the OG art of rage bait

Его преподавательница — очаровательная женщина средних лет с добрыми глазами — очень внимательно осматривает собравшихся в спортзале заебанных насмерть четверокурсников. Сегодняшняя программа была просто чудовищно напряженной, и у Чимина плечи просто отваливаются. Нет, претензий к девушкам, которых он сегодня поддерживал для элементов в воздухе, у него нет, но делать это на протяжение полутора часов… Сука, он же не железный, верно? И несмотря на то, что он и выглядел самым уставшим изначально, сокурсницы все равно обращаются к нему за помощью, потому что он гей, и им не хочется, чтобы натуралы трогали их за жопы, даже если это нужно во имя искусства. Чимин живет мечтой любого пубертатного школьника — даже жаль, что он по членам. — Так что готовьте свои проекты к концу года. На первом этаже висят списки с ребятами, у которых еще нет команды. Если договорились с кем-то, то смело вычеркивайте их из списка, чтобы никто не путался. У Чимина выбор проще простого — ему изначально повезло с друзьями на первом курсе. С Тэхеном он познакомился прямо в день открытых дверей, когда только размышлял, поступать на факультет художественного танца или все-таки на, упаси боже блять, педагогическое, но в итоге выбрал первое. Тэхен пошел на вокальное, и уже через пару месяцев они встретили за углом универа флегматичного Юнги с сигаретой в зубах, который выглядел так, как будто его утром переебало табуретом. К счастью, именно такой типаж во вкусе Тэхена — теперь они на четвертом курсе, но Чимин не помнит ни дня, чтобы они были в ссоре. Юнги даже сочиняет для них треки, чтобы один их пел, а другой — танцевал, так что их трио можно назвать самым сбалансированным. За исключением одной запятой: Чон Чонгук. Он второкурсник, и из-за непропорционального количества поступивших в этом году, а так же его удивительных — Чимин бы даже сказал, ахуевших — способностей в танцевальном искусстве, тот наряду с несколькими другими студентами попадал на занятия со скорыми выпускниками, коим Чимин и являлся. Талантливые люди талантливы во всем — непонятно, почему Чонгук с такой пластикой, голосом и внешностью решил не дебютировать айдолом, а стать обычным хореографом, но так даже лучше, потому что ровно два раза в неделю у Чимина теперь есть возможность доводить Чонгука до ручки, специально коверкая его имя всеми ужасными способами просто потому, что тот выглядел безумно красиво, когда его глаза краснели, как у быка, от бешенства. Особенно когда Чимин, облизав губы и глядя прямо в глаза, говорил что-то по типу: — Ченук-а, поможешь хёну с растяжкой? — и можно было видеть, как глубоко Чонгук вдыхает грудью, чтобы сдержаться от колкости. Чонгук бесит Чимина примерно всем. Слишком красивый, слишком гибкий, слишком тихий. Поначалу Чимин просто злился: ну как можно быть настолько одаренным и при этом настолько… никаким? Ни тебе улыбки лишней, ни слова в ответ. Первые пару недель Чимин приглядывался к нему с безопасного расстояния, в столовой, где они с Тэхеном пили кофе из автомата. Чонгук всегда сидел один: идеальная осанка, беспроводные наушники и поднос с едой, больше похожей на комбикорм для скота. Ни друзей, ни приятелей с потока, просто островок абсолютного одиночества посреди шумной толпы. У Чимина при виде этой картины что-то тоскливо сжалось под ребрами — у него самого никогда не было проблем с социализацией, да и Тэхен с Юнги всегда рядом, но почему-то мысль о том, что кто-то настолько привлекательный обедает в гордом одиночестве, показалась ему неправильной. Чимин живет на топливе из импульсивности — этой энергии позавидовала бы небольшая атомная станция. Ему постоянно от жизни что-то надо, вот прямо сейчас, и именно поэтому он тогда плюхнулся напротив с самым лучезарным «привет, ты же Чонуг с танцевального?», пока Тэхен уже без спроса таскал с его подноса кимпаб. Чонгук глядел на них с искренним недоумением, но не попытался прогнать их — сидел, хлопал своими огромными глазами и вставлял односложные ответы туда, где они теоретически требовались, и постоянно отвлекался на свой телефон. С тех пор так и повелось. Они не то чтобы приняли его в стаю — Чонгук, кажется, до сих пор не до конца понимал, что с ними делать, — но обедать они стали вместе, а на совместных парах Чимин обязательно делал вид, что забыл, как зовут его подопечного. Преподавательница отпускает их, и Чимин, наспех попрощавшись с ней и сокурсниками, на подгибающихся ногах ковыляет к стенду со списками. Плечи гудят, в голове легкий туман от усталости, но решение принято: он находит в перечне «Чон Чонгук» и жирно вычеркивает его ручкой. План надежный, как швейцарские часы: Юнги сочинит очередной шедевр из разряда «я тут в три часа ночи накидал биток, не благодарите», Тэхен споет так, что все обоссутся, а они с Чонгуком соорудят что-то из хореографии. Осталось только сообщить всем участникам, что они теперь команда, а Чонгуку — что его согласия, честно говоря, никто не спрашивал. Заходя в мужскую раздевалку и со стоном облегчения стягивая с себя насквозь промокшую компрессионку, Чимин лезет в шкафчик за телефоном.

calico.moon.kitty создал чат «свинобойня»

calico.moon.kitty добавил iamVnotW, AgustDeadInside, abcdefghi__lmnopqrstuvwxyz

      calico.moon.kitty: здравствуйте мои уважаемые друзья (⁠≧⁠▽⁠≦⁠) ежегодный проект ис каминг       AgustDeadInside: фу почему я здесь       iamVnotW: хах нюнги такой глупый!!! мы друзьяшки!!!       AgustDeadInside: ну и отстой а стоп эм а почему твоя рука у меня на жопе       iamVnotW: нюнги мы геи это нормально для геев       AgustDeadInside: блин ты прав       calico.moon.kitty почему вы чатитесь здесь если стоите рядом       iamVnotW: чтобы ты завидовал нашей динамике       calico.moon.kitty: вы заебали поебитесь уже я прошу вас (⁠･⁠ω⁠･⁠)⁠つ⁠⊂⁠(⁠･⁠ω⁠･⁠)       iamVnotW: будет исполнено       AgustDeadInside: эээ чо не понял куда газуешь я сверху       iamVnotW: нет я       AgustDeadInside: пол это лава       iamVnotW: и че       AgustDeadInside: пол это быть пассивом       iamVnotW: БЛЯТЬ       AgustDeadInside: от судьбы не убежишь       calico.moon.kitty: позовите на тройничок по-братски (⁠＠⁠_⁠＠⁠; ⁠)       iamVnotW: отсоси потом проси       calico.moon.kitty: ну ты реально крутой пацык (⁠￣⁠ヘ⁠￣⁠; ⁠) ладно я мыться попозже прочитаю че вы тут насрете ебаные блядские ПИДОРЫ       AgustDeadInside: я ебаный блядский пидор       iamVnotW: и я и я Чимин с улыбкой закидывает телефон, откуда его вытащил, и с натужным вздохом вылезает из оставшейся одежды. Он на секунду застывает, оценивая масштаб катастрофы в зеркале: он мокрый насквозь, волосы прилипли ко лбу и шее, а мышцы гудят так, будто по ним всю ночь топталось стадо носорогов. В раздевалке шумно — кто-то ржет над чьей-то шуткой, кто-то хлопает дверцей шкафчика, пахнет потом, гелем для душа и чьим-то до ужаса вонючим парфюмом. Душевая встречает его кучей голых мужских тел, но он находит для себя пустой бокс и встает под горячую воду, первым делом издавая совершенно неприличный стон облегчения: мышцы спины наконец-то начинает отпускать, а горячие струйки стекают по позвоночнику вниз, к чертовски уставшим икрам. — Чимин, дрочи на нас потише, емае блять, как в деревне! — это голос его одногруппника: Чимин знает, что тот не имеет злого умысла; Чимину в целом очень повезло, и все его окружение, на удивление, довольно индифферентно относится к тому, что он гей. Наверное, это специфика их факультета? — Минхо, честно? Я на твою дряблую жопу даже за лям баксов не посмотрю, — беззлобно комментирует Чимин, отплевавшись от лезущей в рот воды. — Нормальная у него жопа, че ты… — а это уже Джисон, вроде? Чимин с ним почти не общается, но знает, что он друг Юнги. Они часто делают вместе всякие микстейпы. — А ты нахуя на мою жопу смотрел? — подозрительно спрашивает Минхо. Дальше дискуссия продолжается без него, и он тянется за шампунем, принимаясь намыливать свои длинные, до плеч, светлые волосы. Пена стекает по вискам белыми ручейками, и Чимин прикрывает глаза. Ежегодные проекты для него хоть и являются самой стрессовой частью учебы — похлеще сессии, честно говоря, — но это, на самом деле, весело. Суетливо, нервно, но весело. Все эти ночные репетиции, когда Юнги скидывает по пятнадцать демок одного и того же трека, Тэхен орет в голосовых, что не сможет взять такую высокую ноту (но потом все равно берет), а сам Чимин пытается после убийственных тренировок заставить двигаться тело как надо, хотя то желает только одного — горизонтально лежать и не шевелиться. Возможность коллабиться с друзьями греет душу мыслью, что они так и продолжат развиваться вместе и после выпуска, который наступит совсем скоро. От этой мысли в груди становится тепло и немного горько. Через полгода — диплом, и все, прощай универ, прощайте гейские четверги, прощай автомат с кофе на втором этаже, который надо ебнуть дважды, прежде чем он соизволит выдать напиток. Интересно, а Чонгук? Продолжат ли они общаться с ним после выпуска? По нему непонятно. Вот совсем. Чимин смывает пену с волос, подставляя лицо под струи, и пытается честно себе ответить: рад ли вообще Чонгук, что связался с их компанией, или просто терпит, потому что не может повежливее отделаться от хёнов? Он почти никогда не улыбается, отвечает односложно, и только когда бесится — вот тогда да, вот тогда в его глазах загорается что-то живое и человеческое. Чаще всего он просто качается туда-сюда, залипает в телефоне, а когда жевать больше нечего, он начинает из кожи вон лезть, потому что невмоготу сидеть на одном месте. Юнги даже как-то пошутил, что тот самый настоящий СДВГшник, и, наверное, так оно и есть. Но уж слишком хорошие данные у парня, чтобы просто взять и упустить его из виду после выпуска. Пластика, музыкальность, эта нечеловеческая сила в движении… С таким танцором можно сделать что угодно. С таким танцором Чимин хотел бы сделать что угодно. Да и, положа руку на сердце, Чимину будет его не хватать. По крайней мере, скучно с ним ему никогда не бывает, но это, наверное, потому, что Чимин сам по себе склонен находить развлечение там, где его даже нет. Он фыркает сам себе под нос, смывая остатки шампуня, и выключает воду. Мокрые волосы он кое-как отжимает и, не заморачиваясь с феном, который все равно не работает по-человечески, прямо так натягивает на голову сменную футболку. Ткань моментально мокнет, но Чимину плевать — он слишком заебался, чтобы сушиться. Потную компрессионку и спортивную форму он кое-как заталкивает в рюкзак, молясь, чтобы запах не въелся в подкладку, и выходит в холл. Одногруппники толпятся у выхода, что неудивительно: сегодня пятница, рай для студентов. — Чимин, ты с нами в бар поедешь? — едва завидев его в дверях, кричит Рюджин — одна из тех, кого он сегодня практически всю пару таскал на руках. Он машет ей, и остальные ребята тоже оборачиваются на него. — Не, я сдох, — честно отвечает Чимин, перекидывая рюкзак через плечо. — Если я сейчас выпью хоть каплю алкоголя, я просто усну лицом в барной стойке. — Пуссибой, — хихикает Минхо. — Абсолютно, — просто соглашается Чимин. — Я так посплю, вы все ахуеете. Те понимающе кивают, хлопая его по плечу, и Чимин плетется к выходу, уже предвкушая, как дома упадет лицом в подушку, но реальность в виде погоды за стеклянными дверями встречает его безжалостно. Погода ублюдская. Холодный ветер швыряет в лицо мелкой водяной моросью, небо затянуто серым, лужи на асфальте… Идти до автобусной остановки с мокрой головой — не варик, если он, конечно, не хочет слечь с менингитом. Чимин тоскливо смотрит на свой банковский счет и заказывает такси. Машина подъезжает через пять минут — старенький серебристый седан с ароматизатором, больше напоминающим химическое оружие из советского союза, на зеркале заднего вида. Чимин забирается в салон и, поскользнувшись на коврике, случайно вдаривает по сиденью водителя каблуком челси. — Ой, простите, ради бога! — он виновато улыбается, ловя в зеркале заднего вида снисходительный взгляд пожилого мужчины. Чимин откидывается на своем месте, переводя дух и, пока машина выруливает со стоянки универа, снова достает телефон. Пробегает глазами поверхностно, и прочитав сообщение «Запомни, если ты что-то очень сильно хочешь, то вселенная даст тебе это» от Юнги и следом ответ Тэхена: «Хочу тебя», Чимин усилием воли заставляет себя не заржать в голос. Он так и не понял, правда ли эти двое в отношениях, ебутся ли или уже четыре года друг друга обхаживают просто так, Чимин все равно рад, что они находят новые способы рассмешить его. Он листает в самый конец диалога и начинает печатать:       calico.moon.kitty: еду на такси в свои 22 года задавайте вопросы       iamVnotW: не понял откуда у тебя деньги ты блять викторианская нищенка верни мою тыщу вон       calico.moon.kitty: давай не будем усложнять (⁠ ⁠ꈍ⁠ᴗ⁠ꈍ⁠) боже я так сегодня устал меня спасет только минет       AgustDeadInside: где ты собрался сосать член в это время суток?       iamVnotW: дам пососать член 19 см жми 666       AgustDeadInside: 999       calico.moon.kitty: все норм тэхен делай грязь я перевернул телефон       iamVnotW: почему никто не ахуел от длины моей анаконды       calico.moon.kitty: покажи член (⁠/⁠^⁠-⁠^⁠(⁠^⁠ ⁠^⁠*⁠)⁠/       iamVnotW: ты первый       AgustDeadInside: пиписьки       iamVnotW: короче понятно мы низкотестостероновые омеганы психически сломленные обществом до банального страха скинуть пенис в конфу       calico.moon.kitty: пришло время делать что-то новое и неизведанное открывать новые грани       AgustDeadInside: что       calico.moon.kitty: время трахнуть блендер       iamVnotW: в смысле трахнуть я думал ты пассив       calico.moon.kitty: да ты прав чето я ахуел в край время чтобы блендер трахнул меня       AgustDeadInside: а я актив       iamVnotW: я тоже       calico.moon.kitty: я кажется понял в чем ваша ебанная проблема (⁠￣⁠ヘ⁠￣⁠; ⁠)       iamVnotW: предлагаю надеть на чимина мешок и пялить его сзади представляя друг друга       AgustDeadInside: ну как вариант       calico.moon.kitty: (⁠>⁠0⁠<⁠；⁠) почему сразу я а чонгог       iamVnotW: судя по ебанутой мышечной массе и загадочному тяжелому взгляду тоже актив чимин у тебя порвется очко       AgustDeadInside: запомни чимин если что-то ходит как актив крякает как актив и летает как актив то это актив       calico.moon.kitty: нууу не знаю мне кажется чонук если и актив то такой типа :3 ня :3 тебе нравица? :3       iamVnotW: его зовут чонгук       calico.moon.kitty: ну какая разница -привет как тебя зовут! -отвали -ого какие интересное имя а я чонон       iamVnotW: ты тупой?       calico.moon.kitty: нет я чонон       AgustDeadInside: он сдвгшник он скорее всего ебется типа бля а если так а вот так а так а может так       calico.moon.kitty: АХАХАХА ебет какого-то мальчика сзади и тиктоки листает       iamVnotW: сабвей серферс с чисткой ковра на фоне -малыш тебе нравится как я сжимаюсь вокруг тебя? -даааа детка мы магнит подобрали       calico.moon.kitty: БЛЯТЬ АХАХАХ это ужасно тэхен       iamVnotW: но не нам судить есть же у людей кинк на полный игнор во время секса       calico.moon.kitty: -детк, тебе нравится как этот индус почистил ковер? так возбуждает -кто ты блять такой и что делаешь в моем доме       AgustDeadInside: и в моей заднице       abcdefghi__lmnopqrstuvwxyz: я есть в этом чате долбоебы блять что вы пишете боже

calico.moon.kitty исключил abcdefghi__lmnopqrstuvwxyz

      calico.moon.kitty: я решил нашу проблему ну так что на чем мы закончили нет стойте меня чето совсем разъебало со своего же действия боже я юморист стендапер       AgustDeadInside: он тебя сейчас запишет в тетрадь смерти ты гондон я хочу ссать       iamVnotW: давай мне в ротик милый *О*       calico.moon.kitty: ладно я пошел можете тут сидеть и обсирать меня за моей спиной       AgustDeadInside: смотрите (С ПРЕЗРЕНИЕМ И ОТВРАЩЕНИЕМ) чимин (ЕБАНЫЙ ЛОХ ЧМО НЕ УВАЖАЮ ЕГО) насрал (КАК ВСЕГДА ТОЛЬКО ЭТО И УМЕЕТ)       calico.moon.kitty: соси мне сиськи       iamVnotW: уааааау чмок чмок Разумеется, Чимин не планирует держать его в бане долго. Это было бы слишком — и, честно говоря, скучно. Пусть чутка побесится, может, даже напишет Чимину в личку — и тогда он, так уж и быть, добавит его обратно, с отеческим снисхождением выдаст «чонпок-а, ты что, соскучился?». Для них с Тэхеном и Юнги такие приколы — это база, фундамент дружбы, можно сказать: они то банят друг друга прикола ради, то хуями кроют, то шутят гейские шутки, то кидают в чат голосовые, в которых два часа подряд нет ни одного звука, кроме какого-то определенного момента, и им нужно наперегонки дойти до момента, где было движение, и написать тайм-код, или самые ублюдские их фотки отправятся напрямую в ленту «инсты». Чонгук тоже должен привыкнуть. Это своего рода инициация, и, кстати, прогресс уже налицо: он даже выдал два матных слова — «долбоебы блять», — чего раньше за ним никогда не водилось. Обычно-то он молчит, как партизан, или отделывается односложным мычанием. А тут — целая вспышка эмоций. Чимин, если честно, доволен собой: скоро полезет спелый урожай, он чует это. Таксист высаживает его у самого подъезда. Чимин вылезает из машины, стараясь не долбануть каблуком по дверному проему. Челси звонко зашлепали по мокрому асфальту, и он, пригибаясь от холодного ветра, в три широких шага мчится до двери. С натужным кряхтением, привалившись плечом к тяжелой металлической створке, ныряет в подъезд, видя тускло освещенный холл с вечно мигающей лампочкой. Внутри пахнет чьим-то ужином, под ногами старый кафель в шахматную клетку, кое-где выщербленный. До лифта нужно пройти через весь холл, и ноги ноют с каждым шагом. Чимин всерьез подумывает, не проще ли ему заночевать прямо на коврике у двери, но тело на автопилоте тащится дальше. Лифт, как ни странно, на первом этаже. Чимин заходит внутрь, прислоняется спиной к зеркальной стене — мокрые волосы тут же оставляют на стекле разводы, — и нажимает кнопку тринадцатого этажа. Кабина дергается и с гудением ползет вверх. Он краем глаза ловит свое отражение: влажные волосы облепили лицо, под глазами залегли тени от недосыпа, губы искусанные и припухшие. Видок еще тот — краше в гроб кладут, — но Чимин отчего-то себе нравится. Такое ощущение, что он от заебанности только хорошеет. Может, страдать физически ему просто полезно? Он снова достает телефон. План такой: открыть чат, найти Чонгука в списке контактов и добавить обратно. Пусть поворчит для приличия — Чимин даже готов написать что-то вроде «прости ченук-а хен был неправ (нет)». Палец уже тянется к иконке чата, но тут замечает уведомление в самом верху экрана. О как.