И как мне сделать предложение семерым?!

Так называемый худший вариант, вероятно, был получен Цзин Мо тогда от Мо Цзюшао. В конце концов, за столько лет был только один зверь ледяного духа, и Мо Цзюшао - тот, кто больше всего общался со зверем ледяного духа, и у него было соглашение с Цзин Мо, что неудивительно, что он намеренно останется. Хотя она не такая чистая, она всё ещё кажется пригодной для использования. Просто побочные эффекты действительно немаленькие, он едва выжил, и его практически полностью парализовало.…… Мистер Чу: Это раздражает. Цзин Мо был очень счастлив. Он ждал три тысячи лет, прежде чем дождался зверя ледяного духа, и потребовалось так много времени, чтобы усовершенствовать пилюлю, захватывающую душу. Хотя он сожалел, что не может практиковать высочайшего качества, он всегда был успешным и успешно вернул А'Юня. Чу Муюнь нахмурился, притворяясь, что у него много чего на сердце. Цзин Мо посмотрел ему в глаза и успокоил: — А'Юнь, не волнуйся, хотя сейчас ты слабее, со мной тебе не потребуется много времени, чтобы поправиться. Это однозначно. Даже такие невероятные вещи, как пилюля захвата души, может быть усовершенствованы. Чего ещё не может сделать Цзин Мо? По сравнению с этим, Чу Муюнь тоже был убеждён. Просто сейчас ему очень неловко заботиться о Сливовом Пике. Чу Муюнь немного подумал и сказал: — Ты можешь сделать мне одолжение? Улыбка Цзин Мо, которая висела в уголках его рта, медленно исчезла. Чу Муюнь посмотрел ему в глаза, но смог только продолжить: — Я хочу отправиться на Сливовый Пик. Улыбка полностью исчезла, брови Циин Мо стали светлыми, а в серебряных глазах, казалось, блеснул осколок льда: — С кем ты хочешь встретиться? Он бы спросил об этом, и Чу Муюнь бы понял. Цзин Мо не всё время концентрировался на совершенствовании медицины. Он точно знал, что происходит снаружи. Если подумать, как Ян Шэнь мог быть готов оставить его позади? Должно быть шесть копий сообщения, чтобы все в спешке отправились на Сливовый Пик. Самая большая причина в том, что они не могут понять, где находится Чу Муюнь. Даже если они знают, что Янь Шэнь расстроен, они поспешат. В конце концов, риски и выгоды сосуществуют. Чтобы увидеть его, они должны полагаться на свои собственные способности. Конечно, Лин Сюань просто собирался сражаться, в конце концов, такая хорошая возможность выпадает раз в жизни. Е Цзянхань пошёл, чтобы забрать его, но, к сожалению, он тоже попал в ловушку. Только Цзин Мо не торопился. К чему ему спешить? Пока он перерабатывал таблетку захвата души, даже если Чу Муюн находился бы на краю земли, сколько бы раз он ни умирал и сколько бы тел он ни сменил, дав ему эту таблетку, он сможет без проблем вернуть его. Так зачем же ему лезть в мутную воду? Просто, хотя он и не поехал, он знал, что произошло. Чу Муюнь был с Янь Шэнем, и остальные определенно схватили бы кого-нибудь, но было трудно сказать, о ком думал Чу Муюнь. Чу Муюнь не смог ответить на вопрос Цзин Мо. Цзин Мо тоже не волновался, поэтому он посмотрел на него так: — А'Юнь, ты можешь спокойно остаться в Лесу Небесного Бамбука? Чу Муюнь вздохнул, и, в конце концов, он рассказал всю историю: — Янь Шэнь слился с Тёмной Ночью и поглотил Врата Жизни... Но он определенно не сможет контролировать Врата Жизни слишком долго, поэтому он уговорил всех пойти на Сливовый Пик, и когда они собрались, они прямо подтолкнули Врата Жизни к бунту. Тогда... Цзин Мо улыбнулся: — У него был хороший план. Сначала он спровоцировал их на драку, а потом позволил Вратам Жизни взбунтоваться, когда пыль уляжется, никто не сможет выжить. Чу Муюнь не ответил. Цзин Мо сказал: — Шэнь Шуянь мёртв? Чу Муюнь был слегка поражён. Цзин Мо выразился предельно ясно: — Если он не мёртв, как посмел бы Янь Шэнь выпустить Врата Жизни? У Чу Муюня не было выбора, кроме как продолжить: — Лин Сюань серьёзно ранил его, но Е Цзянхань принял меры, чтобы спасти его жизнь. Глаза Цзин Мо внезапно загорелись: — Ты не спас его? Чу Муюнь сделал паузу. Цзин Мо понял с первого взгляда: — Се Цзивэй остановил тебя. Хотя Цзин Мо не был на месте происшествия, о всей картине можно было догадаться только по словам и поведению Чу Муюня. Надо сказать, что ни один из Семи Владык Демонов не хорош, их проблема только в том, хотят они знать или нет. Ведь много раз, даже если они знают последствия, они могут только впасть в это, потому что это даст то, что они хотят, и для этого всё остальное можно оставить позади, и они готовы пойти на риск. Чу Муюнь признался: — А'Мо, позволь мне вернуться на Сливовый Пик. Если я задержусь ещё немного, боюсь, Янь Шэнь... Прежде чем он закончил говорить, Цзин Мо тихо сказал: — Это хорошо. Всего за два слова Чу Муюнь почувствовал озноб. Брови ЦЗин Мо были сведены, и на его лице не было никакого выражения, но в его голосе была мягкая теплота, которую невозможно было сдержать: — ...просто дай им умереть. Чу Муюнь яростно подпрыгнул. Цзин Мо повернулся, чтобы посмотреть на него, успокаивая и приподнимая губы, улыбка, которая не могла быть более красивой, расцвела с пронзительным холодным голосом: — Если они все умрут, А'Юнь будет принадлежать только мне. Губы Чу Муюня слегка приоткрылись, но он не мог произнести ни слова. Глядя на Цзин Мо перед собой, у него, казалось, застрял ком в горле, и он не мог произнести ни слова, которые могли бы утешить его, обмануть или уговорить. Ему вдруг стало не хватать того седовласого мальчика из его памяти. Даже после такой трагедии, как стихийное бедствие, молодой Цзин Мо не отчаялся в мире. Его оскорбляли, исключали и били, но у него всё ещё были простые ожидания от людей, вещей и всего остального. Он не хотел причинять боль другим, поэтому держался подальше от всех; он не хотел, чтобы пришла беда, поэтому предпочитал быть один. Он страдал от бесчисленных несправедливостей и испытал тепло и холод человеческих чувств, но он не выбрал падение, не потакал себе и не использовал это ужасное телосложение, чтобы отомстить всему. Но теперь Цзин Мо уже не тот подросток, каким он его помнит. Этот вид Цзин Мо был вызван им самим. Если бы он не столкнулся с обманом, когда с ним играли, с предательством Лин Му и смиренным желанием ничего не просить, Цзин Мо не стал бы таким. Ребенок, чьё тело не было уничтожено Небесным Бедствием, был уничтожен им. Глаза Чу Муюня слегка опустились, и он перестал плести ложь: — Я должен вернуться. Если ты мне не поможешь, тогда я могу уйти только сам. Хотя его тело настолько слабо, что он не может ходить, ему и не нужно ходить. Пока он умирает, он может быть свободен. Цзин Мо потребовалось более 3000 лет, чтобы усовершенствовать пилюлю, захватывающую душу, и невозможно создать другую за короткое время. Так что он не смог бы удержать Чу Муюня. Просто слишком жестоко говорить об этом так прямо. Цзин Мо действительно улыбнулся, но эта улыбка заставляла людей чувствовать себя более отчаявшимися, чем плакать: — Ты действительно... никогда не заботился обо мне. Чу Муюнь внезапно почувствовал застойную боль в сердце, которую раньше невозможно было себе представить. Цзин Мо продолжил: — Ты любил Мо Цзюшао, тебе нравился Янь Шэнь, ты действительно любил Шэнь Шуяня, ты умер за Се Цзивэя, ты планировал тысячу лет и дал свободу Лин Сюаню... Даже Е Цзянханю, ты дал ему обещание… Почему?… Почему только меня бросали от начала и до конца? Чу Муюнь был поражён, его беспокоил сон, от которого он всё не мог проснуться. Этот сон сопровождал его полжизни, и он шёл с ним бесчисленные дни и ночи, бессмертный, пустой и скучный. И во сне кто-то тоже сказал это: — Зачем... отказываться от меня? **** Чу Муюнь согласился на запрос Зеро о миссии, потому что у него было то, что он хотел. С тех пор, как он себя помнил, он безостановочно стремился к этому. Возможно, это не следует считать одним и тем же, просто ''правдой''. Чу Муюнь хотел знать, кто он такой. Что, чёрт возьми, он такое. На Земле в 21 веке у всех... даже у сирот есть биологические родители, а у него нет. Он, казалось, появился из воздуха. После того, как он обрёл сознание, он уже был взрослым, знал весь здравый смысл, знал, как жить, и легко контролировал свою собственную жизнь. Мир очень велик, в нём много замечательных вещей, и в нём бесконечная свежесть... Кажется, что пока он думает об этом, он может найти бесчисленные острые ощущения. Секс, приключения, завоевания, скалолазание и даже экстремальные виды спорта на грани жизни и смерти - всегда есть что-то, что может пробудить желание сердца, найти ценность жизни, а затем испугаться смерти. Но Чу Муюнь этого не сделал. Для него всё слишком просто: если он хочет денег, он можете получить их под рукой; если он хочет власти, это легко; непревзойденный секс, с его внешностью никогда не будет недостатка в людях, которые доставят ему удовольствие. Какие ещё существуют проблемы? Покорение природы, пересечение Сахары, кругосветное путешествие... О, у него ни разу не было времени побывать в открытом космосе. Но какой в этом смысл? Всё, что делается, бессмысленно. Казалось, он прожил всего лишь двадцать-тридцать лет, но, казалось, он прожил бесчисленное количество периодов по двадцать-тридцать лет, постоянно ища волнения, постоянно разочаровываясь и сбиваясь с толку. Так что даже в момент автомобильной аварии он был предельно спокоен, оценивая объём своего кровотечения и равнодушно думая, что он мёртв. Не было никакого отчаяния, когда он умирал, и никаких сюрпризов, когда он ожил. Единственное, что тронуло его сердце, была фраза Зеро: ''Если ты сможешь выполнить задание, ты получишь то, что хочешь.'' Чего он хочет... Он хочет знать, кто он и чего ему не хватает. И теперь всё потихоньку налаживается. В Царстве Демонов была намечена другая часть его жизни. Может быть, здесь он сможет найти свое истинное "я". Тот, кто потерян, тот, кто забыл даже самого себя. Чу Муюнь - умный человек, достаточно умный, чтобы уметь оценивать все возможности так же точно и безжалостно, как машина. Он мог себе представить, что этот период его жизни определенно не был прекрасным. Очень вероятно, что он сдался сам. Он действительно не должен этого возвращать. Лучше всего сохранить статус-кво. Из существующих односторонних воспоминаний он также может сделать вывод, что он отдавал этим детям всё своё сердце, даже с сильной любовью, но всё они закончили трагедией. Без всякой причины он резко отказался от них, стимулируя их и нанося сильные удары. Есть некоторые истины, и лучше всего забыть о них. Есть бесчисленное множество примеров этого: он поднялся к долгожданному Дворцу Яркой луны, но обнаружил, что там выбоины и холодно; он исследовал чудесный Дворец Глубоководного Дракона, но обнаружил, что это просто тёмный и холодный ад бездны.…… Но он не мог избавиться от цикла. Он знал, что не может этого сделать, но он должен это сделать. Даже если он четко знает, что пламя горит, ему не терпится прыгнуть в него, когда так холодно. Чу Муюню было очень холодно, поэтому, даже зная, что может обжечься, ему пришлось войти внутрь. Но если подумать об этом с другой стороны, то на самом деле это ерунда. Если он может сдаться один раз, он может сдаться и дважды, даже если в третий раз он всё ещё постоянно исследует. Но разве жизнь не такова? Найти, получить; потерять, желать, повторять цикл снова и снова, пока сознание не исчезнет. Итак, Чу Муюнь выбрал миссию. По сей день он наблюдал за многими вещами. В этот момент Цзин Мо зацепила болезненная улыбка, и когда он произнес жестокие слова, он вспомнил более глубокое значение слов ''брошенный от начала до конца''. Цзин Мо... действительно был брошен им от начала и до конца. Чу Муюнь всё ещё не мог определить порядок этих двоих, но, очевидно, Мо Цзюшао был первым, а Цзин Мо сильно отставал. После встречи с параноиком Янь Шэнем и властным Шэнь Шуянем, Чу Муюнь был действительно жесток к Цзин Мо. Он оставил его позади. Бросил его туда, где люди приходят и уходят, а потом не заботился о нём. После стольких неудач Чу Муюнь обобщал свой опыт, но этот метод был действительно бессилен, как будто он не знал, как обращаться с людьми. Имея опыт воспитания Шэнь Шуяня, Чу Муюнь очень хорошо знал, что он будет мягкосердечным, если тайком посмотрит на это, поэтому просто перестал смотреть. Когда он вырастет и его разум будет стабилен, он потихоньку будет его учить, это гораздо лучше, чем держать его рядом с собой с детства. Потому что Чу Муюнь считает, что именно потому, что он слишком окружён им и общается с ним только с детства, он будет чрезмерно зависимым, и любые экстремальные отношения перейдут в ненормальные эмоции. Он не хотел повторять ту же ошибку снова, поэтому на этот раз Чу Муюнь был безжалостен. Пусть Цзин Мо живёт в этом мире и сдерживается от того, чтобы ни разу не увидеть его. Но когда Чу Муюнь снова отправился на его поиски, он понял, какую огромную ошибку совершил. Его телосложение не может жить среди людей. Сначала это был просто медленный рост, и обычные люди уже выросли более чем за десять лет, но Цзин Мо были десятки лет, но он всё ещё выглядел как маленькая кукла. Ненормальный - это демон, ребёнок, который не вырастет, каким бы красивым и милым он ни был, ему суждено бояться и паниковать. В сочетании с уникальным цветом волос и зрачков Цзин Мо. О таком ребёнке, будто вырезанном из нефрита, буквально говорили, что он демон и призрак. Слова "мальчик-призрак" сопровождали Цзин Мо всё его долгое детство. За тридцать лет он стал похож на кого-то другого в возрасте семи или восьми лет; ещё через тридцать лет он был только подростком. Прошло почти двести лет, прежде чем он превратился в подростка. Но его уже считали чудовищем. Трагедия в том, что тело Цзин Мо ничем не отличается от тела обычных людей. У него нет особой силы, и он не очень силён: если он не ест и не пьет, он будет испытывать голод и жажду; он заболеет от холода зимой, и он получит тепловой удар от перегрева летом... Если не считать медленного роста, он обычный человек, нет...... Он даже не так хорош, как обычные люди, потому что у него нет ни отца, ни матери, никто по нему не скучает, только те, кто испытывает беспокойство и злонамеренно исключается. Более того, в те 30 лет он был обычным ребенком. Его ум, возможно, был немного не по годам развит, но его тело было таким слабым. Трехлетний ребенок так сильно хотел жить. Долгие двести лет были огромной пыткой для Цзин Мо от начала и до конца. Он знал, что ему здесь не место, он знал, что его бросили, и он знал, что его никто не любит, но он всё равно упрямо жил, ожидая кого-то, кого не знал, сможет ли он дождаться. Когда Чу Муюнь, наконец, пришёл к нему, он понял, через что прошёл Цзин Мо, и непреодолимое чувство вины заставило его подобрать его, даже не думая об этом. ''Это неправильно.''