порядок, понятный только ему . Среди этого бардака особенно выделялся аккуратно уложенный на маленькой велюровой подушке собственноручно раскрашенный мяч - его первая награда из детского дивизиона. Он был единственным, что выглядел здесь по-настоящему бережно. И главное - окно. Большое, светлое, с видом на тренировочное поле. Футбол был для Андрея всем, и это окно словно соединяло его с тем, что он любил сильнее всего. Сейчас там шла тренировка: доносились глухие удары по мячу, чей-то свист, короткие выкрики. Жизнь продолжалась - без него, без Павлика, без его «идеальной схемы». - Так, ладно… врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»… - бодро, насколько это было вообще возможно проговорил Князев, резко выпрямившись. - Не можем сыграть 4-2-3-1 - значит, будем изобретать велосипед с квадратными колёсами… 4-4-2. Балунов мощный опорник… может, и получится… Андрей вслух перебирал варианты новой схемы, обсуждая их с самим собой (ну а кто, вообще-то, может быть лучшим собеседником?), задумчиво почесал затылок и продолжил бормотать, размахивая карандашом, как дирижёр без оркестра: - Так, если его поставить сюда… нет, сюда… хотя если сюда, то он же туда убежит… он же всегда туда убегает… Он замолчал, нахмурился и уставился на лист. Потом моргнул. Ещё раз. И тихо выдохнул: - Прекрасно… Вместо схемы на листе красовался человечек с непропорционально огромной головой и подписью: «Балунов (если не убежит)». В этот момент послышалось какое-то копошение за дверью. Он поднял голову от вороха листов и замер. Тишина. - Хм… показалось, это всё недосып и тактические эксперименты... Так, о чём это мы, Андрей? Опорник… ну вот.. Он только опустил взгляд, как звук повторился. Чуть громче. Более явный. Как будто кто-то… скребётся? В очередной раз оторвался от эскизов. Поднял голову… и едва не схватил внеплановый инфаркт: из-за приоткрытой двери торчала внезапная голова. Даже две внезапные головы. — ЕТИТЬСКАЯ СИЛА, САШКИ! - вскрикнул Князев, сорвавшись на чуть писклявый голос, резко откидываясь на спинку стула. — Вы чего, меня в план тренировок на выносливость записали?! Головы довольно улыбнулись. Это были два Александра из его команды. Сашка Балунов - с тёмно-русым ёжиком волос, который, кажется, был бы растрёпанным, если бы вообще мог растрепаться, вечно в движении, с таким выражением лица, будто у него в голове одновременно происходят минимум три идеи. И Саша Щиголев - выше, спокойнее на вид, но сейчас заметно взбудораженный: плечи чуть подняты, пальцы ищут, по чему бы постучать. - Андрей Сергеич, разрешите зайти? - Ну, полтела вы уже просунули - тащите остальное, что уж. Парни протиснулись внутрь. Балунов нервно то закатывал, то раскатывал рукав фирменной тренировочной футболки. Щиголев, в свою очередь, раздражающе суетливо барабанил пальцами по столу. - Тут такое дело… тонкое, тончайшее. Мы с Саней хотели сказать… точнее, высказать… точнее, выпросить… точнее - попросить. Князев косил глаза то на одного, то на другого: - Так, господа хорошие, угомоните руки, возьмите их под контроль и начните сначала. «Хорошие» переглянулись. - Вы, наверное, слышали, что недавно случилось на крайней тренировке «Алмаз-Антея»? Андрей коротко хмыкнул. Конечно, он об этом слышал. Да об этом вся ЮФЛовская диаспора только и говорила. Юное дарование, восходящая звезда - да просто алмаз (простите за тавтологию) - Миша Горшенев изобразил на лице своего сокомандника картину маслом под названием «Рука - скок, нос - вбок». Результат этого «произведения искусства» оказался, по мнению Андрея, всё-таки слишком суровым - отчисление Михаила из команды. И это прямо перед самым началом сезона. - Ну допустим, слышал. Только вы как-то слишком сначала решили зайти, даже сбоку, я бы сказал. - Ну… Мы с Михой уже очень давно знакомы, вместе в детстве тренировались - рука об руку, нос об нос, щека к щеке… ну и всё остальное ко всему остальному, короче. Он клёвый, суперский спортсмен, человек справедливый, стоумовый вообще… - перечислял Шурик. - Красивый, весёлый, здоровый - я понял, - усмехнулся Андрей Сергеевич. - Мне ему открытку отправить или что? - Это, конечно, можно, - кивнул с улыбкой Сашка, - но я о другом. У нас же с Пашкой беда случилась… жаль, конечно, этого добряка, - состроил он секундную грустную мину, но тут же продолжил: - И мы с Саней обмозговали и подумали… - он притормозил, собираясь с духом, - а может, Мишку к нам можно взять? Он бомбический атакующий… - промедлил и добавил, улыбнувшись: - в футболе. Князев аж забыл, как рот открывать, чтобы звуки выходили. - Ребят, а не много вы просите? Человека из команды попёрли за насилие (и Андрей сам сморщился - слово-то какое жуткое), а вы хотите, чтобы я его да с ковровой дорожкой встречал? - Вот вам крест, могу за него поручиться, - вскочил Щиголев резко, как пружина, стул жалобно скрипнул. - он просто так бить не будет, это я вам точно говорю. Он хоть и вспыльчивый, и язык подвешен с перебором, но не псих - не станет бить абы кого да за абы что. - Воу-воу, ты так не скачи-то резво, - Андрей даже рукой махнул. -у меня аж глаза чуть за затылок не закатились. Даже если взять за основу, что он ударил не просто так - мы имеем, что имеем. Дмитрий Вадимович не согласится. - Поэтому мы и пришли к вам. Андрей Сергеевич, - Балунов решил исполнить актерский этюд на тему кота из Шрека, и сделал самую милую моську, и со всем восхищением продолжил - ну вы такой убедительный, ну офигеть какой… и справедливый - это мы сразу поняли. А Миха… ну ему сейчас очень тяжело будет, поймите. Князев понимал, когда он пришел в СШОР, его сначала как-то все в штыки приняли, и всё это было крайне тяжко. И первые, кто к нему с улыбкой подошёл, руку протянул и надежду в светлое тренерское будущее вселил - это были эти два славных парня. Если б не они, выдержал бы он первый натиск давления? Он как будто был им должен, хотя те, конечно, никогда об этом не просили и даже не подумали бы о таком. - Княжеское подлизывание, что сказать, - пробормотал он, но уже без жёсткости. Провёл рукой по лицу и усмехнулся. - Чёрт с вами, очень уж хочется через «десятку» сыграть… а тут «бомбический атакующий», - передразнил он Балунова. - Попробую, но не обещаю: всё-таки конечное решение за Дмитрием Вадимовичем. Сашки чуть ли не подпрыгнули, одновременно начав какой-то странный танец, подозрительно похожий на пого. - Спасибо! Спасибо, Андрей Сергеич! - Вы лучший! Не Князь - Король! - Идите разминаться, шуты, — рассмеялся он. Дверь захлопнулась. В кабинете снова стало тихо. Андрей откинулся на спинку стула, посмотрел на поле за окном… мысленно придумывая аудиенческое обращение к спортивному директору академии.