Мелодия случайности

Прошло больше месяца. Лавка «Leaf & Melody» выглядела сиротливо: на витринах осела пыль, а цветы, которые Пор не успел распродать перед отъездом в больницу, давно засохли. Пор вернулся домой всего пару дней назад. Он выглядел тенью самого себя — осунувшийся, с темными кругами под глазами. Он сидел на полу посреди магазина, разбирая завядшие букеты. В углу, под слоем упаковочной бумаги, он нашел тот самый букетик фрезий, который готовил для концерта. Цветы превратились в сухой гербарий. Пор закрыл лицо руками. Чувство вины душило его сильнее, чем усталость. Он понимал, как это выглядело со стороны Тити: он просто исчез. Не предупредил, не написал, не пришел. «Он, наверное, ненавидит меня», — думал Пор. — «Я разрушил всё, что он пытался построить». В это же время в кофейне «Bean & Brew» Пак и Вин сидели за самым дальним столиком. Пак не выдержал — видеть, как Тити превращается в молчаливую тень, которая механически перебирает струны, было невыносимо. — Слушай, Вин, — Пак нервно стучал пальцами по столу. — Тити совсем плох. Он не говорит о Поре, но он перестал писать музыку. Вообще. Он думает, что Пор над ним посмеялся. Скажи мне честно: твой друг просто решил сбежать, потому что испугался? Вин тяжело вздохнул и поставил перед Паком чашку кофе. — Испугался? Пак, если бы ты видел Пора в ту ночь... У него отец попал в страшную аварию,провел месяц в реанимации.Пор буквально на стуле у палаты жил. У него телефон сдох в первый же день, а зарядку он забыл дома. Ему было не до концертов, поверь. Он сейчас вернулся, и он сам не свой. Он боится даже дышать в сторону Тити, думает, что тот его никогда не простит. Пак замер, и его лицо мгновенно смягчилось. — О боже... Авария? Мы же ничего не знали. Тити думал... чёрт, ну мы и идиоты. — Мы не идиоты, мы просто не знали, — отрезал Вин. — Но теперь знаем. И если мы оставим всё как есть, эти двое так и будут страдать в своих углах. Пор слишком виноват перед ним, чтобы прийти первым, а Тити слишком обижен. Пак решительно кивнул. — Нам нужно их столкнуть. Но так, чтобы они не смогли убежать. — Есть идея, — Вин наклонился ближе. — Завтра Пор будет открывать лавку после долгого перерыва. Ему нужно много работы, чтобы привести всё в порядок. А Тити... Тити нужно вернуть долг за тот лотос, верно? Пак хитро улыбнулся. — Я знаю, что делать. Я скажу Тити, что мне нужно забрать какой-то «особенный заказ» у Пора, который я якобы оплатил еще месяц назад. И заставлю его пойти со мной. — А я прослежу, чтобы Пор был в магазине и не закрылся на обед, — добавил Вин. — Дальше — всё в их руках. Вечером того же дня Пор стоял у окна своей комнаты. В руках он держал телефон. Он нашел номер Тити, несколько раз начинал писать: «Прости», «Мне жаль», «С папой была беда»... Но каждое слово казалось ему пустым и жалким. Как можно оправдать тишину длиной в месяц, когда речь шла о чьей-то мечте? Он не знал, что завтра тишина его лавки будет нарушена самым решительным образом На следующее утро старый квартал задыхался от влажной жары. Тити стоял перед входом в «Leaf & Melody», но его ноги словно приросли к тротуару. Пак, крепко сжимая его за плечо, настойчиво подталкивал его к двери. — Пак, я не пойду внутрь, — Тити упрямо мотнул головой, его голос дрожал. — Забирай свой заказ сам. Я подожду здесь, за углом. Я вообще не должен был приходить. — Слушай, там тяжелые коробки, мне нужна помощь! — врал Пак, стараясь не смотреть другу в глаза. — Просто постой у двери, я сейчас всё вынесу. Никуда не уходи! Пак нырнул внутрь, оставив Тити одного на залитой солнцем улице. Тити отвернулся от витрины, глядя на проезжающие машины. Ему казалось, что даже запах цветов, доносящийся из лавки, причиняет ему физическую боль. Прошел месяц, но обида всё еще сидела внутри острым осколком. Внутри лавки Пак увидел Пора. Тот стоял у прилавка, бледный и осунувшийся. Увидев Пака, Пор вздрогнул, его взгляд заметался. — Пак? Ты... — Пор не договорил. Он посмотрел в окно за спиной Пака и увидел там знакомый силуэт. Тити стоял к ним спиной, опустив голову. — Он не зайдет, Пор, — тихо сказал Пак, подходя ближе. — Он думает, что ты просто посмеялся над ним. Вин рассказал мне про твоего отца... Мне очень жаль. Но если ты сейчас его не остановишь, он уйдет навсегда. Пор почувствовал, как в груди перехватило дыхание. Страх перед разговором был огромен, но страх потерять Тити окончательно оказался сильнее. Пак взял какую-то пустую коробку, чтобы создать видимость дела, а Пор, даже не сняв рабочий фартук, бросился к выходу. Тити уже начал медленно отходить от магазина, решив, что Пак задерживается слишком долго. — Тити! Голос прозвучал хрипло, почти неузнаваемо. Тити замер и медленно обернулся. Перед ним стоял Пор. Он выглядел так, будто не спал всё то время, что они не виделись. Его руки, обычно такие спокойные, сейчас мелко дрожали. — Прости... — Пор сделал шаг вперед, выходя на раскаленный тротуар. — Пожалуйста, не уходи. Я... я знаю, что виноват. Я должен был найти способ... хоть как-то... Тити смотрел на него, и его гнев начал таять, сменяясь растерянностью. Он видел, как сильно изменился Пор. — Почему ты не пришел? — тихо спросил Тити, и в этом вопросе было столько накопившейся боли. — Я ждал тебя до последней ноты. Я думал, ты... — Мой папа попал в аварию, — Пор перебил его, потому что слова давались с трудом. — В тот самый вечер. Прямо перед тем, как я должен был выйти. Я провел месяц в больнице... Я забыл обо всём мире, Тити. Мой телефон... я просто не мог... Пор опустил голову, его плечи поникли. — Я знаю, что это не оправдание. Я подвел тебя в самый важный день. Я даже не заслуживаю твоего прощения. Но я каждый день думал о той песне. И мне было так больно от того, что я не услышал её. На улице воцарилась тишина. Шум машин как будто отошел на задний план. Тити смотрел на Пора и видел не «холодного флориста», а человека, который прошел через настоящий ад и теперь стоит перед ним, дрожа от собственной искренности. Тити сделал шаг навстречу. Обида, которая казалась такой огромной, вдруг рассыпалась в прах. — С ним... с твоим папой... сейчас всё в порядке? — прошептал он. Пор поднял глаза, и в них блеснули слезы. — Ему лучше. Теперь — да. Тити потянулся и осторожно, едва касаясь, положил руку на плечо Пора. — Тебе не нужно было извиняться за это, Пор. Если бы я только знал... Прости меня за то, что я так плохо о тебе подумал. Пор накрыл ладонь Тити своей рукой. Его пальцы были прохладными, но рука Тити была такой теплой, что это тепло мгновенно передалось ему, согревая замерзшее за этот месяц сердце. Пак, наблюдавший за ними через стекло витрины, тихо улыбнулся и поставил пустую коробку на место.