И как мне сделать предложение семерым?!

После такой суеты в течение дня Су Шуан расслабилась, только съев вечером вкусную и сытную еду. Прошло два года с тех пор, как она приехала во дворец Небесного Бамбука, одна была одной из первых, отправленных сюда. Сначала она была довольна, что может служить Чу Муюню, но спустя два года, используя бесчисленное количество уловок и даже лекарств, этот красавец, который был подобен богу, просто отказывался прикасаться к ней. Су Шуан была расстроена, но не осмелилась сказать это. В конце концов, Чу Муюнь отдыхал с ней несколько ночей. Хотя он ничего не сделал, её покровитель уже был впечатлен ею из-за этой чести. Как она могла сказать, что между ними ничего не было? Разве это не всё равно, что ударить саму себя по лицу? Только по чистой случайности она смогла встретиться с Почтенного Мастера сегодня в саду за домом. Почтенный Мастер чрезвычайно строг, так что можно было даже не пытаться подкупить кого-либо, ты сразу будешь изгнан из Дворца Небесного Дождя. Су Шуан не хотела покидать это хорошее место, поэтому жила очень мирно, и всё, что она могла сделать, это пройтись и посмотреть. Однажды, если повезёт, она сможет сорвать куш. Прямо как сегодня…… Жаль, что прежде чем она успела что-то сделать, её остановил молодой лорд. Су Шуан невольно похолодела, когда подумала об этом красивом и возмутительном маленьком мальчике. Иллюзия, сплошная иллюзия! Как могло такой хрупкой маленький господин быть таким пугающим? Невозможно. Су Шуан поужинала и собиралась лечь спать, чтобы отдохнуть, но её постигла неожиданная радость. Пришёл слуга, поклонившись, он сказал очень вежливым тоном: - Мисс Су, Господин желает видеть вас. Глаза Су Шуан были полны удивления: - Господин... - Пожалуйста, переоденьтесь и следуйте за нами как можно скорее, госпожа. Когда Су Шуан услышала это, она тут же встала: - Подожди минутку, я собираюсь искупаться... - Господин уже ждёт вас, вы можете искупаться в главном зале. Эти слова содержали намёк. Су Шуан обучалась такому с детства. Как бы она не поняла? Взволнованная, она вернулась в заднюю комнату, выбрала платье самого прекрасного фасона и надела его. Когда она вышла, она уже была грациозна и очаровательна. Слуга всё время выглядел спокойным, и когда он увидел, что она выходит, он сказал: - Мисс Су, пожалуйста. Су Шуан внимательно следовала за ним. Она живёт в конце дворца Небесного Дождя, и если захочет попасть в главный зал, ей придётся пройти через задний сад. Сад днём солнечный и полон цветов. Красоту этого трудно передать, но ночью сад полностью отличается от дневного. Чем великолепнее цветы, тем пугающее они в тёмную ночь. После того, как прекрасный красный был окрашен ночной тьмой, он действительно имел отвратительный оттенок, они казались ледяными, почти поглощающими кровь человека. Су Шуан была необъяснимо взволнована, но когда она подошла к мосту и увидела великолепно одетого подростка, её сердце замерло. Под серым лунным светом он был одет в китайский костюм, подвески на его теле были бесценны, а прекрасная аура, которая его окружала, обладала удивительной чарующей силой. Как кровожадный цветок, расцветающий на границе ада, такой опьяняюще красивый, но никто не узнает о ядовитых шипах под его бутоном, те, кого они укололи, цепенеют, и когда падают в море цветов, их кровь высасывается досуха. Именно свежая, насыщенная алая кровь олицетворяет жизнь, питающую такой нежный цветок. Су Шуан хотела убежать, но слуга, который вёл её, подтолкнул её в спину. Су Шуан тоже заклинательница, так что она знает, что это такое. Если она сделает ещё один шаг назад, её нижняя часть живота будет проникнута! Лицо Су Шуан побледнело, она открыла рот, но не могла вымолвить ни слова из-за сильной паники. Шэнь Шуянь посмотрел на неё издалека и вдруг приподнял губы, улыбнувшись. Он родился красивым, и изгиб его улыбки был особенно сладким, как мягкий зефир, с оттенком мальчишеской невинности, но то, что он сказал, заставило её кожу головы онеметь: - Разочарована? Это не он тебя искал. Су Шуан наконец отреагировал: - Так это не Почтенный господин хотел видеть меня, это... это вы. Шэнь Шуянь улыбнулся и посмотрел прямо на неё: - Уже так поздно, что ты собираешься делать, когда увидишь его? Су Шуан не могла ответить. На самом деле, её мозг был полностью опустошён. В этот момент она чувствовала себя так, словно её укололи шипом кровожадного цветка. Паралич распространился по всему её телу, и она могла только смотреть, как приближается смерть. Голос молодого человека был совсем не прекрасным, и после того, как он стал ещё ниже, появилось невыразимое чувство: - Ты так красиво одета. Ты хотела, чтобы он снял это с тебя? Наряжаясь так красиво, ты хотела, чтобы он обнял тебя? Или поцеловал, или... ещё... Су Шуан не могла говорить, она могла только продолжать качать головой, пытаясь бороться из последних сил в такой неуклюжей позе. Но её заплаканный вид раззадорил Шэнь Шуяня. Сердце А'Юня мягкое, ему определенно будет больно видеть, как она вот так плачет, верно? Захочет ли он утешить её? Мягко успокаивать её? Прикоснуться к ней своими тёплыми руками? Даже... зайти дальше? Может ли то, что принадлежит ему, отдано другой? Ни за что... Это никогда не случится! Улыбка полностью исчезла с лица Шэнь Шуяня, его пальцы слегка дрожали, и он подошел к Су Шуан. - Обещай мне, не прикасаться к нему, не смотреть на него и не думать о нём... Он шептал тихо, от чего глаза Су Шуан расширились, а горло перехватило: - Отпусти меня, я покину дворец Небесного Дождя и никогда больше не буду с Господином. - Но ты уже сделала это. - голос мальчика сладок, как мёд, и даже имел странный аромат, - Твои грязные руки прикасались к нему, твои рыбьи глаза видели его, и твоя голова, полная мусора, думала о нём... Су Шуан была ошеломлена: - Я больше не смею, я никогда больше этого не сделаю. Шэнь Шуянь улыбнулся, уголки его рта болезненно и параноидально изогнулись: - Верить можно только мёртвым. Когда он произнёс эти слова, на его изысканном лице осталось только безразличие. Глаза Су Шуан внезапно расширились. Она не могла пошевелиться. Всё, что она могла чувствовать, это быстрое падение своего тела. Когда ледяная озерная вода хлынула ей в уши, нос и горло, она почувствовала сильное удушье. К сожалению, она даже не могла ничего сделать. Её зрение становилось всё более и более размытым, и последнее, что пришло в голову, было большим алым цветком. Красный, как кровь, но необычайно нежный. Прекрасный цветок и одновременно "кровожадный" демон, рождённый в аду. Стоя на мосту, Шэнь Шуяню потребовалось много времени, чтобы успокоить свои эмоции. Такая смерть слишком легка. Чего он хотел, так это отрезать эти жалкие руки, выколоть эти уродливые глаза и свести её с ума, чтобы она никогда больше не думала об этом человеке.…… Но нет, он не мог этого сделать. Так он будет... обнаружен. Шэнь Шуянь глубоко вздохнул, повернулся и пошёл обратно в дом. В саду за домом посреди ночи было тихо, словно на кладбище. Появился Чу Муюнь, он поднял руку и позволил женщине, опустившейся на дно озера, всплыть на поверхность. Она всё ещё была жива, в конце концов, она заклинательница и не могла утонуть так быстро. Чу Муюнь особо не приглядывался, но приказал тёмному стражу позади себя: - Отошли её, Су Шуан больше никогда не должна появиться. **** Шэнь Шуянь проснулся посреди ночи, и когда он вышел из дома, Чу Муюнь последовал за ним. Хотя такое и случилось днем, он делал вид, что ничего не произошло, но как это могло его совсем не беспокоить? Как мог Чу Муюнь, творец, не знать насколько сильна жажда обладания Жадности? И всё действительно произошло так, как он и ожидал. Зеро: [Я больше никогда никого не буду недооценивать из-за его маленького роста.] Чу Муюнь: «Если сумасшедший стал меньше, он просто стал "маленьким сумасшедшим".» Зеро: [Конечно же, это и есть его сущность…] Маленький сумасшедший ещё страшнее взрослого сумасшедшего QAQ! Сделав соответствующие приготовления, Чу Муюнь скрыл своё присутствие и направился в спальню Шэнь Шуяня. Наконец, сделав то, что он хотел сделать, маленький Жадность торжественно заснул, Чу Муюнь осторожно открыл дверь и тихо вошёл. Лунный свет, как вода, растекался по великолепным серебристо-серым одеждам, покрывая маленького мальчика, сочетаясь с его белой кожей и красивой внешностью, он так прекрасен, что сердце начинает биться сильнее. Чу Муюнь спокойно наблюдал, стоя в тени, выражение его лица было трудно различить. Внезапно, словно мечтая о чём-то, Шэнь Шуянь слегка пошевелился, и его белые пальцы тут же сжали что-то лёгкое и тонкое, он лежал на боку, поджав ноги и выгнув тело полудугой. Чу Муюнь слегка нахмурился, подошёл ближе, а затем увидел, что маленький Жадность держит в своих руках. Это был халат цвета индиго, простой и щедрый по стилю, текстуру нельзя было назвать мягкой, но работа всё равно была очень изысканной. Всё это не имеет значения, важно то, что... это одежда Чу Муюня. Даже он не помнил, когда оставлял его здесь, или, может быть, он вообще не оставлял его, а Шэнь Шуянь намеренно забрал его. Это действительно... небезопасно. Но это было совершенно не похоже на Янь Шэня, который тоже был неуверен в себе. Его назвали Зависть потому, что если он не может получить то, что хочет, он продолжает завидовать красоте, которая есть у других, и выбирает разрушить это. А Жадности неважно может ли он получить это или нет, он только хочет получить это, даже если в итоге это будет разрушено, даже если то, что он получает, - это не то, что он хочет в первую очередь. Его вещи были испорчены его ужасной жадностью, но он хотел только получить их, жадно пытаясь полностью завладеть тем, что ему нравилось. На самом деле, Жадность не понимает истинных чувств. Это правда, что преданность Шэнь Шуяня истинна, но это не имеет ничего общего с чувствами. Как и сейчас, его сердце полно Шень Юня, и это чувство собственничества настолько сильно, что заставляет чувствовать холод. Но... Зеро сказал, что у его аватара даже не освещён ни один угол. Он был серым, что свидетельствовало не об одиноком и безмолвном сердце Шэнь Шуяня, а о том, что у него вообще нет сердца. Под этим прекрасным телом он просто беспокойный жадный демон. Чу Муюнь опустил глаза, скрывая холодные эмоции, но в уголках его рта появилась очень поверхностная улыбка. Он протянул руку и погладил гладкие длинные волосы Шэнь Шуяня. Когда последний локон чернильных волос был готов упасть, Чу Муюнь поднял руку, нежно поцеловал кончик красивых волос и прошептал: - ...Я дам тебе ещё пять лет. "Случайная смерть" Су Шуан от падения в воду не вызвала ни малейшего всплеска во дворце Небесного Дождя. После того, как Чу Муюнь услышал это, он договорился, чтобы кто-нибудь назначил ей пенсию, и больше ничего не было, даже немного печали или грусти. Шэнь Шуянь всё время следил за ним, поэтому мог видеть очень ясно. Хотя он хотел как можно лучше контролировать свои эмоции, его яркие глаза всё равно в конце концов выдавали его мысли. Он очень счастлив, что его А'Юнь не принадлежит никому другому, и его А'Юнь не осквернен тем грязным мусором. Чу Муюнь, как всегда, баловал Шэнь Шуяня, больше не ограничиваясь едой и одеждой, он стал брать его с собой, чтобы лично воспитывать. Казалось, что с тех пор, как Шэнь Шуянь назвал его своим отцом, он взял на себя отцовские обязанности. Сначала, когда на собрании появился красивый маленький мальчик, многие люди выразили недовольство. Но Чу Муюнь развеял их мысли всего одной фразой: - Шуянь унаследует мой титул в будущем, так что пришло время начать учить его. Эти слова были мягкими, но потрясли всех. Почтенный Господин действительно так рано выбрал наследника! И этот наследник даже не его собственная плоть и кровь! Если раньше всё ещё было много людей, которые презирали Шэнь Шуяня, то сейчас абсолютно никто не посмел бы игнорировать это. Начиная с разрушения Границы и хаоса в мире людей, власть Чу Муюня быстро росла. Всего за шесть лет он смог легко скрутить человеческую расу в веревку с помощью силы, которую он принёс с собой из будущего, давая отпор стадам монстров, которые пришли после открытия трещин. Хотя у Шэнь Шуяня нет воспоминаний о прошлом, он от природы умён и может стать отличным оружием при небольшом наставлении. Три года назад Чу Муюнь начал знакомить его с вещами. Три года спустя 13-летний мальчик уже мог помочь своему отцу с письмами с инструкциями. У Чу Муюня было намерение найти для него какое-нибудь занятие, и ему было очень легко передать ему бразды правления. Именно в этот период времени Шэнь Шуянь быстро рос, постоянно находясь в контакте с различными делами. Он превратился из ребёнка, который не может не проявлять свои эмоции, в молодого мастера дворца с улыбкой в уголках рта, очаровательной внешностью и превосходным поведением. В то же время он растил свою собственную власть и воспитывал доверенных лиц, которые были полностью послушны ему. Чу Муюнь видел всё в его глазах, но никогда не вмешивался, и, казалось, очень доверял Шэнь Шуяню. Что бы он ни делал, ему слепо потакали и баловали. Поскольку ему приходилось заниматься государственными делами, Шэнь Шуянь переехал в боковой зал Чу Муюня, а иногда даже допоздна засиживался в кабинете. Чу Муюнь не позволял ему засиживаться допоздна. Он приходил и просил его отдохнуть, когда становилось поздно. Как и сегодня вечером, луна уже висела высоко в небе, а Шэнь Шуянь, одетый в серебристо-белый плащ, всё ещё держит в руках письмо. Чу Муюнь вошёл и сказал: - Закончишь завтра, пора отдыхать. Когда Шэнь Шуянь увидел его, он сразу же поднял голову, и трогательная улыбка появилась на его тонких чертах лица: - Отец. Чу Муюнь ответил: - В чём дело? Он увидел, что Шэнь Шуянь уже некоторое время пристально смотрит на письмо. Шэнь Шуянь сделал паузу. Чу Муюнь уже подошёл, и с легким взглядом он мог ясно видеть содержание письма. - Не обращай внимания на это, я не собираюсь искать себе жену. Рука Шэнь Шуяня, держащая бумагу, бессознательно сжалась: - Отец... Чу Муюнь посмотрел на него: - А? Шэнь Шуянь опустил глаза, его ресницы были очень длинными, и когда он слегка дрожал, казалось, что трепещат крылья бабочки: - Это из-за меня ты не женишься? Чу Муюнь был слегка поражён. Шэнь Шуянь поднял на него глаза: - Ты боишься, что со мной будут плохо обращаться, так что... Чу Муюнь улыбнулся и сказал: - Не думай слишком много, я просто пока не хочу. Шэнь Шуянь некоторое время молчал, затем поднял голову и, не мигая, уставился на красивого мужчину, стоявшего перед ним, парой прекрасных глаз. - Отец, у тебя есть кто-нибудь, кто тебе нравится?