Нулевая гипотеза

Лучший в мире бро: Знаешь, меня не отпускает эта ситуация       Тэхён отвлекается от начавшейся катки в Counter-Strike, когда видит на экране телефона входящее сообщение от лучшего друга, и тут же спешит ответить:

thv:

Какая именно?

Лучший в мире бро: Минхо Сегодня в школе       Тэхён закатывает глаза и фыркает, печатая новое сообщение:

thv:

Ты о том, как он сегодня в коридоре засосал Мию?

      Зрелище было то ещё. Минхо, в целом, неплохой парень, но уж излишне сильно любит хвастаться, что порядком бесит. Особенно, когда этот выскочка решает, что отличным поводом для хвастовства может послужить его новая пассия из параллельного класса.       Тэхёну, по большому счёту, дела до этого нет — пусть целуется кто с кем хочет, лишь бы его не трогали, но во всём этом есть небольшая загвоздка, которую Лучший в мире бро, его верный и давний друг Чон Чонгук, решает озвучить в переписке: Лучший в мире бро: Да чёрт с ним, что засосал! Ты видел, как он потом посмотрел на нас? И слышал, как он морознул мне, мол, «Гук-и, зависть в твоих глазах сейчас прожжёт во мне дыру»? Ну не еблан ли?!

thv:

Еблан, конечно

Что за риторические вопросы

Но я не понимаю, почему ты так завёлся?

Не в первый раз же

      И правда. Ким Тэхёна и Чон Чонгука, эту неразлучную парочку лучших друзей, уже далеко не впервые задевают одноклассники. И всё лишь из-за того, что те никогда не состояли в отношениях. Тэхён это проблемой не считает — его личная жизнь, по его же мнению, не должна касаться других. Чонгук раньше тоже мало придавал этому значения, но в последнее время стал каким-то дёрганым и нервным. Тэхён списывал всё на то, что они в выпускном классе, впереди тяжёлые экзамены, выбор университета и прочие прелести подступающей взрослой жизни, но, как оказалось, его друга волновало не только это. Лучший в мире бро: Ты не понимаешь Тэ, нам по 18, сука, лет! А мы даже ни разу не целовались!       Тэхён тяжело вздыхает и выходит из игры, понимая, что разговор намечается серьёзный. Каким-то волшебным образом нервозность Чонгука передаётся и ему, что заставляет в очередной раз задуматься. Не то чтобы он сильно переживал о своей девственности и нецелованности, но маленький червячок сомнения всё же грыз изнутри. Все его друзья и знакомые, не считая Чонгука, уже давно вели довольно активную как романтическую, так и половую жизнь, а они всё продолжали пасти задних. И дело было вовсе не в том, что Тэхён и Чонгук какие-то фрики или аутсайдеры, которых никто не хочет. Напротив, те обладали весьма привлекательной внешностью, не были забитыми задротами, но и не славились неучами. Всего в меру: красоты, юмора, ума и денег. Но как-то не клеилось у них с отношениями. Все вокруг были не те.

thv:

А мы виноваты в том, что вокруг одни зануды?

Как я могу целоваться с человеком, который не смеётся над моими шутками и мемами?

Лучший в мире бро: Над твоими шутками смеюсь только я. Думал, ты уже смирился.

thv:

Потому что только у тебя хватает ума понять их шедевральность и искромётность

Лучший в мире бро: Справедливости ради, да Я согласен с тобой Последняя моя попытка свидания вообще закончилась ужасно

thv:

Ты про тот случай, когда твоя девушка обиделась, что вместо того, чтобы провести с ней время в кафе, ты сидел на лавке и говорил со мной в ФейсТайм?

Лучший в мире бро: Во-первых, она не моя девушка Во-вторых, она могла бы понять! Друзья — это важно! Тебе нужна была моя поддержка!

thv:

Чувак, я просто менял видеокарту в компе

Лучший в мире бро: И что? Ты видел, сколько они стоят? Что, если бы ты что-то сломал?

thv:

Тут ты прав

Но это был твой шанс утратить поцелуйную девственность

Лучший в мире бро: Боже Не называй это так И хорошо, что я не утратил её с ней Это было бы большой ошибкой       Тэхён тоже так считает. Конечно, его не должно волновать, с кем будет целоваться Чонгук, но он бы искренне не хотел, чтобы тот растрачивал свои поцелуи на пустоголовых девиц. А других в поле их зрения пока не находилось.       Да и вообще, по его скромному мнению, достойных Чонгука днём с огнём не сыщешь. Даже если постараться. Даже если сильно. Потому что Чонгук — особенный. Он, как Тэхёну думается, чертовски красив и невообразимо умён. А ещё смешно шутит, шарит за комиксы и манги, хорошо играет в компьютерные игры и всегда поможет с домашкой, если нужно.       И Чонгук смешно и мило морщит нос, когда улыбается.       И глаза у него какие-то… космические. Там будто свои вселенные рождаются каждую секунду и с ума сводят.       И голос у Чонгука безумно мелодичный и приятный. Слушать бы и слушать…       А ещё он жутко добрый, честный и отзывчивый.       И губы у него на вид такие мягкие-мягкие…       Тэхён вздрагивает, когда понимает, что как-то далековато зашёл в своих мыслях, но тут же решает, что вполне имеет право так думать. Ничего противозаконного в этом нет. Чонгук его лучший друг, они проводят вместе очень много времени, поэтому логично, что он может подмечать даже такие детали.       Да. Всё в рамках дружбы. Ничего криминального. Лучший в мире бро: Ты где пропал? Дрочишь, что ли? Так задумался о поцелуях, что привстал?)))       Тэхён отряхивается, будто только вышел из-под воды, и возвращает своё внимание телефону.

thv:

Придурок

Меня не возбуждают мысли о поцелуях

Лучший в мире бро: И это хорошо Потому что у меня есть план       Тэхёну это уже не нравится… Обычно «планы» Чонгука заканчиваются тем, что они получают выговор от директора школы или попадают в травмпункт.

thv:

Можно я не буду участвовать?

Лучший в мире бро: Нельзя. Скоро выпускной, Тэ Мы уйдём из школы и в универе никто не будет знать, что наш цветочек ещё не сорван

thv:

Какой нахуй цветочек, идиот……

Лучший в мире бро: Не перебивай! Так вот В универе никто нас задирать не будет, что мы не целовались А мы с уверенными лицами, в случае чего, будем уверять всех, что этих поцелуев у нас было ого-го сколько раз И они нам поверят, стопудово Но есть проблема

thv:

Ты, блядь, ходячая проблема

Лучший в мире бро: Проблема в том, что когда придёт время поцеловаться с кем-то из универа, то мы… Не умеем? И тогда нас спалят

thv:

И к чему ты ведёшь?

Лучший в мире бро: Я решил, что нам нужно подойти к этому с научной точки зрения Поставим эксперимент Нет, не эксперимент А что-то вроде практики… Научной? Исследовательской?       У Тэхёна аж ладони вспотели. Предчувствие чего-то бесповоротного и опасного накрывает его с головой, он дрейфит на поверхности сознания, понимая, что стоит на пороге несущихся на него перемен и чувствует… предвкушение?

thv:

Предлагаешь учиться на помидорах?

      Тэхён слишком хорошо знает Чонгука. Тот ненавидит помидоры. Лучший в мире бро: Предлагаю научиться друг на друге. Я сейчас приеду.

***

      — Это всего лишь научный эксперимент, — с умным и серьёзным видом кивает Тэхён.       Они сидят друг напротив друга в его спальне в позе лотоса. Их коленки соприкасаются, позы напряжённые, а во взглядах плещутся страх, смущение и решимость в одном коктейле. Хорошо, что родителей дома нет, иначе Тэхён от волнения точно отъехал бы. Не хватало ещё, чтобы их застали в самый неподходящий момент…       — Да. Научное исследование, — соглашается Чонгук, громко сглатывая. — Всё ради репутации в университете.       — Именно, — Тэхён вытирает вспотевшие ладошки о ткань своих серых спортивок, нервно поведя плечом.       — Ты приятно пахнешь, — вдруг подмечает Чонгук внезапно осипшим голосом.       Тэхён на секунду теряется. Это уже начало исследования? Как ему реагировать? И вообще нормально, что от таких простых слов его сердце ускоряет ритм?       — Это потому что я сходил в душ и почистил зубы перед твоим приходом, — он решает придерживаться официального тона.       — Чёрт! Я сходил в душ, но забыл перед выходом почистить зубы, — Чонгук выглядит так, будто говорит не об обычной гигиене, а о том, что случайно подорвал реакторный блок на атомной станции.       — Да забей…       — Нет уж! Я быстро, — Чонгук подскакивает с места и быстрым шагом направляется в сторону ванной. — Я возьму твою зубную щётку?       Тэхён кривится.       — Это мерзко.       — Ты сейчас будешь целовать меня, какая уже разница? — закатывает глаза Чонгук. — Ладно, поищу новую, — добавляет, прежде чем скрыться в коридоре.       Сердце Тэхёна на секунду замирает, чтобы после — разогнаться до совершенно немыслимой скорости.       Ты сейчас будешь целовать меня.       Они и правда это сделают?       То есть… будут касаться друг друга губами?       И… о боже… языком?!       Паника подкрадывается всё ближе и ближе, но полностью в неё скатиться не даёт вибрация телефона. Тэхён быстро промаргивается, приходя в себя, и на автомате берёт трубку, отвечая на входящий вызов.       — Да?       — Погнали во что-то позадротим, — на том конце трубки слышится весёлый голос Чимина — ещё одного их друга и одноклассника.       — Нет, я не могу, у меня Чонгук в гостях, — Тэхён тяжело вздыхает. Возможно, было бы лучше сейчас просто поиграть в комп и не выдумывать ничего с этими грёбаными поцелуями и экспериментами…       — Ну и что? Вы можете по очереди.       — Нет, у нас… — Тэхён мнётся, придумывая, как бы сказать помягче. — У нас один серьёзный исследовательский проект, над которым мы сейчас работаем. Это важно.       — Что за проект? — Чимин немного удивлён. Им-то никаких проектов не задавали, он точно помнит.       — Ну… Это типа дополнительный проект по социологии. Мы проверяем… э-э… — Тэхён судорожно пытается вспомнить какие-то научные термины, чтобы всё звучало гладко. — Проверяем нулевую гипотезу о социальном взаимодействии.       — Чего, блядь? — Чимин явно в недоумении.       — Короче, исследуем, как… э-э… резкое сокращение дистанции влияет на уровень стресса и пульс. Это очень важно для будущей адаптации в универе, понимаешь? — на последнем слове голос даёт петуха.       — Вы там трахаетесь, что ли? — взрывается смехом Чимин.       Тэхён давится воздухом.       — Что? Нет, идиот! Как ты вообще пришёл к этому?!       — Ну, это дело времени. Все давно всё поняли, — нараспев тянет тот.       — Что поняли? Кто все? Ты упоролся?       Чимин звонко цокает языком.       — Да вы же не отлипаете друг от друга.       — Мы лучшие друзья, — парирует Тэхён, не понимая, к чему ведёт Чимин.       — И пожираете друг друга взглядом.       — Чего?!       — Знаете все привычки друг друга, никого к себе не подпускаете, потому что давно влюбл…       Тэхён резко сбрасывает вызов. Не хочет он слушать этот бред. Ладно, когда кто-то другой в школе шутит о том, что они с Чонгуком парочка, но Чимин… Нет. Они не могут быть влюблены друг в друга. Они с Чонгуком бро. Лучшие кореша. Друзья навеки.       Которые сейчас будут целоваться…       — Я придумал, — Чонгук врывается в комнату слишком внезапно, отчего Тэхён слегка подпрыгивает на месте от испуга. — Нам нужно записать научно-исследовательский протокол, чтобы всё прошло идеально. Бери листок и ручку.       Тэхён даже не сопротивляется и ничего не спрашивает. Чонгук прав. Им нужно всё обозначить письменно и с научной точки зрения, чтобы ситуация действительно выглядела, как серьёзный эксперимент, а не вот это вот всё…       Он встаёт с кровати, берёт на рабочем столе блокнот и ручку и садится обратно, готовый внимательно слушать. Чонгук ходит по комнате туда-сюда, создавая вид активной мозговой деятельности.       — Значит так. Записывай тему исследования, — строго говорит тот, продолжая диктовать: — Практическая отработка мануальных и тактильных навыков в области романтической коммуникации.       Тэхён послушно чиркает ручкой и, поставив точку в конце предложения, добавляет в скобках упрощённое название темы: «Курс молодого бойца по засосам».       — Объекты исследований: объект Т. и объект Ч.       Высунув кончик языка от усердия, Тэхён красивым почерком выводит нужные буквы.       — Цель исследования, — продолжает Чонгук с серьёзным видом. — Э-э… Исключение факта «социального позора» при вступлении в высшее учебное заведение путём отработки техники поцелуя на доверенном лице.       Тэхён кивает, соглашаясь со всем сказанным.       — Что дальше? — спрашивает он, когда ставит точку после последнего слова.       — Дальше план. Пиши, — Чонгук снова приходит в движение, измеряя комнату шагами. Видимо, так думается лучше. — Пункт первый: «визуальная подготовка». Установление визуального контакта на протяжении тридцати секунд.       Тэхён пишет, после чего поднимает голову от блокнота и смотрит на друга недоуменным взглядом.       — Это ещё зачем?       — Чтобы привыкнуть к лицу партнёра, глупенький, — Чонгук закатывает глаза.       — Ты за столько лет дружбы не привык к моему хлебалу?       — Сейчас мы не друзья! Мы объекты!       — Господи… — шепчет себе под нос Тэхён. — Как скажешь.       — Пункт второй, — Чонгук снова во всеоружии. — Пиши: «первичный контакт». Однократное соприкосновение закрытыми губами. Оценка мягкости и сухости кожных покровов.       Звучит по-научному. Тэхёну нравится. Он старательно записывает второй этап, чувствуя прилив уверенности в их действиях. Это же гениально! Они как настоящие учёные, мать твою!       — Записал, — отчитывается Тэхён. — Дальше?       — Дальше пункт третий, — Чонгук на секунду задумывается, потирая подбородок, а затем диктует: — Этап: «динамическое взаимодействие». Непосредственно поцелуй с изменением наклона головы.       Запротоколировав и это, Тэхён добавляет в скобочках: «чтобы не столкнуться носами, как ебланы — прим. Объект Т.»       — Готово, — вновь рапортует он.       — Дальше будет сбор данных, чтобы зафиксировать побочные эффекты, но это уже потом, — машет рукой Чонгук, будто это что-то незначительное. — Приступим к исследованию?       Сделав глубокий вдох, Тэхён почти уверенно кивает. К чёрту. Они должны сделать это.       — Садись ко мне, — он хлопает раскрытой ладонью по кровати, вновь занимая позу лотоса. Чонгук садится напротив.       — Приступаем к первому этапу, — чуть нервно произносит тот. — Визуальный контакт на протяжении тридцати секунд. Засечёшь время?       Тэхён хватает телефон и быстро включает секундомер.       — Поехали.       Они как по команде выравниваются, выпрямляя спины, и пристально смотрят друг на друга. И это… странно. Хочется то ли засмеяться во всё горло, то ли сбежать в Мексику. Тэхён пытается концентрироваться на том, что чувствует, чтобы не испортить исследовательский проект, и исключительно во благо науки принимается изучать лицо напротив с таким рвением, будто видит его впервые.       Да… Чонгук красивый. Это понятно в первые же секунды. У него чистая, ровная кожа, слегка большеватый нос, который совсем не портит общую картину, пухлые губы, густые тёмные брови и длинные ресницы, обрамляющие поистине волшебные глаза. На них Тэхён и залипает. Всматривается в радужку, тонет в чёрных зрачках, не имея желания всплывать на поверхность, и чувствует, как учащается дыхание, когда приходит понимание, что Чонгук сейчас точно так же тщательно изучает его.       Интересно, о чём тот думает?..       — Переходим ко второму этапу? — Чонгук вырывает его из мыслей своим чуть охрипшим голосом. Тэхён кивает, замечая проявившийся румянец на чужих щеках.       Сердце ухает не просто в пятки, а куда-то в ебеня, стоит только представить, что их сейчас ждёт. Тэхён подвигается чуть ближе, решая быть смелым, и выжидает команды Чонгука. Ладони безбожно потеют.       — Итак, — прокашливается тот. — Однократное соприкосновение закрытыми губами. Готов?       Конечно же, блядь, нет! Как к этому вообще подготовиться? Это же, чёрт возьми, первый поцелуй! Пусть и в рамках научного исследования, но всё же!       Тэхён нервничает, но быстро берёт себя в руки, не желая предстать перед лучшим другом трусом. Он вновь кивает, понимая, что сейчас и слова не сможет выдавить и прикрывает глаза, двигаясь навстречу Чонгуку.       Когда Тэхён чувствует лёгкое касание на своих губах, его дыхание замирает. Он весь превращается в каменную статую, ощущая внизу живота что-то настолько непривычное и новое, что кажется, будто он вот-вот умрёт от нехватки воздуха или избытка эмоций.       Губы Чонгука и правда чертовски мягкие… Их до жути приятно ощущать на своих, словно что-то невесомое и волшебное, как пыльца ебучего единорога или… Боже, Тэхён не знает, как это описать. Он просто сходит с ума от того, насколько это восхитительно. И как же, чёрт возьми, становится досадно, когда Чонгук отстраняется. Тэхён буквально готов придумать на ходу что угодно, какую-нибудь самую глупую отмазку, будто не понял второй этап исследования и им срочно нужно его повторить, чтобы зафиксировать точный результат, но Чонгук не даёт ему этого сделать. Тот вновь придвигается ближе и шепчет в самые губы:       — Этап третий. Поцелуй.       И целует.       Тэхён непроизвольно выдыхает горячий воздух, обдавая им лицо напротив, и весь сжимается, ощущая мягкие прикосновения на своих губах. По телу бегут мурашки, внизу живота творится что-то невообразимое, и он пытается прийти в себя, чтобы всё оставалось на уровне науки. Нельзя терять голову.       Стараясь сконцентрироваться на мысленных замерах мягкости и сухости кожных покровов, Тэхён медленно двигает губами, пока что просто неумело чмокая Чонгука. Он не знает, как правильно целоваться, они оба не знают, поэтому действуют по наитию. Руки упираются в собственные коленки, глаза плотно зажмурены, а в мыслях Тэхёна только исследовательские термины и страх, что он делает что-то не так.       Он честно пытается фиксировать данные, но с каждой секундой вся научная хрень теряет всякий смысл и отходит на второй план. Ему просто приятно целоваться с Чонгуком. Тэхён хочет научиться. Тэхён хочет, чтобы их поцелуй стал настоящим. Он решается на что-то большее: медленно поднимает руку и кладёт её на шею Чонгука, сильнее прижимаясь своими губами к чужим. Неумело обхватывает верхнюю, пытаясь её засосать, и понимает, что действует правильно, слыша, как тот шумно выдыхает. Повторяет то же с нижней, задерживаясь на ней дольше, и проводит языком, чувствуя, что так нужно. Чонгук издаёт что-то похожее на стон и приоткрывает рот, впуская Тэхёна внутрь.       С этой секунды всё меняется. Больше нет никаких протоколов, нет чёртовых исследований и переживаний за репутацию в университете. Есть только Чонгук, его мягкие губы и его тёплый рот с привкусом зубной пасты. Тэхён углубляет поцелуй, всё ещё неумело двигая языком, но то, как реагирует на это Чонгук, заставляет действовать более уверенно. Он жмётся ближе, вторую руку кладёт тому на талию, пока первой зарывается в чужие тёмные волосы на затылке, слегка оттягивая те, и с упоением исследует рот друга, языком проходясь по кромке зубов и лаская нёбо.       Чонгук отвечает ему с не меньшим рвением. Его руки ложатся на плечи Тэхёна, тот сжимает их, шумно дыша, и двигает головой в разные стороны, чтобы не сталкиваться носами, как написано в протоколе. А Тэхён больше не хочет следовать грёбаному протоколу. И не хочет, чтобы Чонгук ему следовал. Пусть сейчас ими управляют лишь чувства и желание.       Он хочет, чтобы Чонгук забылся и выбросил такую ненужную сейчас науку из головы, поэтому слегка толкает того в грудь, заставляя лечь на спину, и нависает сверху.       — Тэ… — выдыхает Чонгук, на секунду прерывая контакт, чтобы вдохнуть воздуха. Его грудь тяжело вздымается, а в тех самых космических глазах прямо сейчас ярко сияют новые галактики. — Ты… Ты всё ещё фиксируешь результаты?       Тэхён смотрит на него сверху вниз, на его влажные, зацелованные губы, на покрасневшие щёки и понимает, что всё, что он сейчас может зафиксировать — это своё ёбаное поражение. Потому что, кажется, Чимин был прав. Все они были правы.       — Пошёл ты нахуй со своими результатами, Чонгук, — шепчет он незло. — Забудь. Забудь, блядь, о них сейчас, — и вновь тянется за продолжением.       Чонгук выглядит безумным, когда быстро-быстро кивает в ответ, а затем обхватывает Тэхёна за шею и прижимает ближе, полностью отдаваясь новому поцелую. В этот раз они действуют более умело. Сплетаются языками, лишь иногда неловко стучась зубами, покусывают друг друга и ласкают руками там, куда только могут дотянуться.       Тэхён чувствует, что всё заходит слишком далеко, но уже не может остановиться. Чонгук такой мягкий и податливый в его руках, так тянется навстречу и мило постанывает, что тормоза слетают напрочь. Он ощущает тянущую тяжесть внизу живота, вставший член неприятно упирается в ткань боксеров, пачкая те естественной смазкой, и всё, чего сейчас хочется — это целовать Чонгука и потереться об него. Чтобы совсем немного стало приятнее. Чтобы было не так больно терпеть это мучительное возбуждение.       Практически полностью улёгшись на Чонгука, Тэхён отрывается от его губ и влажными поцелуями опускается к шее. Он абсолютно не знает, что делать дальше, но видел и в обычных фильмах, и в порно, что это должно заводить. Становится немного нервно и волнующе, но Тэхён практически уверен в своих действиях — он слегка трётся вставшим членом о бедро Чонгука, самую малость умирая от стыда, и целует его шею, присасываясь к приятно пахнущей коже.       Стоны становятся громче. Тэхёна это подстёгивает быть более смелым. Он, одной рукой упираясь в кровать, выводит извилистые узоры на шее друга языком, а другую кладёт тому на живот, слегка нажимая. Чонгук на секунду напрягается, после чего так восхитительно дрожит и поскуливает, что хочется кончить лишь от этого.       — Мы же… Мы же не?.. — закатывая глаза от удовольствия, внезапно подаёт голос Чонгук.       — Что? — Тэхён не отрывается от его шеи, медленно опускаясь рукой ниже живота.       — Мы же не собираемся заняться сексом? — Чонгук, к слову, выглядит так, словно совсем не против.       — Нет-нет, сейчас точно нет, — успокаивает его Тэхён, целуя в скулу. — Но мы можем… попробовать что-то другое, если позволишь? — его рука ложится на чужой пах и слегка сжимает.       Чонгука выгибает дугой, а с губ срывается первый громкий, отчётливый стон. Его член стоит так же крепко, как и у Тэхёна, и это лишь разжигает большее желание.       — Да, да… Пожалуйста, давай попробуем, — шепчет тот, как в бреду.       Они, не сговариваясь, быстро избавляются от одежды, прерываясь на короткие поцелуи, и больше нет никакого смущения и неуверенности. Они оба хотят этого. Хотят друг друга.       Тэхён ложится рядом с Чонгуком и вновь припадает к его губам, утягивая в глубокий поцелуй, а рукой ведёт от шеи к груди, ласково пробегаясь кончиками пальцев по торчащим соскам, пока не опускается ниже, к животу, где замирает.       — Я… могу? — уточняет он на всякий случай.       — Ты должен, блядь, — слегка раздражённо чеканит Чонгук, тут же срываясь на стон, стоит только Тэхёну обхватить его влажный член крепкой рукой.       Это проще, чем поцелуй. Здесь Тэхён хотя бы примерно понимает, что делать. Он не раз и даже не сто мастурбировал себе, поэтому представляет, как нужно действовать, чтобы Чонгуку было приятно.       Вновь лаская уже полюбившиеся губы языком, Тэхён медленно надрачивает Чонгуку, задерживаясь на головке. Он большим пальцем оглаживает её, слегка сдавливает, натирая уздечку, после чего легонько царапает ногтем уретру, заставляя Чонгука хныкать ему прямо в губы.       Это просто какое-то безумие.       Всё, что происходит сейчас, полное, неразбавленное, кристаллически чистое безумие, которое не хочется заканчивать. Но…       — Я не продержусь долго, Тэ, — заламывая от удовольствия брови, скулит Чонгук. — Это слишком хорошо. Можем это сделать вместе? Ты сможешь обхватить нас обоих? — тянет с мольбой в голосе.       Тэхён кивает болванчиком, едва дыша от перевозбуждения, и нависает над Чонгуком, одной рукой упираясь в кровать, а другой обхватывая их члены. Ощущения просто невероятные. Так мягко, немного скользко из-за количества смазки, но так будоражаще…       Зачем-то задержав дыхание, Тэхён смотрит Чонгуку в глаза, ловя там вспышки сверхновых, и двигает рукой, лаская уже их обоих. Он дрожит. Он так, блядь, сильно дрожит то ли от тяжести, поскольку держать вес на одной руке не так легко, то ли от того, что ему до поджавшихся пальцев на ногах приятно, что хочется вырубиться, но всё равно не прекращает. Надрачивает быстрее, уделяя больше времени чувствительным головкам, и жалеет лишь о том, что в такой позе не может поцеловать Чонгука.       Тот такой красивый… Невероятно красивый, когда стонет, когда выгибается от удовольствия и двигает навстречу тазом, когда закусывает исцелованные губы и просит ещё, ещё, ещё…       — Тэ… Блядь, боже, Тэ… — Чонгук весь напрягается, крепко зажмуривается и сжимает пальцами покрывало на кровати, комкая его. — Я сейчас, прямо сейчас, пожалуйста…       Тэхён не понимает, о чём его просят. Он вообще сейчас мало что понимает, потому что оргазм подступает слишком близко и все мысли из головы улетают куда-то дальше галактик, что в глазах Чонгука.       — Сейчас к-кончу, — всё, что может он из себя выдавить, продолжая двигать рукой.       — Да-а-а… — громко стонет Чонгук, вновь выгибаясь в спине, и Тэхён чувствует, как чужой член в его руках пульсирует, а на пальцах оседают капли тёплой спермы.       Одного взгляда на кончающего Чонгука хватает, чтобы излиться самому, забрызгивая свою руку и живот друга густыми, белёсыми разводами.       Тэхён тяжело дышит, продолжая смотреть на прикрывшего глаза Чонгука, и с восторгом в глазах смешивает пальцем их сперму у него на животе, находя в этом что-то нереально возбуждающее. Ему хочется поцеловать Чонгука. Ещё раз прижаться к этим мягким, вкусным губам, поласкать их языком, прикусить зубами, но…       Но вместе с оргазмом приходит и понимание того, что они совершили.       Они сейчас… убили их дружбу?       И что будет дальше?       Тэхён не хочет жалеть о сделанном, но ему, откровенно говоря, страшно. Потому что дымка возбуждения рассеивается, а желание поцеловать лучшего друга остаётся. И это, наверное, плохо? Так же не должно быть между друзьями?       Друзья не целуются. Они не дрочат друг другу и уж точно не хотят это повторить.       Кто они теперь друг другу?       — Будем записывать побочные эффекты в протокол? — хрипло произносит Чонгук, не открывая глаз.       Кажется, тот всё уже решил. Это был всего лишь эксперимент. Научное исследование с небольшими погрешностями в виде мастурбации.       Наверное, такое случается у учёных.

***

      На следующий день Тэхён просыпается от шума в коридоре. Приехали родители. Он вяло открывает глаза, промаргивается и мысленно молит небеса, чтобы всё, что вчера произошло, оказалось лишь сном. Но в глубине души сидит чёткое понимание, что это самая настоящая реальность. Страшная, волнующая, меняющая абсолютно всё реальность.       Они вчера поцеловались с Чонгуком. Они вместе кончили. А потом Чонгук быстро собрался и, заикаясь, скомкано попрощался у двери, чтобы тут же вылететь из квартиры и скрыться в темноте лестничной клетки.       Вот и всё.       Тэхён едва сдерживает слёзы, прокручивая произошедшее в голове. Ему было хорошо. Как же ему, чёрт возьми, было хорошо… Но что теперь? Как смотреть Чонгуку в глаза? Смогут ли они дальше дружить, зная, каково это — целовать друг друга?       И сможет ли он вообще дальше называть Чонгука другом, когда… дружить больше не хочется.       Хочется его целовать. Нежить. Обнимать. Ласкать. Присвоить себе.       Любить.       Чёртовы исследования. Чёртова наука. Они всё испортили.       — Тэхён-а, мы дома! Выходи завтракать! — слышится заботливый голос мамы, доносящийся со стороны кухни.       — Сейчас, — вяло отзывается он, поднимаясь с кровати.       Аппетита совсем нет. Ничего не хочется. Хочется лишь перемотать время вспять и… что? Всё изменить? Точно ли?       Хмыкнув, Тэхён тянется к телефону, лежащему на тумбе у кровати, чтобы проверить время, но, разблокировав экран, замирает.       Сообщение от Чонгука. Пришло три минуты назад.       Сердце делает кульбит. Тэхён дрожащими руками открывает переписку. Лучший в мире бро: В общем, побочные эффекты оказались серьёзнее, чем я ожидал       Это немного больно. Тэхён тут страдает, а Чонгук всё о своих исследованиях…

thv:

Что там?

      Не сильно уж он и хочет видеть, что ему ответят, но всё равно ждёт. Лучший в мире бро: Запишешь в протокол?

thv:

Чонгук, бля

Отвали со своими протоколами

Лучший в мире бро: Нет, пиши Бери блокнот и пиши Я знаю, что мы исследовали совсем другое, но всё вышло из-под контроля, и теперь в протокол нужно записать это

thv:

Я не буду ничего писать

Лучший в мире бро: Отчёт по итогам практического эксперимента №1 Анализ гипотезы: нулевая гипотеза о том, что между Объектом Т. и Объектом Ч. существует лишь платоническая дружеская связь, официально признана ложной. Ошибка измерения составила 100%       Тэхён смотрит в экран и абсолютно ничего не понимает. Какая нулевая гипотеза? Какая ошибка измерения в их дружбе? Что вообще происходит?

thv:

Что ты несёшь, придурок?

Лучший в мире бро: Записывай, блядь Зафиксированные аномалии: у Объекта Ч. (то есть у меня, Тэ) выявлена острая стадия критической зависимости. Новые данные: в ходе эксперимента выяснилось, что Объект Т. — это не просто переменная. Это, блядь, единственная константа, вокруг которой теперь вертится всё моё научное (и не только) мироздание       Тэхёну кажется, что он задыхается. Что он сейчас прочитал?..

thv:

Я не понимаю, Чонгук

Лучший в мире бро: Записывай дальше Заключение: продолжение исследований с другими объектами в школе или университете (вообще везде, блядь) признано категорически невозможным. Объект Ч. отказывается тестировать «поцелуйную девственность» с кем-либо, кроме Объекта Т.       Руки дрожат, взгляд бешено мечется по экрану, впитывая каждую букву. Тэхён думает, что это шутка. Что он всё неправильно понял, что просто сошёл с ума, потому что это невозможно.

thv:

О чём ты?

Я НЕ ПОНИМАЮ

Лучший в мире бро: Глупенький Вчерашний эксперимент и наше научное исследование позволило мне многое понять И если в твоём протоколе записано не то же самое, что в моём, то я эмигрирую в Мексику Я не хотел ни с кем целоваться и встречаться не потому, что все вокруг зануды А потому что все вокруг не ты. Кажется, я люблю тебя Всегда любил только тебя Научно доказать это не получится, но по всем приборам — мне пиздец       Тэхён счастливо улыбается, даже не замечая, как из глаз капают слёзы. Боже, вот это он расклеился… Как девчонка, ей богу.

thv:

В ходе ознакомления с отчётом Объекта Ч. выявлено совпадение всех вышеперечисленных симптомов. Эмиграция в Мексику отменяется.

P.S. Нулевая гипотеза официально идёт нахуй. Кажется, я тебя тоже