И как мне сделать предложение семерым?!

Чу Муюнь: «......» Малыш Зеро: [Я и подумать не мог, что Лени так понравится Обжорство.] Чу Муюнь: «......» Малыш Зеро: [...] Ну, он не спросил, что не так, вероятно, ничего не было не так.…… Конечно, Чу Муюнь понимал мысли Цзин Мо. Ребёнок чувствовал, что он не так важен, как это яйцо, и боялся, что он убежит, поэтому взял заложника... Ах, нет, это яйцо. Однако, если бы он действительно хотел убежать... Что ж, Чу Муюнь вдруг подумал, что Цзин Мо выглядит как подросток, но не был подростком. В возрасте тысяч лет он переживал такие взлеты и падения, и его ум был далёк от подросткового. Он не чистый лист бумаги, как маленький волкодав, который спал тысячи лет. Снаружи у него нет цвета, но внутри он несёт в себе всю злобу мира. Разве такой Цзин Мо не понял бы истину, что "даже если он сохранит яйцо, он не сможет по-настоящему сохранить человека"? Конечно, он понял. Но он обратился с этой просьбой. Почему? Уголки рта Чу Муюня слегка приподнялись, и он понял - это было заигрывание. По прошествии стольких лет, на самом деле, предпочтения папочки Чу уже очень очевидны. ''Он был строг, когда сталкивался с сильными, и мягок, когда сталкивался со слабыми.'' Для таких могущественных людей, как Мо Цзюшао, Янь Шэнь и Се Цзивэй, он просчитал всё от начала до конца, и его игра была безупречной, и он безжалостно издевался над подонками. Тем не менее, он относился к Шэнь Шуяню, Лин Сюаню и Цзин Мо, будущим демонам, которые потеряли память по разным причинам, гораздо более доброжелательно. Каждого из них он очень баловал, и у них был потенциал становиться всё более и более могущественными. Даже к Е Цзянханю, который так отчаянно хотел это сделать, после того, как он стал Е Дан-Даном, Чу Муюнь относился намного лучше. Хотя время от времени он устраивал шалости, в целом он всё ещё был избалован. Поэтому, когда такой необыкновенный мальчик, как Цзин Мо, был избалован, папочка Чу ничего не мог с этим поделать. Он посмотрел на него с улыбкой: — Ты боишься оставаться здесь один? Цзин Мо знал, что его разум был раскрыт, но у него не было никаких ухищрений. Он по-прежнему выглядел спокойным, и его голос был успокаивающим и красивым: — Да. Он действительно прямо признался в этом. Чу Муюнь заинтересовался. Он подошёл к нему, вытер тёплыми пальцами лоб и убрал падающие серебристые волосы за его светлые уши. Это действие было интимным и знакомым, и между ними было немного привязанности, когда они оказались в тупике. Цзин Мо не из тех молодых людей, которые не разбираются в людях, так как же он мог не заметить намёка Чу Муюня. Он протянул руку, немного потянул его вниз и приподнял его светлые губы. Чу Муюнь был поражён. Цзин Мо воспользовался ситуацией, чтобы разжать зубы, и окутал свой язык огненной аурой, которая полностью отличалась от его поверхностного поведения. Они поцеловались, немного затаив дыхание. Чу Муюнь был очень чувствителен к прикосновений Цзин Мо. Его кожа сильно притягивала его. Когда они были близко друг к другу, комфорт, который распространялся из каждой поры, был действительно опьяняющим. На самом деле, это не имеет ничего общего с похотью. Это просто чувственное наслаждение. Если описать это, то, вероятно, как человек с чрезвычайно чувствительной кожей и аллергией на чистый хлопок сталкивается с мягкой и безвредной тканью, похожей на облако. Удовлетворение от того, что он завернут в неё, заставляет вздыхать от счастья. Чу Муюнь также проанализировал, почему это произошло. Вероятно, это был не простой физический фактор, а ментальный. Ущерб, нанесенный Владениями Асуры Чу Муюню, был немалым, а у людей обычно есть инстинкт искать выгоду и избегать вреда. Трагический опыт Цзин Мо на протяжении тысячелетий сформировал его необычное сердце и несравненную духовную силу. А слишком сильная психика может заразить других. Цзин Мо страстно хотел помочь Чу Муюню облегчить его боль, так что... Он сделал это. Когда они разомкнулись, Цзин Мо воспользовался ситуацией и поцеловал его в ключицу, а затем посмотрел на него: — Ты это сделаешь? Чу Муюнь немного зудел.В первые два месяца они только утешали друг друга во имя облегчения боли, когда открывались Владения Асуры, но с прошлого месяца они не могут сказать, кто первым проявил инициативу. Короче говоря, это естественно - переступить эту черту. Больше не нужны оправдания, просто сделай это, если хочешь. Конечно, они так и не добрались до конца.Что касается того, в чём причина, они подумали об этом друг для друга. Но в конце... это не имеет ничего общего с телом Небесного Бедствия. Цзин Мо никогда в жизни ни с кем не был так близок. Это правда, что Чу Муюнь очень силён, но небеса безжалостны и непостоянны. Кто знает, что случится с мотыльком в следующий момент. Чу Муюнь вышел из горячего источника, посмотрел на Цзин Мо, который был одет, и вдруг сказал: — Ты можешь пойти со мной. Цзин Мо поднял на него глаза. Чу Муюнь немного подумал и сказал: — Пойдёшь купишь что-нибудь, потом встретимся с другом и вместе вернёмся. Цзин Мо спросил: — Это повредит твоему другу? — это беспокойство действительно необходимо. Но Чу Муюнь подумал о серебряном теле маленького лисёнка и не смог удержаться от смеха: — Всё в порядке. Единственный человек в мире, которого не потревожит Цзин Мо, - это, вероятно, лисёнок. Пока он продолжает заниматься сексом, тело Серебряной Удачи не исчезнет, и с таким телосложением лис будет жить только комфортной жизнью. Конечно, Цзин Мо этого не знал, он просто думал, что Чу Муюнь будет осторожен и защитит. Чу Муюню тоже было неудобно объяснять, поэтому он последовал своим мыслям и сказал: — Это всего на несколько дней или около того, ничего страшного, если тв будешь там.На данный момент маршрут уже составлен окончательно. Они вдвоём выходят, и Е Дан-Дан, естественно, последует за ними, но теперь он толстый и круглый, и голова у него действительно не маленькая, так что выйти с ним на улицу невозможно. Чу Муюнь обдумывал, как его убрать. Цзин Мо спросил: — Что это за яйцо? Прошло больше трёх месяцев, и он видел, как он вырос, но не видел, как он вылупляется. Это было действительно трудно разглядеть насквозь. Чу Муюнь дотронулся до яичной скорлупы и с улыбкой сказал: — Маленький злодей. Цзин Мо: — ...... Чу Муюнь поднял голову и подмигнул ему: — Ты узнаешь, когда он появится. Цзин Мо больше ничего не спрашивал. На самом деле, ему не очень понравилось это чёрное яйцо, особенно то, как на него смотрел Чу Муюнь. Такой взгляд с глубоким ожиданием особенно ослепителен. Цзин Мо сказал: — Лучше оставить его в пещере, мы всё равно скоро вернёмся. Чу Муюнь был не в своей тарелке: — Лучше взять его, он робкий, и ему будет страшно одному. Е Дан-Дан отказался принять это, но из-за присутствия Цзин Мо он отказалась показывать свои ноги. Цзин Мо больше не издал ни звука, но опустил взгляд и уставился на яйцо с чёрной скорлупой. Внезапно в его сердце появилась идея: Чу Муюнь передумал и забрал его из пещеры, вероятно, это как-то связано с этим чёрным яйцом. Он не хотел оставлять чёрное яйцо в пещере, поэтому просто попросил выйти вместе. Выражение лица Цзин Мо осталось неизменным, но его пальцы, спрятанные в рукавах широкого халата, слегка приподнялись. Чу Муюнь, наконец, выполнил заклинание и сделал "маленький самолет" для Е Дан-Дана. Е Дан-Дан сидел на нём, выглядя совершенно по-иностранному. Они втроём выбрались из пещеры, и дорога в Сумеречный город неожиданно прошла гладко. Лисёнок живет в этом городе уже давно, и считается, что он «равномерно подвергается воздействию дождя и росы*», поэтому удача всего города намного выше. (п/п вообще эта идиома означает ''проявлять одинаковое отношение ко всем'', но что-то мне подсказывает, что в данном контексте это значит ''ебётся со всеми подряд'') Конечно... если там появляется Цзин Мо, каким бы роскошным ни был город, он станет чёрным. Чу Муюнь схватился за сердце и внезапно почувствовал себя немного плохо. После того, как его сознание рассеялось, его брови были подняты. На самом деле в этом городе есть один старый знакомый. **** Хотя Чу Муюнь вовремя скрыл своё присутствие, он не был уверен, что сможет скрыть это. Судя по контакту божественного сознания только что, знакомым в Сумеречном Городе должен быть Шэнь Шуянь. Хотя он не знал, что он здесь делает, поскольку он чувствовал это, Чу Муюнь не хотел сталкиваться с ним. Немного подумав, Чу Муюнь сказал Цзин Мо: — Пока не входи в город, следуй за мной. Цзин Мо не стал много спрашивать, он спросил его, куда идти, и последовал за ним. В течение трёх месяцев Чу Муюнь очень хорошо воспитывал его и давал самую изысканную одежду. На его теле не так много украшений, всего три, но все они редкие и редкие сокровища. Они не только красивы, но и имеют свои особые эффекты: серебряная цепочка на его левом запястье - "ключ" к возвращению в пещеру; нефритовая заколка для волос, которая крепко связывает серебряные волосы сделаны из десятитысячелетней яшмы - ношение её круглый год может очистить меридианы и питать тело; самая привлекательная вещь - драгоценный камень на его поясе, который очень светлого цвета, но, кажется, переливается. Чу Муюнь поставил телохранителя в нем. Если он столкнётся с опасностью, он сам высвободит силу, избавив от страданий плоть и кровь. Цзин Мо был рождён таким красивым, и с таким тщательным внешним видом на него обращали внимание, куда бы он ни пошёл. Такие чисто серебристые волосы и серебристые глаза встречаются нечасто, а черты лица настолько привлекательны, что людям действительно трудно не обратить на них внимания.Он последовал за Чу Муюнем сбоку, они оба были высокими. Один, как нефритовое дерево, обращенное к ветру, а другой был стройным, как бамбук. Стоя рядом это было ещё приятнее для глаз. На слова человека в чёрном седовласый мальчик кивнул и тихо последовал за ним. Благовоспитанный вид особенно болезненный. Чу Муюнь немного пожалел об этом. Он знал, что Шэнь Шуянь был в Сумеречном Городе, так что ему следовало немного переодеться. Это действительно нехорошо - быть таким привлекательным. Перед тем, как войти в город, Чу Муюнь не вернулся в пещеру. Построившись в лесу за городом, он и Цзинь Мо временно отдохнули здесь. Как только он пришёл, он не мог вернуться в таком виде, и он также хотел знать, почему Шэнь Шуянь оказался в Сумеречном Городе. Нехорошо торопиться, но это нетрудно выяснить втайне. Чу Муюнь поднял лист и сложил его своими гибкими пальцами, и ''зимородок'' ожил. Цзин Мо посмотрел с любопытством. Чу Муюнь увидел это: — Нравится? Цзин Мо тихо сказал: — Мгм. Чу Муюнь улыбнулся и сказал: — Я сложу тебе красивую вещь позже. — сказав это, он слегка указал на зимородка, и птица, сделанная из листа, взлетела в воздух, как живая, а затем исчезла с внезапным звуком. Цзин Мо сказал: — Это очень интересная техника. Чу Муюнь сказал: — Этому нетрудно научиться. Когда ты поправишься, я научу тебя. Выражение лица Цзин Мо не сильно изменилось, когда он услышал это, он только ответил: — Хорошо. Чу Муюнь выбрал лист с красивым цветом и достаточно толстый, пошевелил пальцами и вскоре сложил ещё одного зимородка. Птица намного больше и нежнее. Чу Муюнь заинтересовался, достал ручку из сумки вселенной, осветил птицу яркими чёрными глазами и снова нарисовал крылья... Хотя это безжизненная вещь, это выглядит лучше, чем те, кто жив. Чу Муюнь протянул его ему: — Хорошо ли это выглядит? Цзин Мо поймал ''живого'' зимородка, но его пальцы слегка дрожали.На самом деле, он никогда не прикасался ни к одной птице. Эти хрупкие существа вообще не могут приблизиться к нему, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к нему. Если у него есть восприятие в радиусе километра, он боится, что будет избегать его далеко. Маленькие животные всегда очень интуитивны. Они могут чувствовать опасность и, естественно, не будут приближаться к нему. Цзин Мо осторожно коснулся маленькой головки птицы. Малыш действительно запел. Цзин Мо был поражён, затем слегка приподнял уголок рта, и лёгкая улыбка медленно расцвела, как будто возвращаясь на землю весной. Чу Муюнь яростно вспыхнул. Малыш Зеро: [ ( ⊙ o ⊙ )! Так интересно! Я тоже так хочу!] Гордое лицо Дан-Дана: наивный. Чу Муюнь: «......» Цзин Мо сказал: — Это создано силой? Чу Муюнь сказал: — Да, это маленькая марионетка. Когда сила, которую я дал ей, рассеется, она станет украшением. На самом деле, эта штука в определенном смысле считается живым существом. Чу Муюнь пробудил душу этого листа и превратился в маленького зимородка, но если бы Цзин Мо знал, что он действительно живой, боюсь, что произойдёт ещё одно стихийное бедствие. Поэтому Цзин Мо был счастлив услышать это от Чу Муюня, он тихо прошептал: — Это так красиво. Чу Муюнь поднял руку и коснулся его мягких волос, и как только он поймал прядь... Цзин Мо повернулся, наклонил голову и поцеловал его в губы. Чу Муюнь уставился на него, Цзин Мо протянул руку и прижался к её шее, позволяя поцелую, который слегка коснулся его, стать глубже. Чу Муюнь щедро наслаждался поцелуем красавицы, пока снаружи не послышались шаги. Естественно с базой совершенствования Чу Муюня он почувствовал это, но Цзин Мо не мог этого почувствовать. Чу Муюнь мог бы оттолкнуть его, но, подумав об этом, он не двинулся с места - в конце концов, он не был посторонним. Из-за своего собственного опыта Лень полон отчаяния и безразличия ко всему миру, и никто и ничто не мог поколебать его сердце в течение длительного времени. Если нет ожиданий, естественно, не будет и разочарований. Это самая элементарная самозащита. Прожив так много лет, Цзин Мо стал безжалостным и опустошенным.…… До недавних пор……Чу Муюнь почувствовал перемену в Цзин Мо и его лёгкое собственничество по отношению к себе. Такие эмоции нужно было беречь, как саженец, родившийся во время сильного шторма. Малейшая небрежность и он умрёт. Он действительно должен быть осторожен.И результатом такого неразделения является…… Маленький лисёнок: — Я... кажется, не вовремя? Как только появился маленький зимородок, он поспешил за ним. Он действительно не ожидал увидеть эту сцену. Когда кто-то приходил, Цзин Мо, естественно, не продолжал. Он отпустил его руку и отошёл от Чу Муюня. Чу Муюнь улыбнулся и очень естественно сказал: — Это Цин Ху*, зови его просто А'Ху**. (п/п *Здесь используется 青胡 [ qīng hú ], что означает (1 иероглиф)''молодой'' и (2 иероглиф)''глупый'', но это издёвка, т.к. здесь 胡 [ hú ] является омонимом слова 狐 [ hú ] - ''лиса''. Настоящее имя, конечно, означает ''молодой лис''(青狐), но Чу Муюнь издевается над ним так, чтобы лис этого не понял. **А вот здесь Чу Муюнь использует именно правильное 狐 [ hú ] - ''лиса'') Маленький лисёнок не мог оторвать глаз, когда увидел Цзин Мо. Чёрт возьми! Он тоже так красив! Цзин Мо слегка кивнул ему и сказал обычным тоном: — Здравствуйте, я Цзин Мо. Маленький лисёнок моргнул, и его душа была не на месте: — Хорошо ... хорошо... хорошо... Чу Муюнь взглянул на него: — Иди сюда, покажи мне свою базу совершенствования. Когда маленький лисёнок услышал это, его маленькое личико внезапно вытянулось, и он запнулся, когда заговорил: — Я... недавно... Чу Муюнь протянул руку, изогнув брови, и маленький лисёнок был готов заплакать: — Я ничего не могу с этим поделать, брат, ты не знаешь, в Сумеречный город пришёл злодей, он выглядит действительно хорошо... Кхм ... Не в этом дело, он такой властный. Он живёт в особняке городского лорда. Все, кто мне нравится, ждут его. Я ждал его так долго... прошло много времени... Чу Муюнь спросил: — Когда он пришёл? Маленький лисёнок: — Прошло около месяца. Чу Муюнь нахмурился и сказал: — Что он сделал? Маленький лисёнок действительно что-то знает: — Я слышал, как А'Ри сказал, что он, казалось, что-то искал... — Да? Маленький лисёнок многого не знает: — Похоже, это вход в какое-то место?