О чём шепчет бамбук

Шэнь Цзю чувствовал себя так, будто его забросили в клубок змей. Всем интересно кого такого особенного принял на пик учитель. Все взгляды были направлены в его сторону, все постоянно о чём-то шептались, перегоааривались, хихикали, тыкали за спиной пальцами. Он чувствовал всё это и свою беспомощность. Нет, Шэнь Цзю вовсе не был бесхребетным. Он мог за себя постоять, ответить, пнуть, укусить в ответ, но их слишком много. Он больше не уличный мальчишка и какие бы привычки у него не остались, он теперь в порядочном обществе, где такое не принято. А самое ужасное - он нигде не мог спрятаться по тому что не знал никаких мест кроме тренировочной площадки, общежития, где он живёт с ещё тремя людьми, и долбаный лекарьский домик. Он уже успел десять раз пожалеть что перебил Шэнь Юаня. Пик Цинцзин не только красивое место, но ещё и беспокойное. Тихо здесь становилось ближе к отбою или ранним утром. А ещё везде были заросли из-за которых в основном ничего не было видно. Не хватало ещё действительно потеряться. Сколько им известно? Ничего. Шэнь Цзю уверен. Знать что-то о нём невозможно. Всё слишком запутано и далеко. Но чужие взгляды заставляют напрягаться. Как-будто они осуждают его за одно только существование. Ещё даже не зная что он успел натворить за свои года. Промаявшись пол где придётся он дождался обеда. Ко времени пока он добрался до общей столовой людей там, к сожалению, меньше не стало. И вдруг вошёл он. Бесячий Шэнь Юань. Весëлый, шумный, задорный, в окружении ещё троих человек. Они, что-то бурно обсуждая, подошли к раздаче и набрали еды. Шэнь Цзю уткнулся взглядом в тарелку и вновь взмолился. За последние пару дней он молился богам больше, чем за всю свою жалкую жизнь. "Лишь бы он не подошёл-лишь бы он не подошёл-лишь бы он не-" — Приветствую, Шень-шиди. К чëртовым истокам этих глухо-слепо-бессердечных сук под званием "боги". — Ты не против если я подсяду? Шэнь Цзю разочарованно вздохнул поднимая голову на подошедшего. — Против. – прозвучало максимально отторгающе. – А что, твои дружки выгнали тебя? Судя по лицу Шэнь Юаня он явно не ожидал такого ответа. Весëлая улыбка дрогнула, но настрой его не угас. — Нет, сам ушёл. Хотелось бы пообедать в компании шиди и познакомиться поближе. Думаю, мы начали наше знакомство не с той ноты. Не стоит беспокоиться об этом шисюне, мои боевые братья довольно понимающие люди, они не обидятся если я разделю с тобой трапезу. Шэнь Юань устроил поднос напротив Шэнь Цзю решив что раз беседа пошла, то стоять как истукан бессмысленно. — Не заговаривай мне зубы. Зачем ты сдесь? — Ладно. Хорошо. Ты... Кажешься мне интересным. — С каких пор я стал сборником загадок? — Ты всегда такой колючий, А-Цзю? — К твоему сведению. И не называй меня так. Весь аппетит испортил своей приторностью. Шэнь Цзю резко поднялся из-за стола привлекая лишнее внимание. Со всех сторон тут же раздались шепотки. "Смотрите... " "Ты видел это..?" "Какой дерзкий новенький..." "Какой-то он бешеный..." "Шэнь-шисюн всегда был слишком добр к отбросам..." ***** Шэнь Цзю нашёл библиотеку! Сам! Ну, как сам... Проследил за Шэнь Юанем. Нет, ему не стыдно следить за этой рыбой-прилипалой. Вообще, он, как старший, не мог допустить, чтобы Шэнь Цзю по незнанию забрëл куда не поподя. Так что по сути это было не нарушением личных границ шисюна, а его прямое выполнение обязанностей. Библиотека оказалась... Вполне недурной. Шэнь Цзю был в восторге от неё. Огромная, с разными уголками для чтений. Кое-где стояли столы за стилажами отгораживающими их создавая иллюзию уединëнных помещений. На столах стояли перья, кисти, тушь, полу лежали разные подушки, даже одеяла были. Всё очень комфортнокомфортно на его взгляд. Да, в чтении он не спец, но именно это место поможет ему практиковаться и набираться дополнительными знаниями. Честно признаться, Шэнь Цзю и писать то нормально не умеет. "Как курица лапой" - как говорили цзе-цзе. Не было времени и возможности оттачивать этот навык. ***** Засиделся он в библиотеке допоздна. Сначала ходил присматривал книги по правильному писанию, потом основы литературы, потом засмотрелся на стихи, но, к сожалению, не осилил поэзию выше уровня 10-летнего ребëнка. Ещё не тот уровень. Хотя и прочитал он пару свитков более сложных стихов, но написанного пока он не оценил. Однако уже тому, что мог понять добрую половину, радовался. Да, для его возраста, 16 лет, этого мало, но тем не менее это уже не ничего. Да и на вид ему 16 было не дать, лет 14 - максимум. Сказался образ жизни. Он дождался пока библиотека опустеет и только тогда взялся за основы грамматики. Было стыдно. Да, он отстаëт по программе на лет на 5, да, его духовное ядро ещё не окрепло, но зародилось, да он уличный бродяжка без родословной, да, он бывший раб, да, у него скверный характер, но он не слаб. Кое-какие базовыми знаниями он обладает, желание набраться новыми присутствует, а значит он сможет. И докажет, что он не грязь из-под ног других людей. Он рискнул слишком многим чтобы сейчас сдаться. Он ещё покажет этим лицемерным ублюдкам на что он способен. ***** Библиотека уже заливалась последними лучами заката. И только тогда Шэнь Цзю вспомнил про отбой и какие-то правила. Сугубо по его ощущаениям, у него есть около получаса на то, чтобы прибрать за собой книги, вспомнить дорогу до своего места проживания и лечь в постель. Нормальную постель, а не сырой пол в сарае. Ужин он пропустил, но время наедине с собой в библиотеке явно того стоило. Тем более что желудок Шэнь Цзю ещё не привык к такому объëму пищи в течение дня. К нормальному, в общем то. Наконец закончив с уборкой всего на свои места Шэнь Цзю со спокойной душой выскользнул из хранилища знаний. Настроение было приподнятым и тропинки вели знакомые. Однако, продлилось это не долго. Среди зарослей бамбука его вдруг что-то схватило и дëрнуло внутрь. Юноша больно приземлился на копчик. Пока его тело было худощавым впринципе много чего было больно и оставляло синяки. Это не учитывая того факта, что человеческое тело изначально не было приспособлено к швырянию об землю. Шень Цзю болезненно прошипел потирая спину. Подниматься от земли он не решился. Во-первых, стараясь отойти от болезненных ощущений. Во-вторых знал, что подниматься на ноги в драке когда тебя уже повалили смысла не имеет. Он поднял нахмуренный взгляд на нарушителей его спокойствия. Над ним возвышались трое. Знакомые морды. Все трое из компании Шэнь Юаня. Неужели его так задел отказ Шэнь Цзю вместе разделить трапезу, что он подослал к нему своих дружков? — Ха, и правда, змея подколодная. Вон как шипит. – пробулькал полноватый юноша чуть старше на вид. — Да уж, и как только Шэнь-шисюн вообще обратил внимание на это недоразумение? – поддакнул тощий высокий юноша с неестественно выздëрнутым в сторону носом. Сразу видно кто самый говорливый. Шэнь Цзю сам бы с удовольствием вмазал. Этот противный высокий голос. Аж уши режет. — Не важно кто ты и как тебя зовут, гадюка. – раздался ещё однин самодовольный голос со спины. Окружили, стервятники. – Мы не хотим тебе зла. Просто нам не нравится то, что такое ничтожество как ты, не может понять какое благословение идёт к нему само. К тому же, все здесь любят и уважают Шэнь-шисюна. Он скоро станет главным учеником, а после возглавит и сам пик Цинцзин. —Да, ты - мерзкий слизень. Считаешь себя лучше всех? Лучше него? Ха! Не смеши! – снова пропищал тощий. Заметив на себе взгляд старшего тот заткнулся. — Дам тебе совет, – величественно продолжил он. – не обижай нашего Шэнь-шисюна. — А не пойти бы тебе со своими советами? На мгновение наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием бамбука на ветру. —...Что ты сейчас сказал, зверëныш? - опасно прошипел горе-советчик грубо дëргая за волосы поднимая глову. — Что слышал, ушлëпок. – не остался в долгу Шэнь Цзю шипя от боли. — Ах ты ж мелкий зсранец! А-Сюй, А-Минь, научите его манерам. – Старший отпустил волосы и неглядя взмахнул рукавом в его направлении. Марать свои руки о Шэнь Цзю он явно не собирался, но желал быть главным зрителем. Толстяк обошёл его сзади, завëл руки за спину и удерживал своими жирными пальцами, пока тощий отвешивал ему оплеухи. Дал ему пару пошëчин и, собравшись духом, вмазал раз кулаком в низ скулы. Удар получился неточным и мазнул по верхней губе. Шэнь Цзю ощутил влажную липкую субстанцию раньше, чем металлический запах. Глаза заслезились от боли. — Кто-нибудь объяснит мне что здесь происходит? Неожидано раздался обманчиво спокойный голос. До боли знакомый. Все трое резко обернулись и отскочили от Шэнь Цзю. Сам он в это время старался проморгаться. Не хватало ещё плакать при этих ущербных. — Ш-шисюн... Мы... Мы... – залепетал толстяк перебирая вспотевшие от стресса жирные пальцы. — Хотели провести новенького до общежития. Бедняжка заблудился, не смогли пройти мимо. – нашёлся ответ у бывшего советчика. Выскочка. — Да! А он как давай нас грязью поливать! – поддакнул тощий. Фигура закрыла спиной всё ещё сидящего на земле молодого юношу скрывая от презрительных взглядов. Первым что увидел Шэнь Цзю пройдя в норму были полы одежд цвета цин едва ли не достающий до травы. — Что ж, ваше рвение помочь младшему похвально. – тихий вкрадчивый голос как будто опустил градус в округе. Тëплый ветерок уже не успокаивал, а только щекотал нервы. – Но кидаться в драку при любой возможности это, как будто бы, по животному, разве нет? Кому как ни вам, ученикам пика Цинцзин, знать о благородстве и сдержанности... Впрочем, сейчас это не так важно. Думаю, вам пора. Я сам проведу Шэнь-шиди до общежития. — Шисюн, мы и сами, в принципе- попытался запротестовать тощий. Не хватало ещё чтобы Шэнь Цзю нажаловался старшему. — Пошли прочь с глаз моих. — Благородства Шэнь-шисюну не занимать. А-Сюй, А-Минь, правда, нам пора. Доброй ночи, шисюн. Все трое скрылись в направлении домиков. Только тогда Шэнь Юань неторопясь оглянулся на него. И наткнулся лишь на пустое место. Маска благородства тут же спала с его лица. Брови разгладились, губы приоткрылись будто он хотел окликнуть Шэнь Цзю, глаза расрахнулись в удивлении. Он растерянно осмотрелся по сторонам, но никого так и не разглядев лишь выдохнул и вышел на тропинку скрывшись среди зарослей на первом же повороте. Шень Цзю смотрел на это всё сидя в кустах. Да, он сбежал. А что ему надо было делать? Остаться чтобы сказать спасибо за то, что его чуть не прибили за осквернëнную честь Шэнь Юаня? Сказать что больше так не будет? А потом они вместе пойдут за ручку пить чай? Всю жизнь Шэнь Цзю справлялся сам никого ни о чём не прося и никого ни за что не благодаря. Никто и не порывался услышать от него подобное. И прилипала обойдëтся. Шэнь Цзю скрипнул зубами. Эта «забота» была ещё отвратительнее, чем побои. Удары кулаком в скулу или пощëчины — это было честно. Это было понятно. Ты сильнее — ты бьëшь. Ты слабее — ты терпишь или сбегаешь. Но когда этот манерный «шисюн» вмешивается, выставляя его, Шэнь Цзю, в роли беспомощной жертвы, которую нужно пасти и оберегать… это ощущалось как новая, изощренная форма издевательства.