Цена призыва ледяного дракона

**Глава 36. Первый бой после каникул** Боевая практика проходила в большом восточном зале, где воздух всегда был тяжёлым от запаха камня, озона и старого дерева. Мастер Лунь Вэй расставил по арене тренировочных големов — массивных, тяжёлых созданий из серого гранита, с медленными, но сокрушительными ударами. Стандартное задание: победить голема за отведённое время, демонстрируя глубину синхронизации с контрактным зверем. Ксавир и Рашель вышли на арену третьими. Голем ожил с низким гулом. Каменные суставы скрипнули, тяжёлая голова повернулась, и пустые глазницы уставились на них. Затем он шагнул вперёд, поднимая огромный кулак. Ксавир потянулся к нити контракта. За лето она изменилась. Стала шире, плотнее, живее. Теперь она отзывалась мгновенно, почти без усилия — словно дыхание. Сила Рашеля хлынула через неё свободно, чисто, без малейшего сопротивления. Ксавир взял ровно столько, сколько было нужно, и шагнул вперёд. Ледяной щит развернулся вокруг его тела сам собой — не от жеста, а от одного лишь намерения. Прозрачный, идеально ровный, он вспыхнул холодным серебром. Голем ударил. Щит принял удар, прогнулся, но не сломался. Ксавир уже двигался — вошёл внутрь дистанции, туда, где большому каменному телу было неудобно бить. Пальцы нашли слабые точки: сустав левого колена, правое плечо, основание шеи. Три ледяных клинка вошли точно, тонкие и острые, как иглы. Секунда тишины. А потом — взрыв. Лёд расширился внутри суставов резко, безжалостно, разрывая каменные связи изнутри. Голем качнулся, словно не понимая, что происходит. Его правая рука отвалилась первой, затем подломилось колено. Тяжёлая каменная туша медленно, почти величественно рухнула на арену грудой обломков. Всё заняло меньше трёх минут. В зале повисла звенящая тишина. Кто-то замер с поднятой рукой посреди своего боя. Кто-то просто стоял, открыв рот. Даже мастер Лунь Вэй на секунду перестал делать пометки в журнале. Ксавир опустил руки. Дыхание было ровным, только на висках блестели капли пота. Он обернулся — и ярко, по-мальчишески улыбнулся Рашелю, который стоял у края арены, скрестив руки на груди и скучающе зевая. Раньше Ксавир прятался за его спиной. Это было правильно — контактный зверь всегда впереди, призыватель держит нить и оказывает посильную поддержку. Теперь он шёл впереди. А Рашель — следом. Так было эффективнее. Сила там, где она нужнее всего. Поддержка — там, где она действительно требуется. Мастер Лунь Вэй медленно закрыл журнал, посмотрел на груду камней, затем на Ксавира. Кивнул — коротко, почти незаметно. — Следующая пара, — произнёс он ровным голосом, словно ничего особенного не произошло. --- Последним в тот день стоял предмет, которого Ксавир совершенно не ожидал. «Уход за контрактным зверем» — новый обязательный курс для второго года обучения. Вела его молодая учительница Вэй Янь — невысокая женщина с аккуратным пучком волос и стопкой конспектов, которую она прижимала к груди, словно щит. Она начала урок чуть нервно, но уже через пару минут голос её выровнялся, стал мягким и уверенным. — Контрактные звери, — произнесла она, — это не инструменты и не оружие. Это живые существа со своими потребностями, эмоциями и способами их выражать. Ваша задача как призывателя — понимать своего зверя. — Она сделала паузу. — Проблема в том, что большинство зверей не могут говорить напрямую. Они выражают себя через поведение, через состояние, через нить контракта. Если вы не умеете это читать — вы не партнёры. Вы просто… соседи по телу и душе. Она начала перечислять признаки: как проявляется усталость, стресс, скука, потребность в ласке или, наоборот, в одиночестве. Как различаются эти сигналы у волков, птиц, кошачьих и духов. Как важно не только лечить раны, но и поддерживать психическое здоровье своего зверя. Ксавир слушал. И в какой-то момент покосился на Рашеля. Дракон сидел вполоборота к окну с таким видом, будто урок его не касается — что, строго говоря, было правдой, поскольку он мог говорить напрямую и выражал свои потребности вполне недвусмысленно. Иногда даже слишком. Ксавир вспомнил как Рашель говорит «хорошо» вместо «спасибо». Как хвост сжимается на запястье — иногда властно, иногда просто так. — Важно также, — продолжала учительница Вэй Янь, — не подавлять природу своего зверя. Каждый вид имеет особенности, которые нельзя игнорировать. Контрактный зверь, лишённый возможности проявлять свой характер, со временем становится замкнутым и агрессивным… Её голос звучал мягко, но с искренней убеждённостью. Солнечный свет, падавший сквозь высокие окна, золотил пылинки в воздухе и нежно ложился на парты. Рашель в какой-то момент тихо опустил голову на сложенные руки, словно урок его совершенно не касался. Солнечные лучи красиво подсвечивали его длинные голубые волосы, превращая серебристый отлив в тонкие, переливающиеся нити. Он выглядел умиротворённо и немного лениво — настоящий дракон, позволивший себе отдохнуть посреди урока. Ксавир невольно улыбнулся, глядя на него. Он снова повернулся к доске, но уже не слушал. В голове крутилась только одна мысль, тёплая и немного лукавая: "С пониманием потребностей своего зверя у меня, пожалуй, действительно всё в полном порядке."