И как мне сделать предложение семерым?!

Этот звук доносится снаружи дворца, но казалось, что он звенит в ушах. Хотя он никого не видел, сам голос невольно заставлял представить бессовестного рыжеволосого мужчину. Чу Муюнь полностью успокоился. Он посмотрел на Шэнь Шуяня и тихо спросил: — Ты хочешь продолжить? Они всё ещё были в довольно интимном положении. Шэнь Шуянь спокойно уставился на него. Чу Муюнь слегка наклонил голову и медленно произнёс: — Сяо Янь, мне очень жаль. Когда Шэнь Шуянь услышал его слова, он только почувствовал крайнюю иронию. Он опустил голову и яростно укусил обнаженную белую шею. Он почувствовал вкус крови и оставил следы, но этого было недостаточно. Как он мог?！ Тысяча лет без смысла, три тысячи лет колебаний, отказ узнавать друг друга сразу после встречи, а в итоге в обмен только эти три слова, как он мог смириться с этим? Чу Муюнь не двигался, позволяя ему метаться, но его глаза, казалось, покинули его тело, равнодушно глядя на него с высока. Наблюдая за его колебаниями, наблюдая, как он сходит с ума, наблюдая, как он впадает в бредовые чувства. Неописуемое чувство унижения поднялось из сердца Шэнь Шуяня. Оно появилось не в этот момент, а рождалось в течение долгого, очень долгого времени, бесчисленных отчаянных и болезненных усилий. Если он просто убьёт его, будет ли он принадлежать ему? Сердце Шэнь Шуяня было полно безумных мыслей, которые были совершенно иррациональны, но он с великой печалью знал, что это бесполезно. Убийство просто дало бы ему шанс сбежать. Но... он не мог снова заманить его в ловушку. Под сильным захватом то, что Шэнь Шуянь испытал в своём сердце, было неописуемым чувством беспомощности. Он заботился только об этом человеке всю свою жизнь, и даже смысл жизни связан с ним, но этот человек не хочет принадлежать ему. Выражение лица Чу Муюня было очень спокойным. Он нежно посмотрел на Шэнь Шуяня и даже умиротворяюще поцеловал его между бровей. Его голос, казалось, шёл сквозь время и пространство, возвращаясь к тому времени, когда они впервые встретились. Он силён, он молод. Звук был подобен горячему песку, струящемуся в его ушах, тепло окутывая всю его жизнь. — Это моя вина, не плачь. Шэнь Шуянь, наконец, перестал двигаться. Он посмотрел на Чу Муюня, слёзы тихо текли, но на его нежном лице не было никаких хрупких эмоций, но появилось чрезвычайно нежное чувство, которое было подавлено силой. Это было особенно шокирующе. — Почему? Чу Муюнь закрыл глаза: — Нет никакой причины, прошлое есть прошлое. Шэнь Шуянь строго посмотрел на него: — Значит, я тебе больше не нужен, верно? Чу Муюнь тихо сказал: — Я многое забываю после смерти. Иногда это слишком больно, и я забываю ещё больше, но постепенно я вспоминаю какие-то смутные картины. Чу Муюнь никогда раньше этого не говорил, и Шэнь Шуянь некоторое время не мог понять, было ли то, что он сказал, правдой или нет. Он только что услышала, как он продолжил: — Например... я помню, что сильно люблю кого-то. Иногда он прекрасный подросток, а иногда прекрасный взрослый. Я помню его, но не могу его видеть, но такие чувства время от времени окружают меня. На самом деле, лучше забыть все прошлые и настоящие жизни, чтобы я мог жить новой жизнью, но, похоже, я не могу этого забыть. В конце концов, это в прошлом, даже если я вспомню об этом снова, что с этого будет? Дни, когда я потерял память, снова начал новую жизнь, встретил других людей, и познакомился с другими людьми, которые были мне небезразличны... Я не могу всё время жить в прошлом, постоянно перенося всех... Чу Муюнь болезненно покачал головой: — ... таким образом, у меня слишком много долгов, я ... я не знаю. Сказав это, он снова поднял голову и серьезно посмотрел на Шэнь Шуяня: — Сяо Янь, с тех пор как я умер, я больше не Шэнь Юнь и не Лин Му, я... Шэнь Шуянь смотрел на него, не моргая, как будто пытаясь определить подлинность его слов. Правда ли то, что он сказал? Неужели А'Юнь лжёт ему? Неужели это ложь, чтобы бросить его? За четыре тысячи лет он узнал слишком много вещей, так что он больше не знал, как ему доверять. Как мог Чу Муюнь не видеть то, о чём он ясно думал. Он медленно опустил глаза, его голос был по-прежнему спокоен, но пальцы сжались в кулаки, костяшки пальцев выступили и побелели. — Видишь ли, ты больше не можешь мне доверять. Если у двух людей нет даже самого элементарного доверия, они будут мучить друг друга вместе. Мы... — Я доверяю тебе. — Шэнь Шуянь прервал его и сказал холодным, но настойчивым тоном, — Я верю всему, что ты говоришь. Чу Муюнь внезапно поднял на него глаза. Шэнь Шуянь вздохнул с облегчением и тихо сказал: — Ты дашь мне шанс? Я больше не причиню тебе боли, я не позволю тебе умереть, только останься рядом со мной, просто смотри на меня, просто думай обо мне, не заботься ни о чём другом, не нужно ничего терпеть, я могу помочь тебе решить это, просто... Чу Муюнь был поражён. Шэнь Шуянь узнал об этом и увидел боль, промелькнувшую в глазах Чу Муюня. Сразу же после этого, подобно разъярённому зверю, ужасные тёмные эмоции неистово нахлынули, и в одно мгновение они поглотили нежное тепло, которое наконец поднялось в его сердце. Его голос потерял свою температуру: — Ты не можешь отпустить Лин Сюаня. Тело Чу Муюня напряглось. Хриплый голос Шэнь Шуяня был полон паранойи и отчаяния: — Ты совсем не заботишься обо мне. Ты сказал, что обременён прошлым, но на самом деле, ты уже давно отпустил. Забыл меня, забыл Мо Цзюшао, забыл Се Цзивэя, всё, о чём ты думаешь, это тот сумасшедший снаружи! Лицо Чу Муюня побледнело, но его спина была прямой, тонкие губы плотно сжаты, и он отказался произнести ещё хоть слово. Но иногда за молчанием скрывается ответ. Шэнь Шуянь резко встал, его глаза были совершенно тёмно-чёрными, тусклыми и мрачными: — Подожди, пока я вернусь. Чу Муюнь понял, что он собирается сделать, и тоже встал. Он встревоженно спросил: — Что ты собираешься делать? Уголки тонкого рта Шэнь Шуяня изогнулись странной дугой: — Разве ты не понял это? Увидев беспокойство в глазах Чу Муюня, Шэнь Шуянь почувствовал злобное удовольствие в своём сердце. Он тихо прошептал: — Я убил Се Цзивэя, и теперь я могу убить и Лин Сюаня! — Шень Шуянь! — Чу Муюнь почти никогда не называл его полным именем. Шэнь Шуянь улыбнулся ещё ярче. Он поднял руку, ущипнул Чу Муюня за подбородок и сказал бесконечно нежно: — А'Юнь, я не могу без тебя, так что... не имеет значения, что нужно сделать, главное, что я могу заполучить тебя. В глазах Чу Муюня промелькнул ужас, и он попытался удержать его, но его физического развития было недостаточно, чтобы остановить его. Шэнь Шуянь вышел из комнаты, поднял руку, чтобы снять защитное построение, окружавшее весь дворец, и столкнулся лицом к лицу с Лин Сюанем. Ветер усилился, сгустились тучи, но на этом фоне человек, будто излучавший красный свет, так же прекрасен, как восходящее солнце. После того, как он не видел его в течение трёх тысяч лет, тот маленький волкодав исчез, сменившись высокомерным и раскованным императором Гнева. Чу Муюнь последовал за ним, поднял глаза и посмотрел на Лин Сюаня. Тонкие губы Лин Сюаня слегка скривились, и он, казалось, шутил: — Дуо-Дуо, я здесь, чтобы забрать тебя. Чу Муюнь: — ...... **** Эти слава таили в себе глубокое чувство, подобное морю, и оно было так собрано в комок, что так и хотелось просто взять и повалить этого подонка Гнева. Чу Муюнь чувствовал, что самым большим потрясением в его жизни были эти два слова. Когда он снова это услышал, у него начали чесаться кулаки, но сейчас было немного неудобно начинать избиение. Слова Лин Сюаня быстро воспламенили Шэнь Шуяня, словно пожар в прериях. — Заберёшь его? — усмехнулся Шэнь Шуянь, — Никто не уйдёт отсюда сегодня! — до того, как он договорил, он уже вытащил своё оружие. Лин Сюань приподнял губы, его глаза были полны интереса: — Для меня большая честь узнать о технике талисманов Повелителя Облачного Тумана. — едва его голос стих, как облако чёрного воздуха задержалось в его ладони. С рёвом дракона и тигра в его ладони появилось алое копьё. Чу Муюнь холодно смотрел на это, и всё больше и больше чувствовал, что слова этого парня о том, что он хотел "забрать его", были ложью, он просто хотел спровоцировать Шэнь Шуяня и подраться. Доктор, как вернуть его хорошо воспитанного, милого маленького волкодава? Что, чёрт возьми, это за боевой безумец! Чу Муюнь глубоко вздохнул и внимательно осмотрел боевую ситуацию. Нынешняя база совершенствования Лин Сюаня идёт против законов неба. Возможно, он и не смог бы победить Шэнь Шуяня три тысячи лет назад, но сейчас трудно предугадать результат. Согласно простому и грубому рейтингу боевой эффективности, Мо Цзюшао и Лин Сюань стоят бок о бок, один с превосходным мастерством владения мечом, идущим против законов неба, а другой со всеми видами оружия и всеми техниками. Бой между ними поистине захватывающий. Обжорство дисквалифицирован из рейтинга за мошенничество. Следующие - Се Цзивэй и Шэнь Шуянь. Эти двое отличаются друг от друга, ни один из них не является чисто боевым типом. Первый иллюзиями и Чарующей Цитрой сбивает людей с толку. А другой владеет техникой талисманов, идущей против законов небо, эта штука похожа на формации. Не важно, насколько высок его уровень совершенствования или насколько он силён, всё зависит только от таланта. Пока его потенциал высок, он всё равно может доминировать в мире. Никто не смеет провоцировать его. Так что какое-то время Лин Сюаню и Шэнь Шуяню было не так-то просто определить победителя. Конечно, Чу Муюнь тайно надеялся, что они будут сражаться без остановки семь дней и семь ночей. В любом случае, никто никого не сможет убить. Чем дольше бой, тем лучше, а лучше, чтоб он был настолько долгим, что они просто забудут о нём. Чу Муюнь думал об этом в глубине души, но его лицо всегда было полно беспокойства. Сердце Шэнь Шуяня оставалось сосредоточенным, он не был глуп. Конечно, он будет бояться, что Чу Муюнь сбежит. Сейчас он попал в порочный круг "А'Юнь ценит Лин Сюань", он думает, что пока он удерживает Лин Сюаня, А'Юнь никогда не захочет уйти, но он должен остерегаться действий Чу Муюня, боясь, что он поможет Лин Сюаню. Но Чу Муюнь не стал проявлять инициативу и уходить. Он видел это слишком ясно, очевидно, что Лин Сюаню было сложно найти его так точно. Это правда, что яд яростного огня - это маяк, и маленький волкодав тоже знает о существовании этой штуки, но эта штука недостаточно сильна, чтобы сиять, как солнце, её можно заметить только при встрече. Лин Сюань не мог сам прийти сюда забрать его, значит ему кто-то сказал. Кто мог это сделать? Только Мо Цзюшао. Чу Муюнь понял это, поэтому он также сотрудничал соответствующим образом, намеренно разозлив Шэнь Шуяня и заставив его захотеть убить Лин Сюаня. В любом случае Лин Сюань обладает тем характером, который легко вступает в драку, и не важно потому ли это, что он ''пришёл забрать Дуо-Дуо'' или по какой-то другой причине. Восемьдесят процентов людей считали бы это было прекрасным подарком от Дуо-Дуо. Чу Муюнь имел всё это в виду, но внешне сохранял концентрацию для полной картины. Он пристально смотрел на Лин Сюаня и даже не открывал глаз. Шэнь Шуянь заметил это и почувствовал неудержимый гнев на своём сердце, так что его атаки были с намерением убить. Ни что не могло показать настолько очевидное желание убить Лин Сюаня. Просто сейчас он был немного неуправляем. У Лин Сюаня большой боевой опыт, и он каждую минуту улавливал недостатки, что фактически противостояло давлению. Шэнь Шуянь был сметён копьём, его рукав был порван, а на обнажённой белой руке появилась красная рана. Цвет его лица был чрезвычайно бледным, этот контраст красного и белого казался ещё более резкий, что вызывало сильную тревогу. Чу Муюнь воскликнул: — Сяо Янь! — если честно, он действительно беспокоился о нём. Шэнь Шуянь внезапно повернул голову, проигнорировав Лин Сюаня, и строго посмотрел на него. Чу Муюн был поражён, и в его глазах вспыхнул глубокий оттенок боли. Шэнь Шуянь повернулся и посмотрел на Лин Сюаня, но на этот раз он успокоился, приведя мысли в порядок, он действительно был готов сражаться с Лин Сюанем за победу или поражение. Лин Сюань слегка приподнял брови, полностью наслаждаясь этим. Появление Чу Муюня также было преднамеренным. Слепое одобрение Лин Сюаня привело бы Шэнь Шуяня в уныние. Только показывая свою заботу о нём, он может полностью стимулировать его боевой дух, потому что это заставит Шэнь Шуяня подумать: А'Юнь не совсем забыл меня, если я уничтожу этого неприглядного сумасшедшего, между нами не будет никаких препятствий. "Какой подонок", - тихо вздохнул папочка Чу. Судя по ситуации, через час или два они оба, вероятно, будут настолько увлечены, что ничего не заметят. В конце концов, это поединок мастеров, которые могут отвлекаться и заниматься другими делами после того, как настоящее дело сделано. Более того, Мо Цзюшао так же не слабак, он, должно быть, был готов давным-давно, просто ждал лучшей возможности. Чу Муюнь тихо ждал, когда в его голове внезапно возник голос Малыша Зеро: [ (* *) Вау ~ Такой красивый! Прошло много времени с тех пор, как я видел его в последний раз!] Чу Муюнь: Брат-фанат онлайн…… «Ты только что подключился?» Он спросил, потому что некоторое время был связан с Шен Шуянем. Малыш Зеро: [ ( w ) Означает ли это, что я могу посмотреть в следующий раз?] Чу Муюнь: «......» Малыш Зеро: [Σ(⊙▽⊙) А? Действительно можно???] Чу Муюнь: «Нет.» Малыш Зеро: [ ┑(￣Д￣)┍ ] Чу Муюнь думал совершенно правильно. Через два часа Шэнь Шуянь и Лин Сюань уже изо всех сил сосредоточились только друг на друге. Большая часть дворца была разрушена, но место, где остановился Чу Муюнь, молчаливо избегали. Он даже не почувствовал никаких последствий. Им трудно так упорно бороться.…… Чу Муюнь только почувствовал мощную силу позади себя, у него даже не было времени повернуть голову назад, и он исчез без следа. Цок-цок ... Мо Цзюшао потратил все свои силы на этот массив телепортации. Раз уж император Гордыни захотел создать такую формацию во дворце Облачного Тумана, он, должно быть, заплатил большую цену. Но работает хорошо. Чу Муюнь снова открыл глаза и уже оказался в уединенном лесу. Он, естественно, был в растерянности, пока не увидел знакомого человека в простой одежде. Возникло сильное ощущение дежавю, и в трансе, казалось, всё вернулось к тому моменту, когда эти двое впервые встретились. Огонь ярко сиял, но внешность мужчины превосходила всё, занимая всё поле зрения, от чего у него даже участилось дыхание. Глаза Чу Муюня слегка потускнели, и он опустил голову. Мо Цзюшао пристально посмотрел на него: — Прошло много времени с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Тело Чу Муюна внезапно напряглось. Мо Цзюшао: — Я не знаю, как тебя называть, Чу Муюнь или Шэнь Юнь? Чу Муюнь внезапно поднял голову, глядя на него с крайним потрясением в глазах. — Ты... всё знаешь? — Что я могу знать? — лицо Мо Цзюшао потемнело. — Про твой обман и месть мне? Сердце Чу Муюня резко дрогнуло, и он перестал смотреть. Мо Цзюшао подошёл к нему с холодным и равнодушным выражением в глазах: — О ком ты думал, когда был в моей постели? Он насмешливо изогнул уголки рта и тихо спросил: — О Се Цзивэе? Они родились совершенно одинаковыми, а Шэнь Юнь даже отдал свою жизнь, чтобы спасти Се Цзивэя.