Пять шагов по пути самосовершенствования

Вэй Усянь и Цзян Ваньинь стояли, задрав головы, и совершенно не обращали внимания на обтекающую их студенческую толпу. Перед ними возвышалось монументальное здание Высшей школы заклинателей «Цишань», подавляющее, до зубовного скрежета традиционное, громоздкое и нелепое. - Вот это ду-ура, - протянул Вэй Усянь, почесывая в затылке. – Как думаешь, сколько лет тут стоит эта хрень? На самом деле, смотрели они вовсе и не на здание – что они, древних строений не видели, что ли, - а на громадную статую красного огненного дракона, восседающую на козырьке перед входом. Дракон выглядел дряхлым и потрепанным жизнью, несмотря на то, что блестел свежей краской и был щедро умащен позолотой в районе глаз, пасти и гривы. - Наверно, со школой вместе построили, - предположил Цзян Ваньинь недовольно. – Тебе что за дело? Ты тут полдня теперь торчать собираешься? - Как только оно ворота не обвалило, - гнул свое Вэй Усянь. – Блин, тут куда ни глянь, везде пафос и эпос! Типа, смотрите, как в нашем ордене все круто и богато! - Ты с Ланьлин Цзинь не путаешь? – донесся незнакомый голос, и братья повернулись на него. Рядом с ними остановился, тоже посматривая на дракона, невысокий парень в спортивном костюме болотной камуфляжной расцветки, тяжелых берцах и почему-то с веером. За его спиной маячил кто-то еще, Вэй Усянь не разглядел. - Привет, - сказал парень с веером. – На соревнование? – он окинул братьев цепким взглядом, остановившись на амулетах, прицепленных к шлевкам джинсов. – Судя по колокольчикам ясности, вы, ребята, из Юньмэн Цзян, да? Вэй Усянь уставился на него с интересом, качнув бедром – его амулет издал легкий ненавязчивый звон, повинуясь выплеску ци своего хозяина: - Подкованный? Парень на выпад не ответил, только руку протянул: - Не Хуайсан, Цинхэ Не. А это мой напарник в этом соревновании, Мэн Яо, - он махнул в сторону спутника, и Вэй Усянь смог его наконец рассмотреть. Мэн Яо, такой же невысокий, как и Не Хуайсан, но не утративший изящества даже в грубоватом камуфляжном наряде, блеснул глазами и мило улыбнулся, показывая ямочки на щеках. В отличие от своего напарника он руку подавать не стал, зато чинно поклонился. - Рад встрече. - Привет! – сказал ему Вэй Усянь и пожал мягкую ладошку Не Хуайсана. – Я Вэй Усянь, а это мой шиди Цзян Чэн… ой, Цзян Ваньинь. И мы напарники в соревновании. - Какой курс? – поинтересовался Не Хуайсан. - Я – четвертый, шиди – третий. А ты? - Четвертый, как и ты. Мэн-сюн пятый, - новый знакомый глянул на Цзян Ваньиня, - ты крутой, наверно, я слышал, что третьекурсников нечасто выдвигают. Тот подбоченился. - Цзян-гунцзы – будущий глава клана, - вступил тихоня Мэн Яо, - ему положено быть лучше всех. - А лучший все равно я! – хохотнул Вэй Усянь и подпихнул сурового Цзян Ваньиня локтем, - ну объективно, шиди! Брат ответил ему тычком под ребра, но, кажется, не обиделся. - Объективно, - согласился он и объяснил, старательно хмуря брови, - шисюн лучший студент в нашем вузе, поэтому он основной участник, а я напарник. А ты, Не-сюн, типа тоже лучший? Не Хуайсан заметно погрустнел и затрепетал веером: - Ну не могу сказать, что я совсем уж плох… Но на самом деле есть куда лучше! Вон, тот же Мэн-сюн. А меня брат заставил, иначе грозился услать куда подальше… - Погоди… - Вэй Усянь прикинул кое-что в уме, вытаскивая застрявшие там знания, вдалбливаемые на скучных уроках, посвященных становлению великих орденов, - твой брат – это глава ордена Не Минцзюэ, что ли? - Угу, - вздохнул Не Хуайсан. Вэй Усянь присвистнул. Фотографии Не Минцзюэ, молодого, но амбициозного главы целого великого ордена Цинхэ Не, он видел и помнил этого мужчину, как брутального самца огромного роста, с жесткими глазами и мощной челюстью. Если честно, по-своему глава Не был даже красив и считался завидным женихом. Однако брат не был похож на него примерно ни капельки. - Серьезно? Никогда бы не сказал. У вас же ничего общего! - Вот именно! – воскликнул Хуайсан и направил в его грудь сложенный веер. – А он хочет, чтобы я во всем походил на него! А я не хочу! - А у тебя сабля есть? – невпопад спросил Цзян Ваньинь, посмотрев на его ремень, опоясывающий довольно тонкую талию. Сабли имелись у каждого адепта Цинхэ Не, являлись духовным оружием и считались обязательной частью экипировки. Обычно их не прятали, а наоборот выставляли напоказ, отчаянно гордясь самим фактом принадлежности к необычному ордену, поэтому отсутствие у Не Хуайсана ножен, притороченных к поясу, показалось странным. - Есть, - нехотя ответил собеседник, - убрана. Мешает ходить, зараза, так и норовит по ногам треснуть… - Вы еще не пришли к согласию, - мягко проговорил Мэн Яо, - ты почти не занимаешься с ней, она обижается. - Ой да отстань, Мэн-сюн, - слегка капризно протянул Не Хуайсан. – уже год прошел, как нас связали, могла бы уже и привыкнуть! Вэй Усянь и Цзян Ваньинь непонимающе переглянулись, и Мэн Яо счел необходимым пояснить: - Когда адепту исполняется двадцать, ну то есть достигается совершеннолетие, его духовное оружие привязывают кровью через специальный ритуал, и с тех пор только владелец может без помех обращаться со своей саблей. - О-о, - протянули братья в два голоса, а Не Хуайсан в раздражении замахал веером еще быстрее. - Год уже притираемся, - сказал он с обидой, - а эта железяка никак не хочет со мной нормально общаться. И тяжелая вдобавок, я ее двумя руками едва поднять могу! Вэй Усянь с пониманием посмотрел на его изнеженные пальцы, сжимающие веер, но комментировать не стал. У Мэн Яо, кстати, сабли тоже не наблюдалось. - Мы не опаздываем? – хмуро спросил Цзян Ваньинь, и Вэй Усянь кинул взгляд на часы. - Да не, норм. Но давайте все-таки пойдем… Едва он сказал это, по толпе студентов и приглашенных лиц словно волна прошла. Не Хуайсан, чутко поймавший настроение окружающих, повернул нос в нужном направлении и воскликнул: - О, похоже, напарники из Гусу Лань пожаловали. Я слышал, в этом году сам Лань Ванцзи основной участник. - Лань Ванцзи? – переспросил Вэй Усянь. – Кто это? - Ты не знаешь?! – удивился Не Хуайсан, прикрывая рот веером. – Этот парень считается вообще лучшим из молодых заклинателей восточного побережья, ты что! Он еще на четвертом курсе, но уже прославился своими знаниями и умениями. Вэй Усянь беспечно отмахнулся: - Да пофиг на восточное побережье, вообще все равно, кто там лучший. Главное, что у нас лучшие мы с шиди, верно? – и он снова подпихнул Цзян Ваньиня. - Лань-эр-гунцзы считается фаворитом в предстоящем соревновании, - заметил Мэн Яо, тоже посматривая в ту сторону, где было шумнее всего – видимо, именно там шествовали напарники из Гусу Лань. – Странно, что вы не в курсе… Я уверен, что для того, чтобы участвовать в таком глобальном событии, необходимо изучить своих соперников. - А ты прям всех изучил? – сощурился Цзян Ваньинь. - По крайней мере, я знаю их имена и главные умения, - негромко ответил Мэн Яо и отступил на шаг. - Я тоже изучил, - сказал Не Хуайсан, - и про вас, ребята, я точно знаю, что вы круче всех шарите в талисманах. И вообще – давайте, как заселимся, потусим, я вам про всех расскажу на досуге… Ой, вот они! Толпа очень кстати расступилась, пропуская вперед двоих людей, наряженных в белую одежду, стилизованную под старину, но из современной ткани и более удобную, чем допотопные традиционные ханьфу. - Блин, у него что, гуань на башке? Серьезно? – пораженно спросил Цзян Ваньинь, и Вэй Усянь наконец посмотрел на проходящих мимо гусуланьцев. Один из них был не очень высоким и каким-то невнятным, словно природа не отвела ему достаточно красок и линий – незапоминающееся лицо, невыразительный взгляд и худосочное тело, на котором даже хорошо пошитая одежда все равно висела мешком. А вот второй… Сердце Вэй Усяня ёкнуло и на секунду остановилось. Молодой мужчина, не так давно переступивший порог совершеннолетия, стройный, статный, вышагивал по ступеням, ведущим к воротам вуза, с таким видом, словно направлялся на супер-важное дело, не терпящее отлагательств. Взор его льдисто-прозрачных глаз, устремленный вперед, не останавливался ни на одном человеке, хотя на него были направлены буквально все взгляды присутствующих, очарованных его внушительной, хотя и холодной красотой, не лишенной изящества и даже где-то поэтичности. Гусуланец нес себя с великим достоинством, всем своим видом показывая, что находится в полной гармонии с собой, и даже старомодный серебряный гуань в его прическе не выглядел чем-то инородно-несовременным. - Пижон, - процедил Цзян Ваньинь, а Вэй Усянь почти забытым уже жестом потер грудь. Он узнал этого человека. - Лань Чжань?..

***

Актовый зал школы «Цишань» был спроектирован почти как стадион и размер имел едва ли меньший, зато смог вместить не только всех студентов одного из самых престижных заклинательских вузов, но и немалое количество прибывших гостей, сопровождающих собственных участников единственного в своем роде соревнования молодых заклинателей «У-Син». У Вэй Усяня и Цзян Ваньиня были почетные места в секторе, отведенном для вуза «Юньмэн», тем не менее оба предпочли приютиться с краешка, чтобы не привлекать к себе повышенного внимания. Нельзя сказать, чтобы это им удалось в полной мере, но все-таки вездесущие камеры, следящие за всеми и транслирующие изображение на большие экраны по периметру зала, находили их не сразу. Объективы камер скользили по всем присутствующим, не задерживаясь ни на ком долго, и только один прикипел к сектору, по случаю церемонии украшенному в голубых и белых тонах, поэтому второй от центрального экран постоянно показывал двух напарников-гусуланьцев, фокусируясь в основном на Лань Ванцзи, а еще на сидящем рядом с ним мужчине, чем-то на него неуловимо похожем. У мужчины тоже был гуань на волосах, даже более экстравагантный и замысловатый, чем у фаворита гонок на выбывание «У-Син». - Это вроде Цзэу-цзюнь, глава их ордена, - сказал Цзян Ваньинь, перекрикивая гомон толпы – он заметил, как Вэй Усянь, подобно застывшей камере, не отрываясь смотрит на экран прямо перед собой. – Самый молодой из нынешних. Прикинь, его отец, прежний глава ордена, в автокатастрофе погиб, говорят, так раскромсало, что даже самый сильный заклинатель не выжил бы. И пришлось парню брать свой клан и весь орден в свои руки. А ему еще двадцати пяти кажется нет. Вэй Усянь немного отсутствующе кивнул. Глава ордена Гусу Лань, между прочим, очень интересный и улыбчивый, его интересовал куда меньше, чем его замороженный сосед, хотя об их родстве он уже знал – специально залез в сеть и прочитал, что Лань Ванцзи младший брат Лань Сичэня, получившего титул Цзэу-цзюнь при вручении полномочий (Вэй Усянь еще подумал, что полномочия ему не вручили, а всучили – на, мальчик, пользуйся, только не сломай). Рука против воли вновь потянулась к груди – почесать застарелый ожог, но Вэй Усянь насильно вернул ее обратно, продолжая наблюдать за Лань Ванцзи. Тот, сидевший с прямой спиной и неподвижным лицом, напоминал ледяную статую. Или нефритовую – по крайней мере, именно с нефритом его сравнивали в сети, как и его брата-главу, кстати. Хотя Цзэу-цзюнь точно не казался каменным, у него была живая мимика и он умел улыбаться. Вэй Усянь прикрыл лицо ладонью, пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, а не на братьях-Нефритах, и как раз в этот момент, как по заказу, прозвучала тягучая мелодия, возвещающая о начале церемонии открытия соревнований. На пустую сцену вышел мужчина, которого знал в лицо даже Вэй Усянь, не особенно интересовавшийся делами других кланов. Да и мало кто в заклинательском мире не знал Вэнь Жоханя, главу ордена «Цишань Вэнь», человека, считавшегося сильнейшим среди возможных соперников. Глава Вэнь, несмотря на свои немалые годы, выглядел подтянутым, моложавым и бодрым. Злые языки поговаривали, что он пьет кровь девственниц, как мистический вампир, что похищает слабых заклинателей и черпает их ци в неограниченном количестве, что пользуется запретными техниками… словом, вокруг имени главы Вэнь, как и остальных глав, всегда ходили разнообразные слухи – от верибельных до совершенно фантастических. Вэнь Жохань поднял руку, призывая к молчанию, музыка прервалась на половине ноты, а гомон и шепотки в зале постепенно стихли. - Приветствую, дорогие гости, - зычно произнес глава Вэнь. Микрофоном он не пользовался, но его голос услышали буквально все в зале и даже немного за его пределами. Вэй Усянь только подивился неизвестной пока технике усиления звука и сделал себе мысленную пометочку выяснить про нее как можно больше. – Позвольте пригласить вас стать свидетелями, а некоторых из вас еще и участниками самого ожидаемого соревнования между самыми престижными высшими школами заклинателей нашей страны – «У-Син»! Зал ответил шквалом аплодисментов. Глава Вэнь снова сделал знак, призывающий к тишине. - Итак, как мы все знаем, соревнование «У-Син» проходит раз в три года и собирает самых лучших участников пяти заклинательских вузов на территории одного из великих орденов. В этом году такая честь выпала ордену Цишань Вэнь, и мы невероятно горды тем, что имеем возможность принять на своих площадках самых лучших и прославленных молодых заклинателей – студентов пяти Высших школ! Но для начала позвольте напомнить вам, что же такое «У-Син». - Как будто кто-то не знает, - шепотом съязвил Цзян Ваньинь. Вэй Усянь пнул его по ноге, заставив гневно зашипеть от боли: - Если ты самый умный, это не значит, что остальным неинтересно. - Да ты и сам все знаешь! – разозлился шиди, но голоса при этом умудрился не повысить. - Мне интересно, что именно он скажет… Глава Вэнь между тем продолжил свою речь: - Все мы знаем, что концепция У-Син – одна из основных категорий нашей философии, пятичленная структура, определяющая основные параметры мироздания. концепция пяти элементов или стихий, таких как дерево, огонь, земля, металл и вода, которые находятся в постоянном взаимодействии и трансформации. Согласно системе У-Син, все элементы должны находиться в равновесии, избыток одного элемента может привести к дисбалансу. Именно на этом каждый год строятся наши соревнования – пять элементов, пять шагов, пять стихий. И все это – одно целое, единый баланс. Чтобы достичь совершенства и обрести гармонию, нужно объединить пять стихий. Чтобы победить в нашем соревновании, нужно пройти пять этапов, найти пять артефактов и объединить в один, проявив смекалку. По традиции собранный артефакт, обладающий способностью многократно увеличивать силу, вместе с переходящей наградой будет передан школе, чей представитель будет объявлен победителем после прохождения пяти этапов. Кстати, - Вэнь Жохань посмотрел на экран, на котором зависло изображение братьев-Нефритов, - как вы наверняка помните, в прошлый раз победила Высшая школа заклинателей «Гусу» и артефакт с наградой унес многоуважаемый глава ордена Цзэу-цзюнь, тогда еще просто студент этого прославленного учебного заведения. Зал снова устроил овацию, а глава Лань на экране степенно кивнул и едва заметно улыбнулся. - Допускаю, что и в этом году награда, как и в прошлые пять раз, не покинет школу «Гусу», - хмыкнул глава Вэнь, и зал послушно поддержал его смехом, - впрочем, пусть все решает соревнование! Давайте-ка посмотрим, что именно ждет наших участников в этом году. Пять экранов прекратили вещание из зала и на них развернулись пять разных 3D-изображений, представляющих локации для каждого из этапов, дополненных краткими надписями. Вэй Ин взглядом выхватил крупные иероглифы: «Вода», «Дерево», «Огонь», «Металл» и «Земля». Под ними мельче было написано: «Озеро», «Поместье», «Святилище», «Пещера» и «Город». Глава Вэнь между тем пояснял: - Итак, пять этапов, напрямую связанных с элементами концепции У-Син. Участникам на каждом этапе нужно всего лишь добыть определенную часть целого и не выбыть, при этом можно и нужно пользоваться разрешенными техниками, показывая себя во всей красе. Однако необходимо иметь в виду, что вы хоть и соперники, но не имеете права «топить» друг дружку, а все потому, что кто бы ни собрал пять частей артефакта, в конце концов вам придется объединиться, чтобы соединить их в один. Потому что мы все, все пять орденов, никогда не противостоим друг другу, а всегда должны объединяться против общей напасти, буде таковая настанет! Это прозвучало так нарочито пафосно, что Вэй Усянь не удержался от смешка в рукав, и слава Небу, этого даже шиди, внимающий главе Вэнь с приоткрытым ртом, не заметил. Вэнь Жохань снова обратился к экранам: - Что ж, вот наши с вами локации. Первая – Озеро, - он указал на изображение явно рукотворного пруда – очень уж водоем с покатыми песчаными берегами был ровным. – Стихия – вода, как вы сами можете представить. О, это самое простое из предстоящих испытаний. Вам нужно не дать обитающим в озере водным гулям похитить у каждого из вас привлекающий их амулет и достать артефакт со дна водоема. Потерявший амулет считается непрошедшим этап. На экране появилась фотография типичного водного гуля, похожего на пучок водорослей с зубастой пастью. По залу прокатились шепотки. - Вторая локация – Поместье, - изображение весьма качественных декораций, призванных играть роль старинного домовладения, прокрутилось перед глазами присутствующих. – Стихия – дерево. Здесь посложнее, но я не думаю, что заклинатели вашего уровня не справились бы. Нужно усмирить дух, охраняющий артефакт, и не дать ему овладеть собой. Одержимые считаются непрошедшими этап. Шепот в зале стал интенсивнее. Вэй Усянь скосил глаза на широкоформатного Лань Ванцзи – камера не переставала его любить во все места. «Паразит, и опять он как с картинки сошел… бесит…» - подумал Вэй Усянь невпопад, исподтишка наблюдая за ничего не выражающим лицом гусуланьца. - Третья, - провозгласил глава Вэнь. – Святилище. Стихия – огонь. На экране возникло изображение грота с несколькими статуями, напоминающими воинов терракотовой армии императора Цинь Шихуанди. Зал восторженно ахнул. - Нравится? – спросил глава Вэнь, словно заигрывая с аудиторией. – Мне тоже. Один из идолов одержим духом. Участникам необходимо определить, какая из статуй одержима, и извлечь из нее артефакт. Тот, кого коснется «карающая длань» божества, считается непрошедшим этап. Следующей была какая-то пещера, увешанная сталактитами и утыканная сталагмитами, иногда соединяющимися в фосфоресцирующие столбы. - Пещера, четвертая локация, - озвучил очевидное глава Вэнь, смотря на экран. – Стихия – металл. Вот здесь участникам предстоит хорошенько попотеть. В пещере везде расставлены ловушки ее обитательницы. Надеюсь, все знают, кто такая легендарная черепаха Сюань-У? Зал взорвался. Кто-то спрашивал: «А это безопасно?», кто-то неестественно причитал: «Неужели сама Сюань-У? Да она и косточек не оставит!», кто-то просто вопил от притворного страха или восторга. - Не надо бояться, - уловив волнение зала, произнес глава Вэнь, и его слова как ни странно подействовали на многих успокаивающе, - легендарная Сюань-У разумна и никому не причинит вреда, но для того, чтобы добыть у нее артефакт, нужно будет хорошенько пораскинуть мозгами. - Главное, чтобы не в прямом смысле… - пробормотал Вэй Усянь, рассматривая выведенную на экран тридэшную модель Сюань-У. Эта тварь даже на черепаху была не очень-то похожа, скорее на змею, по недоразумению одетую в мощный панцирь и вставшую на четыре толстенных ноги. Когда шум немного стих, глава Вэнь проговорил: - И, наконец, самое сложное испытание, центральное, как и заявленная стихия – земля. Город. На экране провернулось изображение заброшенного городка, подобные которому в каждой провинции Поднебесной можно было отыскать, стоило лишь отъехать подальше от мегаполисов и мало-мальски обитаемых поселений. - Этот этап должен стать сюрпризом, поэтому его суть я не раскрываю. Могу лишь уверить, что никаких смертельных опасностей он не таит, как, впрочем, и остальные. Зал, настроившийся на очередную сенсацию, разочарованно вздохнул в едином порыве. - А это не противоречит правилам – не раскрывать подробности какого-то из этапов? – спросил кто-то, применив точно такую же технику усиления, что и глава Вэнь. Тот нашел глазами говорящего, а за ним и камера навелась на нужного человека – мужчину средних лет, восседающего по левую руку от главы ордена Гусу Лань. Вэй Усяню он почему-то показался знакомым, но память отказывалась отзываться. - О, Лань лаоши, - глава Вэнь поднял уголки губ в подобии улыбки, - я понимаю вашу претензию, но поверьте, если я раскрою подробности этапа, он перестанет быть интригующим и поможет участникам справиться с его ловушками быстрее. Мы же не хотим лишиться невероятного зрелища? И повторяю – опасности для жизни или здоровья этап не содержит. Ну разве что кто-то пальчик прищемит. Лань лаоши нахмурился – совсем как Лань Чжань, тот, пятнадцатилетний, - а по залу прошелестели смешки. - Что ж, именно на пятом этапе должно произойти самое главное – объединение всех найденных артефактов в один, источник силы. И тогда соревнование будет считаться законченным, и мы определим победителя. Как и всегда, победитель будет определен по количеству собранных артефактов, по количеству прошедших этап и по качеству примененных техник. А теперь, уважаемые гости, давайте наконец приветствовать наших участников! – Вэнь Жохань взмахнул рукой, и по его команде грянул забористый туш, а на пяти экранах, где только что показывали локации, появились съемки в реальном времени пяти разноцветно украшенных секторов – бело-голубого, пурпурно-фиолетового, болотно-серого, бежево-золотого и черно-красного. Вэй Усянь обнаружил, что камера опять потеряла их с Цзян Ваньинем, и не мог не улыбнуться этому факту. Его улыбка сразу же стала достоянием общественности, и кое-кто даже захлопал. - О, замечательно, - сказал глава Вэнь, - вот с этого лучезарного юноши и его напарника мы и начнем. Итак, Вэй Усянь и Цзян Ваньинь, Высшая школа «Юньмэн», орден Юньмэн Цзян, Хубэй! Зал привычно зааплодировал, приветствуя. Вэй Усянь едва сдержался, чтобы не раскланяться, но смог прилично помахать рукой, как и надувшийся от гордости брат. - Я уже упоминал орден Гусу Лань, чья школа неизменно в течение последних пяти периодов держит у себя переходящую награду, - произнес Вэнь Жохань, - и теперь позвольте представить ее участников. Лань Ванцзи и Су Миньшань, Высшая школа «Гусу», орден Гусу Лань, Цзянсу! Лань Ванцзи даже не пошевелился, зато его низкорослый напарник заулыбался во весь рот, явно довольный вниманием, которого, по всей вероятности, в жизни ему категорически не доставало. «Не суди людей по внешности», - вспомнил Вэй Усянь слова мадам Юй и устыдился. Но не очень сильно. - Следующие наши участники – представители не менее легендарной школы, практикующей необычную технику, связанную с духовным оружием, - провозгласил глава Вэнь, указывая на экран, где улыбались сегодняшние знакомцы братьев – первый радостно, второй немного смущенно. – Не Хуайсан и Мэн Яо, Высшая школа «Цинхэ», орден Цинхэ Не, Хэбэй! Зал одобрительно загудел, но Вэй Усянь услышал краем уха, как кто-то неподалеку сказал довольно громко: «И вот это – брат Чифэн-цзуня?! Да его в первом же испытании гули сожрут и не подавятся!» Это почему-то показалось обидным, хотя Вэй Усянь и сам понимал, что Не Хуайсан вряд ли обладает такой же мощью, как и его брат. Но, кто знает, может его сила в другом?.. - Далее у нас тоже исключительные представители – впрочем, разве есть иные? – глава Вэнь даже поклон изобразил в сторону экрана и изображением парня с холеным надменным лицом и миловидной девушки, но такой строгой, что Вэй Усянь сразу приготовился обороняться – непонятно, от чего. – Цзинь Цзысюань и Ло Цинъян, Высшая школа «Ланьлин», орден Ланьлин Цзинь, Шаньдун! Молодой человек в расшитом золотой канителью костюме высокомерно кивнул, а девушка торжественно вскинула вверх кулак, вызвав веселое воодушевление всей аудитории. - Ну и наконец участники от нашей школы, - объявил глава Вэнь, дождавшись приблизительной тишины, - Вэнь Чао и Вэнь Цюнлинь, Высшая школа «Цишань», орден Цишань Вэнь, Шэньси! Экран отобразил надутого, как индюк, парня в вызывающе-алой шелковой рубашке и его напарника – скромного глазастого юношу, кажущегося слишком молодым для того, чтобы участвовать в соревновании, куда допускали только совершеннолетних студентов. Шквал подобострастных аплодисментов, разгоняемый местными преподавателями среди здешних студентов, едва не оглушил всех остальных, и Вэй Усянь все-таки не вытерпел и закрыл уши, но сразу же был одернут своим шиди. - Веди себя прилично, нас снимают! – прошипел Цзян Ваньинь ему в ухо, и Вэй Усянь со вздохом принял приличествующее положение в пространстве. - Что ж, - произнес глава Вэнь, снова заставив зал заткнуться взмахом руки, - первый этап нас ждет уже завтра! Наблюдать за ходом соревнований можно будет как здесь, на экранах, так и непосредственно возле самих локаций, но места там, сами понимаете, весьма ограничены! Во избежание недоразумений сразу сообщаю, что к группе участников будут приставлены куратор и врач. А уважаемая судейская коллегия, как обычно, будет состоять из глав пяти орденов и пяти независимых арбитров! Позвольте представить…

***

Вэй Усянь незаметно выскользнул из зала на имени главы ордена Цзинь, только и шепнув возмущенному брату, что собирается отлить, и выспросив дежурного второкурсника, восхищенно осоловевшего от встречи с одним из участников «У-Син», где находится уборная, направился прямиком туда. Покидая кабинку, он обнаружил Не Хуайсана, сосредоточенно рассматривающего в зеркале свое лицо. Вэй Усянь пристроился рядом, открыв кран. - Ну, что думаешь, Не-сюн? Хуайсан изучил подбородок, проведя по нему кончиком пальца, и сказал: - Как-то все… слишком просто. Следовательно, жди какой-нибудь жопы. Вэй Усянь хохотнул: - Зришь в корень. Описание этапов слишком мутное. И такое, знаешь, поверхностно-оптимистическое. Подумаешь, гули, подумаешь, черепаха… Ага, а у гулей, между прочим, зубки в три ряда да и поострее акульих будут, а еще их хрен поймаешь, потому что верткие, как водяные змеи… - он тоже посмотрел на себя в зеркало, скосив глаза на соседа. – Я уж в наших озерах их насмотрелся. Не Хуайсан развернулся, опираясь филейной частью о раковину, и сложил руки на груди. - Вот воодушевленная оптимистичность главы Вэнь – это да, как-то напрягает. И это с учетом того, что участникам запрещается кое-чем пользоваться… Не знаю, как тебе, а мне будет тоскливо без своего смартфона. - А что, смартфоны нельзя? – удивился Вэй Усянь. - Смартфоны нельзя, как и вообще какие-то гаджеты, - начал перечислять Не Хуайсан, - алкоголь, сигареты, даже электронные, вещества естественно, оружие за исключением духовного, ну как наши сабли. Цянькуни нельзя, только один с необходимой экипировкой, сухпайком, водой, средствами первой помощи и сменным бельем – на случай, если ты после черепахи обделаешься. Да и тот проверят досконально, чтобы ты запрещенки не протащил. А я, знаешь ли, как-то привык, что у меня за пазухой половина моей комнаты лежит… - он кротко вздохнул. – Короче, сплошные притеснения. - Без смартфона грустно, - сказал Вэй Усянь, посмурнев, - даже книжку не почитаешь или музычку не послушаешь… - Не думаю, что ты вообще это успеешь, пока ты будешь гулей лупасить, - хмыкнул собеседник. – На каждый этап определенное время. На озеро пара часов, на поместье – четыре, на святилище – шесть. На пещеру вот сутки. А меня больше всего Город напрягает, там без срока почему-то, и мне кажется, это весьма любопытная локация – ничего не понятно, но очень интересно. Кто знает, что там навертели… - Тот, кто навертел, тот и знает, - философски заметил Вэй Усянь. – А ты сам откуда все знаешь? - Я в отличие от некоторых очень уверенных в себе водоплавающих сначала все изучаю, до чего дотягиваюсь, и только потом иду делать, - поддел его Не Хуайсан. – Теория наше все. - Хм, а мне думается, что на практике ты изучишь все быстрее, - прищурился Вэй Усянь, приготовившись к очередному развлечению – спору ради спора. Ох и влетало ему за это постоянно от мадам Юй… - Ну подумаешь, набьешь пару шишек, зато точно будешь знать, что тут вот именно так, а не этак. А теория только запутает. - Пару шишек или вообще убьешься, - хихикнул Не Хуайсан, но, к разочарованию Вэй Усяня, дальше спорить не стал. К тому же в уборной появилась новая фигура, увенчанная высоким ветхозаветным гуанем, и все внимание досталось ей. Лань Ванцзи молча застыл на пару секунд, едва появившись в дверном проеме (кончик его головного украшения ожидаемо чиркнул по притолоке), осмотрел мизансцену и подошел к самой дальней от болтающей парочки раковине. - На хрена тебе гуань? – поинтересовался Вэй Усянь беспечно. – Неудобно же. - Традиция, - не поворачиваясь, обронил Лань Ванцзи. Он тщательно намывал руки, словно собирался в операционную. - Пижонство, - фыркнул Вэй Усянь. – Так уже никто не ходит. Ответом его не удостоили, как и взглядом. - Лань-сюн, а там кураторов на этапы объявили? – спросил Не Хуайсан так, будто продолжил незавершенную беседу. - Мгм, - кратко ответствовал гусуланец, насухо втирая руки бумажным полотенцем. На невольных своих собеседников он так и не смотрел. - А расскажешь? – Не Хуайсан извлек откуда-то веер и распахнул его отточенным движением – будто не в студенческом туалете находился, а минимум на званом ужине. - Подробности направлены на электронную почту каждого из участников, указанную в резюме, - выдал Лань Ванцзи и добавил, - изучите. Его светлые, почти прозрачные глаза наконец остановились на лице Вэй Усяня. Зрачки едва заметно расширились, но длилось это буквально мгновение, после чего Лань Ванцзи удалился. Вэй Усянь проводил его задумчивым взглядом и очнулся только тогда, когда Не Хуайсан ткнул его сложенным веером в плечо: - Пошли заселяться, Вэй-сюн. Нам в здешней общаге отдельные комнаты полагаются. Ну как отдельные… по комнате на орден, - он хмыкнул, - ну разве что отпрыску главы Цзинь повезло – он точно будет жить один, вряд ли его заселят вместе с Ло Цинъян. - А, ну то есть этот расфуфыренный золоченый павлин – сыночка-корзиночка Цзинь Гуаншаня? – включился Вэй Усянь. – А про кого ты еще знаешь? - Вот заселимся – приходите с Цзян-сюном к нам, - заговорщицки проговорил Не Хуайсан, - поболтаем, расскажу все, что знаю, да не на сухую, - он подмигнул, встряхнув рукавом, из которого как по волшебству выскользнул прикрепленный прочным шнуром к подкладке белый мешочек-цянькунь с вышитым иероглифом «бездна» - дорогая штучка, в которой при должной сноровке можно было грузовик уместить. – Я очень запасливый… Глаза Вэй Усяня загорелись. - Тогда ждите в гости! – кивнул он и вышел из уборной первым.

***

Узнавание пришло не сразу. Ванцзи сначала даже не обратил особого внимания на этого молодого мужчину из Юньмэн Цзян – их с напарником без труда можно было узнать по традиционным колокольчикам ясности, неизменным аксессуарам адептов этого ордена, очищающим разум носителей и стабилизирующим потоки ци. Он всего-то и знал, что это двое – лучшие студенты Высшей школы «Юньмэн», его соперники в предстоящем соревновании, а большего и не нужно. Даже когда узнал имя – Вэй Усянь – ничто не кольнуло. Мало ли Вэев на свете, а человека с таким сочетанием имени и фамилии Ванцзи не помнил. Озарение наступило в тот миг, когда на большом экране появилась улыбка. Ванцзи не видел ничего, кроме нее, так и застыл изваянием, не сразу осознав, что к знакомой улыбке в общем-то прилагаются не менее знакомые, как оказалось, живое лицо, ясные серые глаза, крошечная родинка под нижней губой… Вэй Усянь. Вероятно, вежливое имя в быту, данное при достижении совершеннолетия вместе с возложением гуаня. Нынешние молодые заклинатели пренебрегали традиционными украшениями, свидетельствующими об их статусе, но «взрослыми» именами пользовались с удовольствием, смотря волками на всех, кто имел неосторожность обратиться по тому, что дано при рождении. Самого Ванцзи с момента церемонии гуаньли тоже никто не называл Лань Чжанем, даже сюнчжан обходился вторым именем и ласково-ироничным «сяоди», когда считал, что Ванцзи ведет себя с ним слишком по-взрослому. Вэй Усянь. Размышляя, украдкой рассматривая изображение на экране, Ванцзи, коря себя за несвойственную невнимательность, пришел к выводу, что тот на самом деле мало изменился за те несколько лет, что сам Ванцзи мучился сначала обидой, потом досадой, неизвестностью, раздражением на самого себя. Казалось бы, всего лишь незначительный эпизод юности – что такое несколько дней в масштабах Вселенной, - однако он оставил после себя какую-то скребущую недосказанность и кусочек пустоты где-то под сердцем. Вэй Усянь. Наверно, он уже и не помнит того молчаливого подростка с гуцинем, которому рассказывал все, что в голову приходило, которого пытался вытащить из зоны комфорта, которому без задней мысли предложил невероятно пошлое занятие… с которым легко распрощался, даже не зная, что расстаются они без надежды на иную встречу. Или помнит? Неожиданная встреча в уборной посеяла сомнения. Не помнит, нет даже намека обратному – лишь завуалированные насмешки. Но почему смотрит исподтишка, так, будто пытается найти что-то в лице Ванцзи? Или только кажется? Хотя, что сделал сам Ванцзи, чтобы признаться? Ничего. Даже замкнулся сильнее, чем прежде, не представляя, как можно просто так подойти к человеку, который пропал из жизни, едва в ней появившись, и объявить – а помнишь?.. Кто-то умеет так, Ванцзи – нет, его учили иначе, все по правилам, по этикету, согласно традициям. Наверно, стоит выждать момент, чтобы вот так признаться. Да, верно, нужно всего лишь дождаться.

***

Выпивка у Не Хуайсана была отменная – знаменитое вино «Улыбка Императора», эксклюзивное, производимое только в одном месте, предприятии «Цайи» в Цзянсу. Вэй Усянь пробовал его всего раз и остался под таким впечатлением, что всегда мечтал повторить. Он сразу прибрал себе целую бутылку – благо у нового приятеля, парня столько же щедрого, сколько и запасливого, их был ни много ни мало целый ящик в цянькуне-«бездне». А то и не один. Пили втроем в комнате команды Цинхэ – Мэн Яо вежливо отказался, покинув компанию и отправившись по кампусу на разведку. Не Хуайсан помимо выпивки выставил еще и нехитрую закуску, припасенную все в том же «цянькуне» под стазисом, и Вэй Усянь в который раз восторженно воспел оду его практичности. - Это не практичность, - засмеялся Не Хуайсан, совсем расслабившись после пары глотков «Улыбки», - я постоянно все прячу от брата, иначе отнимет. Поэтому я научился так виртуозно скрывать все, что хочу уберечь. - Почему отнимет? – поразился Цзян Ваньинь. - Потому что воспитывает меня в строгости, - весело ответил Не Хуайсан. – Ни тебе выпить, ни порнушку посмотреть, ни поиграть в какую-нибудь забористую игрушку. Работать над собой, расти, развиваться, помнить о благочестии… - он фыркнул. – Дагэ очень рано стал главой ордена, сразу после смерти нашего отца, и, конечно, ему было сложно, ведь ему не так много и лет было – едва вуз закончил. Поэтому он решил найти себе опору в слепом следовании правилам, заложенным еще в стародавние времена. Так дагэ стало проще жить, - Не Хуайсан вздохнул, ненадолго припав к своей чашке. – Ну заодно он и меня начал приучать жить так же, как ему удобно, не понимая, что я совсем другой. Но спорить с ним смысла нет – все равно прогнет, так или иначе. Поэтому я научился обходить запреты, прятать и прятаться. - Не жизнь, а сплошная полоса препятствий, - пробормотал Цзян Ваньинь, и было не очень понятно, посочувствовал он или поглумился. - Не-сюн, - Вэй Усянь покачал ногой, - ты обещал рассказать все, что знаешь о наших соперниках. - И про себя, кстати, тоже не забудь, - напомнил шиди, - ты ведь тоже наш соперник, в конце концов! Ну, правда, мы уже поняли, что ты офигенски скрытный и вообще настоящий шпион, - он опрокинул в себя остатки вина и протянул чашку за добавкой, причем сделал это с таким видом, будто ему все должны. Не Хуайсан плеснул ему «Улыбки» и кивнул: - Да что там обо мне… Как я говорил, с подачи дагэ наш орден очень серьезно подходит ко всяким непоколебимым добродетелям и моральным стандартам, типа мужественность, умеренность, справедливость, усердие… Раньше тут еще целомудрие значилось, но поскольку мой отец в свое время развелся с матерью дагэ и женился на моей, а между ними еще и связи на стороне заводил, то про это тактично забыли, - Не Хуайсан расслабленно вытянул ноги – он, даже сидя на студенческой койке, умудрялся выглядеть довольным жизнью котом. – Самое смешное, что я не соответствую ни одному из стандартов, кроме, собственно, целомудрия. - Ты что, девственник? – хохотнул Цзян Ваньинь. - А ничего смешного, - не обидевшись, парировал приятель, - я еще не нашел никого, с кем захотел бы в постель лечь. - Уважаю, - Вэй Усянь поднял вверх чашку, умолчав, что придерживается ровно такого же жизненного принципа – с шиди сталось бы поднять и его на смех. – Ладно, Не-сюн, мы поняли – ты раздолбай с саблей, с которой не дружишь, зато ты не дурак и имеешь в заначке много полезностей. Хотя, знаешь, правда не понимаю, зачем глава Не именно тебя заслал на соревнования – тут же на одних мозгах не вырулишь. - Ты думаешь, я хотел? О, скандал такой стоял, что в нашей резиденции окна лопались от воплей! – Не Хуайсан зажмурился словно от удовольствия. – Наверно, это было впервые, когда я орал громче, чем дагэ. Но его переспорить – все равно что море попытаться ложкой вычерпать. Едешь – и точка. И только попробуй не представить наш орден в лучшем свете. Хорошо, хоть в нагрузку дал Мэн-сюна, он хоть и не очень сильный, но мозгов ему не занимать, ну и типа он за мной еще и присматривает… как будто, - приятель расплылся в хитрющей улыбке. - Короче, парни, мы вам не конкуренты. - Когда так говорят, точно что-то замышляют, - заметил Вэй Усянь, копируя выражение его лица. - Рассказывай давай о других, - потребовал Цзян Ваньинь, стараясь не сильно качать головой. – Что там с Вэнями? - О, это хороший вопрос, - хмыкнул Не Хуайсан. – Что у нас с Вэнями… ну что ж, это самый продвинутый в современных технологиях орден, берут на вооружение все достижения в электронике, компьютерной технике и прочих приблудах, и, честно говоря, я не очень представляю, как Вэнь Чао и Вэнь Нин будут выкручиваться без своих привычных гаджетов. А еще у каждого адепта есть ствол. - Чего?! – братья аж подскочили, но Цзян Ваньинь сразу упал обратно на кровать Мэн Яо, на которой восседал вместе с Вэй Усянем. - Ага, но им вряд ли это поможет в грядущих квестах, - беспечно продолжил Не Хуайсан. – Огнестрел духовным оружием быть не может. А то с этой дубины Вэнь Чао сталось бы перестрелять тех же гулей и забрать артефакт… - А… разве мы не должны их уничтожить? Ну, гулей, - Цзян Ваньинь приподнял бровь. - Нет, - мотнул головой Не Хуайсан. – Мы можем их только обмануть, прогнать, максимум оглушить, это более деликатное мастерство, чем просто уничтожение. Ты что, до сих пор правила не прочитал? - Вот дела, с нечистью миндальничать, - скривился шиди, - мы этих гулей в Юньмэне пачками давим, иначе житья от них не станет! - Ну может быть, тут какие-то необычные гули, - предположил Вэй Усянь. – Может, они разумные? - Разумные гули, угу, - саркастически сказал Цзян Ваньинь. – А солнце на западе встает. - При должном умении где угодно встанет. И у кого угодно, - съехидничал Вэй Усянь, и шиди молча отвесил ему братскую затрещину. - И что, ждать, пока эти два придурка воспользуются тем, что они в родных местах, и пройдут все этапы? – сказал он. – Вэни на своем поле, мало ли кто им будет подсуживать, или кураторы им будут запрещенку подкидывать, они ж свои. - Вообще не исключаю, что Вэнь Чао захочет обойти правила, ему закон не писан, - задумчиво сказал Не Хуайсан, - но я слышал, что он такой непроходимый тупица, да к тому же с манией величия, что ему даже это не поможет. - А второй? – спросил Вэй Усянь. - Про Вэнь Нина мало что знаю, - сознался приятель, - но говорят, что он намного сильнее, чем может показаться. Хотя выглядит заморышем. - Ладно, а что насчет Ланьлина? – Цзян Ваньинь слегка переместил корпус, укладываясь локтем на подушку – так, видимо, меньше штормило. - Ну, это клан манипуляторов и искусных лжецов, - улыбнулся Не Хуайсан. – Хотя, знаете, я бы не сказал, что участники оттуда какие-то совсем уж прожженные обманщики и выезжают только на разводилове. Цзинь Цзысюань, при всей своей высокомерности и золотом флере наследничка, заклинатель выше среднего так-то, говорят, даже какие-то необычные техники борьбы с нечистью пытается изобретать. А напарница его вообще задира и правдорубка, и тоже сильная, да. Что-то мне кажется, что она в ордене не задержится… может, замуж выскочит на сторону, а может и просто уйдет. - А Гусу? – спросил Вэй Усянь, прокашлявшись – сам не понял, почему горло вдруг перехватило. - Вообще не понял, почему сюда прислали Су Миньшаня, - заявил Не Хуайсан, посматривая с хитрецой. – Звезд с неба не хватает, если я верно помню, ничем особенным не отмечен, разве что на гуцине лабает неплохо. - Я его и не заметил, - сказал Вэй Усянь, и не соврал даже. – Меня больше их основной участник интересует, как его… Лань Ванцзи. Глава Не Хуайсана превратились в ехидные щелочки: - Кого он только не интересует, этот Лань Ванцзи… Все девчонки из заклинательского сообщества за него замуж хотят! И некоторые парни тоже, - он хихикнул. - Ты бред не неси и лучше расскажи, чем он хорош, - отрезал Цзян Ваньинь. - Чем только ни хорош… Лучший студент, и не только в «Гусу», но и за пределами. Техникой боевых струн владеет в совершенстве, пишет музыку для усмирения, подавления, утешения… да для всего! Ну вы же знаете, что орден Гусу Лань известен своими музыкальными духовными практиками. На каждый вздох – нота, на каждую болячку – мелодия, на каждого гуя – симфония… - Не Хуайсан вздохнул, - и традиционалисты они каких поискать, что в одежде, что в преподавании, что в жизни. На любой чих – правило, которому не одна тысяча лет, видали, даже гуани носят на официальные мероприятия! Ну кто сейчас их носит вообще? А еще Лань Ванцзи реально непробиваемый – если что-то в голову взял, никто его не переубедит и не переспорит. Хотя бы потому, что он вообще не спорит – просто всегда делает по-своему, ну или как предки завещали. Сложно с ним… наверно, самый сложный наш соперник, вот что я вам скажу, дорогие мои талисмановеды. Да-да, я и про вас знаю, особенно про тебя, Вэй-сюн, - он отсалютовал чашкой в сторону Вэй Усяня, - что ты сам талисманы изобретаешь и даже какие-то запатентовал. Я, честно говоря, не очень силен в талисманах, но даже я могу признать их красоту и восхититься! - Самое важное, что он может их использовать в моменте, - сопя, сказал Цзян Ваньинь, - прямо в воздухе рисует! Так только моя мать умеет… - Да это всего раз и было! – покраснел Вэй Усянь. – И то только потому, что я испугался шуэйгуая, ну не видел я никогда таких, вот на чистых инстинктах и долбанул по нему воздушным талисманом… - Он сдох? – уточнил Цзян Ваньинь и сам же и ответил. – Сдох. Поэтому ты все сделал правильно и, следовательно, на полном серьезе можешь утверждать, что используешь воздушные талисманы. - Талант, - добавил Не Хуайсан, добыв из рукава свой веер. - Боюсь, я вряд ли смогу это применить в соревновании, - с сомнением заявил Вэй Усянь. – Если только опять само собой выйдет – от страха или еще от чего. - Главное, не убей никого, - посоветовал Цзян Ваньинь и уткнулся лицом в чужую подушку, моментально засыпая. - Слабак, - сказал Вэй Усянь и протянул к Не Хуайсану свою чашку. – Нальешь? А то я уже всю бутылку… того. - Не вопрос, - откликнулся тот, плеснув ему ароматной жидкости. – А научишь меня какие-нибудь твои талисманы использовать? - Не вопрос, - повторил за ним Вэй Усянь. – Есть у меня парочка, что тебе подойдут…