Цена призыва ледяного дракона

**Глава 4. Шёпот льда** Вечер в поместье Сумеречных Призывателей всегда приносил прохладу. Даже летом воздух в западном крыле, где жил Ксавир, казался холоднее на пару градусов — Рашель не утруждал себя скрывать свою природу, когда они оставались наедине. Дверь была плотно закрыта. На столе лежали последние духовные камни — Ксавир потратил на них всё, что у него оставалось. Рашель сидел на краю кровати без верхней одежды: голубые волосы свободно спадали на обнажённые плечи, перламутровые рога поймали свет масляной лампы и отдали его обратно мягким, молочным отблеском. — Подойди. Ксавир подошёл и опустился на колени — привычно уже, почти без усилия. Серые глаза смотрели вверх, в сапфировые. Рашель протянул руку и провёл холодными пальцами по тёмно-серым волосам, слегка сжимая их у корней. — Сегодня все видели силу моей магии. Мастер Лунь Вэй даже похвалил тебя. — Дракон улыбнулся уголком губ. — Но мы оба знаем, кто на самом деле заслужил эту похвалу. — Да… — Ксавир сглотнул. — Это ты, Рашель. — «Господин Рашель», — мягко поправил тот, слегка дёрнув за волосы. Не больно. Ровно настолько, чтобы напомнить. — Господин Рашель, — послушно повторил Ксавир. Голос был тихим, почти шёпотом. Хвост медленно поднялся с кровати и обвился вокруг талии Ксавира, притягивая чуть ближе. Холодная кожа скользнула под рубашку, коснулась спины — Ксавир непроизвольно выдохнул. — Завтра в академии совместная тренировка со старшим курсом. Твой брат Ли Вэй тоже будет. — Рашель наклонился, его дыхание обожгло ухо морозцем. — Он наверняка захочет тебя унизить. Я могу заморозить его ястреба одним взглядом. Но только если сегодня ты будешь очень послушным. Ксавир кивнул, чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки — смесь стыда, тепла и странной, запретной радости. — Я сделаю всё, что ты скажешь. — Хорошо. — Рашель откинулся назад, опираясь на локти. — Тогда начнём с ванны. Нагрей воду сам. И не забудь добавить масло лаванды. Пока я буду лежать, ты сделаешь мне массаж плеч. Медленно. Так, чтобы я почувствовал, насколько ты стараешься. Ксавир встал и пошёл выполнять. Пока он наполнял деревянную ванну в смежной комнате, Рашель стоял в дверном проёме и пил чай, наблюдая без особого выражения — просто смотрел. Хвост лениво покачивался. В этом взгляде не было жестокости — только привычное ожидание того, кто давно привык, что о нём заботятся. Ксавир старался. На следующий день в академии воздух буквально звенел от напряжения. Совместная тренировка «Старшие против младших». На большой арене собрались оба курса. Ли Вэй стоял в центре со своим огромным чёрным ястребом, расправившим крылья. Птица смотрела на Рашеля с явным превосходством. — Ну что, младшенький, — громко сказал Ли Вэй, когда их пара вышла на поле. — Покажешь нам своего «дракончика»? Или он опять будет просто стоять и смотреть? Ученики засмеялись. Даже некоторые преподаватели улыбнулись. Ксавир почувствовал, как внутри всё сжимается. Но рядом стоял Рашель — уже высокий, статный, с холодной улыбкой на губах. Он наклонился к уху Ксавира и прошептал так, чтобы слышал только он: — Сегодня я покажу свою настоящую силу. А вечером… встанешь передо мной на колени и поблагодаришь меня лично. Ксавир кивнул, щёки вспыхнули. — Рашель, — громко сказал он, впервые за долгое время поднимая голос. — Полная сила. Дракон шагнул вперёд. Снежный вихрь возник мгновенно — бесшумно и точно, как захлопывается ловушка. Температура на арене упала так резко, что у зрителей вырвался пар изо рта. В воздухе заискрились ледяные кристаллы, складываясь в длинное, почти прозрачное копьё. Ли Вэй усмехнулся и дал команду. Чёрный ястреб взмыл в небо и ринулся вниз с криком, окутанный ветряными лезвиями. Рашель даже не пошевелился. Он просто поднял руку. Из земли выросла стена льда — гладкая, идеально прозрачная, без единой трещины. Ястреб врезался в неё на полной скорости и отлетел, оглушённый. Вторым движением — небрежным, почти скучающим — Рашель метнул копьё. Оно пробило крыло птицы навылет: не смертельно, но с хрустом, и ястреб рухнул на песок с криком. Весь зал замер. — Это невозможно, — выдохнул кто-то в тишине. — Две недели назад он был ребёнком. Рашель повернулся к Ксавиру. На публике его лицо оставалось холодным и равнодушным. Но в сапфировых глазах горел тихий, только для них двоих, триумф. Когда они покидали арену под шокированными взглядами, Рашель шёл чуть впереди. Хвост на миг коснулся ладони Ксавира — скрытое, почти ласковое пожатие. — Сегодня я заслужил награду, — тихо сказал он, когда они остались одни в пустом коридоре. Тебе придётся работать особенно тяжело. Ксавир опустил взгляд и улыбнулся — едва заметно, впервые за многие годы. — Как пожелаешь… господин Рашель.