И как мне сделать предложение семерым?!

Чу Муюнь был явно озадачен. Конечно, он показал бы, что эта эмоция была игрой, но, честно говоря, он действительно был озадачен. Потому что сам бы до такого не додумался. Неужели он не только обманывает и мстит, но и использует Мо Цзюшао в качестве замены? Кхм... он действительно такой подонок? Или это отморозок видит только отморозков? В конце концов, Гордыня - это бесспорная мразь из мразей. Мо Цзюшао намеренно забрал Чу Муюня, потому что через него было легче найти Янь Шэня (Зависть). Они оба любили зверя ледяного духа Чу Муюня, и, если Мо Цзюшао признает, что он возрождение зверя ледяного духа Чу Муюня, Янь Шэнь определенно тоже захочет его найти и попадёт в ловушку. Это очень логично, единственное, что немного сложно, - это как вести себя с Мо Цзюшао. Сесть и поговорить об этом определенно не получится. У Мо Цзюшао, вероятно, хватит духу убить его тысячи раз. Продолжать обманывать? Хотя ему немного жаль, но это единственный выход. Кто заставлял его так сильно любить?…… Чу Муюню потребовалась всего тысячная доля секунды, чтобы принять решение. После очень короткого мгновения изумления в его глазах появилась горькая ненависть к унижению. Он холодно сказал: — Теперь, когда ты всё знаешь, о чём ещё ты спрашиваешь? Это признание. С тех пор как Мо Цзюшао узнал, что Чу Муюнь - это Шэнь Юнь, этот вопрос стал его демоном, преследующим его день и ночь, не желая слышать ответ и стремясь узнать правду, постоянно беспокоясь и мучаясь, всё равно трудно отпустить. В тот момент, когда он услышал он сам признал это, он совсем не почувствовал облегчения. Вместо этого в его груди поднялось огромное пламя. Это был чрезвычайно ужасающий гнев, который мог сжечь всё! Он поднял руку, его белая ладонь схватила Чу Муюня за шею, и его серебристо-серые глаза затуманились: — Скажи это. У Чу Муюня не было ни малейшего страха. Он поднял голову и посмотрел на него глазами, готовыми к смерти: — Ты погубил меня, я ненавижу тебя. Я хочу, чтобы ты попробовал то же самое, что пережил я. Я хочу, чтобы ты... Мо Цзюшао прервал его холодным голосом: — Просто скажи, ты думал о Се Цзивэе, когда был со мной? — Да! — без колебаний сказал Чу Муюнь, смерив его убийственным взглядом, — Если бы я не думал о нём, как я мог бы сделать это с тобой... — Молчать! — глаза Мо Цзюшао были переполнены жаждой убийства. Чу Муюнь совсем не боялся. Он смотрел на него с бледным лицом, его глаза были полны явной ненависти, но если бы он был более внимателен, он мог бы увидеть мысли и боль, бушующие в глубине его зрачков. Эта эмоция была спрятана так глубоко, что Мо Цзюшао, потерявший рассудок, едва ли заметил её. Но в конце концов он глубоко задумался и остановился в тот момент, когда до его смерти оставалось мгновение. — Ты хочешь, чтобы я убил тебя. Губы Чу Муюня слегка задрожали, но он поджал губы и отказался говорить. Мо Цзюшао пристально посмотрел на него, и через некоторое время он усмехнулся и сказал: — Если ты умрешь, ты можешь отправиться туда, где никто не сможет тебя найти. Как я могу позволить тебе умереть? На лице Чу Муюня отразились беспокойство и напряжение. Мо Цзюшао приблизился к нему и тихо сказал ему на ухо: — Я... сделаю твою жизнь только хуже смерти. Лицо Чу Муюня побледнело, и внезапно он, казалось, потерял всякую силу: — Отпусти меня, я умирал слишком много раз и ничего уже не боюсь. Мо Цзюшао непонимающе посмотрел на него: — Ты бесстрашен, но я не знаю, испугается ли Се Цзивэй? Чу Муюнь внезапно поднял на него глаза. Мо Цзюшао усмехнулся и сказал: — Посмотри хорошенько, как страдает твой возлюбленный. К удивлению Мо Цзюшао, в глазах Чу Муюня по-прежнему не было ни страха, ни паники. Он просто внезапно выдохнул, как будто у него отняли все силы, и он внезапно потерял весь свой блеск, ни гнева, ни беспокойства, и глубокая ненависть, казалось, рассеялась. Чу Муюнь оцепенело стоял, не говоря ни слова. Сердце Мо Цзюшао внезапно заколотилось. Чу Муюнь даже не взглянул на него снова, просто молча стоял с пустыми глазами. Его появление внезапно успокоило Мо Цзюшао. Весь гнев, казалось, был утоплен в ледяной воде, и пронзительное покалывание распространилось из самой глубокой части души.…… Это неописуемая эмоция. Глядя на стоящего перед ним человека, который настолько безразличен, что всё вокруг не имеет значения, он внезапно запаниковал. Были даже нелепо промелькнувшие в его сознании несколько кратких смутных и трудноосязаемых картин. ''Дело твоё.'' ''У меня нет причин быть с тобой.'' ''Ты должен знать, чего я хочу, чтобы ты сделал.'' ''Так вот ты какой, я очень разочарован.'' Из прерывистых слов было невозможно собрать воедино полную картину, но сильное чувство паники ударило извне, ворвалось в мой разум и мгновенно завладело всем сознанием. Мо Цзюшао посмотрел на Чу Муюня, и равнодушный и холодный человек стал предельно ясен. Беспокойство глубоко в костном мозге заставляло его пальцы слегка дрожать, ощущение, что он вот-вот потеряет самое важное, но он ничего не мог поделать, было слишком плохо. Когда Мо Цзюшао пришёл в себя, он уже обнимал Чу Муюня в своих объятиях, и он даже не знал, что делал до того, как очнулся. Чу Муюнь тоже был удивлён. Его серия реакций была адаптирована к подозрительному темпераменту Мо Цзюшао. Хотя этот парень определенно стал бы подозрительным и не поверил бы тому, что он сказал, сейчас это так.…… Мо Цзюшао успокоился, он подавил неописуемые эмоции в своём сердце и только тихо сказал: — Если ты действительно думал о Се Цзивэе, меня бы это так не злило. Тело Чу Муюня внезапно напряглось. Мо Цзюшао понизил голос и очень тихо сказал: — Почему ты хочешь, чтобы я ненавидел тебя? Услышав это, Чу Муюнь больше не мог сдерживать дрожь своего тела. Мо Цзюшао нежно погладил его по спине и продолжил: — Сяо Юнь, ты расскажешь мне всё? Чу Муюнь слегка вздохнул. Хотя в середине, казалось, произошёл небольшой несчастный случай, результат остался хорошим. Однако чего Чу Муюнь не ожидал, так это того, что у Мо Цзюшао был запасной вариант. Он отпустил Чу Муюня, его ладонь слегка блеснула, и на его ладонь упал маленький изумрудный пузырек. Очевидно, это был пузырёк с лекарством, содержащий таблетку. Более того, глядя на флаконы с лекарствами из специальных материалов, можно догадаться, что таблетки в них должны быть исключительно высокого качества, и это ни в коем случае не обычный продукт. Сердце Чу Муюня бешено заколотилось. Таблетка потери сердца? Гордыня, куда ты так торопишься? В последний раз, когда он ел эту штуку, рейтинг малыша Зеро был сразу понижен, а теперь…… Однако, прежде чем Чу Муюнь успел отреагировать, Мо Цзюшао уже отправил таблетку ему в рот, и таблетка растаяла у него во рту. Остановить её вообще не было никакой возможности. Она почти проникла во внутренние органы вдоль кончика языка. Чу Муюнь внезапно понял, что что-то не так, это не потеря сердца! «Зеро-Зеро, абсолютное сознание!» Малыш Зеро отреагировал очень быстро и даже был готов понизить рейтинг, но вскоре он обнаружил, что этого не произошло. Что это? Что Мо Цзюшао дал ему? Вскоре Чу Муюн всё понял. Он знал, что это такое. Мо Цзюшао посмотрел на него с нежностью в глазах: — Скажи мне, кто ты? Чу Муюнь: — ...... Он хотел удержать себя от разговоров, но его голос, казалось, обладал собственным сознанием: — Чу Муюнь. **** Версия сыворотки правды из Мира Демонов! Малыш Зеро: [Таблетки, таблетки, таблетки, шарики!!!] Чу Муюнь: «......» Малыш Зеро: [Что делать? Неужели нас скоро разоблачат? Он же убьёт нас QAQ! ] Чу Муюнь: Очень хорошо, небольшое напряжение, которое в конце концов возникло, снова исчезло. Здесь, в чужих краях, такой бестолковый, но милый малыш помогает справится с напряжением. Чу Муюнь действительно запаниковал на секунду или две, но вскоре успокоился. К счастью, это лекарство использовал Мо Цзюшао. Если Е Цзянхань (Обжорство) получит его, всему действительно придёт конец. Чу Муюнь очень быстро сказал Малышу Зеро: «Продолжай использовать абсолютное сознание.» Малыш Зеро поспешно сказал: [Хорошо, хорошо!] Чу Муюнь вообще не контролировал своё тело, особенно голос. Это на самом деле довольно замечательно. Мозг очень спокоен, но нервы обладают собственным сознанием. При допросе другой стороны всё будет сказано безоговорочно. Мо Цзюшао первым задал самый важный вопрос: кто он такой? И этот Чу Муюнь не боялся, потому что он был Чу Муюнем, он совсем не лгал, но Мо Цзюшао, услышав его ответ, был сильно тронут. Был ли Чу Муюнь первым или первым был Шэнь Юнь, это был узел его сердца. И теперь он знал, что Чу Муюнь был первым! Мо Цзюшао глубоко вздохнул и снова спросил: — Через Врата Жизни ты вернулся на 4000 лет назад? Чу Муюнь сказал: — Да. Мо Цзюшао спросил: — Почему ты меня не узнал тогда? Чу Муюнь: — Это изменило бы будущее. Услышав этот ответ, Мо Цзюшао был поражён. Изменило будущее, какое будущее было бы изменено... Это должно быть "будущее", в котором эти двое встретятся через 4000 лет. Мо Цзюшао сделал паузу и снова спросил: — Мои чувства были взаимны? Чу Муюнь: — Подумай. Мо Цзюшао уставился на него, не моргая: — У тебя всё ещё есть чувства ко мне? Чу Муюнь: — Да. Сердце Мо Цзюшао внезапно дрогнуло, и он снова спросил: — Когда ты использовал хранителя жизни, ты был искренен? Чу Муюнь: — Да, пока ты можешь жить, всё в порядке. Мо Цзюшао был застигнут врасплох. Его светло-серые глаза медленно потемнели. Это было признаком его накопившихся чувств. После бесчисленных дней и ночей пыток у него были ответы на вопросы, от которых он никогда не мог избавиться. Мо Цзюшао подавил эмоции, которые продолжали подниматься в его сердце, и тихо спросил: — Почему ты солгал мне только что? Почему бы тебе не сказать мне, что ты Чу Муюнь? Чу Муюнь медленно сказал: — Поскольку я не могу вернуться, я больше не квалифицирован. Нынешний Чу Муюнь больше не является первоначальным Чу Муюнем. Чу Муюню всё больше и больше везло, что Мо Цзюшао использовал эту пилюлю правды, потому что то, что знал этот парень, было очень односторонним, но его волновало именно то, что Чу Муюнь делал с "искренностью". Например, больше всего его волнует, кто такой Чу Муюнь, а Чу Муюнь - это Чу Муюнь. Например, он хотел знать, был ли Чу Муюнь Шень Юнем, но факт был в том, что Чу Муюнь был Шень Юнем. Кроме того, Мо Цзюшао очень хорошо знал, что то, что он сделал раньше, разбило сердце Чу Муюня (маленького белого цветочка), поэтому больше всего он хотел знать, был ли Чу Муюнь искренним, когда умирал за Мо Цзюшао и использовал хранителя жизни. То, что Чу Муюнь был готов умереть за него в то время, было правдой, хотя это было не из-за любви. Если он спросит ещё что-нибудь, он затронет фатальный вопрос, но Чу Муюнь уже выиграл достаточно времени. Всё это время Малыш Зеро продолжал использовать абсолютное сознание, так что Чу Муюнь, наконец, медленно восстановил контроль своего тела. Конечно же... как и любое другое лекарство, оно имеет определенный период действия. Это правда, что эта таблетка может заставить людей говорить правду, но она ни в коем случае не постоянно заставляет человека говорить правду. Должно быть ограничение по времени. И пока существует этот период, это означает, что эффективность лекарства будет медленно снижаться. Мо Цзюшао не знал о существовании "абсолютного сознания", поэтому не спешил. В конце концов, он хотел знать всё. Получаса допроса было достаточно. Но... с ослаблением эффективности лекарства и непрерывным высвобождением абсолютного сознания, Чу Муюнь уже был полностью “в сознании”! И Мо Цзюшао наконец задал самый важный вопрос: — Сяо Юнь, кого ты... любишь? В тот момент, когда Чу Муюнь услышал этот вопрос, его сердце внезапно забилось, и он вдруг задался вопросом, что бы он сказал, если бы не был полностью в сознании. Наверное... Он ничего не мог бы сказать. Чу Муюнь в глубине души самоуничижительно улыбнулся, но внешне сказал: — Мо Цзюшао. В одно мгновение вокруг стало так тихо, что был слышен звук падающих на землю опавших листьев, и Мо Цзюшао неподвижно посмотрел на него. Чу Муюнь тоже посмотрел на него, и выражение его лица, наконец, наполнилось паникой и беспокойством - он сказал то, что было у него на уме, но не мог видеть колебаний и замешательства впереди. Как он сам сказал, он не может вернуться. Спустя четыре тысячи лет Чу Муюнь теперь обременён слишком многими вещами, и он не может просто быть с Мо Цзюшао. Как сказал Мо Цзюшао - если бы он действительно думал о Се Цзивэе, он бы так не злился. Точно так же, если бы он действительно любил Мо Цзюшао, он никогда бы не признался в этом без таблетки правды. Потому что, если он признается... он причинит ему смертельную боль. Но теперь он сказал это. Лицо Чу Муюня было бледным, но Мо Цзюшао обнял его, его глубокая привязанность почти ошеломила его мозг, заставляя его игнорировать многие места, которые нельзя игнорировать. Он просто хотел, чтобы этот момент был бесконечно продолжительным и стал вечным. Чу Муюнь вздохнул с облегчением. Наконец-то он победил Мо Цзюшао, чтобы у него был шанс подобраться поближе к Янь Шэню. Пока он так думал, внезапно произошла перемена. Этот лес очень отдалённый, но, очевидно, не такой уж скрытый…… Внезапно ворвался порыв воздуха, Мо Цзюшао встал, его длинный меч возник из воздуха, и холодный свет внушал благоговейный трепет. Кто здесь? Чу Муюнь думал о многих людях в своём сознании, но он всё ещё был поражён, увидев приближающихся людей. Чьи эти ослепительно рыжие волосы, если не Лин Сюаня (Гнева)? Разве он не боролся с Шэнь Шуянем (Жадностью)? Неужели всё так быстро закончилось? Всё тело Лин Сюаня разрывалось от импульса, а алое копье всё ещё было окутано мощной силой. Он, очевидно, был непосредственно вырван с поля боя. Он ходил вокруг, и ужасающее принуждение непосредственно заставляло окружающие деревья ломаться и гнить. Только он улыбнулся тонкими губами , с кровожадным намерением убить. — Отдай мне этого человека. — сказал он Мо Цзюшао. Глаза Мо Цзюшао потемнели, а его длинный меч был готов к бою. Он ничего не сказал, но окружающий импульс внезапно усилился, и мощный поток воздуха приобрёл холодный цвет, видный невооруженным глазом. Чу Муюнь был немного удивлён. Неужели Лин Сюань узнал, что его забрал Мо Цзюшао, а затем остановил битву с Шэнь Шуянем? В конце концов, это имеет смысл, когда Шэнь Шуянь узнает, что он исчез, у него определенно не будет намерения снова сражаться. Но почему Лин Сюань так случайно оказался здесь? Чу Муюнь немного смущён…… С кем ему пойти? С одной стороны - маленький волкодав, а с другой - Янь Шень. Им обоим осталось только сделать предложение, но, похоже, с Янь Шенем будет легче. Так ему уйти с Мо Цзюшао?