Тени

Вечер начался обычно. Хару заварил чай. Хён сидел на кухне, листая телефон, хотя уже давно не мог сосредоточиться на экране — буквы прыгали, складывались в слова, которых там не было. Руи и Умути пришли из студии: Умути нёс ноутбук, Руи — две кружки с остывшим кофе. - Есть новости? — Спросил Хару. - Директор сказал, что детективы нашли ещё одну комнату в подвале. — Ответил Умути. — Там были… вещи. Наши вещи. Потерянные флешки, старые футболки, которые пропали из стирки. - Как они туда попали? — Спросил Хён. - Не знаю. Но теперь компания наняла круглосуточную охрану. - Круглосуточную? — Переспросил Хару. — Прямо здесь? - С завтрашнего дня. Сегодня — последняя ночь без охраны. Никто не сказал этого вслух, но все подумали одно и то же. «Последняя ночь. Значит, сегодня что-то случится». Они не ошиблись. В 22:15 они собрались в комнате Умути и Руи. Не по плану — просто так было спокойнее. Хару принёс плед. Хён притащил подушку. Умути поставил ноутбук на стол — работал над новым треком, но на самом деле просто смотрел на экран, не видя ни одной ноты. Руи сидел на кровати, обхватив колени. Он молчал — но молчание было тяжёлым, как свинцовое одеяло. - Расскажи, что ты видишь. — Попросил Умути. - Сейчас — ничего. — Руи помолчал. — Но она придёт. Она всегда приходит, когда темнеет. - Мы будем здесь. — Сказал Хён. — Все. - Вчетвером легче. — Добавил Хару. Они проговорили около часа. О музыке. О планах. О том, какой трек они напишут, когда всё это закончится. «Когда всё это закончится» — они произносили эту фразу так часто, что она потеряла смысл. Но продолжали произносить. Потому что если перестать верить, что это когда-нибудь закончится, то можно сойти с ума окончательно. В 23:40 Хару зевнул. - Может, сегодня обойдётся. — Сказал он. В 23:41 погас свет. Не моргнул — погас. Полностью. Во всём общежитии. Даже уличные фонари за окном погасли — будто кто-то выключил электричество на целый квартал. - Не паникуем. — Сказал Умути. Голос спокойный, но слишком громкий для внезапной тишины. - Я не паникую. — Ответил Хару. — Я просто… боюсь. - Это нормально. — Сказал Хён. — Я тоже. Они сидели в темноте, сбившись на кровати Умути. Кто-то включил фонарик на телефоне — Хару, кажется. Свет выхватывал из темноты испуганные лица, тени под глазами, сжатые кулаки. - Может, просто отключение. — Сказал Руи. — Свет включится. - Включится. — Согласился Умути. Не включился. В 23:47 за окном подул ветер. Не просто ветер — ураган. Он бил в стёкла так, что они дребезжали. Но за окном было безветренно — Хару выглянул в щель между шторами и увидел, что деревья стоят неподвижно. Ветер был только здесь. В их комнате. - Это не ветер. — Сказал он. - А что? — Спросил Хён. - Не знаю. Окно распахнулось само. С такой силой, что створка ударилась о стену. В комнату ворвался ледяной воздух — такой холодный, что у всех перехватило дыхание. Умути вскочил, закрыл окно. Щеколда была цела. Он задвинул её. - Как оно открылось? — Спросил Руи. - Не знаю. — Ответил Умути. — Но теперь закрыто. Он вернулся на кровать. Сел в центре. Руи прижался к нему слева, Хён — справа. Хару устроился в ногах, поджав колени. - Нам нужно быть вместе. — Сказал Умути. — Физически. Не расцепляться. Они сжались в комок. Четыре человека на одной кровати. Тесно. Неудобно. Но тепло. В коридоре что-то упало. Потом ещё раз. Потом раздался звук, похожий на то, как кто-то волочит тяжёлый предмет по полу. - Это не человек. — Прошептал Хару. — Человек не может так тащить… - Не говори. — Попросил Хён. — Пожалуйста. Они замолчали. Слушали. Шаги. Медленные. Тяжёлые. Такие, что дрожал пол. Шаги приближались. Остановились прямо за дверью. Тишина. Потом — скрежет. Кто-то провёл ногтями по двери снаружи. Длинно. Медленно. Так, что звук резал по нервам. - Дверь заперта? — Спросил Руи шёпотом. - Заперта. — Ответил Умути. — И комод придвинут. - Хватит ли этого? Вместо ответа — удар. Такой силы, что дверь прогнулась, а комод съехал на несколько сантиметров. Хён сполз с кровати, упёрся спиной в комод. - Я держу. — Сказал он. — Держите дверь. Умути и Руи присоединились к нему. Хару остался на кровати — с телефоном, который снимал. - Зачем ты снимаешь? — Крикнул Хён. - Чтобы доказать. — Ответил Хару. — Чтобы они поверили. Удары продолжались. Не ритмично — то слабее, то сильнее. Иногда — длинная серия царапающих звуков, будто кто-то огромный скрёб дверь когтями. - Что это? — Прошептал Руи. - Не открывайте. — Сказал Умути. — Что бы ни случилось — не открывайте. В 0:15 удары стихли. Но легче не стало. Из-за двери доносилось дыхание. Тяжёлое. Хриплое. Нечеловеческое. - Откройте. — прошептал голос. Не мужской. Не женский. Ничей. — Откройте, я не сделаю больно. - Не открывай. — Сказал Хару. - Я и не собирался. — Ответил Умути. - Вы же хотите знать, кто я. — Продолжал голос. — Откройте — и узнаете. - Мы знаем, кто ты. — Сказал Хён. — Ты — страх. А страху не открывают дверь. Голос замолчал. Потом — смех. Тихий. Безрадостный. - Вы умные. Но умные долго не живут. Шаги отдалились. И снова приблизились. - Я подожду. У меня есть время. А у вас — нет. Удары возобновились. Сильнее, чем раньше. Комод съезжал по сантиметру. Хён держался, но его руки дрожали. - Я не могу… — начал он. - Можешь. — Сказал Хару. Он спрыгнул с кровати, встал рядом с Хёном, упёрся в комод плечом. — Мы вместе. Они держали дверь вчетвером. Руки сплетены. Дыхание сбитое. Страх — общий. Удары продолжались. Казалось, что дверь не выдержит. Но она выдержала. В 1:30 удары прекратились. В 1:31 за дверью стало тихо. - Ушёл? — Прошептал Руи. - Не знаю. — Ответил Умути. — Не открывайте. Они не открывали. В 2:15 зазвонил телефон Умути. Менеджер. - Вы почему не отвечаете? — Голос встревоженный. — У нас тут электричество отключилось на всём этаже, а у вас… у вас всё в порядке? - Нет. — Сказал Умути. — Не в порядке. Приезжайте. Срочно. - Что случилось? - Приезжайте — увидите. Он сбросил звонок. В 2:20 зазвонил телефон Руи. Потом Хёна. Потом Хару. Они не отвечали. Не могли. Голоса не слушались. В 2:45 за дверью снова послышались шаги. Но на этот раз — удаляющиеся. Медленные. Неохотные. - Уходит. — Сказал Хару. - Или притворяется. — Ответил Хён. Они ждали. В 3:00 — тишина. В 3:30 — всё ещё тишина. В 4:00 Хару сказал. - Кажется, всё. - Не расслабляйтесь. — Сказал Умути. Они не расслаблялись. Сидели на полу, прижавшись спинами к комоду, и слушали тишину. В 5:15 за окном начало светать. В 6:00 Хару выглянул в щель между шторами. Небо было серым, но светлело. Деревья стояли неподвижно. - Утро. — Сказал он. - Утро. — Повторил Умути. Никто не двинулся с места. В 7:30 в коридоре послышались голоса. Много голосов. Менеджеры. Охрана. Кто-то из компании. - XLOV? — Позвали из-за двери. — Вы здесь? - Здесь. — Ответил Умути. Голос хриплый, чужой. - Откройте дверь. - Мы не можем. Комод придвинут. - Отойдите. Мы отодвинем снаружи. Они отошли. Кто-то с силой толкнул дверь — комод съехал, щеколда сломалась. Дверь открылась. В коридоре стояли три менеджера, два охранника и директор Ким Джину. Все они смотрели на дверь. На ту сторону, которая была снаружи. Дверь была исцарапана. Глубокими бороздами — от пола до ручки. Такими, будто их оставили когти. Толстые, в палец. Нечеловеческие. - Что это? — Спросил директор. - Вы, не поверите. — Сказал Хару. - Попробуйте убедить меня. Хару протянул ему телефон. На нём была запись. Та, что он делал ночью. Директор посмотрел. Побледнел. - Это… это не может быть правдой. - Мы тоже так думали. — Сказал Умути. — Но это правда. Директор поднял глаза. Посмотрел на них — четверых, бледных, дрожащих, стоящих в обнимку посреди разгромленной комнаты. - Вы в порядке? — Спросил он. Впервые в его голосе не было приказных ноток. - Нет. — Ответил Руи. — Но мы живы. - Это главное. — Сказал директор. — Отдыхайте. Мы… разберёмся. Он ушёл. Менеджеры разошлись. Охранники остались — теперь настоящие, с оружием и рациями. Хару закрыл дверь. Не запер — просто притворил. - Теперь мы в безопасности? — Спросил он. - Не знаю. — Ответил Умути. — Но хотя бы не одни. Они сели на кровать. Вчетвером. Тесно. Неудобно. Но тепло. Хару достал дневник. Написал: «День 57. Та ночь. Мы выжили. Дверь исцарапана снаружи. Компания наконец увидела. Теперь они знают. Мы не одни. Но мы вместе. И это главное». Он закрыл тетрадь. Спрятал под рубашку. Руи положил голову на плечо Умути. Хён приобнял Хару. Они сидели молча, глядя в окно на серое утро. Никто не плакал. Слёз не осталось. Осталась только тишина. И тепло четырёх тел, прижавшихся друг к другу. Этого хватало.