Последний Штрих (Свежий вкус чернил. Книга 3)

Тринкет сидел на кровати, нервно дергая ногой, не в силах остановиться. Он понимал, что его мандраж слишком очевиден, но ему было плевать. Зи тоже сидел на кровати, застывший словно изваяние - неподвижное и безучастное. Мини устроился на стуле, который притащил из кухни, и ел вишнево-шоколадный сорбет Зи. Он был одет. Зи и Тринкет - нет. Финальное обсуждение «грандиозной ночи» у них состоялось в душе, где они экономили воду, растягивая последние минуты уединения, и постоянно переспрашивали друг друга: - Ты точно этого хочешь? - Да. А ты точно хочешь? И так до бесконечности. После душа показалось глупым одеваться только для того, чтобы снова раздеться, так что теперь они сидели на кровати, обернутые каждый в свое полотенце. Мокрые волосы Тринкет замотал в третье, и теперь теребил тюрбан на голове, отжимая влагу. - Может, мне высушить волосы феном? - внезапно спросил он. - Мокрые волосы не испортят весь настрой? - По-моему, это сексуально, - сказал Мини, получил в ответ убийственный взгляд от Зи и послал ему воздушный поцелуй загипсованной рукой. - Надо высушить, - пробормотал Тринкет себе под нос, продолжая дергать ногой. Зи наклонился, обхватил полотенце и начал сам отжимать его волосы. - Всё нормально, - сказал он. - Вот так. Он еще раз сжал полотенце, затем снял его. Осторожно скрутил волосы Тринкета в пучок, взял с прикроватной тумбочки шпильку и закрепил их. Опустив руки, он помедлил, а затем положил ладони на плечи Тринкета и нерешительно помял их. - В пучке не так сексуально, - шепотом заметил Тринкет. - Очень даже сексуально, - возразил Мини ровно в ту же секунду, когда Зи произнёс: - Всё нормально, не переживай. Зи метнул в Мини еще один ледяной взгляд. Мини рассмеялся. - Что? - спросил он, соскребая ложкой остатки мороженого. - Если мне нельзя наслаждаться зрелищем, зачем я вообще здесь? - Чтобы добавить остроты, - сказал Зи. - А не неловкости. - Может, мне вообще отвернуться к стене? - спросил Мини, указывая большим пальцем себе за спину. - Или, может, хочешь завязать мне глаза? Это, кстати, было бы горячо. - Знаете, - возмутился Тринкет. - меня как-то не возбуждают ваши перепалки. - А меня очень даже возбуждают, - отозвался Мини, облизнул ложку и поднял пустое ведерко. - Я доел. Выкинуть или оставить в углу на память? - Иди выбрось, - с отвращением сказал Зи. Мини улыбнулся и вышел. Тринкет слышал, как он весело насвистывает, удаляясь по коридору в кухню. - Дурацкая затея, - пробормотал Зи. - Возможно, - сказал Тринкет и поймал на себе взгляд Зи. - Что? Ты не хочешь? Я думал, это была твоя идея. - Это было совместное решение, - буркнул Зи. - Но мы не обязаны это делать, - заметил Тринкет. Если честно, он и сам понятия не имел, чего хочет. Сама идея чертовски будоражила. А реальность? Она не пугала, она была... пустой. Белым пятном. Он вообще не представлял, что будет дальше. Как это вообще должно работать? Он не мог предугадать свои чувства - не ощущал ни зачатков страха, ни приливов возбуждения. Его разум и тело прочно обосновались в точке "здесь и сейчас". И в этом было что-то неожиданно приятное. С той поры, как началась его связь с Мини, если он был с одним, то постоянно думал о другом. Его сознание раздваивалось. Теперь же эти две разрозненные части - присутствующая и отсутствующая - внезапно соединились. Он чувствовал себя странно... расслабленным? Напряжение, скопившееся в теле, заставляющее его дергать ногой и дрожать... может, это всего лишь предвкушение? - Я знаю, что мы не обязаны, - сказал Зи. - Ты же понимаешь, что не обязаны, да? Тринкет закатил глаза так сильно, что стало больно, схватил Зи за лицо и поцеловал. Он не прервал поцелуй, когда вернулся Мини, проигнорировал звук его шагов и оторвался от губ Зи только когда услышал голос: - Эй, вы начали без меня? Тринкет поцеловал Зи еще раз - грязно, с языком - и отпустил. - Тебе нужно раздеться, - сказал он, обернувшись к Мини. Мини, прислонившийся к дверному косяку, поднял брови. Зи нахмурился. - Зачем? - спросил Мини. А Зи эхом повторил за ним вопрос, добавив: - Пусть будет одетым. - Мы будем голыми, - возразил Тринкет. - Это уязвимо. Неловко. Если он тоже разденется - будет справедливо. Выражение лица Зи говорило, что он, в принципе, не возражает, но на Мини он смотрел с неохотой. - А что, если я не хочу видеть его член? Мини фыркнул. - Ой, умоляю, - сказал он, начиная расстегивать рубашку. - То, что ты моногамен, не значит, что тебе нужно притворяться, будто ты не считаешь меня чертовски горячим. Зи насупился. Тринкету пришлось прикрыть рот ладонью, чтобы скрыть улыбку. Мини продолжал бодро раздеваться: снял рубашку и бросил её на спинку стула, из-за гипса на пальцах неуклюже повозился с молнией на ширинке. Скривился, сел на стул и снял джинсы, дергая ступнями и поочередно сбрасывая штанины. - Великолепный стриптиз, - саркастически пробормотал Зи. Мини услышал и ухмыльнулся. Он расправился со штанами, стянул носки и, прежде чем кто-либо из них успел подготовиться, сдернул боксеры и отшвырнул их в сторону. Тринкет и Зи машинально потупились, и Мини захохотал. - Вы что, должны дать друг другу разрешение, чтобы посмотреть? Зи взглянул на Тринкета. Тот покраснел и мысленно порадовался тому, что любой человек в подобной ситуации, вероятно, вел бы себя странно. Оправданий у него хватало. - Я разрешаю, - Тринкет шуточно-серьезно обратился к Зи и заработал в ответ фырканье и закатывание глаз. - Всё по-честному, - заявил Мини, усаживаясь на стул. - Твоя очередь, лучший друг. И второй лучший друг. В ответ на насмешку в его голосе Зи сверкнул глазами, встал, сдернул с себя полотенце и бросил его в корзину для белья. Не моргая, они с Мини гипнотизировали друг друга. Затем Мини опустил глаза и нагло уставился на член Зи. Зи тоже опустил глаза, но задержал их на груди Мини, рассматривая татуировки одну за другой. А потом нахмурился. Тринкет тоже покосился. Его горло сжалось. С тех пор, как он подобрал Мини под мостом, он не видел его обнаженным и не мог оценить масштаб побоев. Раны уже заживали, добавляя красочности торсу Мини. Пожелтевшие и позеленевшие синяки вплетались в общий узор татуировок... вместе со следами от сигарет. Зи уже видел ожоги на шее Мини, но только сейчас понял, что они есть и на его груди, и на животе. В его глазах промелькнуло сочувствие, а потом он резко отвернулся и выругался. - Что? - рассмеялся Мини, взял свой член в руку, несколькими плавными движениями довел его до возбужденного состояния и оставил так, выглядя при этом очень довольным. - Кто-то из нас должен создать нужную атмосферу. Стесняешься? Тринкет не знал, чего ожидать от Зи в такой ситуации. Он подозревал, что Мини будет вести себя как засранец, и мысленно держал кулаки, чтобы Зи не повелся на его провокации. Зи повелся, но совсем не так, как предполагал Тринкет. Зи схватился за свой член и хладнокровно резко дёрнул его. ...судя по всему, особых усилий для эрекции ему не потребовалось. - Ты следующий, - сказал Мини, схватил скомканную рубашку со стула и бросил её в Тринкета. Тринкет потянулся к полотенцу на талии, и замер. - Для полной ясности, - сказал он. - Правила. Зи наклонился и прижался губами к шее Тринкета. Тринкет не сводил глаз с лица Мини; жар пульсировал в его теле, и он чувствовал, как горят щеки. Мини смотрел и улыбался. - Правила, - повторил он, лениво откидываясь на спинку стула и наслаждаясь видом. - Никаких прикосновений, - сказал Зи в шею Тринкета, вызвав вибрацию в коже, и просунул руку под полотенце. - Никаких прикосновений, - согласился Мини. - Я буду здесь, на своём стуле, если только вам не понадобится подать смазку или что-то ещё. Зовите. Я к вашим услугам, всегда готов помочь. Лишь смех в голосе Мини убедил Тринкета, что всё происходит на самом деле. Зи вдруг коснулся щеки Тринкета, повернул его голову. Они смотрели друг на друга, и Тринкет чувствовал дыхание Зи на своих губах. - Эй, - прошептал Зи. Тринкет повернулся к нему и, не раздумывая, поцеловал. Зи ответил на поцелуй, выдохнул прямо в рот и тихо произнес: - Это я. Я здесь. Странным было другое. Тринкет знал, что Мини сидит на стуле всего в паре шагов. Он не забыл о нем. Он знал, что Мини смотрит. Но Тринкет не чувствовал себя под наблюдением. Он не чувствовал на себе взгляда Мини... а ощущал лишь его присутствие. И это было очень знакомое чувство - он ощущал присутствие Мини всякий раз, когда был в постели с Зи. Будучи наедине с Зи, он постоянно гадал: "а что сказал бы Мини", "а что подумал бы Мини", "а как поступил бы Мини". В присутствии Мини в их спальне не было ничего необычного. Тринкет не смутился, когда Зи развязал узел, и полотенце упало на пол. Он не смутился, когда Зи взял его член в руку и начал медленно поглаживать. И не смутился ответить тем же. Но что-то изменилось. Тот факт, что Мини следит за ними... отключил внутреннего наблюдателя в голове Тринкета. Ему больше не нужно было угадывать, что подумает Мини, потому что Мини был рядом. Он доверял мнению Мини. И Мини не постеснялся бы его высказать. Мини снял ношу с его плеч. Когда рядом оказался тот, кто мог думать за него, наблюдать за ним, подбадривать, критиковать или снимать напряжение, разум Тринкета, наконец-то, погрузился в блаженную пустоту. Он вообще ни о чем не думал, пока Зи затягивал его в глубокий поцелуй. Одной рукой он обхватил шею Зи и ласкал его язык своим, легко и медленно. Чувствовал член Зи, лежащий в ладони, гладил его пальцами и восхищался им. А потом подумал о том, как же ему повезло. Повезло, потому что несмотря на весь этот кошмар, несмотря на все чудовищные ошибки, которые они совершили, у него всё равно есть Зи, есть его язык во рту, есть его член в руке. Тринкет не мог припомнить такого момента в своей жизни, когда бы он этого не желал. Зи провел руками по бедрам Тринкета и подхватил его под колени. Тринкет обнял его за шею обеими руками, позволил поднять себя и уложить на спину. Оказавшись на кровати, он мельком взглянул на Мини и увидел на его лице неожиданное выражение. Тринкет ожидал увидеть веселье. Возбуждение. Ожидал увидеть Мини, наслаждающегося зрелищем. Возможно даже ожидал, что Мини будет демонстративно дрочить, нарываясь на гнев Зи или пытаясь пробудить в Тринкете новый кинк. Вместо этого Мини вальяжно сидел на стуле, выглядя... умиротворенным. - Ты выглядишь так, будто наблюдаешь за птичками, - сказал Тринкет, приподнимаясь на локте. Зи, склонившийся, чтобы поцеловать его плечо, замер, ожидая реакции Мини. Мини рассмеялся. - Вы такие милые, - сказал он. - Спасибо, что взяли в компанию. Он дразнил, но в его голосе не было ни капли злобы, ни намека на сарказм. - Надо было захватить выпивку, - сказал он, подперев подбородок кулаком и задумчиво наблюдая за ними. - Что-нибудь, чтобы медленно потягивать. А то руки занять нечем. - Подрочи, - спокойно сказал Зи, снова целуя шею Тринкета, и было совершенно непонятно, шутит он или нет. - Или просто сходи за выпивкой, - сказал Тринкет, запрокидывая голову, прикрывая глаза от удовольствия и позволяя Зи выцеловывать и посасывать его шею. - Мы всё равно пока ограничимся прелюдией. - Но прелюдия - моя самая любимая часть, - сказал Мини и театрально вздохнул. - Что ж, придется довольствоваться дрочкой. Зи закатил глаза и поцеловал Тринкета в губы. Тот закинул ногу на его бедро и ответил на поцелуй. Тринкет потерял счет времени: может, они целовались минуту, может, полчаса. Член Зи прижимался к его собственному, и от каждого медленного движения бедер дыхание в груди Тринкета вскипало, как лава. Густое. Горячее. Угрожающее расплавить его изнутри. Веки отяжелели, зрение затуманилось. Тринкет не думал о том, как они выглядят со стороны, и вообще не пытался ни на что смотреть. Он поглаживал спину Зи, легонько царапал ее ногтями, сжимал его ягодицы. Дразнил его, прикусывая и посасывая губы, тем самым провоцируя тяжелое дыхание и всё более быстрое и резкое трение бедрами. Они отстранились друг от друга одновременно, одинаково дрожа. - Эй, началось же самое интересное, - пожаловался Мини. - Заткнись, - выдохнул Зи, задрал ноги Тринкета и сполз с кровати. Тринкет предполагал, что Зи будет сдержан в оральных ласках, - не потому, что стесняется или зажимается, а потому, что для них пришлось бы пошло и широко раздвинуть его ноги перед другим мужчиной. Тринкет думал, что, в крайнем случае, Зи поставит его на четвереньки и вылижет сзади, сохранив хоть какую-то интимность. Зи этого не сделал. Он широко развел ноги Тринкета, с силой надавив большими пальцами на внутреннюю сторону бедер, обхватил ладонями его ягодицы и низко опустил голову, чтобы проникнуть языком как можно глубже. Тринкет одной рукой вцепился в простыни, другой - в волосы Зи, и издал очень недвусмысленный стон. Мини сунул пальцы в рот и залихватски свистнул. - Заткнись, - с трудом выдавил Тринкет. Зи даже не поднял головы. Он вел себя отнюдь не сдержанно и уж точно не тихо. Да и Тринкет не мог не стонать. Зи полностью отдался своему занятию, и это было мучительно, унизительно хорошо. Унизительно, потому что Тринкет чувствовал: он может кончить от одного теплого языка Зи, от его мягких, уверенных движений в самом чувствительном месте. Ему хотелось кончить, и в то же время хотелось никогда не кончать, потому что он желал, чтобы эта восхитительная пытка продолжалась. Он стонал, всхлипывал. Жалко, беспомощно. Его ноги дрожали. Он попытался сомкнуть их вокруг головы Зи, но Зи не позволил - его пальцы, железные и безжалостные, удерживали Тринкета именно так, как ему было нужно. Тринкет даже не успел взмолиться: «Пожалуйста, я сейчас кончу». Он просто кончил. Он вцепился в простыни обеими руками и вскрикнул. Потом крик перешёл в протяжный стон, ноги судорожно дёрнулись, но Зи не выпустил их из своей хватки. Зи не остановился, лишь слегка замедлился. Прижал язык к пульсирующему телу Тринкета, затем медленно лизнул, заставляя Тринкета жалобно всхлипнуть. Потом вонзил горячий язык внутрь, позволяя Тринкету содрогаться на нем в остаточных толчках. Когда оргазм Тринкета пошел на спад, и он обмяк, тяжело дыша, прикосновения языка Зи стали заботливыми и неспешными. Он лизнул его, потом поцеловал внутреннюю сторону бедер. Поцеловал паховые складки. Потом подался вперед, слизал сперму Тринкета с живота, аккуратно собирая ее в рот, и потянулся за поцелуем. Тринкет принял поцелуй - глубокий, мокрый, с привкусом собственной спермы, - обвивая руками плечи Зи, а ногами - его талию. Когда Зи отстранился, Тринкет посмотрел на него снизу вверх, встретился с ним взглядом, заметно сглотнул, открыл рот и показал чистый язык. Зи покосился в сторону. Тринкет уловил момент зрительного контакта и понял, что Зи проверяет реакцию Мини. Что именно он увидел, Тринкет не знал, но что бы ни было написано на лице Мини, Зи остался доволен и снова наклонился для поцелуя. Тринкет почувствовал, как пальцы Зи скользят по животу и осторожно, будто вопросительно, движутся между его ног. - Да, - выдохнул он. Зи толкнулся внутрь сразу двумя - достаточно, чтобы проверить готовность Тринкета, заставить его застонать, но при этом не причинить боли. - Да, - повторил Тринкет, и его голос сорвался. Он выгнулся дугой, изнывая от желания. - Пожалуйста. Пожалуйста. Зи осторожно начал двигать пальцами, сгибая их и заставляя Тринкета издавать еще более беспомощные звуки. - Давай же, - простонал Тринкет, хватая Зи за запястье. - Сильно. Грубо. Пожалуйста. - Смазку, - хрипло протянул Зи, вспоминая о ней в последнюю секунду.  Бутылочка глухо упала на матрас рядом с ними. Они оба подняли глаза на Мини, который стоял у кровати и смотрел на них - соединенных вместе пальцами Зи, погруженными внутрь Тринкета. К желтеющим синякам на лице Мини добавился легкий розовый румянец. - Что-нибудь ещё? - спросил он нарочито небрежно, явно скрывая свои настоящие чувства. - Раз уж я встал. Зи на секунду замер, прежде чем ответить. На его лице промелькнуло сразу несколько разных реакций, и, наконец, он смог выдавить: - Спасибо. Тринкет попытался вырваться из окутывающего его тумана, но он слишком увяз в посторгазменном пространстве. У него получилось лишь бросить на Мини беспомощный взгляд, который можно было счесть за пожатие плечами. Глаза Мини блеснули, и он улыбнулся. - Тогда я, пожалуй, присяду, - сказал он. И сел на край кровати. Зи и Тринкет уставились на него. А потом переглянулись. Обсуждать решение было ни к чему: они увидели одинаковую реакцию друг друга и не произнесли ни слова. Зи нанёс лубрикант и глубоко ввел пальцы в Тринкета, тщательно смазывая. Он готовился грубо трахать его. Тринкет чувствовал, как тело откликается на пальцы Зи и как на краю сознания зарождается тянущая пульсация нового оргазма. Он глубоко вдохнул, взял себя в руки и прогнал ощущения. Развел ноги шире, позволил Зи оторваться от поцелуя, отстраниться и убедиться в правильности своих действий. С этого ракурса всё было видно как на ладони. Липкие остатки семени на животе Тринкета. Его член, уже снова твёрдый. Пальцы Зи глубоко внутри, блеск смазки вокруг. Несколько свежих засосов на каждом из них. Раскрасневшиеся, потные тела. Они не пытались что-то скрыть от Мини. И не пытались его игнорировать. Когда Зи снова наклонился к Тринкету со страстным поцелуем, поглаживая свой член и размазывая по нему остатки смазки, он снова украдкой взглянул на Мини. Между кусачими, отрывистыми поцелуями Тринкет тоже взглянул на него. Они увидели налитой побагровевший член Мини и руку, обхватившую его. Он не дрочил. Ждал. Зи вошел в Тринкета одним долгим шокирующе мощным толчком. Сначала Тринкет почувствовал удар – отдачу от толчка, прокатившуюся по всему телу, а затем перед глазами всё вспыхнуло, и его накрыла лавина, в которой смешались боль и наслаждение, превратившись в чистый экстаз. Он впился ногтями в поясницу Зи. Изо рта вырвался тихий вздох. Он посмотрел на Зи затуманенным взглядом. Глаза Зи были неописуемо нежными. Он выглядел таким спокойным. Таким необычным. Полным желания, которое выплескивалось через край, но без капли напряжения. Без агрессии. Без страха. Бояться было нечего. Зи наклонился, чтобы поцеловать его, притянул ближе и помог закинуть ноги себе на плечи. Между поцелуями Тринкет выдохнул беззвучный смешок, в котором смешались веселье - типа «как мы вообще до этого докатились?» - и облегчение. Зи ответил ласковой улыбкой, а потом начал трахать его - глубоко и абсолютно без колебаний. Быстро, напористо, жестко. Зи уперся руками, вдавливая их обоих в матрас, чтобы не терять ни капли инерции. Вся его скорость и сила направлялась внутрь. Наружу. Внутрь. Наружу. Темп был таким сумасшедшим, что Тринкет перестал различать отдельные толчки - он чувствовал лишь распирающую наполненность, запредельную глубину и безумное, вбивающееся давление. Когда Зи вылизывал его, он мог громко стонать. Теперь же ему едва хватало воздуха, чтобы тихо ахать. Комнату наполняли лишь звуки толчков, шлепков тел друг о друга и их тяжелое дыхание. Они вдвоем жадно хватали ртами воздух. Нет, втроем. Тринкет слышал рваные вдохи Мини. Им с Зи не хватало дыхания для поцелуев - легкие отчаянно боролись за кислород. Если Тринкет немного поворачивал голову и смотрел мимо их сплетенных тел, то различал на краю кровати силуэт Мини и видел, как двигается его рука. Воображение без труда заполняло пробелы, дорисовывая лицо Мини, когда он касается себя, и рот, приоткрывающийся в такт его сбивчивого дыхания. - Я кончаю, - выдохнул Тринкет, чувствуя, как всё плывет перед глазами. И кончил. Он вскрикнул, вцепился в Зи, впился ногтями в его кожу, и выгнулся дугой. Всхлипнул. Оргазм обрушился безжалостно, накрыл его с головой, и Тринкету некуда было деться. Он не мог сбежать от толчков Зи, не мог вырваться из собственного тела, у него получалось только царапаться, кричать и, в конце концов, вонзить зубы в плечо Зи. Он потерял контроль. Сознание выключилось. Из головы исчез не только тот внутренний тревожный наблюдатель - в его голове вообще ничего не осталось. Его тело продолжало двигаться по инерции, подхваченное ритмом их секса, и Тринкет отдался происходящему с неожиданным спокойствием и уверенностью, которых никогда в жизни не испытывал. Совершенно точно всё будет хорошо. Абсолютно. А потом его челюсть свело от боли. Тринкет рухнул обратно в реальность с болезненным вскриком, прижимая руку к щеке, в тот самый момент, когда Зи с громким стоном встретил свой оргазм. Он предпринял героическую попытку не упасть на Тринкета всем телом – тяжело дыша, он навис над ним, упираясь в простыни дрожащими от напряжения руками. Взглянув вверх, Тринкет увидел на плече Зи огромный багровый след от укуса и почувствовал укол стыдливого раскаяния. А потом Зи всё же рухнул, выбивая воздух из его легких. Тринкет издал протестующий стон, а затем еще один, более жалкий, потому что первый отдался болью в ноющей челюсти. Он потер щеку, затем мимолетно погладил спину Зи, безмолвно извиняясь за укус, и снова потер щеку. - Ой, ой, ой, - тихо прошептал он. Зи что-то хмыкнул в матрас - нечто, напоминающее «ты в порядке?» и «мне поднять голову и проверить, как ты?». - Я чуть не вывихнул челюсть, - сказал Тринкет и опять виновато похлопал Зи по спине. Потом повернул голову и вытянул шею, высматривая Мини. Тот сидел на краю кровати, отвернувшись. Тринкет видел, как поднимаются и опускаются его татуированные плечи, слышал, как выравнивается его дыхание. Тринкет чуть было не позвал его по имени, но… замялся. Было странно окликать его, пока жених (если он всё еще хотел им быть) лежал сверху. Но вдруг раздалось: - Мини. Тринкет вздрогнул от голоса и повернул голову - он увидел, что Зи зовёт Мини онемевшими от поцелуев губами. Зи встретился взглядом с Тринкетом: он был безмятежным, но не отстраненным. Затем Зи поморщился, выплюнул изо рта прядь волос Тринкета и снова позвал: - Мини. Мини, наконец, обернулся, глядя на них сверху вниз. Странным выглядел именно он. Не самодовольным. Не... расстроенным. Возможно, немного дезориентированным. Растерянным. Сбитым с толку. Будто забрел не в ту спальню или вообще забыл, кто они такие. - Э-э-эй… - протянул Зи. – С тебя… Мини прищурился. Выражение его лица стало жестче... а затем сменилось на настороженное. - Напитки, - закончил Зи. Теперь Мини выглядел озадаченным, как, впрочем, и Тринкет. Он вытянул шею, пытаясь получше рассмотреть лицо Зи. Зи поднял три пальца. - Три штуки, - сказал он. Мини расплылся в улыбке, становясь самим собой. - Чего желаете? - спросил он. - Виски, чтобы цедить по глоточку? Каберне? Белое вино с содовой? - Воды, - сказал Зи. - Со льдом. - А тебе? - глаза Мини скользнули к Тринкету. - Сигарету, - сказал Тринкет. Зи с отвращением недовольно промычал. Мини рассмеялся. Мини встал с кровати, нашел свои штаны и вытащил из кармана помятую пачку сигарет. Сунул одну в рот, прикурил и сделал удивительно неуверенную затяжку. Вторая затяжка была ровнее. К третьей казалось, будто он и вовсе не был выбит из колеи. Мини вернулся к кровати, наклонился... и аккуратно вставил сигарету между губ Зи. Зи устало и брезгливо фыркнул. Мини улыбнулся и пошел за водой, даже не потрудившись надеть штаны.