Одержимость

      Как же достал чёртов холод.       Каждый шаг давался с огромным трудом, несмотря на то, что ты почти всем весом опиралась на сильную руку генерала. Мороз красными пятнами больно разъедал кожу. Пальцы онемели. Было тяжело даже смотреть из-за покрытых инеем ресниц.       Снежная буря настигла посреди задания. Вернуться живыми вышло чудом.       Встречающая у входа в поместье Анна тараторила о том, что данные о плохих погодных условиях были ещё несколько дней назад и что сегодня не нужно было никуда ходить. Она старалась казаться спокойной, но нервный голос выдавал её переживания. Не о тебе, естественно, а о её брате. Дмитрий спросил что-то, но твой замёрзший мозг, видимо, решил, что тратить силы на распознавание речи сейчас нецелесообразно, так что ты просто кивнула. Им этого оказалось достаточно, и для приличия, кинув тебе ещё несколько фраз, Анна утащила за собой Дмитрия, оставляя тебя одну в огромной гостиной.       Какой дружный отряд.       Ты почти вплотную присела к горящему камину и с трудом слушающимися руками стянула верхнюю одежду. Тело постепенно оттаивало, а вместе с ним и мысли, которые ты так старалась заглушить.       Ради чего ты здесь? В чужом месте, с чужими людьми и без определённой цели.       Воспоминания о прошлой жизни неустанно лезли в голову.       В отличие от практически всех членов отряда, ты не имела никакого отношения к военному делу. Получив свой диплом IT-специалиста, ты даже не планировала работать по специальности – тебя вполне устраивала свалившаяся ни с того ни с сего должность ассистентки заносчивой профессорши в одном из лучших исследовательских центров. Начальницу боялись и ненавидели почти все коллеги, но тебе было плевать, ведь платили хорошо. Да и ты весьма неплохо выполняла самую разную работу, не обращая внимания на сложный характер руководительницы. Наверное, ей это слишком понравилось. Кто мог предположить, что эта тётка станет руководителем военной базы?       Ты оказалась не в том месте, не в то время. Донован слишком хорошо запомнила свою ассистентку. Именно поэтому тебя одной из первых загребли ваять рации и дроны для солдат, чинить разного рода технику и отвечать за связь на базе.       Ирония состояла в том, что много лет ты жила с постоянным чувством неполноценности, считая, что у других всё выходит лучше. Никак не могла перестать страдать по поводу и без, позволяла людям ранить себя и держалась за свои обиды. Когда же наконец смогла побороть себя, то всё изменилось. У тебя появились друзья, любимый человек и много занятий. Чёрт, ты даже от работы получала удовольствие. Всё как в высокопарных книгах по психологии. Ты проделала большой путь к принятию себя и своей жизни, и, когда счастье было на расстоянии вытянутой руки… всё разрушилось. Твой дом, работа, любимая лавочка в парке – всё исчезло. Ад разинул ужасающую пасть и поглотил мир. Оказалось, что всё, что у тебя было, что ты считала жизнью, на самом деле не стоило ничего.       Всё исчезло, и ты осталась одна, наедине с собой и чувством опустошения. Снова.       Вокруг были люди, но ты видела их будто сквозь туман. Не подпускала никого из них слишком близко. Даже сейчас, по прошествии нескольких лет, ты так и не приняла зверскую реальность. Казалось, что вот-вот откроешь глаза, это окажется всего лишь кошмаром, и ты, как ни в чём не бывало, начнёшь очередной, похожий на множество других, день.              Сколько же ночей ты молила Небеса об этом.       Но ничего не происходило. Дни сменялись ночами, а ты продолжала просыпаться от воплей отродий и их жертв. Был ли вообще смысл бороться?       Не без отвращения к себе ты почувствовала знакомый ком в горле и как к глазам подступают слёзы. Челюсть заболела от сильного напряжения.       Если ты сейчас заплачешь, то не сможешь остановиться.       Боковым зрением ты заметила движение.       Бледная рука с тонкими пальцами и шрамом протягивала чашку с горячим напитком, с которого поднимался пар.       Ты подняла взгляд.       Ой. Ты и забыла о ней.       Это была Лэйн. Та непонятная девушка, которую меньше двух недель назад отряд нашёл у разлома.       На её, как всегда, ничего не выражающем лице плясали тени от огня.       – С чего вдруг такая забота? – ты недоверчиво подняла бровь.       Никто ничего о ней не знал, и она не торопилась рассказывать. В ней было странно всё, начиная её появлением и заканчивая поведением. За это время вы не разговаривали без повода. Ей не доверяли.       – Пытаюсь не дать тебе умереть от холода, – голос был тихим и спокойным.       – Спасибо. – Ты приняла чашку, на секунду касаясь её пальцев своими. Руки всё ещё дрожали, и ты сосредоточилась на том, чтобы не облиться. Горячая жидкость с травами и, кажется, облепихой приятно обожгла горло. – Вкусно.       Продолжая делать маленькие глотки, ты ещё несколько секунд чувствовала на себе взгляд девушки, пока она, должно быть, не поняла, что рассматривает слишком долго. Она взглянула на кресло у камина, потом снова на тебя. Посомневавшись ещё немного, молча опустилась рядом.       Твои губы тронула лёгкая улыбка. Хорошо, что её не было заметно за чашкой.       Стало гораздо теплее. Ты повернулась к Лэйн. На вид она была хрупкой. И как они только могли…       – Что?       Ты покачала головой, не отводя взгляд.       – Как… ты себя чувствуешь?       Её плечи напряглись. Понятно, о чём ты спрашивала.       Позавчера, когда ты и ещё несколько членов отряда ушли на поиски Ника, генерал, Грег и Анна устроили ей амиталовое интервью. Накачали наркотиком, то есть. Нельзя сказать, что это было неожиданно. Ты и так не доверяла никому, но эти люди казались тебе особенно отталкивающими. Может быть, потому что все они тем или иным образом были связаны с предыдущей базой, с «Сибирью».       Нельзя было сказать, что этот их поступок был таким уж неоправданным. Он имел смысл. Но тот факт, что они сделали это, ни с кем не посоветовавшись (с тобой, в частности), привязали хрупкую девушку к стулу и совершили то, за что обычно привлекали к уголовной ответственности… вызывал у тебя отвращение.       Неудивительно, что Лэйн вообще вышла из своей комнаты только сейчас.       – Нормально, – девушка тихо ответила, не глядя на тебя.       Через ещё минуту она спросила:       – Удалось найти что-нибудь?       Ты покачала головой, хотя это и так было очевидно.       Идиотский разговор никак не желал клеиться. От давящей тишины спасал только треск камина и вой ветра на улице.       Ты вздохнула. Надо было с чего-то начать.       – Лэйн, можно спросить? – Ты поняла, что, должно быть, впервые обратилась к ней по имени. – Как ты стала криптографом? Почему именно эта профессия?       Серо-голубые глаза, в которых читалось удивление, вернулись к тебе. Немного подумав, она ответила:       – Нравилось разгадывать загадки, – отстранённо начала она. – Работать со старыми текстами. Было… интересно после многих часов работы наконец находить ответы. Понимать, о чём думал человек, который жил много столетий назад.       – Тогда книга Апокалипсиса в правильных руках.       Она немного прищурилась.       – Думаешь, мне можно верить?       – Думаю, что никому нельзя.       – Говорят, в военных отрядах без доверия тяжело.       – Я не военная, – резковато сказала ты. – Только идиот стал бы доверять кому-то в месте, похожем на это.       – А в обычной жизни было иначе? – Она не отводила взгляд.       – Едва ли.       Тебе не хотелось думать об «обычной жизни». Эти мысли только причиняли боль и мешали сосредоточиться на том, что происходило здесь и сейчас.       – Ты русская? – спросила Лэйн.       – Нет. Жила долгое время. Не то чтобы по своему желанию, но выбора не было. А ты откуда?       – Северная Каролина. Вернулась туда после учёбы и жила, пока не…       – Понятно. Выдернули военные?       – Да. Пришлось уехать почти сразу, как начались катаклизмы. Не было возможности даже нормально собраться.       Очень на них похоже.       Казалось, она вспоминает что-то, но на её лице не было ни грусти, ни радости, ни ещё хоть какой-либо эмоции. Так, словно она говорила не о себе, а о ком-то другом. Интересно, почему она пришла к тебе? Потому что тебя тогда не было с остальными? А если бы была? Может, ей хотелось думать, что ты была против подобного. И поэтому отряд тебе не сказал. Или она просто увидела, что у тебя нет ни с кем близких отношений, и собиралась это использовать?       – Ты слишком громко думаешь.       – Прости?       – Я просто устала сидеть в комнате одна весь день. Вышла и увидела тебя.       Может, она умеет читать мысли?       – Понятно, почему все решили, что ты подозрительная, – тихо пробормотала ты.       – Кто бы говорил.       Ты грустно, зато искренне улыбнулась.       – А ты думаешь тихо. С тобой спокойно.       Последние слова сами сорвались с губ. Ты даже не ждала ответа.       – С тобой тоже.       Вы встретились взглядами.       Слышны были голоса других военных, хлопали двери и шумели разные приборы. Вы же остались у камина ещё ненадолго, изредка поглядывая друг на друга. Было похоже на маленькую игру – каждый раз, как ваши взгляды встречались, ты почему-то чувствовала себя глупо. Обе не спешили отворачиваться.       Ты почувствовала, что немного расслабилась, чуть ли не впервые за всё время здесь.