Between Takes/Между дублями

Дублин встретил Дженну серым, тяжёлым небом и мелким дождём, который будто специально решил напомнить ей, что Ирландия никогда не была местом для лёгких чувств. Она прошла таможню на автопилоте, натянув на голову капюшон чёрного худи и стараясь не ловить на себе лишние взгляды. Водитель — молчаливый парень из съёмочной команды уже ждал у выхода. В машине было тепло, но Дженна всё равно мёрзла. Она откинулась на кожаное сиденье, прижалась лбом к холодному стеклу и закрыла глаза. За окном проносились мокрые поля и серые дороги, ведущие в Уиклоу. А в голове, как всегда некстати, всплыло то, что она пыталась забыть уже четырнадцать месяцев. Один из вечеров после съемок. Они тогда собрались всей компанией в маленьком баре недалеко от отеля. Атмосфера была лёгкой — смех, тосты за будущий успех, глупые шутки про Уэнсдей и Энид. Эмма пила больше обычного. Дженна тоже. Вино, потом виски, потом чьи-то коктейли «на удачу». К полуночи каст начал расходиться. Дженна уехала одной из первых, Эмма решила остаться до конца. — Можно я к тебе? — тихо спросила она тогда, стоя в дверях номера Дженны. Щёки розовые от алкоголя, глаза блестят, волосы растрёпаны. — Не хочу одна. И… не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. Дженна не ответила словами. Просто отступила в сторону, пропуская её внутрь. В номере горел только торшер. Тёплый жёлтый свет падал на кровать и на лицо Эммы, делая её ещё более живой. Они сели на край кровати, продолжая разговаривать ни о чём. Потом замолчали. Тишина получилась густой, почти осязаемой. Эмма первой потянулась. Её пальцы коснулись запястья Дженны — осторожно, будто спрашивая разрешения. Дженна перевернула ладонь и переплела их пальцы. Сердце колотилось так, что, казалось, Эмма тоже это слышит. — Джен… — прошептала Эмма, наклоняясь ближе. Дыхание теплое, с лёгким запахом вишнёвого коктейля. — Можно? Вместо ответа Дженна сама преодолела последние сантиметры. Поцелуй получился мягким. Нежным. Без спешки. Губы Эммы были тёплыми и чуть дрожали. Она пахла ванилью, шампунем и тем самым лёгким парфюмом, который Дженна потом ещё долго чувствовала на своей одежде. Эмма положила ладонь Дженне на щёку, большим пальцем провела по скуле — так бережно, будто боялась разбить. Дженна ответила, запустив пальцы в светлые волосы, притягивая ближе. Они целовались долго. Без агрессии, без похоти — просто два человека, которые наконец позволили себе почувствовать то, что давно уже витало между ними. Эмма иногда отстранялась, чтобы посмотреть Дженне в глаза, и улыбалась — той самой улыбкой Энид, только настоящей, без камер. Потом снова тянулась, целуя уголок губ, потом щёку, потом снова губы. Тихо, трепетно, почти благоговейно. — Ты такая… — шептала Эмма между поцелуями. — Такая настоящая. Дженна тогда не нашла слов. Только прижала её к себе сильнее, чувствуя, как бьётся сердце Эммы в унисон с её собственным. Они так и уснули — одетыми, поверх покрывала, обнявшись. Утром Эмма проснулась первой. Поцеловала Дженну в лоб и прошептала: «Это было лучшее, что со мной случалось». Машина резко подпрыгнула на кочке, и Дженна открыла глаза. По щеке скатилась одна предательская слеза. Она быстро вытерла её рукавом. Четырнадцать месяцев, а воспоминание всё ещё жгло, как свежее. Отель в Уиклоу был тем же самым, где они жили во время второго сезона — уютный, немного старомодный, с видом на зелёные холмы. Когда Дженна вошла в лобби, её уже ждала помощница с ключ-картой. — Добро пожаловать обратно! Ваш номер 312. Всё как вы любите — тихий этаж, хорошая звукоизоляция. Каст в основном на третьем и четвёртом. Дженна кивнула, заставив себя улыбнуться. Она не спросила, кто живёт рядом. Не хотела знать. Поднявшись на лифте, она прошла по длинному коридору с мягким ковром. Чемодан катился почти бесшумно. У двери 312 она остановилась, вставила карту. Замок щёлкнул зелёным. И в этот самый момент из-за поворота коридора раздался знакомый смех. Громкий, светлый, такой родной, что у Дженны внутри всё сжалось. Эмма. Она вышла из-за угла, держа за руку высокого парня в серой куртке — Бена. Он что-то говорил, наклонившись к ней, а Эмма смеялась, запрокидывая голову. Её волосы были чуть длиннее, чем Дженна помнила, а улыбка… всё та же. Дженна замерла на долю секунды. Сердце ударило так сильно, что в ушах зазвенело. Она рывком толкнула дверь своего номера и буквально ввалилась внутрь, закрыв её за собой почти бесшумно. Прижалась спиной к дереву, прислушиваясь. Смех Эммы стал тише, но не исчез. Они остановились где-то совсем рядом. Потом раздался ещё один щелчок двери — чуть дальше по коридору. Дженна закрыла глаза. Соседка. Конечно. По воле этой чёртовой судьбы Эмма поселилась в 314. Или 310. Не важно. Главное — через стену. Она стояла так несколько минут, пока не услышала, как в соседнем номере приглушённо заиграла музыка. Что-то лёгкое, инди. Эмма всегда любила такую. Телефон завибрировал в кармане. Элиас. Видеозвонок. Дженна глубоко вдохнула и приняла вызов. На экране появилось его лицо — красивое, но с тем самым напряжённым выражением, которое она уже научилась узнавать. — Привет, детка. Уже на месте? — голос был ласковым, но с металлической ноткой. — Да, только заселилась, — ответила она, пытаясь звучать ровно. Она отошла от двери и села на край кровати. — Покажи номер. — Это не было просьбой. Дженна повернула камеру, быстро обвела ею комнату. Элиас прищурился. — Нормально. А кто у тебя по соседству? Дженна почувствовала, как внутри всё похолодело. — Не знаю. Ещё не видела никого. — Не ври мне, Дженна. Я же знаю, что она там. — Голос Элиаса стал жёстче. — Держись от неё подальше. Я серьёзно. Ты приехала работать, а не вспоминать старое дерьмо. — Я и не собираюсь, — устало ответила она. — Это съёмки. Мы будем играть вместе. Ты же понимаешь это. — Понимаю. А ты понимаешь, что если я увижу хоть одно лишнее фото или историю, где вы улыбаетесь друг другу — я приеду? Ты моя, Дженна. И я не собираюсь делить тебя с этой блондинистой актрисулькой, которая тебя бросила, как только запахло проблемами. Дженна сжала телефон сильнее. — Элиас, прекрати. Я устала с дороги. И я не вещь, которую можно «делить». — Ты устала? А я, блядь, устал ждать, когда ты наконец забудешь эту сучку! — Он уже почти кричал. — Ты сама мне рассказывала, как она тебя кинула. А теперь будешь жить с ней через стенку и делать вид, что всё нормально?! — Я не собираюсь с тобой это обсуждать сейчас, — тихо, но твёрдо сказала Дженна. — Спокойной ночи. Она нажала «отбой» раньше, чем он успел ответить. Телефон тут же зазвонил снова, но она перевела его в беззвучный режим и бросила на кровать. В комнате стало очень тихо. Только через стену доносилась приглушённая музыка Эммы и её тихий смех. Дженна легла на спину, глядя в потолок. Руки дрожали. В груди смешались злость, тоска, ревность и что-то ещё — тёплое, опасное, то самое, что она почувствовала в том номере, когда Эмма впервые поцеловала её так нежно. Она повернулась на бок, лицом к стене, которая теперь отделяла её от Эммы. «Просто работай, Дженна. Просто играй».