Незавершённая сессия

— Ты не понимаешь? Она смотрела почти доброжелательно — слишком мягко для того недоброго, что часто скрывалось за этой улыбкой. Ванта задержала дыхание, замерла — и покачала головой. Будто не могла выбрать ни одну из возможных реакций — и потому не выбрала ни одной. Ария часто наблюдала подобный эффект — люди особенно остро чувствуют несовпадения.  Эта же представительница земной расы была… неожиданно хороша. И даже женственна. Обычно Ария не относила это качество к людям. При этом такой же… Мысленно перебирая варианты, не могла подобрать нужное слово, выражающее в едином числе человеческие недальновидность, самонадеянность, глупость, гордыню. Жест Ванты — резкий, нервный — одновременно позабавил и зацепил. Улыбка Арии стала тоньше. Острее. — Ладно. Повторю. Один раз. — Тактус… Лёгкое движение бровью — и Ванта осеклась, так и не договорив возражение даже мысленно. — Мне плевать, что именно заставило его залезть в чужой карман. Был бы это чей угодно карман — тоже плевать. Но он выбрал мой. Улыбка не изменилась. Только стала опаснее. — Это была ошибка. За свою, по меркам азари, ещё короткую жизнь Ария видела людей разными: светлокожими, кофейными, жёлтыми, почти чёрными — оттенки менялись, поведение редко. Ванта сейчас была бледной — и дело не в пигменте, а в психике. Она стояла, едва не звеня от напряжения, и смотрела огромными, полными слёз, страха и гнева глазами. Глаза её Арии тоже понравились — цветом ли, разрезом, жизнью в них или всем сразу. Непривычная женственность. И что-то ещё — странная притягательность, не укладывающаяся в знакомые параметры. Ария ещё раз окинула её взглядом — уже не просто оценивая. Изучая. По человеческим меркам — среднего роста, на полголовы ниже Арии. Стройная, гибкая. Мягкая… Ария едва заметно усмехнулась этому слову и втянула воздух — тонко. Запах был сложный: эмоции под кожей и дразняще-свежий аромат дорогих духов. Такие на Омеге не носят без причины. Даже не все азари позволяют себе подобное. Люди — почти никогда. Эти предпочитают вкладываться в оружие или в лицо. Ни то ни другое Ария в них особо привлекательным не считала. На коже Ванты знакомый аромат звучал иначе. Чище. И… неправильно. Интересно. Улыбка затаилась в уголках губ — тонкая, с опасным намёком. Ванта вздёрнула подбородок, пытаясь взять себя в руки: страх в глазах вспыхнул, но она упрямо перекрыла его яростью. — Тактус просил тебя о помощи! — выдала она, наконец сформулировав обвинение. — Он столько для тебя сделал! — Ровно столько, сколько должен был по контракту, — негромко оборвала её Ария.И продолжила — с теми самыми тосками-паузами, в которых обычно заканчивались чужие возражения: — И даже больше. Но это уже самодеятельность. — И за неё он теперь должен. — Мне. — Много. — Моих кредитов. Она скользнула взглядом по Ванте — будто проверяя, где именно та сломается. Чуть отвлеклась - люди с таким цветом волос ей раньше не встречались. Ультрафиолет — почти в тон коже азари… Неестественно. И потому — любопытно. Галактика умеет удивлять. Впрочем… о связях турианцев с человеческими женщинами она тоже когда-то не задумывалась. Слишком они разные — в теле, в реакции и в том, что для них считается близостью. — Он вернёт тебе… — голос Ванты сорвался, поднялся — и утонул во взгляде Арии. — Всё. До последнего… — Никто и не сомневался, — пожала плечами королева Омеги. За панорамным стеклом «Загробной жизни» красиво двигался свет — танцующие азари растворялись в огне и музыке, превращаясь в ритм. Здесь всегда было громко. Но в этой части зала — слова всё равно слышали. И так же обычно в двух шагах рядом топтались батарианцы, делая вид, что не слушают, и вообще ни при чём. Ванта резко перевела на них взгляд — как будто там было проще. — Конечно! — выдохнула с горечью. — Вы ведь помогли его взять. Один из наёмников едва заметно усмехнулся. Не глянув на неё. А будто просто своей какой-то мысли. — За долю, — добавила Ванта. — Или просто потому что так проще, да? Она тряхнула головой — по волосам прошли блики от сиреневого в индиго и обратно. — Чужая жизнь здесь — расходник. Усмешка на лице батарианца стала чуть шире. Не подтверждение. И не отрицание. Просто… привычка. Он исподволь посмотрел на Арию, а она с легкой насмешкой на Ванту. — Если тебе от этого станет легче, то... у тебя, наоборот, роль вполне… благородная. Возместить мне моральный ущерб.  Ария на долю секунды сместила внимание — не взгляд, именно внимание. Что-то выбилось из общего ритма, хотя всё работало как должно: за панорамным стеклом «Загробной жизни» шло шоу: азари скользили в танце, огонь дышал в такт музыке, свет ложился слоями. Ванта тоже на мгновение перевела взгляд — и тут же вернула обратно. — Что здесь вообще происходит?.. — тихо вырвалось у неё. — Кто здесь прав?.. Она сама не была уверена, спрашивает ли вслух или просто думает. — Не хочу и не буду вдаваться в тонкости ваших с Тактусом отношений, — спокойно продолжила Ария по прежнему глядя в окно. — Он передал тебя мне. По собственной воле. В рамках договора. Взгляд вернулся резко, без предупреждения. — Хочешь оспорить? Ария уловила реакцию — Ванта вздрогнула. Прошел импульс. Попытка сопротивления — на долю секунды, как искра — мысль: сказать, что всё не так, что это ошибка, что… Обрыв. Мысль не сложилась. Ванта покачала головой. — Нет. — Я останусь. И буду делать всё… что ты скажешь. Ария слегка сощурилась и ещё раз оглянулась на зал «Загробной жизни». Её внимание на мгновение зацепилось не за огонь и не за танцовщиц. — Хорошо, — тихо сказала она. И словно что-то переключилось. — Я рада, что теперь тебе всё понятно. Голос остался прежним. Суть — нет. — Позже обсудим твои обязанности и… возможности. Ваэлира пока объяснит. Едва заметный жест — и пространство отреагировало мгновенно. Батарианцы перестали быть «своими парнями». Девушка-азари в форме клуба появилась рядом, будто ждала сигнала, и тихо, но упрямо поправила: — Вики. Для неё. Ария едва заметно кивнула — как будто это не имело значения. А потом все быстро пришло в движение и Ванта не успела отследить момент перехода. Просто вдруг обнаружила, что осталась в зале одна — не считая незнакомой азари и огня за широким окном.   ***   «Им неймётся. Похоже, это константа». — Всего живого, — тихо уточнила Ария на ходу. Она шла быстро — легко и точно, как двигаются только те, кому здесь принадлежит всё. Омегу делили всегда. Сначала — за нулевой элемент. Потом — за власть. Теперь — просто по привычке. Станция росла из астероида, пережила удар, раскол, переделы — и стала тем, чем должна была стать: узлом для всех, кому не нашлось места в Пространстве Цитадели: батарианцы, изгои-саларианцы, наёмники, работорговцы, убийцы и те, кто умел всем этим управлять. Турианец появился в зале — и этого оказалось достаточно.  Ария не замедлилась. Он развернулся первым. Правильно. В целом турианцы ей нравились: кодекс, структура, предсказуемость. С ними было удобно работать. Тем страннее выглядели редкие исключения вроде Тактуса. Бывший наёмник. Полезный. И при этом — достаточно глупый, чтобы перепутать границы. Ария скользнула взглядом вперёд. И достаточно самоуверенный, чтобы привязаться к человеку. Забавное сочетание. Особенно если учесть, как люди любят играть в независимость, не имея под неё ни ресурса, ни расчёта. С небольшим отрядом Ария вышла вслед за турианцем в лабиринт улиц. Омега не строилась — она росла. Секции наслаивались друг на друга без плана, без логики, по принципу «здесь и сейчас». Лучи тянулись во все стороны, от них отходили новые уровни, углы ломались, улицы извивались и замыкались в тупики. Потеряться здесь было не ошибкой — нормой. Арии это нравилось. Хаос, который подчиняется только силе, — самый честный порядок. Шли быстро.  Турианец впереди держал дистанцию — ровно настолько, чтобы не выглядеть ведомым. Улицы сужались. Встречные и случайные прижимались к стенам, отворачивались, делали вид, что не замечают. Замечали. Всегда замечали. Каждый район считал себя избранным и особенным. У каждого был свой «альфа». И все они знали, кому принадлежит верхний уровень игры. Ария скользнула взглядом по теням. Сигналы считывались без слов: позиции заняты, периметр закрыт, лишних нет. Всё готово. Она едва заметно сощурилась. Начали. Предупреждение обнаглевшему каперу озвучили один раз — прилюдно. Второго здесь не давали. Уже сам факт предупреждения был уступкой. Обычно таких просто убирали: вместе с ближайшими помощниками и грузом — без разговоров и объяснений. Команде оставляли выбор: умереть с ним или попытаться выжить на Омеге в чьей-то чужой игре. Этот решил, что может играть сам. Новый наркотик, быстрые деньги — и попытка уйти от налога. Груз стоял между ними — в контейнерах с ещё не вскрытыми пломбами. Люди капера собрались ближе к своему лидеру. Плотно. Нервно. Но кто-то первым отвел глаза.  Другой потянулся к оружию и… передумал, поймав на себе взгляд батарианца. Третий сделал шаг назад. Почти незаметный. Никто не говорил. Но все понимали. Жадность ослепляет. Ария выбрала цель. Тот тоже понял раньше остальных и пытался что-то сказать — не успел закончить. Один выстрел. Пуля вошла точно в глаз — прямо в электронный протез, занимавший половину головы. Он рухнул сразу. Не мёртвый — выведенный из игры. И этого оказалось достаточно, чтобы всё вокруг сорвалось. Вокруг груза мгновенно вспыхнула перестрелка. Арию закрыли два батарианца — плотной, живой стеной. С флангов пошли турианцы и наёмники. Чисто, без суеты. Кроганов она не брала — здесь не требовалась тяжёлая сила. Всё решилось слишком быстро, чтобы это можно было назвать боем. Нарушивших не столько застали врасплох, сколько поставили перед фактом. — Я ведь предупреждала. Она подошла к главарю. Он всё ещё был жив. Катался по полу, захлёбываясь криком — система в протезе сбоила. Имплант начал жечь нервные цепи, усиливая боль вместо подавления. Несчастный выл, срываясь на хрип. Дёргался, царапал пол, пытался оторвать от себя собственную голову. Ария выстрелила ещё раз. Крик оборвался. Тело вытянулось на грязном полу дока — резко, выключенное. На секунду стало совсем тихо. Она не смотрела больше на тело. Бросила: — Груз — на мой склад. — Кредиты — на счёт. Жалование выплатить. — Корабль — на продажу. Короткая пауза. — Остальное — делите. Кто не договорится — на арену. — Ставка — найденное плюс своё. Всё. Вопрос закрыт. Приказ разошёлся по цепочке без задержек. Ария ещё раз окинула взглядом старый док: у причалов стояли пиратские суда, где-то глухо работали конвейеры, вдалеке перекликались экипажи. Жизнь возвращалась в привычный ритм — как будто ничего и не произошло. Так и должно быть. Здесь быстро учились не задерживаться на чужих ошибках. И делать ей здесь больше нечего. Ария развернулась и села в подкативший летун. Сегодня есть другое занятие. Мысль вернулась к человеческой девушке — слишком случайной, чтобы быть случайной. Забавная. И, возможно, полезная. Летун плавно оторвался от поверхности. А если нет — её всегда можно продать.   ***   — Я краем уха слышала о Тактусе. И о тебе, — сказала Вики, когда они остались вдвоём. Она провела Ванту по полукруглой зале и остановилась у барной стойки. Двигалась легко — не обслуживая пространство, а будто пользуясь им. Тон кожи — глубокий, насыщенный, ближе к тёмному индиго; взгляд — открытый, но не наивный. Та самая стадия, когда азари не выбирают роль — они собирают их все. И место у неё было правильное для этого — статус, доступ, перспективы. — Что будешь пить? Взгляд — прямой, без попытки смягчить. Уточняющий — она не «декорация при Арии», не «наивная азари», а игрок на старте. — Откуда ты? Ты отличаешься от других людей. — Знаю, — Ванта не спешила отвечать. Скользнула взглядом по бутылкам. На секунду мелькнула мысль — напиться в хлам. Послать всё к чёрту.  Вот только слишком явная и предсказуемая.  Вики покачала головой. — Не советую. Нам обеим не повезёт. Но тебе — больше. Слова прозвучали спокойно. И именно поэтому — как предупреждение. Ванта отвела взгляд. Делать что-либо наперекор сейчас действительно было плохой идеей. Особенно если речь шла не о Вики. — Хорошо, — сдалась. — На твой вкус. Села на высокий стул, поправила волосы и мельком глянула в зеркало за спиной Вики.  Цвет держался идеально. Глянец, послушность, глубина оттенка — всё на месте. С таким не спрячешься. Мысль мелькнула и будто не зацепилась — ушла, не дождавшись продолжения. Вики тем временем работала легко и точно: лёд, движение рук, короткие переливы света в стекле. Голубая, прозрачная, искрящаяся смесь заполнила фужер. Она подвинула его Ванте. — У меня ещё не было опыта с турианцами, — сказала Вики просто, между делом. — Говорят, они… специфичны. Слова, как неожиданный, но очень верный удар, пришлись точно. Ванта на секунду потеряла фокус — будто звук стал дальше, а пространство плотнее. Моргнула. Всё вернулось. Почти. Нужно было ответить. — В любом случае это будет отличаться от моего, — сказала Ванта первое, что пришло и сделала глоток, словно попытку спрятаться, но вкуса не ощутила. Он оказался слишком чистым каким-то. Почти прозрачным. Сознание мягко сдвинулось — не уплыло, а именно сместилось, будто траектория вдруг перестала быть прямой и легла в широкий, плавный полукруг. — Я человек. Ты азари. У нас разное восприятие, — Ванта с трудом закончила мысль. — С людьми я была, — Вики отмахнулась легко. — С обоими вашими полами. Пауза не случилась. — И как? — спросила Ванта, запоздало удивляясь, что слишком быстро и слишком прямо. Отметила это — и не остановилась. Вики чуть склонила голову, рассматривая внимательнее. Уже иначе. — По-разному, — пожала плечами. — Люди… вариативны. Короткая улыбка — не тёплая, а заинтересованная. — Иногда неожиданно. — А ты? Вопрос лёг мягко. И прошёл глубже, чем должен был. Ванта едва не сбилась на вдохе — зрачки Вики медленно расширялись. В этом не было усилия. Только интерес. На секунду...  ...пространство между ними исчезло. Не сократилось — стерлось. И Вики… не смотрела. Пробовала. Не снаружи — изнутри. Осторожно. Как проверяют незнакомую структуру на прочность. Мысль оборвалась… Ванта резко зажмурилась, вдохнула глубже, тряхнула головой — словно сбрасывая чужое присутствие. Воздух вернулся. Пространство — тоже, но не до конца. — Что за… ты мне налила? — голос прозвучал ниже, чем она ожидала. Вики пожала плечами — легко, почти невинно. И вдруг рассмеялась. Искренне. — Понятно, — сказала она мягче. — С азари у тебя ещё не было. Она сделала шаг ближе — не нарушая дистанцию, но проверяя её. — Ничего. Взгляд скользнул по Ванте — медленно, без стыда, но с учётом. — Это поправимо. И ещё тише: — Если разрешат. Ванта замерла. На долю секунды ей показалось, что в этих словах есть кто-то ещё. Более точный. Более уверенный. Моргнула. Ощущение не исчезло. Просто отступило на шаг. — Ты здесь только за баром работаешь? Или ещё танцуешь? — ухватилась за первое, что пришло в голову.Сменить тему. И заодно — понять, кем теперь будет сама. Вики пожала плечами и снова улыбнулась: — По-разному. Отпила из бокала, не отводя взгляда. — В основном — здесь… Ария ведёт переговоры в этом зале. Сюда приходят все: друзья, враги и те, кто ещё не понял, на чьей стороне окажется. Лёгкая усмешка и новый взгляд на Ванту — оценивающий иначе. — Место удобное, но…  человек не конкуренция азари в развлечении гостей. И мягко, почти снисходительно: — Скорее, ты сама станешь частью программы. — Заткнись! — оборвала Ванта. Слишком резко. Но поняла это уже после. И ещё, что слово прозвучало чужеродно. Будто не её слово. Вики лишь хмыкнула и, прихватив бокал, сместилась к другому краю стойки. Дистанция — минимальная. Но уже обозначенная. — А что такого? — Спокойно. Почти лениво. — Вы, люди, странные. Иногда очевидное приходится проговаривать вслух. Пальцы легко провели по краю стекла. Вики отвела взгляд и чуть подняла брови. — Даже самый тупой наёмник здесь понимает: быть при Арии — это уровень. Для других —  доступ. И тише: — Иным защита. Взгляд вернулся к Ванте. — И цена. Сложив всё вместе, Вики уверенно закончила: — Гораздо выше, чем быть чьей-то… благодарностью. — Он достал лекарства для мамы! — голос Ванты сорвался, но она не остановилась. — Переправил. Я… его люблю! Да и… что ты вообще можешь об этом знать? Вики отмахнулась. — Я как раз об этом — у вас был договор. — Ничего у нас не было! — Не обязательно вслух… такие тонкости.  Музыка из зала будто стала громче на мгновение. Или всё остальное — тише. А потом… Ванта не сразу поняла, что отвечает уже не азари. — Самообман, — говорила глухо. — Удобная версия. Красивая. Чтобы не видеть остальное. Слова ложились ровно. Неудержимо легко. — Мне так было проще… Она осеклась, замолчала, но поздно. Вики смотрела внимательнее, чем раньше. Без жалости. С интересом. — Теперь проще будет по-другому, — так же спокойно. — Без иллюзий. Да, было так. Да, стало иначе. Глоток. Взгляд не уходит. — И, если считать честно… по мне так ты в выигрыше. По сравнению с ним. — Слушай! — Ванта резко подалась вперёд. Слова родились быстрее, чем она успела их остановить. Мир слегка качнулся — или это уже она сама. — Это Ария велела тебе со мной поговорить? Глоток воздуха. Резко. — Что ты со мной делаешь?.. Как ты… — Она запнулась. — Как ты туда попадаешь?.. Пальцы коснулись виска — как будто можно было закрыть вход. Вики тихо хмыкнула. Без раздражения. — Ты правда думаешь, что для этого нужна Ария? Лёгкое покачивание головы. — Ты сейчас открыта, Ванта. Сильнее, чем тебе кажется. Она чуть наклонилась, разглядывая её почти с профессиональным интересом. — И ты правда считаешь, что вокруг тебя будут ходить на цыпочках? Усмешка — тонкая. — Даже не самый умный турианец понял, что проще расплатиться тобой, чем продолжать вкладываться. Пальцы Вики прошли по краю бокала — и на долю секунды остановились в воздухе, будто на невидимой границе. — Краска. Духи. Одежда… Всё это стоило кредитов. Хороших. Взгляд стал точнее. — И он их уже вернул. Музыка сменилась — зазвучала глубже, плотнее. Ритм сдвинулся. Вики чуть повернула голову, прислушиваясь. И улыбнулась — уже иначе. — Готовься. — Ария возвращается.