Beyond the Track

Три года назад. Шанхай, восточная промзона. Ночь была душной. Влажной. Октябрь в Шанхае всегда такой — ни холодно, ни тепло, а воздух тяжёлый, как перед грозой. Се Ляню было семнадцать. Он стоял на старте, сжимая руль обеими руками, и сердце колотилось где-то в горле. Вокруг ревела толпа — сотни людей, пришедших посмотреть на ночные заезды. Промзона гудела, как улей: музыка из чьих-то колонок, крики букмекеров, рёв моторов. Пахло бензином и жжёной резиной. — Волнуешься? — спросил Вэй Усянь, останавливаясь рядом на своей чёрной Aprilia. Он был на два года старше, уже участвовал в таких заездах и чувствовал себя как рыба в воде. — Нет, — соврал Се Лянь. — Врёшь. У тебя пальцы белые. Расслабь руки, а то руль сломаешь. Се Лянь заставил себя разжать хватку. — Я просто хочу, чтобы всё прошло нормально. — Нормально? — Вэй Усянь усмехнулся. — Ты на Ducati Superleggera V4. Ты единственный, кто вообще пригнал на эти заезды байк за сто тысяч. Тут половина народу пришла поглазеть на тебя, а не на гонку. — Отлично. Теперь я волнуюсь ещё больше. — Не ссы. Просто езжай, как умеешь. Ты быстрее всех этих придурков. Се Лянь оглянулся. У края трассы стоял Цзян Чэн, скрестив руки на груди и делая вид, что ему всё равно. Рядом — Вэнь Нин, который нервничал, кажется, сильнее самого Се Ляня, и Бань Юэ, которая пришла с самодельным плакатом «ВПЕРЁД, СЯНЬЛЭ!». Чуть поодаль — Не Хуайсан, который уже принимал ставки и что-то быстро строчил в телефоне. И Лань Ванцзи — спокойный, молчаливый, как всегда. — Сяньлэ, — сказал Вэй Усянь. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы взять псевдоним? Ну, для гонок. Что-то звучное. Что-то, что запомнят. — Типа «Вэй Усянь»? — Эй, это моё имя. Я про другое. Что-то пафосное. Ну, знаешь, как у легенд. — Сяньлэ, — повторил Се Лянь задумчиво. — Вообще-то это из старой легенды. «Небесное наслаждение». Мне мать говорила... Он осёкся. В горле встал ком. Мать. Она должна была быть здесь сегодня. Она обещала прийти на его первую большую гонку. Но врач запретил: слишком шумно, слишком холодно, слишком всё. — Сяньлэ, — сказал Вэй Усянь, пробуя слово на вкус. — А мне нравится. Звучит гордо. И слегка по-идиотски, но это даже лучше. Будешь Сяньлэ. Идёт? — Идёт, — согласился Се Лянь, не зная ещё, что это имя прилипнет к нему на годы. Их прервал сигнал: старт через минуту. Гонщики выстроились в ряд. Восемь байков. В основном — тюнингованные японцы: Yamaha, Kawasaki, пара Honda. И среди них — бело-золотая Ducati. Она выделялась, как лебедь среди уток. Карбоновые обтекатели блестели в свете фар, титановый выхлоп глухо рычал на холостых. Се Лянь опустил визор. Сжал руль. Выдохнул. Стартёр взмахнул флажком. Байки сорвались с места. Се Лянь ушёл не сразу — он сознательно дал остальным секунду форы. Посмотреть, как пойдут. Оценить трассу. Вэй Усянь рванул вперёд, обходя двоих на первом же вираже. Первый круг Се Лянь прошёл осторожно. Второй — быстрее. На третьем он уже сидел на хвосте у лидера — какого-то здорового мужика на Kawasaki, который явно не ожидал, что его обгонит мальчишка на байке дороже его квартиры. Обгон на вираже. Се Лянь ушёл внутрь, прижался к асфальту так, что колено почти коснулось земли, и вышел вперёд. Толпа взревела. Последний круг он прошёл в одиночестве. Никто не догонял. На финальной прямой он не удержался — поднял байк на заднее колесо и проехал так последние двести метров. Трибуны — импровизированные, из ящиков и старых покрышек — буквально взорвались. Когда он заглушил мотор и снял шлем, Вэй Усянь уже бежал к нему, размахивая руками: — ТЫ ПСИХ! ТЫ РЕАЛЬНО ПСИХ! НА ЗАДНЕМ КОЛЕСЕ ДВЕСТИ МЕТРОВ! ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?! — Проехал, — сказал Се Лянь. Он тяжело дышал, но внутри всё пело. — Просто проехал. Цзян Чэн подошёл следом, пытаясь сохранить суровое лицо, но уголок губ всё равно дёргался вверх. — Неплохо, — сказал он. — Для первого раза. — «Неплохо»? — Вэй Усянь аж задохнулся. — Да он обошёл всех на третьем круге! Сян Чэн, признай, что это было круто! — Я сказал «неплохо». Чего тебе ещё надо? Вэнь Нин подбежал, чуть не плача от радости. Бань Юэ размахивала своим плакатом. Даже Лань Ванцзи, который никогда не выражал эмоций, коротко кивнул — это была огромная похвала. А потом из толпы вышел кто-то, кого Се Лянь не знал. Мужчина лет сорока, в дорогом костюме — явно лишнем на этих грязных улочках. Он подошёл к Се Ляню и протянул визитку. — Поздравляю, молодой человек. Впечатляющее выступление. Если захочешь выступать на более серьёзном уровне — позвони. Се Лянь взял визитку. На ней было написано: «Бай Усян. Спортивный менеджмент». — Я подумаю, — сказал он. Бай Усян улыбнулся. Улыбка была приятной. Почти тёплой. — Конечно. Я не тороплю. Он развернулся и ушёл в толпу. Се Лянь смотрел ему вслед, всё ещё сжимая в руке шлем. Вэй Усянь хлопнул его по плечу: — Сяньлэ! Ты это видел? Ты теперь легенда! Сяньлэ — король промзоны! — Король промзоны звучит так себе, — сказал Цзян Чэн. — Завидуй молча! Они спорили, смеялись, толкались. Се Лянь стоял среди них, всё ещё чувствуя, как адреналин стучит в висках. Он не знал тогда, что это была его лучшая ночь. И что человек, протянувший ему визитку, через год разрушит его жизнь до основания.