Драконья радуга

Дракон Олли, стараясь не слишком громко цокать когтями по черепице, выбрался на крышу. В одной лапе он сжимал фарфоровый кофейник, в другой — коробку с печеньем. Погода стояла прекрасная: ветерок стих, а частые звёзды в небесах словно шептали: дождя не будет. — Ты уже здесь, друг мой? — дракон повертел головой: его глаза ещё не привыкли к ночной темноте. — Здесь, здесь, — отозвался молодой, но очень уставший голос. — Кофе? — Ага! И печеньки тоже есть. Принцесса Лили прислала, — дракон уселся рядом с человеком, аккуратно разложил вокруг себя изумрудный чешуйчатый хвост и поправил цветок за ухом. — А у тебя что? — Да как обычно, — его приятель расстелил на черепице платок и принялся выставлять угощение. — Сливки. Хлеб. Яблочный джем. Орешки. — О, орешки! — обрадовался Олли. — Обожаю! Из-за часовой башни вышла луна, и человек, задрав голову, цокнул языком: — Светло-то как… — Ничего, — дракон махнул лапой. — Не увидят. Можем начинать. Они переглянулись, вздохнули и хором выпалили: — А-а-а, как же меня всё достало! Дракон разлил кофе по чашкам (его собственная была размером с тазик), щедро сдобрив сливками каждую порцию. За это время его приятель намазал джемом две краюшки хлеба и протянул одну из них Олли. — Твоя очередь. Начинай. Дракон взял угощение, отхлебнул из чашечки кофе и расплылся в блаженной зубастой улыбке. — Всегда бы так... А они, понимаешь, ходят и ходят. Ни днём, ни ночью покоя нет. Вчера аж три рыцаря пришло. И все не первый сорт. У одного доспехи ржавые. Второй без меча. Третий коня в трактире забыл, а в каком — не помнит. У самого хмель из головы не выветрился, идёт, шатается… А ты же знаешь, я пьяных не люблю. — У меня не лучше, — понимающе покивал человек. — Этот закон прими, тот — перепиши. За неделю два заговора во дворце, причём один из них родная матушка состряпала. Премьер-министр все уши прожужжал: женитесь, ваше величество. А на ком я женюсь? Ни одной приличной принцессы в округе. Олли протянул ему печеньку. — Не грусти, величество, найдём тебе невесту. Но искать придётся долго. Нынешним всё балы да пиры подавай. Я говорю: посмотри на себя, дурёха, ты же будущая королева! Как страной управлять будешь? Казну растранжиришь, а потом сосед войной придёт — и всё! А им в одно ухо влетает, в другое вылетает… — Кстати о соседе, — молодой король пригладил растрепавшиеся от ветерка тёмные волосы. — Таки собирается. — Войной? — Войной. — Гарольд Одноглазый из Горьководья? — А кто ж ещё? — Ну-ну, не переживай, — Олли похлопал его по плечу. — Мы ему меня покажем, сразу в штаны наложит. Могу даже тебя покатать! Полетаешь над его столицей. А глашатай пусть кричит: «Фредерик Пятый, правитель Дальнеземелья, покоритель драконов, приказывает тебе, негодяю, сдаться, а не то останется от тебя кучка пепла». Я ещё огнём дыхну для наглядности. — Ой, фпафибо, друфг, — король, не успев прожевать одну печеньку, уже тянулся за следующей. Всё-таки принцесса Лили отлично готовила; жаль, что она уже замужем, а то ради такого печенья можно было бы и жениться. Ночную идиллию нарушил громкий крик снизу. — Эй, дракон! Выходи!!! Король от неожиданности подавился печеньем и закашлялся. Олли очень аккуратно постучал его по спине когтем, а потом закатил глаза и трагично вздохнул. — Ну, начало-о-ось… — Выходи-и-и! Олли попытался встать. — Сиди, — король ухватил его за хвост. — Ну куда ты пойдёшь? Ночь на дворе. Имеешь полное право не отвечать. Ты им что, круглосуточный дракон? — Ну если ты дозволяешь не ходить… — Дозволяю! Давай ещё по кофейку. Луна уже прокатилась по небу и зашла за оружейную башню, а рыцарь всё продолжал орать. Вскоре к нему присоединился второй — на гнедом жеребце. А потом третий — с высоким плюмажем на шлеме и с очень противным голосом. — Может, тебе расписание приёма рыцарей повесить? — предложил король. — Давно уже, — Олли вздохнул. — Они читать не умеют, представляешь? — Вот остолопы. Карета, запряжённая парой лошадей, появилась со стороны старого моста и остановилась у входа. После того, как лакей спрыгнул с запяток, открыл дверцу и откинул складные ступеньки, на мостовую спустилась белокурая девушка в пышном розовом платье. — Кто это? — король опасно свесился с крыши. Дракон придержал его за край плаща. — Принцесса Клара. Тебе не подойдёт. — Почему это? Олли покачал головой. — Глупая очень. Красивая, но глупая. — Тогда ну её, — король сунул руку в коробку, но пальцы ухватили только пустоту: печенье закончилось. Рыцари посовещались и пропустили принцессу Клару вперёд, а сами выстроились за ней в очередь. — Три-четыре! — скомандовала принцесса, взмахнув рукавами, и нестройный хор мужских голосов завопил громче прежнего: — Эй, дракон! Выходи!!! В часовой башне зажёгся свет. Король поморщился. — Вот негодяи, премьер-министра разбудили. Сейчас состряпает новый указ, пойдёт подписывать, увидит, что меня нет, — весь дворец на уши поставит. Пожалуй, мне пора. — Мне тоже, — дракон кивнул на очередь и поднял опустевший кофейник. — Ты же придешь еще? — Непременно. Эх, собачья у нас с тобой работа! — Драконья, — с улыбкой поправил Олли. — Слушай, а тебе никогда не хотелось заняться чем-нибудь другим? Сменить обстановку... — Так я уже, — дракон моргнул жёлтыми глазищами. — Ещё при твоём покойном батюшке Альберте Втором. В холодной пещере намного хуже было, веришь? И туда тоже шастали все подряд. Только ещё и сражаться хотели, а я, знаешь ли, воевать не люблю. Да и королевству от меня сплошная польза: сколько туристов приезжать стало, а? Он поправил на груди латунный знак, на котором было выбито: «Брачное агентство Олли и Ко: соединяем рыцарей и принцесс с тридевятого года», и потопал к чердачной лестнице. — Слушай, я всегда хотел спросить, — король задрал голову, глядя на стремительно светлеющее небо, — а что значит «Олли и Ко»? Дракон заглянул в кофейник, будто собирался разглядеть ответ в кофейной гуще, пожевал губу, наморщил нос, и всё-таки решился: — А, была не была. Это значит «Оливия и Король». Это твой батюшка мне работу придумал. В былые времена частенько сюда захаживал, анкеты рыцарей и принцесс проверял, письма рассылал. Хобби у него такое было. — Оливия? Погоди, так ты что же, не дракон, а драконица? — король ошалело вытаращился. — А это что-то меняет? — Олли помрачнела. — Что ты! Нет, конечно! Просто… ты девочка, а я тебя за хвост таскал. Ты уж извини, а? — Можешь и дальше таскать, если очень хочется, — драконица резко звякнула крышечкой кофейника. Ей вдруг стало очень грустно. Прошлый король тоже не сразу узнал, что «Олли» — это Оливия, а не Оливер. А узнав, клялся, что ничего не изменится. Что они по-прежнему будут видеться. И что Альберт — так звали прошлого короля — продолжит учить драконий язык. Но всё изменилось. Ночных посиделок с кофе под звёздами не стало. У его величества всё время находились какие-нибудь отговорки, чтобы не приходить на уроки драконьего. Надо было молчать и дальше… Ну кто её за язык тянул? Звонкий голос короля нарушил гнетущую тишину. — Тогда в следующую субботу там же, тогда же?— А ты придёшь? — Олли недоверчиво сощурилась. — Не обманешь? А ну поклянись драконьей радугой! — Чем-чем? — Не смейся. Это такая очень древняя страшная клятва, которую нельзя нарушать. Иначе совсем беда. — Ладно, клянусь драконьей радугой, что приду на встречу в следующую субботу. Но с одним условием… — С каким? — Покатаешь меня на спине? Ты обещала! Олли расцвела: — Конечно! После работы. В этот миг утренний колокол отбил шесть. Над часовой башней показался первый луч восходящего солнца.