Не твой день, Чимини.

Юнги отстранился первым. Резко, словно сам себя остановил. Они зависли буквально в нескольких сантиметрах друг от друга. Дыхание тяжелое. Взгляды еще тяжелее.             — …Это… была ошибка, — еле слышно сказал Юнги и толкнул языком щеку.             — Да, — так же тихо ответил Чимин.            — Сто процентная ошибка…             — Полностью поддерживаю ваше мнение, господин Мин…             Пауза затянулась. Никто не двигался. Никто не отодвинулся.             — …Повторим? — вдруг прошептал Чимин, сам не понимая, что говорит.             Зрачки Юнги расширились и он на секунду замер, а потом очень медленно... усмехнулся одним уголком рта:             — Ты не учишься на ошибках, птенчик… Да?             — Я сегодня вообще не учусь. Из -за тебя… Черт…             Горячая вода джакузи тихо шумела вокруг них, пар клубился и поднимался над поверхностью. Мокрые волосы прилипали к вискам и весь мир вдруг сузился до нескольких сантиметров между ними.             — Я уже говорил тебе, не зови того, с кем не можешь справиться! — тихо пробормотал Юнги.             Но не отодвинулся. Напротив, придвинулся еще ближе. Настолько, что Чимин почувствовал его горячее дыхание на своей щеке.             — Да ты тоже не торопишься исправлять свои ошибки! Засунул меня в воду, испугал до полусмерти и сидишь… как пень…            — Я перфекционист. Я обдумываю следующий шаг.            — Че ты врешь!             — Ты кому это говоришь? А? Птенчик? Но… может, и правда. Может… Сегодня… Потому что обычно, я никогда не вру.             Чимин нервно засмеялся и сразу пожалел. Потому-что Юнги посмотрел на него так, словно этот смех был самой опасной вещью в мире. Словно из-за него он теряет остатки самоконтроля и сейчас его просто съест.            — Ты знаешь, что бесит меня больше всего? — строго спросил Юнги.             — Что?             — Что еще с утра ничто не предвещало беды! И я был вполне нормальным…            — А теперь?             — А теперь я, как конченый придурок, сижу одетый в джакузи, посреди своей ванны, вместо того чтобы проводить конференцию с важными партнерами и очень близок к нервному срыву… — Его взгляд опустился на губы Чимина. — …и думаю только о том, как заткнуть тебя еще одним поцелуем…             Чимин почувствовал, как мгновенно краснеет и попытался отодвинуться, но уперся спиной в пологую стенку джакузи.             — Это был очень насыщенный для одного утра путь…            — Ну! Я экономный! Сразу вкладываю все приключения в один день. Чтобы дальше жить спокойной жизнью… — зловещим голосом прошептал Юнги.             — А репа не треснет? Еще этот день не кончился! Не угрожай мне! Или это обещание? — и Чимин лукаво прищурился и подмигнул ему.             Юнги застонал и закатил глаза. Тихо. Безнадежно. Как человек, осознавший, что проиграл эту партию еще несколько часов назад:             — Ты просто ужасный, птенчик. И слишком болтливый… Язык твой — враг твой!            — Мне часто так говорят. — фыркнул Чимин.             — Я начинаю понимать почему.             — Нет, не понимаешь… — и курьер медленно облизал пухлые губы кончиком влажного розового языка…             От чего страшный клиент Мин Юнги мгновенно завис и забыл, как его зовут вообще… Он смотрел на мокрые пряди волос, прилипших к лицу этого непонятного парня, на тонкие черты лица, на губы, которые Чимин сейчас почему -то нервно кусал — и пытался хоть как -то втиснуть в свое сознание все то, что происходило.             Картинка была яркая, но никак не укладывалась в голове, и тогда Юнги оставил тщетные попытки хоть что -то анализировать. Просто перестал думать, что для Мин Юнги — генерального директора — было почти чрезвычайное событие.             Чимин заметил изменения сразу. Заметил этот странный, горячий взгляд и почувствовал, как сердце снова начинает вести себя совершенно неадекватно. Еще несколько часов назад этот мужчина казался ему страшным, мрачным и опасным. Очень опасным…             А сейчас... он смотрел на него так, будто забыл о существовании всего остального мира и это почему -то волновало Чимина гораздо сильнее, чем должно было. От одного его взгляда становилось трудно вспомнить, что он хотел сказать секунду назад. От его приглушенного хриплого голоса, внутри что -то странно замирало, а сердце срывалось в какой -то яростный ритм барабанной дроби и начинало прыгать внутри груди как испуганный заяц.             А когда Юнги оказывался совсем рядом... Чимин вообще переставал понимать самого себя... Потому что казалось, что его тело просто живет отдельной жизнью... и хочет того, чего вообще не должно хотеть...             «Это действительно происходит со мной? Это параллельная реальность? Или гипноз? Или наркоз? Я… его хочу… Хочу… Бляяяяя…» — Чимин тряхнул головой, а фантазия уже рисовала ему такие эротические картинки, что даже в его самых страшных или смелых снах никогда присниться не могли…             Юнги несколько минут всматривался в растерянные глаза Чимина, в которых словно в зеркале отражались все его мысли и вдруг обхватил его рукой за талию и притянул к себе. Парень только охнул, когда его лицо снова оказалось так близко к волнующему прерывистому дыханию Юнги и закрыл глаза, когда губы Юнги необычно осторожно и нежно коснулись его щеки. Одной, потом другой, потом уголка губ, потом другого, потом снова щеки…             «Да целуй уже!!! Или ты издеваешься?» — Чимин вдруг вцепился обеими руками в черную рубашку Юнги, прижался к нему всем телом и жадно заглянул в его черные пропасти глаз.             «Ммм..» — промурлыкал тот и прищурил глаза, чувствуя, как сердце Чимина бьется у него под грудью. Наклонился поближе, снова завис в нескольких миллиметрах от губ курьера, словно изучал предел его терпения и вдруг увидел бесики и злость в глазах этого странного парня.             — Ты что, играешь со мной, как кот с мышью? — прошипел почти ему в губы Чимин.             «Ух, какой зажигательный!» — подумал Юнги. Потом вдруг откинул голову назад и хрипло засмеялся, качая головой.             Чимин видел перед собой сейчас четкие очертания шеи на фоне черной рубашки, вздрагивающий от смеха кадык и, не долго думая, он впился зубами прямо в него, прикусив достаточно ощутимо.             — Аааа… — хрипло простонал Мин, откидывая голову назад еще сильнее. — Еще…             И Чимин просто перестал думать. Он прикусывал кожу, целовал то нежно, то агрессивно, зализывал языком укусы и кусал снова… он и сам не знал откуда это в нем взялось и почему от запаха кожи этого удивительного Юнги у него просто сносило крышу, а живот внизу скрутило тугим узлом и напряженная плоть уже просто не помещалась в узких штанах.             Вода вокруг них продолжала бурлить и дымиться, легкий запах сероводорода никуда не исчез и Чимину иногда, между прикосновениями и стонами, казалось, что он грешник и варится где -то в котле в аду… Но когда этот удивительный брюнет снова поднял голову и взглянул ему в глаза он внезапно понял, что готов вариться в этом котле вечность… Даже в аду… Только бы с ним…             Юнги наконец сжалился, обнял Чимина крепче, заглянул в томные глаза, которые сейчас пылали и излучали бешеное желание и коснулся губами его губ. Легко, будто случайно… Потом еще раз.. и еще…             А потом наконец он припал к его губам и толкнулся языком внутрь, углубляя поцелуй, и впутавшись рукой в ​​мокрые волосы курьера, прижал его губы к своим. Чимин страстно выдохнул и наконец слился в поцелуе с этим непредсказуемым и странным мужчиной. Их языки сплетались, будто это был какой-то дикий танец страсти и у Чимина от этого невероятного ощущения кружилась голова.             Но сейчас ему хотелось большего… Это странное желание возникло где-то глубоко в его душе в тот момент, когда он увидел и почувствовал, как напрягается тело Юнги при его прикосновениях и в ответ на это волна сладостного изнеможения накрывала его тоже.             Юнги наконец отпустил его из поцелуя и несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, словно взвешивая, следует ли двигаться дальше. Губы Чимина слегка дрожали, в душе был целый ураган необычных чувств, но он даже не подумал отвести взгляд, будто давая разрешение Юнги на продолжение… Хотя… Юнги в этом разрешении и не нуждался… Он смотрел сейчас на этого белокурого мокрого парня и его мысли точно были не о его директорских обязанностях.             А Чимин… Он смотрел прямо в глаза Юнги и вдруг медленно начал спускаться руками по его телу все ниже, прошелся по набухшим бусинкам сосков, по контурам грудных мышц, по плоскому рельефному животу… И чем ниже спускались его руки, тем пламеннее становился взгляд Юнги, а его руки невольно сжимались в кулаки, едва сдерживая нарастающее желание.             Чимин не выдержал дуэли взглядов первый – он склонился к шее Юнги и начал покрывать ее поцелуями спускаясь все ниже, к ключице. Юнги тихо стонал сквозь стиснутые зубы, пока Чимин осторожно и неумело расстегивал пуговицы на его рубашке, не переставая покрывать поцелуями его тело. Наконец он не выдержал и одним резким движением сорвал с себя рубашку и потащил за край футболки Чимина. Тот вздрогнул, но послушно поднял руки и футболка улетела с джакузи вслед за рубашкой.             – Ты красивый! Такой красивый! — бархатно-томным голосом промурлыкал Юнги.             Он притянул Чимина к себе и начал целовать осторожно и нежно, прихватывая кожу одними губами, осторожно касаясь шеи, груди, ямочек над ключицами, словно изучая его реакцию и чувствительность. Тело Чимина разразилось целым фейерверком ощущений и эмоций в ответ на такую ​​неожиданную нежность и осторожность от «страшного» клиента и он уже даже не понимал сейчас, нужно ли ему бояться его еще больше, или довериться ему окончательно.             Юнги сам расстегнул тугой пояс своих джинсов и вздохнул немного с облегчением, когда его набухший член лишился излишнего давления. Он по-хозяйски уселся на борт джакузи, облокотился спиной на стену и призывно и требовательно посмотрел на застывшего в воде курьера.             «Ну! Давай же!» — будто говорил его взгляд и Чимин подчинился. Он осторожно придвинулся поближе, опустился на колени между ног Юнги и осторожно потянул за резинку боксеров, освобождая тугую напряженную плоть мужчины. Член был достаточно большой и упругий, покрытый набухшими венками. Дорожка темных вьющихся волос извивалась по животу от паха к пупку, словно указывая направление движения… На несколько секунд Чимин завис и медленно облизал губы кончиком языка.             Юнги почувствовал, как новая волна возбуждения накрывает его и на кончике покрасневшей головки члена выступила прозрачная густая капля предеякулята. Чимин смотрел на нее, как завороженный приоткрыв рот.             — Ну что ты остановился, птенчик? Давай! Ты ведь этого хотел?             Чимин поднял на него глаза, густо покраснел и опустил голову.             Сердце Юнги упало куда-то в пах, когда он увидел абсолютную растерянность в этих медовых глазах.             — Только не говори мне сейчас, что ты никогда не делал минет! — он впился в волосы Чимина пальцами и поднял его голову.             Чимин покачал головой, подтверждая худшую догадку Юнги и пряча от него глаза.             — И не говори мне, что ты еще девственник… – уже пугаясь дальнейшего хода событий пробормотал Юнги.             Чимин глубоко вздохнул и кивнул головой.             Юнги застонал, треснулся затылком о стену, покачал головой и обреченно добавил:             — Тебе хоть девятнадцать то уже есть, птенец ты недозрелый?             Чимин кивнул:             — Двадцать один… Исполнилось… вчера… —и он шмыгнул носом.