Wonderwall

Прошло два года, и жизнь в Сеуле обрела совершенно иной ритм. Больше не было одиноких вечеров и тревожных звонков. В большой квартире, которую Сонхен и Конхо купили вместе, чтобы места хватало всем, было непривычно шумно. На кухне хозяйничал Джухун. Он сменил работу в садике на должность управляющего в детском центре, но его привычка «строить» всех вокруг никуда не делась. — Мартин! Если ты еще раз попробуешь украсть клубнику с торта, я заставлю тебя мыть всю посуду вручную! — прикрикнул он на рыжего парня, который пытался незаметно стащить ягоду. Мартин и Джухун, которые теперь официально были парой, помогали накрывать стол к семейному ужину.  Мартин, как обычно, не мог просто сидеть на месте. Он подмигнул Сунхо, который увлеченно собирал новую модель байка. — Эй, малец, — шепнул Мартин, наклоняясь к уху ребенка.  — Ты же знаешь, что теперь, когда они поженились, тебе вовсе не обязательно называть его «папой». Зови его просто — Конхо. Это звучит куда круче, как будто вы напарники по гонкам. Сунхо хихикнул, пробуя новое слово на вкус: — Конхо? — Именно! — Мартин победно вскинул кулак.  — Представь лицо твоего отца, когда ты официально обратишься к этому гонщику по имени. В этот момент в комнату вошли Конхо и Сонхен. Сонхен выглядел спокойным и счастливым, а Конхо, хоть и сменил кожанку на дорогую рубашку ради работы в компании отца, всё еще сохранял свою дерзкую ухмылку. Услышав слова Мартина, Конхо тут же нахмурился, хотя в глазах плясали чертики. — Эй, жираф! — воскликнул Конхо, подходя к Мартину.  — Чему ты учишь моего сына? Какой еще «Конхо»? Я два года завоевывал доверие этого парня не для того, чтобы ты превратил меня в просто соседа по гаражу! — А что такого? — хохотал Мартин, уворачиваясь от дружеского подзатыльника Конхо.  — Он уже взрослый парень, ему нужны друзья, а не строгие предки. — Я буду и тем, и другим! — отрезал Конхо, подхватывая Сунхо на руки.  — Сунхо-я, не слушай этого сумасшедшего. Для тебя я — папа. Ну, или на крайний случай — Самый Крутой Папа. Понял? Сунхо обнял Конхо за шею и весело посмотрел на Сонхена: — Папа Сонхен, а Конхо всегда будет таким ворчливым? Сонхен рассмеялся, прижимаясь к плечу мужа. — Всегда, малыш. Но в этом весь его шарм. Свадьба Сонхена и Конхо стала точкой невозврата. Несмотря на то, что родители Конхо долго сопротивлялись, железное обещание сына работать в корпорации ради семьи Сонхена сделало своё дело. А родители Сонхена, видя, как Конхо оберегает их сына, благословили этот союз. Даже Джеймс нашел свой покой. Он женился второй раз, и теперь в Тайване рос годовалый братишка Сунхо. Джеймс сдержал слово: после свадьбы он официально передал Сонхену все права на отцовство. Для него было важно, что Сунхо живет с человеком, который когда-то придумал ему имя и подарил всё свое сердце. Вечером, когда гости ушли, Конхо обнял Сонхена со спины, глядя на спящего Сунхо. — Ты слышал его? «Конхо»... Если Мартин еще раз откроет рот, я выселю его обратно на трассу. Сонхен улыбнулся, поворачиваясь в его руках. — Тебе просто нравится это слово. Признай, ты счастлив. — Больше, чем когда-либо, — прошептал Конхо, накрывая его губы своими.