И как мне сделать предложение семерым?!

Простая фраза, казалось, истощила все силы молодого человека. Его лицо было очень бледным, а ярко-красная кровь, капающая с запястья, стала единственным цветом его тела. Мо Цзюшао знал, что Чу Муюнь хотел использовать формацию, чтобы убить его. Но он совершенно не ожидал, что за такой короткий промежуток времени, в такой неожиданный момент ребёнок, которого он вырастил, совершит такой безумный поступок. В этот момент Мо Цзюшао очень ясно осознал, что он никогда в жизни не столкнется с более совершенной работой, чем Чу Муюнь. Такой красивый, такой выдающийся, такой могущественный и такой опьяняющий. Ему было всего двадцать лет, он был всего лишь ребёнком, но того, что он сделал, было достаточно, чтобы потрясти весь мир. Кто бы мог подумать, что у такого слабого человека, у которого даже нет базы совершенствования, могут быть силы, чтобы связать двух императоров демонов. Если бы кто-нибудь сказал подобное раньше, над ним бы только посмеялись. Но теперь... это действительно произошло. Мо Цзюшао, не моргая, посмотрел на Чу Муюня. Лин Сюань тоже поднял глаза, и этот хрупкий странный молодой человек полностью отразился в больших алых зрачках. В глазах "Гнева" никогда не было слабого человека, но в этот момент он должен признать, что такой бесполезный человек, не имеющий совершенствования, зажёг в нём беспрецедентное желание сражаться. И Чу Муюнь всё это время смотрел только на Мо Цзюшао: - Говори, отвечай мне! - Это я. - ответил ему Мо Цзюшао. Чу Муюнь просто слушал, но отчаяние и боль, которые нахлынули на него, не давали ему этого вынести. Он приподнял уголок рта, и улыбка, которую он выдавил, была ещё уродливее, чем плач: - Десять лет. десять лет ты дурачил меня! Ты водил меня по кругу. Было весело наблюдать за тем, как я, словно дурак, верил в твою ложь? Разве это смешно - видеть, как я влюбляюсь в врага своего отца, как сумасшедший? Мо Цзюшао не ответил ему. Чу Муюнь ненавидел это до крайности: - Как долго ты собирался скрывать это от меня? Как долго ты хотел лгать мне? Десять лет? Двадцать лет? Тридцать лет? Пока я не забуду ненависть, которую испытываю? Пока я не стану твоей куклой, верно? Пока я не стану относится к тебя, так будто ты весть мой мир и всё что мне нужно это ты? Мо Цзюшао по-прежнему не издавал ни звука. Чу Муюнь дошёл до крайности: - Ты думаешь... я не убью тебя? Наконец, Мо Цзюшао заговорил: - Я буду рад, если ты убьёшь меня. Его слова были слишком мягкими, но они внезапно разозлили Чу Муюня: - Перестань притворяться! Перестань так себя вести! Ты дьявол, ты сумасшедший, у тебя совсем нет сердца, совсем нет сердца! Он выкрикнул это хриплым голосом, как будто исчерпал все свои силы, всё его тело дрожало и слегка задыхалось. Мо Цзюшао посмотрел на него, как всегда, мягко, как вода: - Я стерплю всё, что ты сделаешь. - Заткнись! - Чу Муюнь уставился на него. Если бы ненависть в нём можно было превратить в острый меч, боюсь, его убили бы тысячи раз, - Ты это стерпишь? Что ты сможешь вынести? Как ты можешь в одиночку нести жизни сотен человек в семье Чу! Когда голос стих, всё осветил красный свет, и алые линии, казалось, обрели жизненную силу, неистово извиваясь, поглощая жизненную силу Мо Цзюшао. Сильная боль не смогла поколебать императора Гордыни, он всё ещё внимательно и спокойно смотрел на Чу Муюня. В это время Лин Сюань заговорил: - Если ты хочешь, чтобы Мо Цзюшао умер, тебе нужно только снять строй, и я исполню твоё давнее желание. Чу Муюнь даже не взглянул на него, но призвал к построению и душил Лин Сюаня с яростной силой. Император Гнева никогда не был добродушным человеком, и его голос становится всё тише и тише: - Ты думаешь, эта штука действительно может заманить меня в ловушку? Конечно, он не мог удержать его в ловушке. Зеро: [Сила Гнева начинает накапливаться.] Чу Муюнь: «Когда поднялся до 70%, скажи мне.» Гнев был хорошо подготовлен к восхождению на пик Тысячи Фениксов. Он был увлечён борьбой, но никогда не был безрассудным. Его высокомерная сила будоражила его, но это не вызывало у него такого головокружения, чтобы недооценил противника. Дело в том, что он потратил триста лет, практикуя техники, которые могут быстро увеличить его силу. Хотя у них не мало недостатков, он может неожиданно контратаковать в решающий момент, преподнося сюрприз. Он думал, что будет использовать это позже, но не ожидал, что сделает это из-за такого ребёнка. В одно мгновение чёрный туман окутал Лин Сюаня, и внезапное подавление пронеслось подобно сильному шторму, и первоначально прочные кроваво-красные линии начали слегка дрожать. Мо Цзюшао впервые почувствовал потрясение в своём сердце и быстро посмотрел на Чу Муюня: - Отойди от строя! Ты не сможешь удержать его в ловушке, если так и продолжишь, то просто умрёшь! Чу Муюнь не пошевелился, просто уставился на него: - Тебе не нужно слишком много говорить! Мо Цзюшао нахмурил брови, прикидывая в душе, как спасти Чу Муюня от ярости Гнева. Чу Муюнь закрыл глаза, потому что Зеро назвал значение 69%. Сделав глубокий вдох, Чу Муюнь расправил ладонь, которую он крепко держал. В ней были десятки светло-зеленых бусин. Он окрасил их в красный цвет своей собственной кровью, а затем положил бусины в центр формации. Потекла алая кровь, образуя небольшую обратную формацию чрезвычайно быстро. Гнев не понимал формации, поэтому не знал, что он делает. Но Мо Цзюшао мог ясно видеть... Даже император Гордыни, который был очень спокоен перед лицом смерти, был потрясён в этот момент: - Что ты делаешь? Он спросил Чу Муюня, но Чу Муюнь не сказал ни слова, быстро выстраивая это знакомое построение. Глаза Мо Цзюшао были почти тёмными: - Чу Муюнь! Что ты собираешься делать? Ответа на его вопрос не последовало. В одно мгновение алые линии по всему небу были поглощены насыщенным изумрудно-зелёным цветом. Жизненная сила, хлынувшая из сердца формации, обратила вспять этот порочный массив, как будто святой свет снизошёл в ад, и тёмное небо мгновенно просияло. Просветлела и пробудилась жизненная сила земли. Пусть всё отчаяние и туман рассеются и превратят пустынный ад в страну блаженства. Почти в тот момент, когда "Гнев" вырвался из своих оков, зелёный свет быстро уменьшился, и плотные линии собрались, превратившись из большой сети в барьер, а затем изумрудно-зелёный свет упал на Мо Цзюшао. "Хранитель жизни" Прими жизнь в жертву в обмен на тысячу лет защиты. Мо Цзюшао был совершенно ошеломлён, и Лин Сюань, вырвавшийся из оков построения, тоже застыл на месте. Единственный молодой человек в центре битвы, его белая одежда была полностью пропитана кровью, его лицо было бледным без следа крови. После того, как весь свет померк, он уже не мог стоять и упал на землю. Мо Цзюшао тут же подошёл к нему и протянул руку, чтобы поднять. Вес в его руках, казалось, был всего лишь от одного предмета одежды. - Почему? - голос Мо Цзюшао был полон недоверия. Чу Муюнь открыл глаза, но они были пустыми. Он едва приоткрыл рот, и его голос был очень тихим: - Я тоже хочу знать, почему. Мо Цзюшао внезапно замер, а в следующее мгновение сказал дрожащим голосом: - Я убил твоих родителей, я убил семью Чу, я... - Верно. - Чу Муюнь мягко прервал его, - Поэтому я ненавижу тебя. Мо Цзюшао строго посмотрел на него: - Тогда ты должен был убить меня. Чу Муюнь не ответил на его слова, он просто легко улыбнулся, но поднятая дуга была полна насмешки: - Мо Цзюшао... если есть загробная жизнь, я бы предпочёл никогда не знать тебя. Это была последняя фраза, сказанная ему Чу Муюнем, и она стала прочными оковами, которые сковали императора Гордыни на всю оставшуюся жизнь. Битва заканчивается из-за хранителя жизни. Лин Сюань не сможет снова бросать вызов Мо Цзюшао в течение тысяч лет. Держа на руках молодого человека, который полностью потерял свою жизненную силу и превратился в хладный труп, император Гордыни никогда не узнает, о чём думал Чу Муюн в последний момент, и он никогда не поймёт предложение Чу Муюня "Я тоже хочу знать, почему". Но он знал. Чу Муюнь ненавидел его так сильно, что хотел убить, но в последний момент он использовал формацию, которую готовил долгое время, чтобы спасти его. До появления невероятно злобного массива этот молодой человек всю свою жизнь изучал, как защитить его ценой своей жизни. Но теперь... всё пропало. Ненависть или любовь, осталось только одно предложение. "Если есть загробная жизнь, я бы предпочёл никогда не знать тебя." Мо Цзюшао внезапно напряг силу, крепко держа это совершенно бездыханное тело в своих объятиях. Янь Цзюньцин вырвался из строя, и когда он выбежал, то увидел эту сцену. Великолепный пик Тысячи Фениксов превратился в руины, а мороз и снег в небе падали медленно, словно для того, чтобы смыть грех и кровь в воздухе. Темно-синий длинный меч вонзился в землю, владелец меча стоял на коленях на земле, его нефритовая корона рассыпалась, а синий шёлк брызнул, как чернила, сильный ледяной холод заморозил всё вокруг. Он осторожно держал человека на руках, как будто обращался с сокровищем всей жизни. То, чего боялся Янь Цзюньцин, всё же произошло, и сцена, которую он не хотел видеть, сейчас стояла перед ним. Молодой человек на мгновение пошатнулся и сделал шаг вперед, его голос был очень сдавленным: - Господин, брат Юнь... он... Мо Цзюшао оставался неподвижным, но холодным голосом произнёс одно слово без малейшего тепла: - Убирайся. *** Чу Муюнь был "мёртв". Он думал, что будет парить в воздухе, как душа, и, кстати, восхищаться своим "шедевром", но, к сожалению, потеряв дыхание, он провалился в темноту, ничего не видя, ничего не слыша и ничего не чувствуя... Неожиданно, это было довольно обнадеживающе. Чу Муюнь: «Зеро, ты здесь?» Зеро：[……] Чу Муюнь: «Хм?» Зеро не издал ни звука, Чу Муюнь уже хотел продолжить расспросы, но внезапно в его глаза ударил вет. Как только он открыл глаза, он был ошеломлён сумасшедшим потоком воздуха, пронёсшимся перед ним. Затем он почувствовал, что его тело отбросило далеко в сторону, и он отскочил назад, ударившись о стену. Было не так больно, как он ожидал, но ощущения нельзя было назвать приятными. Чу Муюнь хотел встать, но вдруг обнаружил в себе что-то странное. Опустив голову и дрожа, Чу Муюнь был потрясён своими пушистыми лапами и хвостом позади него. **** От нормального человека до комка шерсти... В сердце мистер Чу думал: почти готов убить глупого ребёнка, который сейчас молчит. Включает ли бессмертие превращение людей в животных? Разве не следует быть более осторожным, более серьезным, более тщательным и более внимательным при поиске тела?.. Это же не так просто! Чу Муюнь вздохнул и хотел хорошенько высказать всё Малышу Зеро, кто бы мог подумать, что горячая волна жара ударит его в лицо, и сильный поток воздуха снова отправит его пушистое тело в полёт. Поражённый волной, он почти потерял все внутренние органы. Умерев всего один раз, Чу Муюнь не планировал умирать во второй. Он отбросил мысль об общении с Зеро и поднял глаза: сцена в новом месте была действительно захватывающей. Он был в огромной пещере. Странные сталактиты и сталагмиты в пещере были полностью разрушены и превратились в пыль, а дно пещеры, которое должно было быть тёмным и влажным, сейчас полно огня. Яркость была как днем, температура была сравнима с пустыней Сахара, и всё пространство в пещере, казалось, было странно искажено. В это время в центре пещеры, на самом широком месте, стоял огненно-красный зверь около трех или четырех метров высотой с огромной головой, как у тигра или льва, но сильным, как у слона, телом, и огромными, крепкими и тяжёлыми лапами, на кончиках которых блестели острые когти. В этот момент он, казалось, был сильно раздражён, обнажив клыки, его тело горело оранжевым пламенем, постоянно высвобождая огромную силу, стремясь перевернуть всю пещеру. Это свирепый зверь девятого порядка, и его сила идёт прямо от Бога зверей! Чу Муюнь не мог распознать породу этого свирепого зверя, в конце концов, каким бы извращённым он ни был, он не стал бы делать обстановку настолько детализированной, чтобы подробно описывать каждого дикого зверя. Но что означает зверь девятого порядка? Например, команда главного героя участвовала в победе над зверем шестого порядка в середине сюжета, там были сотни людей, и только после более чем десяти дней они, наконец, убили большого зверя. А девятый порядок, естественно, сильнее шестого. Один только удар лапой приведёт к гибели людей. На данный момент есть только один человек, который пришёл, чтобы бросить вызов этому свирепому зверю. Чу Муюнь поднял глаза и неожиданно увидел некоего бойца с красными глазами. Итак... является ли он новой целью миссии? Чу Муюнь подумал о способностях этого бешеного психопата, и у него внезапно заболел живот. Он уже скучает по нему по императору Гордыни. Он хочет вернуться и провести с ним следующий месяц, уничтожая кровать. Даже если ему после одного раза придётся пролежать в постели целый месяц это будет лучше, чем влюблять скучного психопата. И теперь большой волкодав нашёл себе новую "жертву", взволнованно играя с этим жалким зверем. Всё верно, это просто игра. Может быть, этот большой огненно-рыжий парень и обладал большой боевой мощью в начале, но независимо от того, был ли он человеком или зверем, при обычных обстоятельствах, чем больше он сражается, тем больше он устаёт, и чем дольше он сражается, тем меньше может продержаться. Но Лин Сюань определённо не обычный человек. Он становится всё сильнее и сильнее. Чем больше он сражается, тем больше он сражается. Если это может заставит его немного пролить кровь, он будет полон волнения и появится кровожадная аура, от которой его боевая мощь точно удвоится. Итак... Ситуация боя перед нами уже ясна, и не будет никаких неожиданностей. Чу Муюнь думал о том, как использовать своё "слабое" тело комочка шерсти, чтобы вызвать интерес императора Гнева.…… Зеро, который до этого молчал, наконец заговорил тихим голосом: [Это... он собирается убить свою мать...] Чу Муюнь: «......» Малыш Зеро: [Хотя ... это не твоя собственная мать, но всё же этого тела...] Чу Муюнь: «Кто тебе сказал, что это была "моя" мать?» Зеро: [В пещере, большой и маленький звери, разве они не мама и ребёнок?] Чу Муюнь: «Это также может быть старик и ребёнок-невеста.» Зеро：[……] Чу Муюнь: «Малыш, не все четвероногие связаны кровным родством. Это огненный зверь, а я, очевидно, ледяной. Независимо от сочетания, никто не может родить ребёнка с противоположной стихии.» Зеро：[……] Чу Муюнь: « ^_^ Ну же, скажи мне, в чём ты виноват?» Зеро: QAQ! Чу Муюнь собирался спросить ещё раз, но заметил, что битва окончена. Звук падающего гиганта внезапно заставил всю пещеру раскачиваться. Глаза Чу Муюня были быстрыми, а ноги ещё быстрее, он выпрыгнул, отскочив, избежав трагической участи быть забитым камнями до смерти. Самый последний его прыжок пришёлся прямо перед Лин Сюанем. Затем... Чу Муюнь почувствовал очень болезненную разницу в росте. Чувство, когда он поднимает голову до тех пор, пока не перевернёшься вверх ногами,на самом деле... нечего сказать, давайте просто привычно вернёмся к делу Лин Сюань также увидел комок льдисто-голубой шерсти на земле. Он убрал чёрное пламя с рук и поднял маленького парня. Мистер Чу был доволен тем, что наконец-то смог посмотреть ему в лицо. Император Гнева некоторое время осматривал его, затем его тонкие губы слегка приподнялись, алые глаза сузились, и он злобно улыбнулся. Как только Чу Муюнь подумал, что все его сыновья такие красивые, он услышал нечто такое, что заставило его задуматься о жизни. Лин Сюань: - Я убил твою мать, так что отныне ты будешь следовать за мной. Чу Муюнь: «......» Зеро：[……] Итак, откуда взялось это большой и маленький звери в одной норе обязательно должны ли это иметь отношения матери и ребенка? Что это за глупость? Пожалуйста, посмотри на стихии, посмотри на цвет, посмотри на форму, а затем посмотри на внешний вид. Хотя они оба четвероногие, мать-собака не может родить ребёнка-кошку, понятно! Чу Муюнь скучал по нему всё больше и больше... Если бы он мог, он хотел бы вернуться и быть маленьким белым цветком еще 500 лет.…… Приговор Императора Гнева, очевидно, не обсуждался, и он не хотел прислушиваться к пожеланиям комка шерсти. Он протянул пальцы, поднял мягкого маленького парня, хлопнул его по плечу и вышел из пещеры. По пути было очень тихо, но после выхода из пещеры окружающий воздух внезапно напрягся, и надвигалось большое заклинание. Сила была ужасающей, а импульс сотрясал небо. Такое действительно трудно предотвратить, независимо от того, насколько высок уровень развития, боюсь, это неизбежно, пока он в зоне действия, он либо умрёт, либо будет ранен! Однако Лин Сюань даже не нахмурился ни на мгновение и вовсе не собирался избегать этого. Он поднял руку, его белые кончики пальцев почернели, образуя меч, его запястье слегка пошевелилось, и он нанес горизонтальный удар. Ужасное заклинание, которое, казалось, могло уничтожить небо и землю, мгновенно развалилась на части, и величественная сила рассеялась Чу Муюнь, который смотрел прямо на всё это, не мог не воскликнуть: «Такой чертовски красивый!» Выражение Зеро было трудно описать: [ ⊙0⊙ ] Свет и тень рассеялись, и на противоположной стороне одновременно оказались пять или шесть человек, прикрывающих грудь. Их лица были желтоватыми из-за заклинания, и их рвало кровью. Лин Сюань слегка огляделся, затем поднял ногу и без всякого интереса ушёл. Очевидно, эта группа из десятка человек намеренно устроила засаду и напала на него здесь. Крупномасштабное заклинание только что также забрало всю силу шести бессмертных высшего уровня, запустивших его одновременно, что было достаточно мощным, чтобы сровнять с землёй гору. Жаль, что императору Гнева достаточно просто поднять палец, чтобы легко от этого избавиться. Разница в силе слишком велика, неудивительно, что Лин Сюань это не интересует. Но, если ему не интересно, он может просто уйти. Он может пойти влево или вправо, но Лин Сюань не идет ни влево, ни вправо, он движется вперёд прямо в центр этой тщательно спланированной команды, которая готова свергнуть "Босса Гнева"..…… В случае с императором Гнева "высокомерие" - это не прилагательные, а глагол. Как только он двинулся, он показывал "высокомерие". Такое игнорирование возмутило людей, которые пришли в крестовый поход. Мужчина средних лет м мечом сказал: - Дьявол! Я хочу убить тебя, чтобы отомстить за Хозяина! Его длинный меч высокого качества, а навыки фехтования довольно хороши. Хотя он был зол, он не нарушил правил и предписаний. Все атаки пришлись по слабым и труднодоступным местами человеческого тела.…… Жаль, что Лин Сюань всё ещё игнорировал это. Однако длинный меч остановился в двух футах от цели. Острый длинный меч, казалось, вонзился в сталь, и даже мужчина средних лет не мог вытащить его со всей своей силой. Присмотревшись повнимательнее, можно заметить сильное чёрное мерцание там, где длинный меч остановился, очевидно, остановленный прозрачным щитом света. Лин Сюань шагнул вперёд и, войдя в толпу, поднял губы и усмехнулся: - Чего же ты стоишь? Действуй. Эта ненависть... Чу Муюнь необъяснимо немного посочувствовал этими людьми, которые пришли, чтобы окружить "дьявола".…… - Лин Сюань! Ты должен умереть! - Демон, я убью ненавистного убийцу моего отца! - ... эта ненависть никогда не будет погашена! - ...унижение во время женитьбы неразделимо! Чу Муюнь: «... произошло что-то странное.» По правде говоря, в этой группе людей нет ни одного человека, который действительно имел бы дело с Лин Сюанем. Он не пытался очистить имя Гнева, но этот парень действительно был слишком избирателен в плане тех, кого он хотел убить, и всегда был слишком ленив, чтобы убивать тех, кто был слишком слаб, и прямо сейчас, те, кто был слаб, составляли около девяноста девяти десятых девяти из тех, кто был перед ним, эта группа людей была довольно заметной, среди других, но перед Лин Сюанем, даже если те из них, у кого были свои "отцы", "мастера" или даже их "предки-основатели", никогда не смогут впечатлить Лин Сюаня, так что к их смерти он не имел никакого отношения. Но почему так много людей бросают ему вызов? Во-первых, его "высокомерие" вызывает ненависть. Во-вторых, репутация Лин Сюаня как одного из семи настолько плоха, что уступает только Обжорству, поэтому тот, кто сможет убить его, определенно сможет стать знаменитым, возможно, отныне он станет национальным героем, женится на самой прекрасной женщине, создаст свою секту и окажется на вершине мира! В мире Демонов нет недостатка в горячих мужчинах, поэтому несколько слов, сверху немного ненависти, и команда на зачистку босса готова. Лин Сюань прошёл вперёд, даже не пошевелив пальцем. Вокруг него были десятки людей, заклинаний и магического оружия. Все они разбивались в дребезги. В результате ни один из них не смог пробить Императора Гнева. Прозрачный световой щит небрежно окружал его. Чу Муюнь лежал у него на плече, глядя на разноцветные краски перед собой, и ему казалось, что это очень красиво. Характер Лин Сюаня настолько плох, что такой же ещё поискать надо, но надо сказать, что эта могущественная сила действительно огромна. Драка началась необъяснимо, и конец ее тоже был нелеп. Все нападавшие остались невредимыми от начала и до конца. Вместо этого люди, которые совершили нападение, истощили себя до полусмерти, и позже вместе бросились в драку. В конце концов, они были командой, которая собиралась вместе по своему желанию. Заклинания не были эффективными, и Лин Сюаня нельзя было поразить, но он мог ударить. На мгновение всё погрузилось в хаос, и они закончили тем, что начали убивать друг друга. Лин Сюань уже почти собрался покинуть бой, как вдруг кто-то закричал: - У этого демона на плече зверь ледяного духа! Этот голос не был громким, но было жаль, что группа людей опомнилась, у них не было времени позаботиться об этом, когда они услышали его, но эта фраза неожиданно разбудила Чу Муюня. Зверь ледяного духа... он не ожидал, что на самом деле он всё ещё будет ребенком. В это время Чу Муюнь также знал, почему Гнев забрал его. Зверь ледяного духа - это высококлассный зверь с отличным талантом и необычайной боевой эффективностью. После того, как он вырастет, он будет обладать невероятной силой, сравнимой с Богом зверей. Более того, у зверя ледяного духа есть чрезвычайно ценное место. Ходят слухи, что после того, как он достигнет совершеннолетия, он будет регулярно производить жидкость ледяного духа. Эта вещь чрезвычайно ценна и была названа высшим материалом мира алхимии. Её можно встретить, но очень редко. Зверь ледяного духа для Лин Сюаня - это не только запас на будущее, но и немного мёда, который привлекает пчёл и бабочек. Это просто ребёнок. Чу Муюнь подумал об этом, у Лин Сюаня уже был смутный план, но император Гнева не следовал здравому смыслу и нанёс ему ещё один удар по голове. Лин Сюань: - Позволь мне дать тебе имя. Чу Муюнь: Я этого не хочу. - Как насчет Дуо-Дуо*? (п/п 朵 [ duǒ ] - это счётное слово для цветов, но вместе 2 иероглифа 朵朵 [ duǒ duǒ ] означает "Цветущий") Чу Муюнь: ...... - Мао-мао*? (п/п нет, это не то "Мао", которое означает "Мяу", это 毛 [ máo ] означает "шерсть/волосяной покров/волос/перья/пух", иными словами это имя означает "Пушок") - Рон-рон*? (п/п 茸 [ rōng ] - "метёлка", но вместе 2 иероглифа также означают "Пушистый") - Туан-туан*? (п/п 团 [ tuán ] - не важно, что этот иероглиф означает по отдельности, важно то, что 2 этих иероглифа образуют слово "Клубок") - Цю-цю*? (п/п 球 [ qiú ] - "шар/сфера/шарик") Чу Муюнь: Я выбираю смерть! Возможно, Лин Сюань знал о сильном протесте маленького парня на своих плечах и подавил своё желание называть его как дикую лошадь. Внезапно он необъяснимым образом вспомнил маленького заклинателя формаций, который поймал его в ловушку на пике Тысячи Фениксов три года назад, его тонкие губы приподнялись, и император Гнева тихим голосом выплюнул два слова: - Сяо Юнь. Чу Муюнь внезапно вздрогнул. Лин Сюань уже принял решение: - Отныне тебя будут звать Сяо Юнь... Хотя Чу Муюнь подумал, что имя "Сяо Юнь" тоже очень девчачье, но оно было намного лучше, чем ряды парных фонетических символов в приведённом выше списке, поэтому он схематично кивнул. Но затем он услышал, как Император добавил ещё одну фразу: - Твое имя будет Сяо Юнь, а прозвище – Дуо Дуо, ясно. Чу Муюнь: ...... Он долго думал об этом, действительно думал об этом, и у него заболела печень, когда он подумал об этом! Зеро: [Это......] Малыш Зеро, который был сегодня виноват, всё ещё был готов рассказать всю историю после того, как в третий раз почувствовал стремление Чу Муюня к Гордыне. У Чу Муюня было сильное предчувствие, что это не к добру: «Да ладно, что это, чёрт возьми, такое?» Зеро: [После того, как я всё расскажу, не убивай меня.] Чу Муюнь: «......» Чу Муюнь: «Сначала расскажи, а потом я подумаю.» Зеро: [ QAQ! ] Чу Муюнь: «Хорошо, хорошо, я не буду тебя убивать.» Зеро поколебался: [...всё дело в Гордыне.] Чу Муюнь: «Что? Аватарка не работает?» Зеро: [Всё работает.] Чу Муюнь вздохнул с облегчением: «Это не проблема, разве миссия не была успешна?» Зеро: [После того, как загорелся аватар, появилось ещё одно задание.] Сердце Чу Муюня бешено заколотилось. Зеро стиснул зубы и сказал: [Последнее условие миссии таково: сделать предложение другой стороне и получить согласие.] Чу Муюнь: «......»