Отдых? Какой ещё отдых?..

Дэйв стоял на крыльце, глядя на темнеющее небо Южной Каролины. Сигарета тлела, но он не чувствовал привычного расслабления. Его инстинкты, отточенные годами партизанской войны и жизни в стационарах, вопили о системном сбое. Тишина в доме Хэммиков внезапно стала слишком густой, слишком «неправильной». Он не докурил. Резким движением он потушил сигарету об подошву берца и спрятал окурок обратно в пачку. Дэйв вошел в дом бесшумно, как тень. Внизу было пусто, но сверху донесся грохот и крик, который оборвался слишком быстро. Дэйв взлетел по лестнице, перепрыгивая через две ступени. Его коммуникатор на запястье слабо пульсировал красным — датчики адреналина считывали фон в помещении. То, что он увидел в коридоре, заставило бы любого обычного человека содрогнуться. Но Дэйв лишь сузил глаза. Эндрю, весь в чужой крови, прижимал к себе дрожащего Аарона. На полу бесформенной грудой лежал Дрейк Спир — человек, который принес в этот дом запах гнили и старых кошмаров. Нил и Ники стояли как соляные столбы, их лица были серыми от шока. Мария Хэммик рыдала, забившись в угол. Лютер появился в дверях, его лицо было бледным, а глаза полными непонимания. — О, Лютер, — голос Эндрю был похож на скрежет ножа по стеклу. Он обернулся к дяде с безумной, издевательской ухмылкой. — Хорошо, что сам пришел. Расскажи нам, как здесь оказался Дрейк? Прямо не терпится услышать объяснения. Надеюсь, причина веская. — Во имя Господа, что здесь...? — выдохнул Лютер, глядя на окровавленного племянника. — Нет, нет, даже не спрашивай! — выкрикнул Эндрю, и его голос сорвался на хрип. — Тебе лучше знать! Я был прав насчет него? Или ты до сих пор считаешь это «чудовищным недоразумением»? Давай! Повтори еще разок, что из-за расшатанной психики я просто не понимаю, что такое настоящая братская любовь! Дэйв сделал шаг вперед, выходя из тени коридора. Его присутствие подействовало как ледяной душ. Он не смотрел на Эндрю, он смотрел прямо в глаза Лютеру. — Братская любовь, — повторил Дэйв. Его голос был таким тихим и холодным, что Мария мгновенно замолчала. — В Аллатерре за такую «любовь» мы выжигали целые кварталы. Дэйв подошел к Лютеру почти вплотную. Он был выше, шире в плечах, и от него исходила аура человека, который привык выносить смертные приговоры. — Ты привел хищника в дом, где были дети, — произнес Дэйв, и его рука медленно легла на плечо Лютера, сжимая его так, что послышался хруст ткани. — Ты знал, кто он такой. Ты слышал предупреждения Эндрю. Но твоя вера в собственную «праведность» оказалась важнее безопасности твоей семьи. Знаешь, как это называется в моем мире? Предательство первой категории. — Я... я не знал... я думал, они помирились... — забормотал Лютер, пытаясь отступить. — Ты не думал, — отрезал Дэйв. — Ты просто хотел, чтобы картинка твоей идеальной жизни не треснула. Ты скормил Аарона и Эндрю этому монстру, чтобы тебе было удобнее молиться по утрам. Дэйв перевел взгляд на Эндрю. Тот всё еще сжимал Аарона, его глаза были полны ярости, которая медленно сменялась пустотой. — Эндрю, — негромко позвал Дэйв. — Отпусти брата. Он в безопасности. Никто больше его не тронет. Дэйв активировал коммуникатор. По комнате пробежал синий луч сканера. — Винс, — произнес он в пустоту, и из динамика на запястье раздался тихий голос Кавински: «Я на связи, Комиссар». — Мне нужна группа зачистки. Дом Хэммиков. Изоляция объекта, удаление биологических отходов. Сделай так, чтобы полиция Колумбии нашла здесь только следы «неудачного ограбления». И подготовь стационар для двоих. Лютер в ужасе смотрел на Дэйва. — Кто ты такой...? — Я — тот, кто исправит твою ошибку, Лютер, — Дэйв толкнул его в сторону выхода. — Уводи жену. И если я еще раз увижу тебя рядом с Аароном или Ники... я лично позабочусь о том, чтобы твое «покаяние» прошло в условиях, которые ты не сможешь вообразить. Дэйв подошел к Нилу и Ники. — Соберите вещи. Мы уезжаем через пять минут. Он подошел к Эндрю, который всё еще стоял над телом Дрейка. Дэйв взял его за окровавленную руку — не для того, чтобы удержать, а чтобы заземлить. — Всё кончено, Эндрю. Алгоритм защиты сработал. Ты защитил его. Теперь моя очередь защищать вас. В этот вечер в доме Хэммиков умерла последняя капля веры в «нормальную жизнь». Но под холодным взглядом Комиссара Лисы поняли: в мире, где боги молчат, а родители предают, у них есть человек, который сожжет всё вокруг, но не даст их в обиду. Дэйв Харрис, Лидер Сияния, официально вступил в войну не только с Рико, но и с самой несправедливостью этого мира. И он не собирался брать пленных.