Среди обломков

Они не обсуждали, куда ехать. Решение будто сложилось само собой, и уже через полчаса Чонгук закрыл дверь своего номера, пропуская Тэхёна внутрь. Ким огляделся бегло, будто проверяя, что всё это реально, а не очередной затянувшийся сон. Снял обувь, прошёл чуть дальше и остановился посреди комнаты, не зная, что делать дальше. Чон не стал ничего говорить, просто подошёл ближе, осторожно коснулся его руки, проверяя реакцию, и когда омега не отстранился, потянул за собой. Они легли рядом почти одновременно. Без спешки, без лишних движений, стараясь укрепиться в этом состоянии. Тэ сначала лежал на спине, глядя в потолок, а потом сам повернулся на бок, ближе, почти вплотную. Рука скользнула по ткани чужой футболки, остановилась на груди, будто проверяя, что он действительно здесь. Гук обнял его в ответ, крепко прижимая к себе и убеждая в реальности. Разговоров не было. Всё, что нужно было сказать, уже прозвучало раньше, а остальное пока не требовало слов. Они просто лежали рядом, чувствуя тепло друг друга, слушая дыхание, иногда чуть сдвигаясь, чтобы устроиться удобнее. Настолько близко, насколько хотелось. Тэхён уткнулся лбом ему в плечо, закрывая глаза. Альфа машинально провёл рукой по его спине, расслабляя. Утро пришло незаметно. Свет пробирался сквозь шторы, освещая комнату. Тэхён проснулся раньше, но не стал вставать сразу. Некоторое время просто лежал, глядя на человека рядом, будто снова проверяя реальность происходящего. А потом тихо выдохнул и всё же поднялся. — Пойдём, — сказал он позже, уже собранный, стоя у окна. — Покажу тебе город. Чон не стал спорить. Они вышли ближе к полудню. Улица встретила их шумом, голосами, движением. Машины, витрины, люди, музыка из открытых дверей кафе — всё было ярким, живым, насыщенным. Чонгук бывал в больших городах и раньше. Видел куда более громкие места, но никогда не придавал этому значения. Для него это всегда было фоном. Сейчас же всё ощущалось иначе. Тэ шёл чуть впереди, иногда оборачиваясь, что-то показывал, говорил и улыбался легко, почти по-мальчишески, и именно в эти моменты взгляд альфы цеплялся за него сильнее всего. За эту улыбку, которая меняла всё восприятие. Поскольку дело не в городе, а в том, кто рядом. С омегой даже этот шум не раздражал. Ким что-то рассказывал, указывая на очередное здание, но Гук не слушал. Просто смотрел, запоминал, наслаждался компанией, а не тем, что вокруг. Они остановились на одной из оживлённых улиц. Обычный день, обычное место. Тэхён повернулся к нему, собираясь сказать что-то ещё, но не успел, Чонгук шагнул ближе. Без предупреждения, без лишних слов. Его рука просто легла на чужую щёку, удерживая мягко, но уверенно. На секунду он задержал взгляд, будто давая последний шанс отстраниться, но Тэ не сделал этого. И тогда альфа поцеловал. Не резко, чтобы не испугать, но и без той осторожности, которая была раньше. Как будто это решение уже давно созрело, просто он ждал момента. Губы соприкоснулись, и на долю секунды мир вокруг будто исчез. Шум улицы перестал иметь значение. Ким сначала замер, не двигаясь, а потом сам сделал шаг ближе, отвечая легко, почти неуверенно, но достаточно, чтобы стало ясно, что он не против. Поцелуй был недолгим. Чон отстранился первым, оставаясь совсем рядом. Ладонь всё ещё на его щеке, взгляд спокойный, как раньше, но при такой близости теперь можно было разглядеть что-то ещё. Более чувственное, тёплое. Тэхён смотрел на него чуть растерянно, с тем самым выражением, в котором смешалось слишком много всего сразу. Однако где-то в этом всём было уверенное счастье. Мир вокруг продолжил жить своей жизнью, а для них в этот момент он просто перестал существовать. Оставшееся время пролетело до боли быстро. Чон почти не выходил из ритма теперь популярного певца, от которого пообещал себе больше не отдаляться. Иногда он стоял за кулисами во время концертов, прислонившись к стене, слушая приглушённый звук музыки сквозь перегородки и редкие крики зала. Не смотрел выступление, как в первый раз, а ждал. И каждый раз, когда Тэхён возвращался, полностью уставший, вымотанный, но с внутренним светом в глазах, который не гас даже после сцены, этого было достаточно. Он подходил ближе, забирал его из этого шума, и они просто уходили. В остальное время всё было куда проще. Гуляли без цели, как тогда, в Сеуле, только теперь город был другим, но ощущения теми же. Ели в случайных местах, иногда дорогих, иногда совсем простых, сидели в номере, растягивая вечер до ночи. Разговаривали или молчали — разницы почти не было. Они как будто учились быть рядом заново, уже без той дистанции, которую раньше держали из страха или недосказанности. Намджун сначала наблюдал настороженно. Не вмешивался, но и не отпускал ситуацию полностью. Однако со временем даже ему стало очевидно, что это не временное совпадение. Он видел, каким брат становился рядом с альфой. Спокойнее, легче, живее. И этого хватало, чтобы перестать держать оборону так жёстко. Он не говорил об этом вслух, но и не мешал больше. Когда отпуск подошёл к концу, это ощущалось физически. Внутри как будто что-то начинало сжиматься. В аэропорт ехали молча. Тэ сначала держался, но ближе к зоне вылета это стало заметно сильнее. Пальцы дрожали, движения стали резче, взгляд постоянно ускользал. Гук не сразу понял, в чём дело. Сначала подумал, что это просто нежелание отпускать, но потом поймал его взгляд, который был слишком напряжённым, слишком знакомым, и тогда до него дошло. — Я долечу, — сказал он спокойно, взяв омегу за руку. Ким кивнул, но это было слишком на автомате. — Всё будет нормально. Он чуть наклонился, коснулся его губ коротко, но уверенно. Без лишней осторожности, будто закрепляя сказанное действием. — Обещаю. Это сработало, хоть и не мгновенно, но достаточно, чтобы Тэхён смог расслабиться и перестал заметно дрожать. Перелёт прошёл спокойно. И первое, что сделал Чон, когда приземлился, — достал телефон. Связь появилась не сразу, но как только экран загорелся, он набрал номер, а ответ последовал почти мгновенно. — Ты приземлился? — голос Тэ был напряжённым, запыхавшимся, словно он бежал к сотовому. — Да. Послышалась тишина, а затем облегчённый выдох. — Хорошо. Тэхён остался завершать тур. Город за городом, сцена за сценой, но теперь он выступал уже с другим ощущением внутри. Не пустота и не попытка убежать, а что-то более устойчивое, греющее душу и заставляющее более уверенно двигаться дальше. Тур растянулся чуть больше, чем на месяц, и за это время они не дали расстоянию снова выстроить между ними былую стену. Созванивались почти каждый день, иногда по нескольку раз, подстраиваясь под разницу во времени, которая сначала казалась неудобной, а потом стала частью их ритма. Чаще всего выходило так, что Чонгук звонил, собираясь на работу ранним утром, а омега уже после концерта, поздним вечером. Уставший, с хрипотцой в голосе, иногда даже не до конца сняв сценический образ. Иногда Тэ засыпал прямо во время разговора, не попрощавшись, просто затихал на полуслове, а Гук не сбрасывал. Он лишь отключал микрофон, чтобы не мешать, и продолжал держать связь, слушая чужое ровное дыхание. Местами даже смотрел, если это был видеозвонок. До самого момента, пока не заходил в участок, будто проверяя, что тот действительно уснул спокойно и хотя бы эти несколько часов будет в порядке. Когда всё закончилось, Ким не задержался. Вернулся туда, откуда когда-то уехал с тяжёлым сердцем и слезами на глазах. Теперь же эти слёзы были от счастья. От предвкушения встречи, которая, как казалось, станет последним этапом в его стремлении наконец-то поверить, что всё реально. Как только он приземлится дома, увидит альфу у выхода, тогда наконец перестанет волноваться, что это всё ему просто приснилось. В день прилёта Тэхёна Чонгук приехал в аэропорт даже слишком заранее. Сел в зале и внимательно следил за нужным рейсом, который находился в пути. И именно тогда почувствовал то же самое, что ещё месяц назад заставило Тэ трястись от волнения. Он помнил и помнил слишком хорошо. И мужа, и сына, и тот день, который разрезал жизнь на «до» и «после». Стоя у зоны прилёта, Чон поймал себя на том, что всё это по-прежнему с ним. Но теперь было и другое. Он снова ждал, и от этого ожидания внутри поднималось знакомое волнение. Однако он постарался не впускать эти мысли, твердя себе, что он точно прилетит. Он должен. Иначе жизнь не просто разделится, а во второй раз рухнет и больше уже никогда не сможет подняться. Альфа поднял голову как раз в тот момент, когда поток людей начал постепенно выливаться в зал. Сначала просто скользил взглядом по незнакомым лицам, ожидая то самое. Через несколько минут вышел Тэхён. На секунду всё будто притихло. Омега выглядел уставшим после перелёта, волосы чуть растрёпаны, на плече большая сумка. Он остановился, оглядываясь, и почти сразу нашёл его взглядом. Замер на несколько мгновений, а потом с лёгкой улыбкой пошёл вперёд. Чон не двинулся с места сразу. Несколько секунд просто смотрел, как он приближается и как с каждым его шагом даже походка выдаёт, что усталость спадает, на место которой приходит радость от встречи. Когда расстояние сократилось, альфа всё же сделал шаг навстречу. — Долетел? — спросил он едва слышно, хотя ответ был очевиден. Тэхён кивнул, улыбаясь ещё шире. — Да. Чонгук потянулся первым, обнимая его, на что Ким ответил сразу, прижимаясь ближе, утыкаясь лицом в плечо. — Добро пожаловать домой, — вновь шёпотом добавил Гук. Тэ вжался ещё сильнее, кивая несколько раз, не в состоянии ответить что-то словами. Он действительно дома, но реальный «дом» теперь для него будет там, где находится Чон. После долгого приветствия они наконец покинули аэропорт. Ещё внутри Тэхён сказал, что остановится в отеле. Предупредил автоматически, по привычке человека, у которого уже долгое время даже нет другого варианта. Чон не стал спорить словами. Просто забрал его сумку из руки, чуть сжал пальцы на запястье и молча повёл к машине. Во время поездки Тэ сразу заметил, что они едут не до названного им отеля, однако говорить ничего не стал. Если альфа хочет отвезти его куда-то ещё, то он не будет сопротивляться. Однако не ожидал, что тот доставит его к себе. Хорошая и уютная квартира встретила спокойствием. Ким вошёл медленно, осматриваясь, пытаясь понять, имеет ли он право здесь быть. И почти сразу взгляд зацепился за деталь. На полке у стены стояла небольшая рамка. Фотография, где Чонгук был не один, а с мужем и сыном. Обычное семейное фото, с той самой неловкостью, которая бывает только в настоящих моментах. Омега замер на несколько секунд. Плечи чуть напряглись, взгляд потяжелел из-за подступающих слёз. — Я… — начал он, но не закончил, не в состоянии подобрать слова. Чон заметил сразу, подошёл ближе, чтобы Тэ обратил на него внимание. — Посмотри на меня. Тэхён не сразу поднял взгляд, но всё же сделал это. — Это не здесь и не сейчас, — продолжил альфа ровным голосом. — Это часть моей жизни. Было и останется. Но это не то, где я сейчас. Омега медленно выдохнул, будто сдерживал что-то внутри. — Я не хотел… напоминать. — Ты не напоминаешь, — ответили так же спокойно. — Потому что я никогда не забываю. Но прекрасно осознаю, что ничего с этим поделать не смогу. Если тебе некомфортно, я могу убрать… Тэ резко качнул головой, останавливая слова. — Нет, не надо. Просто я… не ожидал. — Понимаю. Чонгук прижал его к себе и глубоко, громко вздохнул, отчего Тэхён сделал то же самое, постепенно возвращаясь к тому ощущению, которое охватило его с того момента, как он приземлился. Позже они почти не говорили. Омега был вымотан длинной чередой концертов и перелётом, поэтому после недолгих приготовлений сразу легли спать. Ким почти сразу провалился в сон, а Гук лежал рядом дольше, не засыпая. Смотрел в полутьме на его лицо, на расслабленные черты, на то, как он наконец перестал быть напряжённым. Иногда осторожно поправлял прядь волос, иногда просто оставлял руку рядом. И только под утро он всё же задремал. На следующее утро Тэхён проснулся позже, уже более собранный, но всё ещё немного помятый после сна. Они позавтракали почти молча, но эта тишина уже не была неловкой. Позже полицейский уехал на работу, а омега отправился по делам. Впереди его тоже ждала работа и возможный тур не только за границей, но и дома. Вернулся он ближе к вечеру. Из кухни тянулся лёгкий запах еды, а на столе уже стояли тарелки и приборы. Всё было аккуратно, спокойно, как будто дом просто ждал его возвращения. Тэ замер на пороге на секунду дольше, чем ожидал от себя. Чонгук вышел из кухни почти сразу, как услышал закрывающуюся дверь. — Ты поел? — спросил он так ровно, будто это была их обыденность. — Нет. — Тогда садись. Ким медленно снял куртку, прошёл внутрь и сел за стол. Несколько секунд просто смотрел на тарелку перед собой, будто пытался понять, почему это так выбивает из равновесия. Обычный ужин, обычный вечер, но в нём было слишком много того, что он когда-то решил оставить на расстоянии. Альфа сел напротив не сразу. Сначала поставил рядом ещё одну чашку, налил воды, и только потом опустился на стул, не сводя с него взгляда. — Устал? — Немного. — По тебе видно. Тэхён усмехнулся едва заметно. — Я думал, если держаться подальше, то будет лучше. — И стало? Омега медленно выдохнул, будто сам себе не хотел признавать очевидное. — Нет. Лучше то, что сейчас. Чон кивнул, довольно улыбаясь. — Тогда не делай так снова. — Ты всегда так просто всё решаешь? — Нет, — спокойно ответил Гук. — Только когда всё и так уже ясно. И в этот момент внутри Тэхёна что-то окончательно перестало сопротивляться. Он не сказал ничего в ответ, просто поднялся из-за стола, медленно обошёл его и остановился рядом. Несколько секунд стоял, будто всё ещё оставлял себе возможность отступить, но не отступил. Чонгук поднялся следом, и расстояние между ними резко сократилось. Тэ потянулся первым, пусть и неуверенно, зато честно. Альфа с радостью встретил его порыв, касаясь ладонью спины, притягивая ближе. Поцелуй начался тихо, сначала осторожно, но очень быстро в нём не осталось неуверенности. Только накопленное, долго сдерживаемое желание наконец оказаться настолько ближе друг к другу, насколько это вообще возможно. Ким выдохнул в чужие губы, пальцы сами нашли ткань его футболки, сжали, будто удерживая реальность на месте, а Чон ответил с большим напором, увереннее, не отпуская, пока дыхание не сбилось у обоих. Тэ, потеряв даже собственное тело в пространстве, слегка отпрянул назад и наткнулся на стол, посуда и приборы на котором загремели. Альфа притянул его ещё ближе, буквально вжал в себя и оторвал от пола, двигаясь куда-то в сторону. Постепенно они уходили в глубину квартиры, сбрасывая одежду где-то по пути. Губы разрывались лишь дважды, в те моменты, когда оба избавлялись от футболок. Добравшись до кровати, Гук осторожно уложил омегу на горизонтальную поверхность, а сам остался стоять. Казалось, что он спокоен, как и всегда, но мелкая дрожь в ладонях выдавала волнение. Тэхён улыбнулся и потянул его вслед за собой, пока лица вновь не оказались на расстоянии миллиметра. В таком положении на лишние мысли в голове не оставалось места, поэтому Чон вновь захватил чужие губы, постепенно всё больше проваливаясь. Параллельно он водил руками по бледному и хрупкому телу, ощущая восторг от того, что под пальцами нет никаких преград и он чувствует лишь бархатистую кожу. Ровную, так и манящую не убирать ладони. Ким же ответно ощупывал слегка загорелое тело альфы, а сердце быстро и громко стучало в ушах от напряжения и осознания ситуации. Он убедил себя, что это происходит на самом деле, однако интимность ситуации также вызывала у него оцепенение. Одежды уже не осталось, как и всякой дистанции, отчего щёки Тэхёна предательски краснели, а внутренний жар растекался по всему телу, концентрируясь внизу живота. Чонгук, словно понимая, где у омеги самое чувствительное место, опустился ниже и оставил там почти незаметный поцелуй. Но даже от него Тэ вздрогнул, резко закрывая лицо ладонями. Чон победоносно улыбнулся и сдвинулся ещё ниже, оказывая между его бёдер. От смущения Ким попытался спрятаться, сжаться, но не вышло. Крепко, не без лишнего напора Гук удерживал его на месте, пока язык исследовал территорию, впервые открывшуюся взгляду. Тэхён был слишком взволнован. Слишком смущён. Под рёбрами порхали бабочки, задевая сердце своими крыльями. Он так глубоко погрузился в эти ощущения, что его вздохи превратились в прерывистые всхлипы, испугав Чонгука. Тот тут же отпрянул, выровнялся рядом с омегой и мягко коснулся его волос, осторожно поглаживая чёрные пряди. — Я сделал что-то не так? Тэ ответил не сразу. Он пытался сосредоточиться, чтобы ответить честно, а не просто скрыть всё, как делал раньше. Убрав руки от лица, он смущённо взглянул на Гука, который, похоже, понял, что зашёл слишком далеко, так как в глазах напротив блестели слёзы. Однако омега тут же отрицательно замотал головой, пытаясь успокоить. — Прости. Я просто… так счастлив, что не могу справиться. Альфа сначала проанализировал сказанное, а затем облегчённо выдохнул. Вновь погладил его по волосам, поцеловал в губы и предложил: — Мы можем остановиться. Тэхён задумался, опустив взгляд. Он молчал, затем глубоко вздохнул, избавляясь от нервозности, и поднялся, чтобы сесть на Чона. Всё ещё избегая прямого взгляда, он склонил голову и поцеловал Чонгука в грудь, где пряталось сердце. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, но для альфы этого оказалось достаточно. Чон снова положил руки на тело Тэхёна, продолжая свою исследовательскую операцию. Тэ крепко держался за него, словно нарочно двигаясь, ощущая, как в ягодицы врезается явное проявление чужого желания. Ему было неловко признавать, но он действительно хотел испытать всё, что Гук готов ему предложить. Чон считал это, и его ладони медленно скользили от колен к бёдрам, затем к интимной зоне, которая также нуждалась в ласке. Пространство между ягодицами стало влажным, горячим, явно показывая готовность. Альфа осторожно прикоснулся к этому месту, сначала лишь пробежавшись пальцами рядом, а затем едва заметно проникая подушечками в узкую дырочку. Тэхён каждый раз вздрагивал, но не отстранялся. Наоборот, он прижимался ближе и крепче обнимал Чонгука, иногда целуя его шею или плечи, словно вымаливая продолжение. Альфа не мог возразить. Не имел права. Он твёрдо решил, что будет рядом, поддержит и даст Тэ всё, чего тот пожелает. Сейчас, чувствуя его решимость, он быстро перевернул их, поменяв местами. Нависнув сверху, он целовал Кима в грудь, оставляя следы слюны на сосках, которые так и просились быть облизанными. Тэхён извивался, не в силах контролировать своё тело, и под чарами ласки даже не заметил, как Гук уже надел презерватив и оказался у самого входа. На мгновение омега смутился, схватившись за чужие предплечья и впившись ногтями в кожу. Но Чонгук быстро снял это напряжение, потеревшись членом о его, отвлекая от предстоящего момента. Постепенно пальцы расслабились, и Тэ кивнул, наконец открыто взглянув в глаза напротив, без тени страха или попытки убежать. Чон почувствовал, как его сердце сжалось от такой откровенности. Он прерывисто выдохнул, прислонился лбом к чужому, стараясь ухватиться за каждую секунду этого мгновения, а бёдрами подался вперёд. Сначала аккуратно, пробуя силу своей выдержки и реакцию Тэхёна. Ким закусил губу, едва слышно заскулил, а дырочка напряжённо сжалась, но вскоре и это давление ушло. С каждой секундой он расслаблялся, призывая продолжать. Между ними осталась только близость. Теперь не было ни дистанции, ни страха, ни желания убежать. Их прикосновения дарили друг другу тепло и свет, которые давно погасли. Для них словно наступило утро после долгого кошмара. Этот кошмар не забудется, но больше не будет преследовать их в каждом тёмном уголке. И если раньше Тэхён думал, что лучший вариант — держаться на расстоянии, то теперь это решение рассыпалось окончательно. Потому что «лучший вариант» оказался здесь. Рядом с Чонгуком. Чон же, прежде находясь в бесконечной череде однообразных дней, наконец вновь ощутил, что у жизни есть смысл. Есть вкус, цвета, эмоции. Но он способен заметить их только с ним. Рядом с Тэхёном. Дальше всё не стало идеальным. Они не превратились в тех, у кого всё гладко и правильно. Иногда сбивались, иногда не понимали друг друга, иногда замыкались в себе сильнее, чем стоило. Но при этом не расходились. Уже не убегали, не обрывали связь, не делали вид, что ничего не было. Они просто… остались. Найдя друг друга среди обломков прошлого, оба в итоге смогли из этих кусочков выстроить что-то новое. Особенное.