do-re-mi-fa-sol-la-ti

Нил Джостен – гребаный фанат малоизвестной музыкальной группы "The Monsters", на которую его случайно подсадил его лучший друг Мэтт Бойд. Случайная песня в недавно созданном плейлисте и вуаля! – новый слушатель обеспечен. Нил и представить себе не мог, что ему может настолько повезти в его несладкой студенческой жизни. На неделе Мэтт влетает в их общую комнату с бумажными огрызками в руке и что–то очень громко рассказывает, пока Нил сидел в наушниках и писал очередной конспект по испанскому. Крепкая хватка на плечах заставляет развернуться, вытащив из ушей наушники. Из них донеслась пара знакомых нот из последней песни излюбленной группы. – Нил! – Мэтт? – Чувак! – Я.. – У Рене был лишний билет на одно очень крутое мероприятие. И угадай кто там будет? Даю тебе ровно одну попытку. Нил хлопал глазами еще добрые десять секунд, мысленно переключаясь с испанского на французский, с французского на немецкий, а уже после – на английский. Рене? Мероприятие? Из свисавшего с плеча наушника донесся знакомый барабанный отыгрыш. – "The Monsters"? – Бинго! И ты должен, нет, обязан быть свободен в следующую пятницу. – У меня тест по немецкому... – Концерт поздно вечером, чувак. – Тогда я свободен. Мэтт взъерошивает копну рыжих волос и удаляется на кухню, оставив Нила наедине с новой информацией. Через несколько дней он попадет на концерт "The Monsters", где сможет услышать полюбившуюся музыку вживую. Неужели это все правда, а не очередной розыгрыш вселенной? Нил довольно сильно шлепает ладонями по щекам, оставив за содеянным громкий звук, красные горящие следы и осознание произошедшего. Черт возьми, да он везунчик! На парах Нил думает о предстоящем мероприятии, в столовой витает в облаках, а во время пробежки переслушивает самые первые песни "The Monsters". И вот он, момент икс – он стоит посреди толпы таких же фанатов, как и он сам. Дэн, девушка Мэтта, протягивает Нилу жестяную банку пива и брошюру со списком выступающих. – Получается, "The Monsters" не единственные, кто выступают. – Ага, – Мэтт заглядывает в брошюру через плечо друга, – они будут выступать последними. Так сказать, закрывать все шоу. – Тогда я мог подойти ближе к концу. – И пропустить все веселье? Ну уж нет, Нил. – Дэн развела в сторону руки. Она выглядела как мама, которая отчитывала сына за нежелание выходить в социум. – Другие группы тоже хороши. Мэтт иногда включает их песни во время долгих поездок. Нил вздохнул – делать нечего, придется ждать. Дэн была права – другие группы и вправду ничего. Нужно будет выпросить у Мэтта диск с песнями уже выступивших ребят или перебросить через блютуз. Жестяной банки Нилу оказалось мало, поэтому ближе к концу всего мероприятия он стоял с бутылкой все того же пива. Тем более, Рене сказала, что второй круг оплачивает она. Помимо этого, она сказала, что Элисон и Сет не смогли присутствовать сегодня, так как Гордон слег с простудой, а выходить этого засранца могла только его девушка. "Или же они просто захотели побыть наедине", – подумалось Нилу. Свет в помещении резко выключается, а через несколько секунд прожекторы уже направлены на середину сцены, где стоял высокий брюнет с гитарой наперевес. – Добрый вечер, а точнее, доброй ночи, друзья! – начал он, и Нил узнал в нем солиста группы "The Monsters" – Кевина Дэя. – Мы все очень признательны, что вы решили прийти на данное мероприятие и поддержать каждого из участников. Но больше всего мы ценим то, что вы остались здесь до конца. Это означает лишь одно – вы пришли и ради нас тоже. Только для вас на этой сцене – "The Monsters"! В следующее мгновение свет стал освещать всю сцену, демонстрируя остальных участников группы: близнецы Миньярд в роли барабанщика и басиста, и Ники – клавишника. – Воу, да они круто выглядят! Нил молча согласился с высказыванием Мэтта, ибо они и вправду выглядели круто. Обратный отсчёт барабанщика, и весь зал залился огромной волной начатой песни. У Нила, кажется, перехватило дыхание от того, что он был здесь и слышал знакомое звучание не через наушники или колонку, а, черт возьми, вживую! Глаза бегали от солиста к клавишнику, потом к басисту, но взгляд задержался на барабанщике. Миньярд. Их было двое. Этот – Эндрю. Эндрю Миньярд. Эндрю… Он отбивал ритм резво и уверенно, но если присмотреться, то было заметно, что делал это без особых усилий. Эндрю не поднимал взгляда со своего инструмента, будто ему было глубоко плевать на окружающих его членов группы и зрителей. – Я проведу вас за кулисы после того, как ребята выступят. Рене проговорила это на ухо Нила, после чего одарила его легкой улыбкой. Она знала, как сильно фанатели Джостен и Бойд по этим четверым. Узнала, когда случайно проговорилась, что знакома с группой лично, пока Нил рассматривал их общее фото. С кем конкретно Нил не знал, но был крайне удивлен тесноте мира. Три песни пролетели слишком быстро. Хотелось еще и еще, пока голова не разбухнет от непрерывного потока музыки вперемешку с криками зала. Нил смог оторвать взгляд, прикованный к площадке, только когда его потянули за руку, уводя в сторону сцены, точнее – за неё. Узкий и полутёмный коридор и несколько приоткрытых дверей по обе стороны, из которых доносились разговоры участников других групп. Одна из последних была закрыта. Рене вежливо постучала, а через пару секунд ей открыли. – Это же Рене! Приветики! – звонкий голос сопровождался довольно высокой фигурой, и судя по яркой бандане на каштановых волосах она принадлежала Ники. – Привет, Ники, – Рене улыбнулась также, как улыбалась абсолютно всем. – Я не одна. Помнишь, я говорила, что приведу друзей? – Да, конечно! Пусть проходят! Правда, нам четверым тут места мало, но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Ники открыл двери пошире, выпуская в коридор желтый свет от одной единственной лампочки, чтобы вся компания Рене смогла зайти внутрь. Нил сделал глубокий вдох перед тем, как переступить порог, а на выдохе столкнулся с двумя парами глаз, что пристально рассматривали всю его компанию. Нил хотел было проигнорировать изображенное на лицах Кевина и Аарона недовольство, однако автографы на диске сами себя не получат. Рене еще раз улыбнулась ребятам перед тем, как уйти в сторону (комната и вправду была маленькой, поэтому полностью избавиться от чьего-либо внимания у нее не вышло) и присесть на корточки возле Эндрю. Широкая улыбка не сходила с лица Рене еще долгие и, казалось, бесконечные минуты, пока сам Кевин Дэй вещал о том, как их «ноунейм» группа пришла к тому, чем они являлись сейчас. Нил перестал его слушать еще на фразе «это все началось в гараже близнецов». Да, у него замечательный голос, идеально подходящий под стиль группы, но ожидания Нила разбились осколками от брошенного кирпича под названием «реальность» – Кевина Дэя возможно слушать и слышать только в песнях. Ники влез в и так невольно узкое личное пространство Нила, притянув его к себе за плечо: – Не знал, что у нашей няшки-милашки Рене есть такой красивый друг. Нил не имел понятия, как реагировать на данное высказывание, поэтому просто пожал свободным от рук Ники плечом. С другой стороны от клавишника появился Аарон, что неожиданно для них обоих ущипнул кузена за бок, заставляя Ники дернуться и отстать от Нила. – Черт возьми, Аарон! Зачем ты так со мной? – надутые по-детски губы чутка позабавили Джостена. – Хватит катить яйца к нашим фанатам. – Я не катил. Да и кто откажется от номера телефона своего кумира? Аарон закатил глаза, но отходить от кузена не стал. Руку Ники убрал и больше не беспокоил Нила ни комплиментами, ни вопросами. Но вот чего Нил не ожидал, так это пристального взгляда Эндрю. Не на ком-то из его друзей или его группы, на нём. Рене щебетала о чем-то полушепотом, однако чтению по губам в университете не обучали, а Эндрю слушал вполуха, не прерываясь от дела. – Ладно, ребят, нам уже пора уходить, – Мэтт, заглянувший в свой телефон, неловко потер затылок. – И мы чертовски были рады познакомиться с вами поближе. Да, Нил? Обращение сработало, как щелчок, вырвавший из транса. Нил кивнул, но получилось это сделать скорее на автомате, нежели осознанно. Им уже пора. Пора. Эндрю ведь только что… Дэн и Мэтт вышли из каморки первыми, вслед за ними Рене, что в знак прощания помахала группе рукой, а Нил в последний раз взглянул на барабанщика. Громкий Ники, бубнящий под нос Кевин, раздраженный этими двумя Аарон и… Хлопок дверей машины Мэтта заставляют осознать произошедшее за этот вечер: шоу, на котором выступили "The Monsters", приглашение за сцену, личное знакомство с участниками группы, подкатывающий свои яйца Ники и пристальный взгляд Эндрю. Нил резко ударяет себя по лбу. Автографы. Он забыл попросить ребят расписаться на его диске. Вот же ж…

***

Через неделю после концерта Нил не мог перестать витать в облаках, настолько сильно засело в его и так ветряной голове выступление любимой группы. Внезапное сообщение от Рене (не Мэтта или Дэн, а именно Рене!) подействовало, как толчок к падению – Нил чуть не свалился со стула. «Не хочешь сходить на репетицию ребят завтра?» Каких ребят? «Тех, на чей концерт мы попали на прошлой неделе» Рене шутила. Лгала. Но Рене никогда не лжет. Свое согласие Нил отправил спустя пару секунд раздумий, ведь он не мог вот так глупо отказаться от такой возможности.

***

Незадолго до приезда Рене сообщила, что у нее появились неотложные дела. И вот Нил один, без поддержки подруги, стоит напротив чужого дома. Гараж был закрыт, а перед ним припаркован красивый черный автомобиль. Жаль, Нил в них не разбирается. Подойдя к входным дверям, Нил собирался позвонить, но рука замерла у звонка. Громкая музыка сделала его бесполезным, ведь хозяева все равно ничего не услышат. После нескольких тяжелых постукиваний по железу звуки стали тише, а если прислушаться, то можно было услышать чьи-то движения. Двери поднялись – Ники тут же заулыбался, когда узнал, что тем, кто их потревожил, был Нил. Аарон снял с себя бас-гитару и уложил её на диван, Эндрю вертел в руке барабанные палочки, а Кевин... – И что ты тут забыл? Как грубо. – Хэй, Кев, мы пригласили его, – Нил и рта не успел раскрыть, как Ники тут же встрял в еще не начавшуюся перепалку. – Тогда какого хрена я узнаю об этом недоразумении, когда оно объявляется на пороге нашего дома? – Это наш дом, Кевин, – теперь уже и Аарон вставляет свои пять копеек. – Не твой. Солист закатил глаза с самым громким вздохом. Ники подтолкнул Нила внутрь, закрывая за ним двери нажатием одной кнопки. – Рене извинилась за то, что не придет, – не слишком громко, но достаточно для того, чтобы ребята его услышали, сказал Нил. – Значит теперь у нас есть шанс остаться наедине, – почти промурлыкал Ники. – Я же просил тебя! Аарон кинул в Ники подушку, после чего присел возле своей гитары. Эндрю продолжал делать вид, что его не интересует ничего, кроме его инструмента. – Если не будешь мешать, можешь оставаться хоть до самой ночи, – Кевин надел на себя гитару и встал на нарисованный баллончиком крест, что находился почти посередине гаража. – Это наш дом, Кевин, – как бы невзначай напоминает Аарон. – Ники, будь добр, вернись на место. – солист буквально прошипел свою просьбу. Нил и подумать не мог, что такой талантливый персонаж, как Кевин Дэй, мог быть настолько отталкивающим в общении с людьми. Ворчливый, как старый дед с первой стадией деменции. – Не подумай, он не всегда такой. – Ники будто прочел мысли Нила. – Иногда он бывает более терпимым. Клавишник подмигнул ему и за несколько шагов преодолел расстояние до синтезатора. Кевин перевел взгляд на Аарона, который хоть и закатил глаза, но все-таки встал с нагретого места, взял в руки инструмент и занял свою позицию. Нил молча прошел к освободившемуся дивану и уселся на нем как можно удобнее. Осмотрев всех членов группы еще раз, он зацепился взглядом за пристально наблюдавшего за ним Эндрю. И вот он снова не отрывает от него глаз какое-то время, пока Кевин не прокашлялся, тем самым объявив о готовности. Барабанщик почти сразу же вернул внимание на инструмент, прокрутил в руках палочки и совершил тот самый отсчет. Мотив был совершенно незнакомым, но чем-то похожим на все предыдущие песни ребят. Какая-то новая совокупность из всего и сразу, но так гармонирующее друг с другом. Кевин пропел несколько строчек первого куплета, а после перешел на более динамичный припев. Черт возьми, это слишком хорошо звучит. Определенно то, чего Нилу так не хватало с момента выхода последней песни, что была уже заслушана до дыр. Когда ребята закончили, Нил скромно, но со всей искренностью похлопал. Ники, словно он актер театра, вышел из-за не менее высокого Кевина и совершил реверанс. Криво, глупо, но мило. – Перекур, – это было первое, что Нил услышал от Эндрю за все время, что он его знает (как косвенно, так и напрямую). Эндрю выудил из кармана штанов мятую пачку, вытащил одну сигарету и вставил её себе в зубы. Саму пачку он бросил Нилу на диван. Приглашение или издевка? Скорее первое, так как никакого косого взгляда, никаких колких фраз от него не последовало. – Видно не судьба, – достаточно громко вздохнул Ники. Казалось, сейчас Аарон кинет в него свою бас-гитару. Нил не стал дожидаться второго приглашения, поэтому последовал вслед за Эндрю в дом, а оттуда на задний двор. Парень встал под деревом, достал зажигалку и поднес огонек к концу сигареты. – И с чего ты решил, что я курю? – подал голос Нил и встал напротив Эндрю. – А с чего ты увязался за мной? – глубокий вдох, а на выдохе – густое никотиновое облако. – Ты позвал меня. – Не звал. Снова выдох, полное безразличия к своему оппоненту. Воображение у Нила до боли скудное, он не мог выдумать пристальные взгляды Эндрю. – Ники чем-то расстроен, – начал Нил и выудил сигарету из пачки. При виде курящего Эндрю подступило зудящее желание. – Моего кузена задело то, что ты не заинтересовался им после его дешевых подкатов, – Эндрю легким постукиванием пальцев оттряхнул пепел. – А что для тебя не дешевые подкаты? – Мм.. Эндрю задумался. Причем думал он до тех пор, пока не докурил сам, а сигарета Нила не дотлела до половины без единой затяжки. Пустая трата ресурсов. – Например, сказать напрямую о своих желаниях. Эндрю поднял взгляд со своих ботинок и зацепился за глубокий океан. – И какие у тебя желания? Нилу показалось, что в глазах напротив на долю секунды пробежала искра заинтересованности. – Я хочу тебе отсосать. Вот так просто вылетело из уст Эндрю. Эндрю, что молча разглядывал Нила после выступления, думая о чем-то своем, и, как оказалось, далеко не музыкальном. Эндрю, что умеет говорить прямо о том, что думает, когда вот так, наедине. Эндрю, что хватает за ворот кофты и тянет на себя, но останавливается, когда сталкивается лбом о лоб Нила. – Можешь солгать, сказав, что тебе не интересны мужчины. – Мне никто не интересен. Тяжелой хваткой ладонь Эндрю ложится на затылок Нила, не желая упустить такую возможность в виде столь наглого лжеца. Нил не лгал, однако безэмоциональный с врожденным безразличием барабанщик группы "The Monsters" заинтересовал его. Заинтересовал настолько, что Нил тянется к чужим губам, ощущая, как хватка на затылке становится сильнее. Эндрю просовывает язык почти сразу, разделяя горькое послевкусие от выкуренной сигареты. Нил хмурит брови, но не отталкивает. Он не понимает, что творит, но он живет по принципу «живем один раз», поэтому стоит на заднем дворе своего кумира и проталкивает свой язык в его полость. Из рук выпадают полупустая мятая пачка и еще не до конца дотлевшая сигарета – Нил обводит руками чужие бедра, прижимается к ним пахом и достаточно резко разрывает поцелуй. Оба тяжело дышат, осознают, что они сделали. Эндрю хватает Нила за руку и заводит обратно домой. Из гаража доносится звонкий смех Ники и возмущение Кевина – им явно не до них. И слава Богу. Нилу тоже не до них, как бы грубо в отношении любимой группы это не звучало. Сейчас его беспокоит появившийся стояк в джинсах и такой же заведенный ситуацией Эндрю. Миньярд заталкивает Нила в ванную комнату, закрывает за собой двери, попутно щелкнув замком (мало ли, кому приспичит сюда ворваться), и слегка ударяет по выключателю. Тусклый свет не позволял полностью насладиться раскрасневшимися щеками Эндрю, но Нилу хватало и этого. Эндрю прижимает Нила к холодной плитке, грубо впивается в чужие губы и заводит парня еще сильнее. Большим пальцем одной руки он проводит по скуле, когда как второй нагло стягивает никак не поддающиеся его действиям джинсы. Нил был уверен, что Эндрю их проклинал. Он даже усмехнулся своим мыслям, что не осталось без внимания музыканта. – Я их сожгу на хрен, – выругался Эндрю. – Тогда мне не в чем будет возвращаться домой. Представшей перед Нилом картине не поверит никто, да и рассказывать он об этом не собирался: Эндрю сидел перед ним на коленях и расстегивал гнусный ремень, после чего прозвучала молния, а уж потом… Ох. Эндрю не должен был, но он взял Нила почти целиком. Пальцами Нил несильно тянул светлые волосы, а другими прикрывал рот, из которого уже вырвался стон. Он не понимал, как вообще до этого докатился, но чертов Эндрю Миньярд отсасывал ему в собственном доме. Боже, блять, мой. Нил кончил за пару минут. Стыдно ли ему? Возможно. Восхищен ли он умением Эндрю довести его до оргазма за сто двадцать секунд? Определенно точно. Кадык Эндрю вздернулся; он поднялся на ноги и потянулся за очередным поцелуем, более коротким, прощальным. – Дорогу назад найдешь сам, – последнее, что бросает Эндрю перед тем, как выйти из ванной комнаты. Нил лишь утверждено мычит, а после скатывается по плитке вниз. Зарывается лицом в руки и еще не скоро приходит в себя. Что. Сейчас. Произошло.

***

На следующий день Нил получает сообщение от незнакомого номера: «дорогу все-таки нашел». Откуда у Эндрю Миньярда его телефон догадки были, но отчасти Нил даже был благодарен Рене за столь крохотное содействие. Или же она сделала больше простого «я проведу вас за кулисы» и предложения сходить на репетицию к ребятам? Черт её знал. Нилу никогда не понять, что на уме у такой, как Рене. Уж явно не фантики от конфеток и осыпавшиеся блестки от теней. Переписка у Нила и Эндрю была не совсем многословной. Хотя нет. Нил лжет. Они обсуждали все. «В чем ты сегодня?» В сером худи и джинсах. «Отвратительно скучно» Как будто гардероб барабанщика группы "The Monsters" состоял не из одеяний святого отца ближайшей к университету церкви. Черно-белый. Однозначно скучнее серого с темно-синим. «Эй, Нил» У меня лекция. «Нил, Нил, Нил» О боже… Чего тебе? «Развесели меня» Колобок повесился. «Скучно» Буратино утонул? «Ты внебрачный сын Кевина?» Все возможно. «Но ты интереснее этого старпёра в семейниках» Кевин носит семейники? «Самые отвратительные, какие только существуют» Нил смеялся так, как никогда прежде. Мэтт веселил его, Сет также хорошо шутил, девчонки не отставали от парней, но Эндрю. Неужели нужно стать барабанщиком, чтобы быть таким? К концу недели Эндрю предложил что-то несбыточное для Нила: выезд за город. Наедине. Без Мэтта или Рене, без Ники, Аарона, Кевина и остальных друзей. Это свидание? «Считай, как хочешь» Я не знаю, чего хочу. «Стоило бы задуматься над этим» Нил думал. Причем на парах, за обедом, конспектами, в душе и даже перед сном. Чего он хочет? Определенно точно еще одной встречи с Эндрю, но что потом? Нил явно не того сорта фанат, что ссытся кипятком от одной только мысли о встрече со своим кумиром, и он точно не думает об Эндрю в таком ключе. Он ведь обычный парень со своими желаниями. Очень прямолинейный парень. Но что плохого в том, чтобы быть настолько искренним в своих прихотях? Любовью с первого взгляда это не назовешь. Эндрю испытал влечение, а Нил был не против столь резкого поворота событий в своей жизни. Он определенно точно думал не только о вероятном будущем с Эндрю, но и о желании, таком же прямолинейном: поцеловать скучающего от собственной жизни барабанщика. Возможно, и не только поцеловать. Сделать что-то столь безумное, как и… «Завтра в семь» Нил отвечает коротким «хорошо». О деталях спонтанной поездки ему так и не поведали, но не будут же его везти за город, чтобы придушить проводом от наушников или зарядного устройства, а после закопать под огромным камнем. Или все же стоит быть более осторожным? Нил собрал рюкзак как можно скромнее, положив в него все самое необходимое. Эндрю даже удивленно вскинул бровь на то, какой «худой» была его сумка. – Мы же не на неделю уезжаем. – А будь это так? Сомневаюсь, что вещей бы прибавилось. – Привык быть налегке, – Нил потер затылок. В машине Эндрю пахло не только огромным количеством прокуренного табака, но и чем-то сладким, до одури знакомым. Нил еще не мог понять, нравится ему эта помесь из горько-приторного или нет, но до рвотных позывов она не доводила, что было огромным плюсом. Ехали парни недолго: всего лишь полтора часа громкой музыки и периодических остановок на перекур, во время которых Нил закидывал Эндрю вопросами и получал короткие ответы. – Ты так и не сказал, куда мы едем, – Нил в последний раз вдохнул никотин, после чего закинул бычок в мусорное ведро. – А это так важно? – Не знаю, – Джостен пожал плечом, – может, ты собрался убить меня где-то в лесу и закопать мой труп под старой сосной. – Спасибо за идею, – Эндрю выдохнул горькое облако перед собой, в пустоту. – Но это секрет. – Я не написал завещание, – продолжал развивать свою мысль Нил. – А тебе есть что завещать? – вскинутая скептично бровь забавляла. – Коллекцию комиксов. Мэтт расстроится, когда поймет, что он не претендует на неё. Нилу показалось, как уголок губ Эндрю дрогнул, но он тут же потушил свою сигарету и вернулся на законное водительское место, ставя точку в их и так кратком разговоре.

***

Море. Эндрю Миньярд привез Нила к чертовому морю. Шум воды внушал спокойствие и подзывал подойти ближе, чтобы утонуть в умиротворяющей мелодии волн. Пляж, неприкрытый людьми, частично был затоптан недавно побывавшими здесь жителями. Совсем скоро Нил и Эндрю оставят и свои следы. – Моя мама обожала приводить меня к морю, – начал Нил, когда парни подошли почти вплотную к воде. Если бы не скользкая осень, то можно было предложить искупнуться. – А что сейчас? – Эндрю стоял рядом, спрятав руки в карманах пальто. – Её не стало, – Нил сглотнул. – Как и желания приезжать сюда. Эндрю ничего на это не ответил, лишь продолжил смотреть на волнующий морской водой горизонт. Все, что окружало их, запах и шум, влажный песок под ботинками, легкое дуновение ветра, все это напоминало о матери. Однако взамен старым и горьким напоминаниям о прошлом пришло теплое умиротворение настоящим. Как-то странно. Нахождение с малоизвестным человеком не доставляло и капли дискомфорта, наоборот, окутывало покоем. Следующим пунктом назначения стала забегаловка с сомнительным названием – «У красотки». Однако, переступив порог, Нил почти забрал свои слова назад. Интерьер был приятным глазу, официантки приветливо улыбались и обслуживали посетителей, в то время как сами заказчики завтракали вафлями и яичницей с беконом. Усевшись поодаль ото всех, Эндрю протянул Нилу меню. Скромные названия по типу «Eggs from your ex» и «Kiss mom’s lips» цепляли и вынуждали вчитываться в описание блюд, пока Эндрю не ткнул в некоторые позиции указательным. – Здесь готовят вкусные вафли, – он перешел на несколько строк ниже, – а еще производят домашнее мороженое. – Любишь сладкое? Эндрю молча кивнул. Убедиться в том, насколько сильно, Нил смог только когда официантка с пышными формами поднесла на подносе огромную порцию мороженого, что было украшено взбитыми сливками, радужной посыпкой и вишенкой на верхушке. Прямо как в фильмах. Скромный завтрак Нила нервно бы закурил в сторонке, будь он живым. Нил отдаст Эндрю должное, вафли и вправду оказались вкусными. Вот бы научиться готовить также. Только вот Мэтт не подпускает Джостена к плите после случившегося пару лет назад пожара. Правда от пожара там только подгоревшие тосты и паникующий Бойд. Из воспоминаний о сожительстве с лучшим другом выдернуло неожиданное прикосновение. Под столом. Эндрю нагло водил своим коленом по чужому, не удосужившись поднять скучающий взгляд с подтаявшего мороженого на собеседника. Нил бегло прошелся по посетителям и работникам, убедился, что всем чхать хотелось на них двоих, и коснулся чужой ноги уже сам. На этот раз Эндрю обратил на него внимание, оценил каждый изгиб на лице Джостена, а после, задержавшись на океане, толкнул языком щеку изнутри. Боже, блять, мой. Нил был благодарен за немое предложение отъехать от забегаловки и лишних глаз и ушей. И если утром салон авто был донельзя просторным, то сейчас им, двум невысоким парням, было чертовски тесно. Стягивать верхнюю одежду в узком пространстве без чужой помощи было не так-то легко. Стягивать джинсы – подавно. Поцелуи были рваными, с громким причмокиванием и еле уловимыми постанываниями от прикосновений. В какой именно момент окна успели запотеть Нил не заметил, но пригвоздил расфокусированный взгляд на безымянную пахучку, что телепалась под зеркалом дальнего вида. Название и вправду было стерто, но этот сладкий запах никак не выходил из головы. Влажные и продолжительные прикосновения к шее ощущались так непривычно, что Нилу хотелось выть. Рука Эндрю блуждала под футболкой, нагло массируя грудь и выбивая из парня очередные вздохи. Было чертовски жарко, до невозможного душно, однако так приятно от контрастных резких с томностью мгновений. Когда Эндрю начал опускаться ниже, целуя оголенный торс, Нил его остановил. – В прошлый раз это сделал ты, – подал он слегка осевший голос, когда на него был устремлен хмурый взгляд. – Могу ли я сделать тебе приятно? Нил не совсем был уверен в своих умениях, но попробовать стоило. Да и кончить за пару минут, как в тот день, он не хотел. Эндрю кивнул и откинулся на спинку сиденья. От вида запыхавшегося и взъерошенного кумира, казалось, начнется головокружение. Слишком красив. Слишком горяч. Такой Эндрю Миньярд сводит с ума Нила за считанные секунды. В джинсах до ужаса тесно, хочется усесться на бедра барабанщика и довести друг друга до оргазма, но Нилу любопытнее попробовать кое-что иное. Эндрю завел пальцы в рыжину и, словно кот, игрался с чужими волосами, пока Джостен упорно расстёгивал ремень и стягивал с парня джинсы. Не до конца, только по колени. Нил сглотнул от представшего перед ним стояка. И что дальше? – Тебе помочь, фанаточка? Нил проморгался и слегка помотал головой в стороны. Не нужна ему никакая помощь. Он мальчик самостоятельный, поэтому будет импровизировать. Поэтому, оттянув резинку боксеров и припустив их ниже, теперь Нил лицезрел перед собой член. Блять. – Мне кажется или ты погорячился, предложив отсосать мне? – Эндрю все также возился пальцами в копне чужих волос. – Нет, – Джостен продолжал стоять на своем. Эндрю пожал плечом и, накручивая на указательный рыжую прядку, продолжил пристально наблюдать за не понимающим что делать Нилом. Или все-таки понимающим? Нил аккуратно обхватил член рукой и провел по нему языком. Остановившись на головке, слизал выделившийся предэякулят, чем вызвал довольно громкий выдох сверху. Пока Эндрю контролировал процесс через своеобразную игру с волосами, Нил старательно водил по члену кольцом из пальцев, иногда касаясь кожи влажными губами. Обхватить орган губами получилось не сразу, но Нил прилагал немалые усилия, чтобы заставить Эндрю расслабиться. В паху сдавливало напряжением, когда как в голове образовалась полная каша из мыслей. Нил все еще не понимал, как он оказался в такой ситуации и уж тем более положении сидя перед участником любимой группы «The Monsters». В нос снова ударяет помесь горько-приторного, что усилилось в разы, когда в салоне авто стало совсем нечем дышать. Нил точно пропахнет этой гребаной пахучкой. Эндрю кончает достаточно тихо, проглатывая стоны вместе с и так отсутствующим кислородом. Нил же сглатывает солоноватость, как это сделал Эндрю несколькими днями раннее, и приподнимается на непослушных руках. Тянется за поцелуем, который достается ему, как награда. Язык Эндрю проскальзывает глубоко, его рука – тоже. Он смог довести Нила до оргазма за минуту, что было на шестьдесят секунд быстрее предыдущего. Ужасно. Нил дышит рвано, вдыхая аромат из совокупности табака, пота и… Ванили. Наконец-то Нил вспоминает. Это была гребаная ваниль. Неудивительно, что у такого сладкоежки, как Эндрю весь салон был заполнен этим запахом. Чертов Эндрю Миньярд. Блядская пахучка с ванилью. И вообще вся их ситуация, достойная звания «сюр». Нил уж точно не собирался заканчивать их «свидания» на ноте do. В следующий раз он пригласит Эндрю в более комфортное для них двоих место, что станет re-mi-fa-sol-la-ti.