Soulmate season

Уилл

Зажимая кулоны в зубах, Уилл не мог унять нервозность. Сегодня ему исполнилось двадцать один. Совершеннолетие могло быть более сладким, если бы не вечерняя игра. Выездной матч в Чикаго не сулил ничего хорошего. Сан-Хосе продолжали бороться за место в плей-офф, буквально выдирая очки, а вот Чикаго уже все равно. Именно поэтому они опасны. Не становилось легче и оттого, что Варсо то и дело скидывал Уилла то в третье, то в четвертое звено, отделяя от Маклина. Селебрини аккуратно возмущался, но, конечно, воля тренера — закон. Уилл молча выполнял установки и распоряжения, но внутри появилось неприятное чувство несправедливости. Смит никогда не реагировал на бесконечные статьи и инфоповоды о том, что на фоне Селебрини выглядит блекло. Также как легко принял факт, что именно Маклин — человек, вокруг которого будет строиться новая команда Сан-Хосе. Да что там! Уилл всецело поддерживал идею, понимая, что Селебрини является движущей силой все еще слабых Акул. Смит радовался, наслаждаясь новыми рекордами Маклина, как собственными… Даже то, как Уилла сдвинули на фланг, хотя он всю жизнь играл в центре, не отразилось на настроении. Смитти принял это, готовый играть где угодно, лишь бы с Маком. Но теперь и это было под сомнением. — Смитти, на пару слов, — после утренней тренировки Варсо подозвал Уилла. Маклин тут же подорвался следом, но тренер покачал головой. — Только Смит, Мак. Селебрини с подозрением хмыкнул, но направился в раздевалку, мурлыкая под нос какую-то песню. Уилл не смог удержаться от улыбки. Селебрини только-только пришел в себя после Олимпиады, возвращаясь в стабильное состояние куража. И Смитти не мог не улыбаться, понимая, что частично приложил к этому руку. — Вот, — проговорил Варсо, заставляя Смита прийти в себя. Тренер показывал ладонью на удаляющуюся спину Селебрини. — Об этом и речь. Это становится проблемой. — Что? — не понял Уилл, нахмурился и внимательно посмотрел на тренера. — Ваша слишком близкая дружба, Уилл, — выдохнув, Варсо покачал головой. Смитти заметил, как его щеки слегка покраснели. Внутри Уилла все напряглось. Команда давно перестала обращать внимание на причуды взаимоотношений Смита и Селебрини. А уж тренер и подавно ни слова не говорил. Поэтому внезапный разговор об их с Маком дружбе казался странным и смущающим. — Это здорово для СМИ и популярности Акул, не спорю. Вы двое отлично работаете на благо имиджа Сан-Хосе. — Мм, наверно, — пробормотал Уилл, все еще не понимая, к чему ведет Варсо. — Но меня мало волнует имидж команды. Меня волнует результат, — заявил тренер, внимательно всматриваясь в лицо Смита. — Ты отвлекаешь его, Уилл. У Смитти пропал дар речи. Он широко распахнул глаза, таращась на Варсо так, будто увидел пришельца. Что за нахрен? — Постоянные разговоры на скамейке и на льду, объятия по поводу и без. Мак буквально не может от тебя отлипнуть! А еще это, — тренер слегка оттянул ворот джерси Уилла, заставляя ненамеренно отшатнуться. Смит знал, что на шее алеет вполне узнаваемый засос. Это Маклин не удержался несколько дней назад. Селебрини постоянно нужно оставлять метки. Будто Уилл и так не проводит с ним все время. — Не знаю, где вы двое умудряетесь находить интрижки между играми, но уверен, что это — не идея Маклина. Но на нем подобное я тоже видел. Уилл поперхнулся, откашливаясь и аккуратно освобождаясь из хватки тренера. Что же, Варсо пришел к интересным умозаключениям. Получается, тренер думает, что Смит таскает Маклина за собой по барам, чтоб развлекаться с девушками? О, он был бы очень удивлен. С Варсо у Смита отдельная история — они знакомы достаточно давно. И не то чтобы Уилл не замечал особого внимания. Замечал. Просто не придавал значения. В первом сезоне за Акул или на чемпионате мира в прошлом году — Варсо всегда выделял Уилла. Но тренер — муж и отец парочки замечательных сорванцов. Думать о его симпатии к Уиллу не как к человеку, а как к мужчине, было бы дико. Но ведь и Маклин до встречи со Смитти не питал тягу к страстным поцелуям с парнями и совместному душу… Так, ладно. — Думаю, вы ошиблись в выводах, — аккуратно начал Уилл, на лице Варсо вспыхнуло раздражение. — Мы не… — Ты не понимаешь всего масштаба, Смитти, — прервал тренер. — Селебрини — наш главный актив. Это его место в первом звене без сомнений. Твое — под вопросом. — Я второй бомбардир в команде, — тихо напомнил Смит. — Благодаря Селебрини, Уилл, — усмехнулся Варсо, и сердце Уилла пропустило удар. Это несправедливо и некорректно. Какая к черту разница кто автор голевых передач, если Акулы побеждают? Смитти мысленно вздохнул, но ничего не ответил. Уже очевидно к чему ведет Варсо. Это нужно просто пережить. — Я не умаляю твои заслуги, ни в коем случае… «Именно это ты и делаешь!» — хотелось выкрикнуть Уиллу, но он молча ждал, когда закончится этот максимально неприятный разговор. — Жаль, что приходится говорить это именно в твой день рождения, но с сегодняшней игры ты в четвертом звене. Посмотрим, как пойдет. Думаю, Мак справится и без тебя на фланге, — закончил Варсо. — Хорошо, — кивнул Смит и хотел направиться в раздевалку, как тренер быстро проговорил фразу, буквально уничтожающую остатки настроения. — Это твой второй сезон, Смитти. Вместо того чтобы сиять, как Мак, ты развлекаешься и тащишь его за собой. Сконцентрируйся на играх, а не на личной жизни. «Сконцентрируйся на тренерской работе, а не на отметинах на моей коже», — чуть не вырвалось у Уилла. Так что, да. Смит нервничал, одеваясь на игру и ожидая начала предматчевого инструктажа. — Хей, что с тобой? Все хорошо? — непонимающе спросил Маклин. Он всегда прекрасно улавливал настроение Уилла. Неудивительно, что и сейчас заметил неладное. — Да, — выпуская кулоны изо рта, коротко ответил Смит. Ничего хорошего. О разговоре с Варсо он, конечно, расскажет Маклину. Но не сейчас и не в красках. Возможно, даже не сегодня. Совершеннолетие Уилла с каждой минутой становилось тоскливее. — Выглядишь так, будто… — начал Селебрини, но, к счастью, тренерская команда появилась в раздевалке. — Распределение по звеньям, — коротко сообщил Варсо, и на экране появилась схема. Уилл удрученно пробежался взглядом по строчке Смит-Делландреа-Гудроу. Даже в четвертом звене Варсо не вернул ему центр. — Почему Смитти в четвертом? Какой-то сомнительный подарок на день рождения, — вырвалось у Тоффа. Рядом закивал Эки. Уилл отвел глаза от экрана, уткнувшись взглядом в пол. Меньше всего хотелось мусолить тему. Но рядом уже недовольно сопел Маклин, готовый присоединиться к обсуждению. — Слушайте, место в первом звене дается не просто так. Если в начале сезона мы позволяли новым игрокам проявить себя в основных звеньях, то теперь пришло время, когда это право нужно заслужить, — спокойно ответил Варсо. Щеки Уилла вспыхнули. Вот так. Тренер при всей команде сообщил, что Уилл Смит не тянет игру в первом звене. — Но это бред. Смитти — второй по результативности, — пробормотал Селебрини, его рука упала на плечо Уилла в жесте поддержки, да так и осталась там. Смит только с трудом не вздрогнул и не отшатнулся. Он знал, что Варсо смотрит. И знал, что Селебрини делает только хуже, даже не подозревая. — Решение обсуждению не подлежит, Мак, — пожал плечами Варсо. — А теперь пора на игру! Если Уилл думал, что хуже уже быть не может, то ошибся. Делландреа и Гудроу хороши, но у них нет того, что есть у Маклина — умения чувствовать Смитти на льду. Уиллу необязательно оборачиваться или осматриваться, чтобы знать, где будет в следующий момент Селебрини. Так же как и Маку не нужно искать Смита… Но ни первому, ни четвертому звену в этой игре так и не удалось забить. Акулы проиграли важнейший матч, оказавшись на краю вылета из гонки к плей-офф. Даже отсутствие травмированного Бедси не помогло Сан-Хосе вырвать победу. В раздевалке не могло быть и речи о праздничном настроении, да и Смит не горел желанием отмечать день рождения. Но дальше — больше. Они с Маком стояли возле служебного входа арены ожидая такси. Смит нехотя согласился на настойчивое предложение сходить в один приятный ресторан, который Селебрини полюбил в годы игры за Чикаго Стилс. Остальная команда благополучно уехала в отель, чтобы готовиться к завтрашнему вылету в Сан-Хосе. Но Уилл просто не смог отказать Маклину. — Тебе понравится, я обещаю, — воодушевленно проговорил Селебрини, глаза засверкали — это видно даже в сумерках. — Хорошо, — шумно выдохнул Уилл и собирался уже продолжить, как парковку огласил звонкий девичий голос. — Маклин Ричард Селебрини! Вот ты где! Мак удивленно обернулся, а у Уилла резко пересохло в горле. К ним направлялась очаровательная блондинка с ослепительной улыбкой. Смит узнал ее. Элли. Бывшая любовь Маклина. — Воу, Элли, вот это сюрприз, — растерянно улыбнулся Селебрини, когда блондинка подпрыгнула и повисла на нем. Уилл почувствовал, как неприятно заныло в груди. Сильные руки Маклина удерживали Элли над землей. Смит видел, как губы блондинки легко скользнули по скуле Селебрини. И эта картина вызвала целый водоворот чувств. Смит никогда не считал себя ревнивым. Никто из бывших не вызывал столь пагубное чувство. Но губы Элли на коже Маклина заставили Уилла ощутить раздражение, тоску и досаду. Что-то ядовитое, неприятное засело в груди. Смит стремительно отвел взгляд, утыкаясь в телефон. Чертово такси, почему так долго? — Господи, я скучала, Макки! — выпалила блондинка, когда Селебрини аккуратно поставил ее на место. — Хорошо, что успела тебя перехватить. Мне сказали, команда уже уехала. «Макки?» — Уилл с трудом не скривился. — Да, они на пути в отель, — все еще неловко улыбаясь, ответил Селебрини. — Это Уилл. Уилл, это Элли. Блондинка радостно хихикнула, протягивая руку Смиту. Он пожал хрупкую ладонь, старательно не выдавая эмоций. Губы только слегка дрогнули в улыбке, и Уилл понадеялся, что выглядело не слишком плохо. В следующий момент Элли взяла Маклина под руку, прижимаясь к плечу. — Обожаю тебя, Смитти! — выпалила Элли, заставляя Селебрини вспыхнуть. — Ваша с Маком химия на льду — это что-то с чем-то! Если бы не знала Маклина так хорошо, то приревновала бы. Уилл только с трудом не выпалил какую-нибудь глупость, что вертелась на языке. Такси наконец-то подъехало, и Смит вопросительно посмотрел на Маклина. Тот выглядел нелепо: покрасневший и явно растерянный. — О, это за вами? — спросила Элли. Она добродушно улыбнулась Смитти. — Не против, если я украду у тебя этого красавчика ненадолго? Обещаю, он получит соответствующий послематчевый уход, — голубые глаза Элли задорно засверкали, а Уилл почувствовал тошноту. — У нас кое-какие планы, — попытался сказать Селебрини, но Элли заливисто рассмеялась и вольно провела аккуратными пальчиками по линии его подбородка. — Прекращай, Селебрини. Я знаю, ты тоже скучал. Будет весело, — чарующе заявила Элли. На этом выдержка Уилла закончилась. Он выпалил: «Было приятно познакомиться», — и быстрым шагом направился к такси. Сев в машину, Смит шумно выдохнул и прикрыл глаза, мысленно отсчитывая до десяти. Где-то в глубине души Уилл надеялся, что вот-вот откроется дверь, и в автомобиль сядет Маклин. Но долгие десять секунд прошли, а Селебрини не появился. — Ресторан «Старс?» — уточнил водитель. — Нет, — тускло ответил Смит, чувствуя, как в горле застрял ком, а глаза странно щиплет. Возможно, сегодня случилось слишком много херни, и стойкость Уилла дала сбой. — Отель «Ритц-Карлтон», пожалуйста. Водитель и слова не сказал, включая счетчик.

Маклин

Появление Элли подчистую смело идеальный план Селебрини. Не то чтобы Мак не рад видеть бывшую возлюбленную, но он точно желал сейчас быть не здесь. Они с Элли оказались в небольшом, но уютном кафе в центре города. Маклину показалось забавным, что девушка выбрала именно это место. Почти четыре года назад они впервые поцеловались здесь, и Селебрини пропал. А теперь Маклин сидит напротив все такой же прекрасной Элли и пытается не подавать виду, что хочет сбежать. Он должен быть не здесь. — Ты такой молчаливый, — проговорила Элли и нежно провела пальцами по руке Маклина. Он задумчиво уловил момент: никакой реакции тела — ни мурашек, ни жара внутри. Пустота. — Во сколько у тебя рейс? — Завтра днем. — Оу, отлично, мы все успеем, — очаровательно улыбнулась Элли, продолжая наглаживать Маклина. Он аккуратно отодвинул руку, делая вид, что хочет сделать глоток сидра. — Я соскучилась, Макки. Селебрини промолчал. Врать не хотелось. А правда в том, что Мак не скучал. Ровно в тот момент, когда в его жизни появился Уилл Смит, остальные люди стали значить так мало. У Маклина не было времени скучать, потому что Уилл слишком интересный, забавный и особенный. Потому что со Смитти одинаково хорошо и на льду, и на ужине… И, уж тем более, в постели, когда Уилл слегка царапает кожу своими вампирскими клыками и доводит Маклина до такого состояния, что все внутренние «нет» становятся очевидными «да». От Элли пахнет ванилью. Даже в кафе, полном ароматов, сладость достигает рецепторов Селебрини, заставляя морщиться. Слишком тяжело и приторно. Запах Уилла — свежий и древесный — настолько родной, что становится страшно. Мак в целом не против, если все его вещи пропитаются Le Labo. Глаза у Элли голубые и яркие, но без темной окантовки, как у Смитти. Мак помнил, что в пасмурную погоду его глаза становятся почти серыми. Кстати, на улице пошел дождь. Должно быть, ценник на такси взлетит до небес. Маклин мысленно вернулся к сегодняшним планам. Да, ресторан, в который он собирался затащить Смитти, отменился. Но вторая часть все еще выполнима… Достаточно вызвать такси и добраться до отеля. Маклин понадеялся, что Уилл не спит. О да, у Селебрини большие планы на вечер совершеннолетия Уилла Смита. Даже от мыслей внутри появлялся жар, а по телу пробегала дрожь. Маклин действительно собирался это сделать, не так ли? Очевидно, да. Уже много месяцев между ним с Уиллом лишь поцелуи, объятья и неловкие трения через одежду. Если не считать смелой выходки Смитти в душе после Олимпиады, то дальше невинных ласк не заходило. А Маклин желал и был уверен, что Уилл желает тоже. Вечер дня рождения Смитти — идеальный момент, чтобы перейти чуть дальше обычных поглаживаний. — Ты меня слушаешь, Мак? — ворвался в сознание Селебрини слегка возмущенный голос Элли. Маклин вздрогнул, переводя расфокусированный взгляд на бывшую девушку. Из-за мыслей об Уилле в брюках стало тесновато, а по коже от шеи потянулся румянец. Маклин заставил себя собраться и слабо улыбнулся. — Что с тобой? Хочешь уйдем? — Да, мне нужно уйти, — согласился Селебрини, доставая бумажник и оплачивая счет. Он пропустил мимо ушей откровенный намек Элли. — Извини, что не получилось подольше поболтать. Но мне пора возвращаться в отель. Элли ошарашенно приоткрыла рот, явно удивленная. — Ты… ты не хочешь? Я думала, что мы… — девушка растерянно забормотала, заставляя Маклина чувствовать неловкость. — У тебя кто-то есть? Селебрини замер. Есть ли у него кто-то? Определенно, да. У него есть человек, ради которого хотелось становиться лучше. С которым хочется проводить каждую минуту каждого дня. И, да, с которым Маку точно хотелось бы быть именно сейчас, вместо того, чтобы пить сидр в компании бывшей девушки. Маклин медленно встал из-за стола, ощущая, как тело расслабляется. Мыслями он был уже в отеле, рядом со Смитти. — Да, — просто ответил Селебрини, не желая развивать тему. То, что между ним и Уиллом — только для них. Не для вездесущих болельщиков, ни для родных и близких людей, и точно не для бывших возлюбленных. Только для них. Дорога заняла слишком много времени, или Маклину так показалось. С каждой минутой он ощущал все больше волнения, нервно одергивая рукава худи. Внутри расплылось теплое чувство правильности происходящего. А еще невыносимая нужда, которую так сложно угомонить. Маку нужен Уилл. И чем быстрее, тем лучше. В номере не горел свет. Странно, учитывая, что Уилл всегда оставляет хотя бы один ночник включенным, ведь Селебрини обладает удивительной способностью ударяться об ножки мебели. Неужели Смитти не здесь? Маклин прошел вглубь номера и тихо выдохнул, когда заметил светлую макушку, видневшуюся из-под одеяла на одной из кроватей. Видимо, Уилл уснул. Еле слышимое сопение нарушало тишину комнаты, когда Мак зашел в ванную. Быстренько сполоснувшись и натянув мягкие штаны и футболку, Селебрини вернулся в спальню. Кровать прогнулась, когда Маклин лег. Чтобы проникнуть под одеяла и добраться-таки до Смита понадобилась добрая минута — Уилл укутался так, будто на дворе холодная канадская зима. Но наконец-то Мак уткнулся лицом в острые лопатки друга, обнимая за талию и притягивая ближе. Глубоко вдохнув знакомый древесный аромат, Селебрини ощутил то самое чувство: спокойствие, перемешанное с жаром, расползающимся от низа живота вверх. — Мм, Мак? — сонно пробормотал Уилл и пошевелился. — Угу, — ответил Селебрини, рукой проникая под футболку Смитти и касаясь подтянутого живота. По телу немедленно прошло электричество — стандартная реакция Маклина на Уилла. Селебрини почувствовал, как Смит напрягся, но скидывать руку не стал. Воспринимая это как немое согласие, Маклин начал пальцами поглаживать нежную кожу. — Я думал, ты сегодня не появишься, — хрипло проговорил Смит и развернулся, заставляя Маклина отвлечься. Даже в темноте комнаты Селебрини увидел, что лицо у Уилла печальное. — Что случилось? — Случилось? — переспросил Маклин и приподнялся на локте, нависая над Смитом. Завороженно разглядывая знакомые черты, Селебрини только с трудом сразу же не впился в губы. А соблазн велик, но нет, сегодня он не будет торопиться. — Ничего. А что должно было случиться? — Не знаю, Мак, — недовольно фыркнул Уилл и прикрыл глаза. — Господи, не заставляй меня говорить об этом. Элли не просто появилась. Сложно было не понять намерения. Селебрини довольно улыбнулся от того, как в голосе Смита проскользнули неслышимые ранее нотки. Ревность, мм. Приятно, что не только Маклин подвержен этому чувству. — Ты поэтому не оставил включенным ночник? — улыбнулся Селебрини и все же не удержался — уткнулся носом под челюстью Смита, чувствуя, как по его коже тут же понеслись мурашки. — Думал, я вернусь утром? Опрометчиво, Смитти. Я ведь мог покалечиться, пока иду на ощупь в темноте. — Какой же ты придурок, — пробормотал Уилл расслабляясь. Маклин неторопливо и основательно принялся покрывать поцелуями линию подбородка и шею Смита. С каждым мгновением внутри становилось все жарче. День прошел откровенно хреново, но Селебрини собирался сделать все, чтобы Уилл остался доволен своим совершеннолетием. Под одеялами стало жарковато, поэтому Мак, не отвлекаясь от шеи Смита, скинул покрывало. Приятный холодок прошелся по телу, когда руки Уилла проникли под футболку. Маклин с трудом сдержал стон, готовый сорваться только оттого, как прекрасно ощущать пальцы Смита, путешествующие по разгоряченному торсу. — Я весь день об этом думал, Смитти, — с трудом оторвавшись от шеи Уилла, прошептал Маклин и сел на колени. Смит автоматически потянулся следом. Селебрини удовлетворенно отметил, что печаль ушла с лица Уилла. Теперь Смит выглядел одурманенным, будто поцелуи пьянят не меньше шотландского виски. Стащив собственную, Селебрини потянулся к футболке Уилла, заставляя поднять руки. Снимать одежду друг с друга для них не в новинку. Но сегодня все ощущалось во сто крат сильнее, жарче, интимнее. Возможно, потому, что Мак не собирался останавливаться. — С утренней тренировки, а потом во время дневного сна, подготовки к игре и даже на раскатке. — Не говори об этом Варсо, — пробормотал Уилл, когда Маклин сел на его бедра и медленно потерся. С губ Смитти сорвался шумный выдох, он прикрыл глаза. Взаимное возбуждение стало таким очевидным. Селебрини завороженно положил ладонь на затылок Уилла, закапываясь пальцами в светлые кудри. — Черт, Мак… Маклин мало обратил внимания на странную фразу про Варсо. Уж что-что, а думать о тренере сейчас не хотелось. Селебрини слегка оттянул волосы, заставляя Уилла поднять подбородок и, наконец-то, добрался до губ. Как бы ни старался Маклин оставаться терпеливым и не торопиться, это сложно. Целовать Смитти слишком хорошо и приятно, чтобы медлить. Уже спустя минуту или чуть больше поцелуй стал голодным, отчаянным. Их языки переплетались, губы горели, требуя еще больше, ближе. Уилл выдохнул хриплый стон, когда Маклин ненамеренно дернулся бедрами. Этого достаточно, чтобы Селебрини немного пришел в себя. С усилием разорвав поцелуй, Маклин толкнул Уилла в грудь, заставляя упасть на подушки. Смит закусил губу, стоило Селебрини наклониться, продолжая целовать обнаженную кожу. Маклин не церемонился — скользил губами и языком, оставлял укусы — все, отчего кровь в венах кипела, стоило заметить эти самые метки на теле Смитти при дневном свете. В раздевалке, на командных обсуждениях, за ужином с друзьями… Селебрини наслаждался. Он знал, что это довольно глупо, потому что, очевидно, говорит о неуверенности. Но, может, Маклину хотелось, чтобы Уилл был отмечен? Отмечен им. Смит вздрогнул, когда Селебрини приподнялся и потянул его пижамные штаны вниз. Через мгновение Уилл не удержал громкого стона. Маклин прикоснулся сначала горячей рукой, а потом ртом. Мысли Селебрини унеслись куда-то далеко. Уилл сжимал ткань простыней, уже не сдерживаясь. Все ощущения обострились, Маклин делал это впервые, но, очевидно, получалось неплохо, учитывая, как сильно вцепился Смитти в его плечо одной рукой. Сложно понять, Уилл хотел удержать или, наоборот, помочь с направлением. Маклин не думал, просто интуитивно двигался, позволяя чувствам взять верх. Это оказалось… приятно. Горячо и возбуждающе. Но, возможно, все дело не в процессе, а в человеке, с которым это делаешь? От звуков, издаваемых Уиллом, Маклин возбуждался все сильнее. Хотя куда сильнее — штаны вот-вот треснут. Но Селебрини не собирался отвлекаться на себя. Сегодня он делает все для Смитти. — Боже, Мак, ты… так приятно, — шептал Уилл, прогоняя по телу Маклина электричество. Рука Смита сместилась с плеча на шею. Но спустя несколько минут, слегка царапая и поглаживая, Уилл попросил Селебрини притормозить. — Остановись, ладно? Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо. — Мне хорошо, — оторвавшись от самого гейского в своей жизни занятия, отозвался Маклин. Он продолжал работать рукой, наблюдая, как преобразилось лицо Уилла. Он выглядел действительно опьяненным. И этот факт отозвался волной горячего возбуждения. Завороженно смотря на Селебрини, Смит потянул его к себе. — Будет еще лучше, — пообещал Уилл, заставляя Маклина сглотнуть ком в горле. Смит впился в губы Селебрини, не прекращая касаться горячей кожи, явно с трудом сдерживаясь от того, что Маклин продолжал равномерные движения. Через несколько мгновений уже Селебрини застонал в рот Уилла, потому что тот приспустил его штаны. Поцелуи становились глубже, движения рук жестче, быстрее. Селебрини потерял счет времени, не понимая, где его язык, а где Уилла. Где собственное тело, а где идеальное тело Смитти. Они буквально слились, дыхания не хватало, внутри полыхал пожар. Это слишком. Чересчур хорошо и приятно, чтобы продолжаться долго. Маклин прикусил губу Уилла, утыкаясь в его лоб, не в силах больше держаться. Эйфория прошлась ураганом, заполняя каждую клеточку тела, каждый миллиметр чувствительной кожи. Кажется, у Смитти вырвался хриплый стон. Или у Маклина? Может быть, у обоих. Время исчезло, как и окружающий мир. Был только Уилл, его рваное дыхание и то, как приятно расслабление распространяется по телу. Напряжение дня исчезло, оставляя за собой сладкое чувство удовлетворения и щемящей в груди… нежности? Маклин открыл глаза. С трудом отлипнув от Уилла, Селебрини упал на подушки. Не до конца спущенные штаны сковывали движения, поэтому Мак лениво стащил их ногами. По телу прошелся холодок. — Это было… — начал Селебрини, пытаясь подобрать слово. Хорошо? Недостаточно показывает эффект произошедшего. Отлично? Звучит по-идиотски. Впечатляюще? Это же, блять, не соревнование! Сладко? Чересчур приторно, а они с Уиллом не такие. Совсем нет. — Идеально, — пробормотал Смит, и Маклин мог только кивнуть. Да. Это было идеально. Горячо, чувственно и определенно так, будто Селебрини захочет повторить. — Боже, ты сделал из меня гея, — хихикнул Маклин и, не в силах остановиться, рассмеялся. — Мать твою, Смитти, серьезно. Это твоя суперспособность, да? — Закрой рот, придурок, — фыркнул Уилл, хотя Селебрини прекрасно слышал, что тот с трудом сдерживает смех. — А мне показалось, что тебе нравится, когда мой рот открыт, — нахально заявил Маклин и тут же получил подушкой по лицу. Они посмеивались еще какое-то время, прежде чем заставили себя сходить в душ. И да, Селебрини не шутил, когда подумал, что захочет повторить. Хорошо, что в отелях такие просторные душевые.