Golden glow

Аластор никогда не думал, что проснётся и осознает: он уже неделю состоит в романтических отношениях. И что от этой мысли будет радостно. Это был долгий путь от входной двери отеля до тёплой постели, пахнущей шарлоткой и сандалом; от старой красной ковровой дорожки под ногами до белоснежной подушки под головой; от злобного оскала до прикосновения мягких крыльев. От ненависти до любви. Но они добрались сюда успешно. Это была тихая радость и уют — просто быть вместе, — и от этого мир вокруг казался чуточку иным. Аластор улыбался каждое утро, чувствуя странный трепет где-то глубоко внутри, когда думал о существе, сопящем рядом с ним. И иногда, если особенно везло, пускающем слюни на подушку. Кстати, а где сейчас Люцифер? Аластор несколько раз моргнул, щурясь от солнечного лучика, щекотавшего ему нос. Потянувшись, он слегка нахмурился, заметив, что в кровати он лежал один. Удивительно, учитывая обычную любовь Люцифера поваляться в кровати, особенно по выходным. Люцифер дорожил тихими мгновениями, когда можно было задремать, чувствуя тепло присутствия Аластора, и никогда не покидал его без крайней необходимости. Потрескивая статикой, Аластор приоткрыл один глаз. Он был в комнате один. Стены были залиты золотистым светом. Одеяло слегка сбилось к ногам, а подушка Люцифера всё ещё хранила остатки тепла — значит, он не мог уйти далеко. Аластор снова закрыл глаза, облегчённо вздыхая. Ему всё ещё было немного тревожно расслабляться, когда Люцифера не было рядом... — Родной, ты проснулся? Аластор вздрогнул и повернул голову. Люцифер вышел из ванной, выпуская небольшое облачко пара. Он стоял с полотенцем на бёдрах, демонстрируя обнажённые торс и грудь, с чуть влажными волосами и широкой ухмылкой на лице. Почти всё его тело было покрыто веснушками — едва заметными в обычной жизни, но так ярко выделяющимися на солнце. На коже виднелись бледные, розоватые растяжки — тонкие линии, пересекающие живот и бока, напоминание о жизни, которую он когда-то вынашивал. В этом небольшом теле скрывалась невероятная сила, несмотря на его хрупкую внешность. Аластору нравилось в нём всё. И он был рад наконец в открытую это признавать. После всего, что они друг с другом проворачивали в последнее время, признать влюбленность было самым невинным, что он мог сделать. — Доброе утро, mon ange, — сказал он, улыбаясь. Это совсем не походило на его обычные оскалы — тёплая, искренняя улыбка. Такую невозможно симулировать. — И правда доброе, — промурлыкал Люцифер в ответ, его глаза озорно заблестели. Люцифер, нарочно красуясь, направился к кровати медленными, выверенными шагами и опустил одно колено на простыни, прямо рядом с рукой Аластора. Демон правильно понял намёк и подвинулся в центр, позволяя любовнику забраться на постель. Люцифер приблизился, устраиваясь под его рукой, и поцеловал оленьи пятнышки на его плече. Чуткий олений нос уловил сладкий аромат яблочного шампуня. Они лежали вместе, обнявшись. Люцифер положил голову на грудь Аластора, чувствуя ровный ритм его сердцебиения и слушая, как он вдыхает и выдыхает. В какой-то момент демон явно ощутил на своём лице взгляд. Приоткрыв один глаз, Ал обнаружил, что Люцифер уставился на него и теперь явно чего-то ждал. — Что это такое? — Аластор прервал игру в гляделки. Он слегка приподнял голову Люцифера за подбородок, чтобы стереть пятнышко зубной пасты, но его взгляд привлекло кое-что другое. — Это бородка, или ты просто подбородок побрить забыл? — Тебе нравится? — с гордостью спросил Люцифер, поворачивая голову влево и вправо, чтобы Аластор мог рассмотреть. — Абсолютно точно нет, — усмехнулся демон. Обиженный Люцифер оттолкнул его руку и закатил глаза. — Дорогой, она будет царапаться. — Даже если так, тебя это вряд ли сильно побеспокоит. — Я в этом не уверен, — Аластор снова взял лицо падшего ангела в ладони. Тот прижался щекой к большой тёплой руке, но в следующий же миг укусил Аластора за палец — Я могу тебе показать. — Можешь попробовать, — Аластор прищурился, глядя на Люцифера с вызовом. — Определённо попробую, — губы Люцифера изогнулись в усмешке. Первый же поцелуй подтвердил правоту Аластора: дурацкая бородка действительно царапалась. Но губы Люцифера были такими мягкими и горячими, что он не решился ничего сказать, а тем более прервать поцелуй. Люци пах яблоками, на вкус был как зубная паста, а на ощупь — как большой любвеобильный беспорядок. Как он мог устоять? Когда Люцифер протолкнул свой раздвоенный язык глубже, дыхание Аластора предательски сбилось. Он вспомнил один из их первых поцелуев и тот трепет, когда волнение и страх смешивались, сердца колотились. Это было воспоминание, которое останется с ними навсегда — идеальный, незабываемый момент, который впервые был лишен похоти. Люцифер играл на его нервах, и не собирался отпускать, пока не доиграет то, что хотел, до конца. Он первым отстранился с тихим влажным чмоканьем. Обычная уверенная улыбка Аластора дрогнула, сменившись мягким, немного растерянным выражением. Он моргнул, словно пытаясь осмыслить все, что сейчас произошло, и перевёл взгляд с губ Люцифера на его глаза. — Я достаточно показал? — усмехнулся падший ангел. — Не думаю. Ты можешь лучше, — демон улыбнулся шире и потянул Люцифера за волосы, возвращая его мягкие губы обратно. И кто Лу такой, чтобы отказывать ему в удовольствии? На людях Люцифер и Аластор сохраняли резкий, почти пугающий фасад. Оба всегда были собраны, каждое слово и жест выверены. Люцифер — могущественный, безжалостный правитель. Аластор — жестокий оверлорд. Они препирались, соперничали, и каждый поддерживал свой жёсткий внешний образ. Но за закрытыми дверями они сбрасывали эту маску. Люцифер опускал всякую защиту из клоунады и бравады, показывая свою уязвимую сторону. Острые грани Аластора смягчались, и он становился более ласковым и игривыми. Они жались друг к другу, заканчивая идиотский спектакль заклятых врагов. Просто два влюбленных существа, которые могут смеяться, быть искренними и любить, не пытаясь никого впечатлить. — Ты позволишь мне, дорогой? — прошептал Люцифер в губы Аластора, проведя рукой вниз, останавливаясь только там, где начинались бедра. Аластор судорожно закивал, заставив падшего ангела рассмеяться. — Ты такой милый, когда перестаёшь думать. — Я не переставал ду... Ах! — Его прервала рука на члене, сжимавшая его идеально. Люцифер снова уставился на лицо Аластора, внимательно следя за его реакцией. Тот был возбуждён после сна. Такого обычно не бывало, так что демон вообще этого не замечал, пока Люци не обратил на это внимание. — Не переживай, сейчас перестанешь. Люцифер убрал другую руку с плеча Аластора ниже и ущипнул кожу над острой тазовой косточкой, услышав в ответ мягкий скулёж. У Аластора было немного плоти — он был довольно худым. Но Люцифер нашёл несколько мест, которые можно было сжимать, щипать, царапать или, что самое лучшее, целовать. Он был очень рад перепробовать все, последовательно. Люцифер дразнил его довольно долго: покусывал бока, тёрся лицом о его плоский живот, оттягивал резинку боксеров на бедре, чтобы она с громким шлепком возвращалась на место. Наконец, его ладонь накрыла его твёрдый член. Аластор не сдержался и застонал. Люцифер медленно подвинулся, устраиваясь так, чтобы быть лицом над его пахом. Как будто голодный, он посмотрел вниз и игриво показал свой раздвоенный язык. Его глаза потемнели, чёрные зрачки расширились так, что стёрли радужку. Аластор прекрасно знал эту реакцию. Он также знал, на что способен этот язык, и всё равно не сдержал удивлённого вздоха, когда почувствовал его на головке. — О-о-о-ох… — Аластор издал тихий стон, драматично закрыв рукой лицо. — Что у нас здесь? — Люцифер выглядел как змея, готовая проглотить Аластора целиком. Обычная уверенная, почти театральная персона Аластора дрогнула, и на его щеках расцвёл румянец. — Замри. Аластор ахнул, теперь с закрытыми глазами, чувствуя, как его член дернулся в руке Люцифера, что определённо доставило тому удовольствие. Он знал, как сделать Аластору хорошо, и, казалось, знал это ещё до того, как сам демон это осознавал. Люцифер внимательно наблюдал за ним с мягкой улыбкой, в глазах плясали искорки, которые не предвещали ничего хорошего. Аластор был распят перед ним. Хочешь — бери, сопротивляться не будет. Для Люцифера это было невероятно мило — видеть Аластора, обычно такого гордого и самоуверенного, пойманным в момент редкой уязвимости. Было что-то милое в том, как Аластор пытался сохранить самообладание, пока его щеки краснели и выдавали его с головой. Пора было заканчивать с простым любованием... — Знаешь, дорогой, для того, кто любит контроль, ты выглядишь слишком расслабленным рядом со мной. — Чт..? Люцифер сжал член Аластора у основания, думая, что бы ему сделать в первую очередь. Аластор осмелился открыть глаза и посмотреть вниз. Люцифер смотрел на него в ответ с маленькой улыбкой и такой любовью, что у него закружилась голова. Он снова закрыл глаза, услышав хихиканье Люцифера и чувствуя его дыхание между своих ног. И затем он почувствовал тесный, шелковистый жар ангельского рта. — Да-да-да… — Аластор начал неконтролируемо постанывать, запуская руку в светлые волосы. Люцифер хотел улыбнуться, но не мог, вместо этого на мгновение сосредоточившись. О издал звук, нечто среднее между усмешкой и хихиканьем, всё ещё держа член Аластора во рту. Он опустился чуть ниже, почти уткнувшись носом лобок. Аластор не знал, что на него находило каждый раз, когда Люцифер сосал его член — это было просто слишком хорошо. Люцифер свел брови к переносице от сосредоточенности и наконец начал двигать головой, пытаясь задать темп. Аластор вздрагивал, настолько возбуждённый, что формировать какие-то адекватные мысли уже не получалось. На выдохе получались только отчаянные стоны. Его руки запутались в золотистых кудрях, заставляя Люцифера подстраиваться под ритм, который Аластор выбрал сам. Скоро он начал задыхаться, и Люцифер сжал его бёдра обеими руками, продолжая двигаться. Его челюсть уже немного затекала, слюна текла по подбородку, но он чувствовал, что Аластор был близок к разрядке. Люцифер выдохнул через нос и на секунду отстранился, чтобы обхватить рукой член у основания, перемещая головку туда, куда хотел. Не все капли спермы попали в рот Люцифера — он почувствовал их на своей щеке. Аластор издал долгий шипящий звук, и, когда Люцифер посмотрел на его лицо, он увидел, что демон прикрывал рот тыльной стороной ладони. Весь красный и смущенный. Ещё до того, как Аластор кончил, он позвал Люцифера по имени. Он ни о чем не попросил прямо — Аластор никогда не просит, — но то, как он заёрзал на кровати, как его рука замерла в воздухе, словно что-то ища, выдавало его потребность. Как только Люцифер подполз достаточно высоко, чтобы Аластор мог схватить его за плечо, он притянул его к себе, впиваясь в губы поцелуем. Люцифер немного растерялся, издав удивленный вскрик, но тут же расслабившись. Они лежали в постели, переплетая руки и ноги, дроча друг другу в медленном, но идеальном ритме. Они целовались. Движения Аластора были неловкими, но именно это Люцифер так любил в нём: его искреннее желание доставить ему удовольствие. Даже если он не совсем понимал, как это сделать правильно. Если подумать, Аластор был гораздо мягче Люцифера — по-своему, очаровательно. — Дорогой, я сейчас… — прошептал Люцифер. У него был очень сильный самоконтроль, но он был беспомощен перед тем, как Аластор доводил его до пика. Его рука почти перестала двигаться, когда член Аластора выдал последнюю слабую струйку спермы. И затем он сам кончил со вздохом облегчения. Но это было скорее моральное удовольствие, чем физическое. Люцифер просто обожал доводить Аластора до состояния, близкого к неадекватному, после секса оставляя его на кровати уставшим комком удовлетворенности. Чем лучше был удовлетворен Аластор — тем сильнее был возбужден Люцифер, такова была игра, в какой бы позиции каждый из них ни был. Когда демон заныл и потянул его обратно за руку, Люцифер прижался к его боку и положил руку поперёк живота. На мгновение воцарилась тишина, но Люцифер услышал, как Аластор сглотнул, и его плечи слегка напряглись. — Ты снова слишком громко думаешь, — тихо сказал Морнингстар. — Мне нравится делать тебе приятно. Ты прекрасен, даже покрытый всякими телесными жидкостями. — Как мило с твоей стороны, — закатил глаза Аластор, хотя его лицо все еще было красным от стыда. — Я люблю тебя, — Люцифер прижался носом под его подбородок, почти мурлыча, как кот. — Но нам нужен нормальный завтрак. Того белка, что я получил, явно недостаточно. — Я тоже тебя люблю, — прошептал Аластор в ответ, закрывая глаза. Он знал, что Люцифер улыбается. — До завтрака, будь добр, сбрей то, что ты оставил на лице. — Грубо, — нахмурился Люцифер.