Prescribed Freedom

Ровно в час ночи зазвонил будильник, и Нил целую минуту бессмысленно смотрел в пустоту, прежде чем вспомнить, зачем нужно вставать. Он сунул будильник под подушку, посидел секунду, глядя в пол, и заставил себя подняться. Мозг с трудом восстановил события вчерашнего дня. Всё как в тумане: стадион, матч, провал, а потом темнота. Кажется, он упал в обморок прямо на поле, а очнулся уже в раздевалке, на лавке. Эбби сидела рядом, держа у его лица ватку с нашатырём. От едкой вони слезились глаза и чесался нос, но, по крайней мере, он был в сознании. В раздевалке толпились ребята. Кто-то стоял, скрестив руки, кто-то нервно переминался с ноги на ногу. Точно, не все же знали, что он падает в обмороки. Для них это было впервые, а для него — привычная рутина, которую он надеялся никому не показывать. М-да, ну и денёк был. Едва он спустился с лестницы, как сработал ещё один будильник. Мэтт не сразу отключил назойливое пиликанье — шарил рукой по тумбочке, сонно чертыхаясь, — и Сет на другом конце комнаты грубо выругался в подушку. Бойд промычал что-то в ответ, и, хотя слова заглушала ткань, тон его явно был недружелюбным. Замерев возле кровати, Нил протёр глаза. Бойд наконец-то нашёл и выключил будильник — с силой вдавил кнопку большим пальцем. Гордон сердито засопел, шумно перевернулся на другой бок, запутавшись в одеяле, и захрапел как ни в чём не бывало. Мэтт какое-то время сонно таращился на него с другого конца комнаты, часто моргая, а потом перевёл взгляд на Нила. Выглядел Бойд так же паршиво, как он себя чувствовал. Ваймак ещё вчера предупредил о раннем подъёме, но Лисы не могли не отметить начало сезона небольшой вечеринкой. Компания Эндрю, понятное дело, праздник проигнорировала, а вот его соседи завалились в комнату девушек. Сам Нил вернулся к себе и вырубился от усталости и наконец-то принятой таблетки. Старшекурсники же, судя по всему, пили всё то время, которое могли бы потратить на сон. В дверь постучали, и он поплёлся открывать. Свет из коридора ударил по глазам — слишком яркий. Пришлось снова потереть их: во-первых, чтобы избавиться от цветных кругов, во-вторых, чтобы не смотреть на тренера. Невероятно, но в этот поздний час Ваймак выглядел свежим и бодрым. — Хватит зевать, пошевеливайся. — Он похлопал в ладоши перед лицом Нила. — У нас расписание. Через пять минут чтобы все сидели в автобусе. Нил закрыл дверь, оставив тренера за порогом, и пошёл одеваться. Минуту спустя он вышел из комнаты; жуткая усталость никуда не делась, но сознание уже переключилось в привычный автономный режим. Рене поприветствовала его вымученной улыбкой и слабым взмахом руки — пальцы едва шевельнулись. Дэн на заплетающихся ногах добрела до Мэтта, закинула руки ему на шею и практически сразу задремала, уткнувшись носом в его плечо. Трое братьев и Кевин выползли в коридор последними. Стоило Нилу увидеть бандаж на запястьях Дэя, как остатки сна мгновенно улетучились. — Как, чёрт возьми, им удалось тебя разбудить? — Они вообще не давали мне спать. — Кевин угрюмо покосился на Эндрю, но тот даже не заметил его взгляда. — Умно, — отметил Ваймак и махнул рукой в сторону лестницы. — Идёмте. Эбби ждала их на улице возле автобуса, кутаясь в лёгкую кофту и притоптывая от ночной прохлады. Нил видел его впервые — машина всегда стояла в закрытом гараже, чтобы её не попортили вандалы. Раскрашен он был так же, как стены стадиона: яркая оранжевая полоса и отпечатки лисьих лап на белом фоне. Внутри вместо привычных двух рядов сидений обнаружился только один. В широких креслах свободно умещались два человека, а в одиночку можно было даже прилечь и вздремнуть. Эндрю повёл свою компанию к задним местам. Эбби села в самом первом кресле, достав из сумки термос, Мэтт и Дэн — сразу за ней, а позади расположилась Рене. Пропустив один ряд, Нил сел в пятом. Пока Ваймак устраивался в кабине водителя, регулируя зеркало и переключая радиостанции, он прислонился головой к стеклу и уставился на спинку переднего кресла. Послышалось мерное урчание двигателя. Боковым зрением Нил заметил, как за окном проплывает здание общежития. Он растянулся на сиденье и заснул ещё до того, как автобус выехал на шоссе.

✦✦✦✦

Сон. Всегда один и тот же, напоминающий ему о самых ужасных днях его жизни. О матери, о Фросте... о нём самом. Сначала он всегда оказывался на полу ванной. Кажется, мама тогда сняла комнату в мотеле на ночь. Это был один из тех дней, когда они бежали от призраков прошлого, подгоняемые её паранойей. Она выбрала этот мотель, потому что хозяин не спросил документов — только покосился на них мутным взглядом и сунул ключ через стойку. Нил не помнил города. Не помнил даже штата. Первой в глаза бросалась кровь. Из раза в раз он находил себя с лезвием в руках, делающим новый тонкий надрез. Тогда он впервые занялся этим. Не выдержал жизни в бегах. Чувствовал себя ненужным, обузой, хоть и знал: мама пошла на это из-за него. Он не мог выносить её подавленный вид, её вечно расширенные от ужаса глаза. Они оба знали, что сделает отец, когда найдёт их. Нил надеялся, что к тому моменту они оба умрут. Но умерла только она. Единственной мыслью, посетившей его тогда, было: «Наконец-то я чувствую. Я не пуст. Это не сон». Но именно этот момент стал его главным кошмаром. После этой мысли всё всегда исчезало. Растекалось в размытые рисунки и собиралось в белый свет: резкий, больничный, бьющий в глаза даже сквозь закрытые веки. За ним шёл коридор. Больничный запах: спирт, хлорка, что-то ещё, сладковатое и тошнотворное. Перед Нилом стоял мужчина лет сорока, выглядевший дружелюбно. Мягкая улыбка, морщинки в уголках глаз, седина на висках — он в точности походил на «дедушку» со страниц сказок, которые мама иногда рассказывала ему, когда он не мог уснуть. И тогда же Нил пожалел, что хоть на секунду спутал чудовище с персонажем доброго рассказа. Фрост был отвратителен. Во всех смыслах. Он протянул руку — красивый жест, который выглядел как спасение. Слова лились сладким ядом: обещания свободы, клятвы забрать все страхи. Нил, по своей наивности, повелся на эту ложь. Он сжал чужую ладонь, слепо доверившись приятной внешности, даже не подозревая, что сам шагнул в расставленную ловушку. Следующим он запомнил лишь боль.

✦✦✦✦

В Рейли, Северная Каролина, они приехали около шести утра. Ваймак остановился у придорожной закусочной, и Эбби с Рене отправились за кофе и завтраком для всей команды. Рене на ходу поправляла шарф, а Эбби деловито пересчитывала деньги в кошельке. Как только девушки вышли из автобуса, тренер встал в проходе лицом к Лисам. — Итак, — начал он, но, хорошенько рассмотрев задние ряды, тут же забыл, что собирался сказать. — Хэммик, чёрт тебя дери, ты же должен был разбудить их ещё километров пятнадцать назад! — Я что, самоубийца? — отозвался Ники, вскинув руки в защитном жесте. Дэн прыснула, но замаскировала смех кашлем — прикрыла рот ладонью и отвернулась к окну. Ваймака её уловка не обманула; гневно протопав через весь салон, он метнул на неё сердитый взгляд. Ничуть не смущаясь, Даниэль весело улыбнулась в ответ. Нил, не заинтересованный в происходящем, прикрыл глаза и устроился в кресле поудобнее. Где-то на грани дремоты он слышал, как тренер, судя по тяжёлым шагам, направился к последнему ряду. Потом раздался его голос — обращался он явно к Эндрю, но что именно сказал, Нил не разобрал. Зато ответ Миньярда прозвучал чётко, хоть и лениво: — Только попробуйте, тренер. — Угрожаешь мне, сопляк? — усмехнулся Ваймак. Повисла короткая пауза, после которой шаги переместились к Кевину. Что-то глухо стукнуло, и следом послышалась энергичная возня. — Подъём, подъём, — повторял он всё громче и в конце концов почти перешёл на крик: — А ну быстро поднял жопу! Послышался шорох одежды, слабый звук отмахивающейся руки. Кевин явно пытался отбиться, но безуспешно: судя по тому, как дёрнулся автобус, тренер выволок его в проход и тут же толкнул обратно в кресло. Через секунду раздался звонкий, но не слишком сильный шлепок подзатыльника. — Ненавижу, — с чувством произнёс Дэй где-то позади. Эндрю что-то спросил — Нил не разобрал слов, но по звуку понял, что Миньярд прижался к окну и говорил, почти касаясь стекла. — Почти, — ответил тренер после короткой паузы. — Ты знаешь, что делать. Эндрю промолчал. Ваймак снова занялся Кевином, который, судя по всему, опять начал засыпать: голос тренера звучал всё настойчивее, а потом сменился тяжёлым вздохом. По проходу зашаркали шаги — медленные, неровные, явно сонные. — Доброе утро, солнышко, — жизнерадостно произнёс Мэтт где-то спереди. — Иди на хуй, — отозвался Кевин, поравнявшись с ним. Дэн зевнула, прикрывая рот, и потянулась с лёгким хрустом суставов. — Приятно знать, что ты так и остался ранней пташкой. — И ты туда же. Шаги Дэя протопали вперёд, к водительскому сиденью, потом развернулись и двинулись обратно. Он хотел было плюхнуться в своё кресло, но Ваймак, судя по короткому шороху и тяжёлому выдоху, снова его развернул. Кевин понял намёк и продолжил разминку, хотя бодрее от этого не стал: мимо Нила он всякий раз проходил всё так же — шаркая, запинаясь, как сомнамбула. Нил не открывал глаза. Он просто слушал, позволяя звукам автобуса плыть мимо. Где-то в этой усталой суматохе было даже что-то успокаивающее — как белый шум, к которому не нужно прислушиваться. Несколькими минутами позже возвратились Эбби и Рене, нагруженные пакетами с едой и картонными подставками с напитками. Пакеты шуршали, пахло кофе и свежей выпечкой. Лисы навалились на сэндвичи с котлетами и обещанные Дэн пончики. Взбодриться помог не только кофе, но и напоминание о том, что их ждёт участие в одном из самых рейтинговых телешоу страны. Когда автобус снова вывернул на дорогу, Даниэль, Мэтт и Рене прямо-таки дрожали от нетерпения. Нилу, впрочем, было по большей части всё равно. Он хотел только лечь и уснуть где-нибудь, где безопасно. Если такое место вообще существует. Спустя четверть часа они подъехали к двухэтажному зданию, где проходили съёмки утреннего шоу Кэти Фердинанд. Ваймак припарковал автобус у ворот и вышел переговорить с охраной. Нил наблюдал в окно, как он показывает их удостоверения и оформляет разрешение на въезд — охранник долго сверял списки, хмурился, потом кивнул. Вскоре тренер вернулся с талоном на парковку и стопкой гостевых бейджей. Ворота со скрипом отворились, и автобус въехал на служебную стоянку. Ваймак вышел первым и, стоя у подножки, раздал Лисам бейджи — каждому в руки, проверяя, чтобы не перепутали. Последней автобус покинула Эбби и заперла за собой дверь. Едва команда двинулась к зданию, как навстречу им показалась Кэти Фердинанд, лично вышедшая их встречать. Вид она имела даже более свежий, чем тренер. Нил приписал это чудо макияжу, потому что никто без дополнительных ухищрений не может выглядеть так в шесть утра. — Кевин! — Кэти радостно шагнула вперёд, всплеснув руками. — Сколько лет, сколько зим. Я очень рада, что ты сегодня к нам выбрался. — Я тоже рад встрече. — Дэй с улыбкой пожал протянутую ему руку. За спиной у ведущей Дэн изобразила, как падает в обморок на руки Мэтту, и Нил догадался почему. За все четыре месяца знакомства он от силы пару раз видел, как Кевин улыбается, однако улыбка его всегда была холодной и жёсткой. В папке у Нила хранились фотографии из газет, и на некоторых, стоя подле Рико, Дэй даже улыбался, однако снимки эти, сделанные, как правило, после матчей, запечатлевали лишь триумф и снисходительное добродушие победителей. Сейчас же он улыбался иначе, демонстрируя свой публичный образ. Эта улыбка предназначалась журналистам, телеведущим и фанатам, которым вовсе не нужно было знать о надменной и безжалостной натуре чемпиона страны. Кевин лучился обаянием, являя собой типичную звезду. Интересно. Кэти улыбнулась остальным гостям, и в лучах утреннего солнца сверкнули ее безупречные зубы, какие бывают только за деньги. — Кевин, вчера ты был восхитителен. У тебя настоящий талант. С твоим приходом команда здорово прибавила. — Ребята начали прибавлять ещё до меня, — возразил он. — Они по праву заслужили своё место в первом дивизионе и в нынешнем сезоне докажут это. — Замечательно, — рассеянно произнесла Кэти, уже высмотрев в толпе Нила. В её глазах вспыхнули хищные огоньки. — Нил Джостен, доброе утро. Уже слышал хорошие новости? По состоянию на одиннадцать вечера пятницы твоя фамилия — третья по частоте запросов в поисковике, сразу после Рико и Кевина. Что ты чувствуешь по этому поводу? Нил, до этого стоявший в самом конце толпы, без интереса к ней повернулся. Он знал таких людей, как Кэти. Всем им нужно одно и то же: сенсации и просмотры. И плевать, чью жизнь ради этого придётся вывернуть наизнанку. Судя по хищному блеску в её глазах, холодный расчёт включился ещё до того, как она получила от Кевина согласие на интервью. — К чему это? — с подозрением спросил он у Дэя. — Ты с ним разве не поговорил? — Кэти перевела взгляд на форварда, приподняв идеально очерченную бровь. — А зачем? — пожал плечами тот. — О чём речь? — снова задал вопрос Нил, надеясь услышать вразумительный ответ. — Я хочу взять у тебя сегодня интервью, — объявила ведущая, сложив руки перед собой. Он наконец обратил на неё внимание. Отвернувшись от Кевина, он посмотрел на Кэти. Она улыбалась — широко, ослепительно, но в глазах у неё был расчёт. Нил знал этот взгляд. Он встречал его раньше, и не раз. Такие люди не останавливаются, пока не получат своё. — Болельщики хотят узнать о тебе побольше. — Кэти развела руками. — Ты — тёмная лошадка, никому не известный новичок из крохотного городка в Аризоне. По словам тренера Эрнандеса, ты научился играть в экси за год по учебнику и благодаря тренировкам. Кевин Дэй утверждает, что после выпуска из университета тебя ждёт место в национальной сборной. Такие скромные данные — и такие грандиозные планы и амбиции! Самое время заявить о себе. — Нет, — произнёс он. Улыбка Кэти Фердинанд едва заметно дрогнула. Она протянула руку, словно хотела коснуться его плеча, но он отстранился. Эбби жестом призвала Нила не забывать о приличиях, но он проигнорировал её безмолвный укор. — Не надо стесняться, — подбодрила его Кэти. — Если ты выступил перед шестьюдесятью пятью тысячами зрителей на матче, который в прямом эфире транслировал ведущий спортивный канал страны, то уж как-нибудь выдержишь десять минут в моей студии. Это совсем не страшно: я задам несколько вопросов — как ты пришёл в игру, чего надеешься достичь, всё в таком духе. Вопросы есть в печатном виде, так что можешь заранее продумать ответы. Твои поклонники заслуживают узнать о тебе побольше. — Сколько ещё раз вам надо услышать моё «нет»? Я не могу стоять здесь до ночи, — безразлично бросил он, разворачиваясь в сторону автобуса. В выражении лица ведущей наконец проступила досада — уголки губ опустились, взгляд стал острее. — Ты не видишь картины в целом. Этот год может стать для тебя судьбоносным. Если хочешь добиться успеха, без нашей поддержки не обойтись. Для тебя всё складывается крайне удачно. Не упусти шанс, иначе будешь жалеть об этом до самой смерти. Кевин, ты ведь понимаешь, о чём я, да? — Он даст интервью, — отрезал Дэй. В глазах Кэти промелькнула тень. Нил пару минут молча рассматривал небо, после чего взгляд сам зацепился за Эндрю. Тот смотрел прямо на него. Просто смотрел. — Думаешь, ей можно доверять? — спросил он, переходя на немецкий. Ники, стоявший рядом с Эндрю, резко повернул голову. Глаза его расширились, но он быстро взял себя в руки — всё-таки он жил в Германии, и язык не был для него чем-то невероятным. Просто неожиданным от Нила. — Ты говоришь по-немецки? — вырвалось у него, и голос дрогнул от любопытства. Он даже подался вперёд, будто собирался задать ещё вопрос, но сдержался. — Жил там, — коротко ответил Нил, не глядя на него. Ники приоткрыл рот, собираясь спросить что-то ещё, но передумал. Вместо этого он посмотрел на Эндрю, словно ища подтверждения, что тот тоже это слышал. Миньярд на него не смотрел. Он смотрел на Нила. Аарон, стоявший по другую сторону, приподнял бровь, но промолчал. — Кевин не повернёт назад, — смиренно пожал плечами Эндрю, ничуть не удивившись. Кэти смотрела на них с неподдельным интересом. Она не понимала ни слова, но чувствовала, что происходит что-то важное. Это раздражало. Её пальцы чуть сжали блокнот, однако профессиональная улыбка не дрогнула. — Откуда ты знаешь немецкий? — Мэтт шагнул ближе, нахмурившись. В голосе звучало искреннее недоумение. — Ты же из Аризоны. — Жил там, — повторил Нил, не оборачиваясь. Бойд хотел спросить ещё что-то, но он уже развернулся к ведущей. — Ладно, — сказал он. — Что ж, я рада, что ты согласился, — произнесла она, и в её голосе прозвучала та же ослепительная уверенность. — Уверена, ты не пожалеешь. Кэти жестом пригласила команду следовать за ней и направилась к зданию — быстро, на высоких каблуках, не оборачиваясь. Кевин тут же оказался рядом с Нилом, заступая ему дорогу. — Ты что творишь? — процедил он, понизив голос. — Это не игра. Ты не можешь просто так отказывать ей. Нил обошёл его молча, не удостоив взглядом. Кевин шагнул следом, сокращая расстояние, но Мэтт вырос между ними раньше, чем Дэй успел что-то добавить. Плечом, не грубо, но решительно он отодвинул форварда в сторону. — Остынь, — бросил он. Эбби сердитым шёпотом велела всем троим успокоиться, однако ни Мэтт, ни Кевин, пытавшиеся испепелить друг друга взглядом, её уже не слышали. Теперь, когда Дэй наконец отступил, Нил оказался в поле зрения Эндрю. Склонив голову набок, Миньярд внимательно его изучал, и он встретился с ним взглядом. — Ну ты и дебил. — Потом спасибо скажешь, — бросил Нил на том же немецком. Он повернулся и пошёл за Кэти, но вскоре его нагнала Дэн. — Ты не обязан это делать. В ответ он лишь мотнул головой. На студии Кэти препоручила команду своим помощникам, один из которых — молодой парень в гарнитуре — скороговоркой ознакомил их с правилами поведения в эфире, размахивая планшетом. Лисов повели в одну сторону, а Кевина с Нилом — в другую. Пройдя по коридору и завернув за угол, они оказались в гримёрной. Сопровождающий ловко снял с них несколько мерок — помелькал сантиметровой лентой, что-то позаписывал в блокнот — и испарился. Одну стену целиком занимали зеркала с подсветкой, а напротив размещалась стойка с шестью высокими стульями. В центре комнаты стояла пустая напольная вешалка. Ассистент Кэти вернулся с ворохом одежды на плечиках, развесил её, пообещал, что гримёры будут через десять минут, и снова ушёл. Как только дверь за ним закрылась, с лица Кевина исчезла улыбка. Он перебрал все комплекты и перебросил один Нилу, однако тот ловить не стал, и вещи упали ему под ноги. — Одевайся, — скомандовал Кевин. Видя, что Нил не сдвинулся с места, он прибавил: — Да пофиг мне на твои шрамы, уймись уже. Гораздо больше меня волнует, как бы ты не запорол съёмки. Нил поднял одежду с пола. Надел новую кофту и штаны, отнёс свою старую одежду на стойку. Кевин смотрел на него. Он чувствовал этот тяжёлый, изучающий взгляд. — Ты говоришь по-немецки, — сказал Дэй. — Жил в Германии какое-то время, — ответил он. Кевин сжал челюсть. — Что ещё ты скрываешь? — Много чего. Я не обязан рассказывать тебе всё. — Ты подписал контракт. Ты в команде. Я имею право знать, с кем я играю. — Нет. Ты имеешь право знать, что я не солью матч. Остальное — не твоё дело. Дэй замер, а потом усмехнулся с раздражением. — Ты умеешь читать игру. Ты увидел их слабое место. Ты знаешь, куда бить, когда тебе это нужно. Ты мог бы быть отличным стратегом. — Он сделал паузу. — Но ты не хочешь играть по правилам команды. Ты перебрасываешь мяч, когда сам мог забить. Ты отказываешься быть частью команды, даже когда от тебя зависит результат. Ты — отвратительный игрок. Не потому что ты плох. Потому что ты не хочешь быть хорошим. Нил молчал. — Это бесит меня больше, чем если бы ты был просто бездарен, — добавил Кевин. — Потому что я вижу, на что ты способен. И я вижу, как ты это закапываешь. — И что ты хочешь, чтобы я сделал? — Хочу, чтобы ты перестал быть таким вредным. Хотя бы на время игры. Нил смотрел на него несколько секунд. Потом отвернулся к зеркалу. — Я не обещаю. Но я не буду специально мешать. Кевин кивнул, сделал несколько шагов по комнате, замер у вешалки. Руки сами потянулись к воротнику — поправил, одёрнул, проверил. — Ты ведь не доверяешь Кэти, — сказал Нил, глядя на его отражение в зеркале. Дэй замер на секунду, потом повернулся. — А должен? — Вы давно знакомы, — сказал Нил. — Так же, как и с Рико, — ответил Кевин. — Это хочешь сказать? Нил не ответил. Просто смотрел на него. — Я знаю, что она делает свою работу, — продолжил Кевин. — Но она не враг. — Она не враг, — согласился Нил. — Пока ты даёшь ей то, что она хочет. Он нахмурился, но ничего не сказал. — Она будет копать, — продолжил Нил. — Она уже копает. Она знает, что ты не просто так ушёл из «Воронов». Она просто ждёт, когда ты ошибёшься. — С чего ты взял? — Она смотрит на тебя так, как я смотрю на людей, когда хочу понять, где у них слабое место, — ответил Нил. — Просто будь осторожен. Кевин молчал. Потом тихо сказал: — Не надо за меня переживать. — Я не переживаю. Просто озвучиваю то, что вижу. Дэй подошёл и остановился рядом у зеркала. — Иди сюда. На тебя будут смотреть миллионы. Нельзя выглядеть так, будто ты только что проснулся в канаве. Нил встал с ним плечом к плечу, а Кевин поправил воротник его кофты. — Сделай хотя бы вид, что тебе не всё равно, — сказал он. — Зачем? Он ничего не сказал, но Нил видел в зеркале, как дёрнулась его челюсть. Дальше гримёров они дожидались молча, и, когда те постучали в дверь, Кевин с улыбкой открыл её, являя собой сплошное обаяние и любезность. Нил стоял рядом и смотрел на своё отражение. Он выглядел так, как будто ему всё равно. Потому что ему было всё равно. После грима спортсменов проводили в комнату отдыха. На широкоэкранном телевизоре транслировалось изображение студии — пока пустой. Нил покосился на настенные часы: до эфира оставалось десять минут. Он провёл это время, изучая подготовленные для него вопросы. Большинство были простыми — вроде тех, что в июне задавали ему товарищи по команде. Перед началом эфира за Кевином пришёл ассистент. Нил проводил обоих взглядом, потом снова переключил внимание на экран. Ровно в семь часов заиграла вступительная мелодия, и под аплодисменты зрителей в студию эффектно вошла Кэти. Остановившись в центре круглого подиума, она поклонилась и помахала рукой, приветствуя аудиторию. — Доброе утро, дамы и господа! Конечно, по субботам большинство из нас ещё спит в столь ранний час, но сегодня мы приготовили для вас нечто совершенно фантастическое. Для начала представим наших музыкальных гостей — сегодня ими станет четвёрка невероятно талантливых ребят из набирающей популярность группы «Гром хобгоблинов». — После отведённой на аплодисменты паузы Кэти продолжила: — Однако начнём мы эту программу с события дня вчерашнего, а именно — стартового матча по экси в новом сезоне студенческой лиги. Публика захлопала ещё громче. Сверкая улыбкой, ведущая принялась медленно расхаживать по подиуму. — Есть ли среди вас те, кто вчера смотрел этот матч с трибун стадиона? О, замечательно! А есть ли те, кто, как и я, наблюдал за ходом игры из дома? — Она вытянула руку вверх и улыбнулась, радуясь реакции зала. — Думаю, кое-кто уже делает ставки на места в турнирной таблице и участников весеннего финала, так ведь? У нас есть все основания полагать, что грядущий сезон станет самым ярким и зрелищным за всю историю студенческих состязаний. Сколько перемен, сколько великолепных возможностей! В сегодняшней передаче мы поговорим на эти темы, но мне понадобится помощь моих специальных гостей. Минул год с тех пор, как вы видели этого человека в нашей студии, и почти девять месяцев с его последнего появления на публике. Представляю вам первого сегодняшнего гостя: бывший форвард национальной сборной, игрок балтиморских «Диких котов» и «Воронов» университета Эдгара Аллана, нынешний форвард «Лисов» — команды государственного университета Пальметто — Кевин Дэй! — Её последние слова утонули в восторженных криках зрителей. Самые преданные фанаты экси встрепенулись ещё на словах «девять месяцев», а уж когда Кэти начала перечислять регалии Кевина, с мест вскочил весь зал. Камера оператора неотрывно следовала за ним, когда он появился из-за кулис и прошёл на подиум. В дорогой одежде, предоставленной для съёмок, с сияющим лицом, он на все сто соответствовал образу обожаемого кумира, за который его выдавала ведущая. На середине подиума он взял её за руку, наклонился и поцеловал в щёку, после чего они вместе развернулись лицом к аудитории. Кэти торжествующе подняла руки и сверкнула ослепительной улыбкой; Кевин приветственно помахал публике. Прошла бесконечно долгая минута, прежде чем ликующие зрители успокоились. К этому времени Кэти уже устроилась за своим столом, по обеим сторонам которого стояло по дивану. Выбрав тот, что справа, Дэй сел вполоборота, чтобы одновременно видеть и зал, и ведущую. Она, чрезвычайно довольная собой, перегнулась через стол и одарила его улыбкой. Наверное, уже прикидывает рейтинги, подумал Нил. — Кевин, Кевин, Кевин, — произнесла она, качая головой в такт его имени. — До сих пор не верится, что я тебя уговорила. Надеюсь, ты простишь меня, если я скажу, что видеть тебя здесь одного немного странно. В моём представлении ты всё ещё половинка целого. — По крайней мере, сегодня мне есть где разлечься, — ловко отшутился он. — И, возможно, совсем скоро именно это я и сделаю. Вы ведь не ждёте, что после вчерашней игры мы будем свежими и выспавшимися? Кэти со смехом вскинула руки. — Да, пожалуй, ты прав. Но выглядишь, как всегда, безупречно. Из зала послышался одобрительный возглас, и Кевин тоже засмеялся. — Спасибо. Кэти наполнила водой два стакана и поставила один на край стола, чтобы он мог до него дотянуться. — Итак, обсудим вчерашнюю игру. Прежде всего: как понимать то, что с началом сезона ты надел оранжевую форму? Только без обид, ладно? Я совершенно ничего не имею против твоей новой команды, и всё же с чем связан твой переход в Пальметто? Насколько я знаю, изначально ты пришёл туда на должность второго тренера. Но почему ты остался там, когда восстановился после травмы? Не сомневаюсь, перед тобой были открыты двери в любую команду. Так зачем опускаться с верхней ступеньки на нижнюю? — Тренер Ваймак и моя мама были друзьями. Как всем, разумеется, известно, это она научила его играть в экси. Даже после смерти мамы, когда меня забрал к себе тренер Морияма, тренер Ваймак не терял со мной связи. — Кевин рассеянно посмотрел на свою левую руку. — В декабре прошлого года я думал, что уже никогда не возьму в руки клюшку. Я был раздавлен. Тренер Ваймак оказался единственным, к кому я мог обратиться, и он меня не подвёл. Он и его команда приняли меня без колебаний. Мне нравится работать с этими ребятами. Кэти потянулась через стол и сжала его левую руку. Он заставил себя оторвать взгляд от своих шрамов и улыбнуться. Ведущая улыбнулась ему в ответ и сказала: — Признаюсь, я ожидала, что осенью ты вернёшься в университет Эдгара Аллана. Впрочем, за кого бы ты ни играл, снова видеть тебя на поле — просто потрясающе. Твоё возвращение заслуживает аплодисментов. Зрители с радостью поддержали Кэти. Ещё раз стиснув пальцы Кевина, она отпустила его ладонь. — В стартовом матче вам пришлось играть против Брекенриджа. Неудачный расклад, верно? Ты принёс команде три гола, пятикурсник Сет Гордон — еще три, и один забил ваш новенький, Нил Джостен. Если не возражаешь, давай немного поговорим о нём. — Не возражаю. — Ты определённо умеешь взбудоражить публику. Из каких соображений ты пригласил в команду неопытного новобранца? — Нил — именно то, что сейчас нужно «Лисам», — уверенно ответил Кевин. — Его неопытность значения не имеет. В начале года мы просмотрели сотни анкет, но после Джейни на роль инсайда не подошёл никто, кроме него. Мы с первого взгляда поняли, что он должен стать одним из нас. Повезло ещё, что его не успел перехватить другой клуб. — Я слышала, вы приложили немалые усилия, чтобы заполучить его, — ввернула Кэти. — Даже отказались предоставить комитету его личные данные. Это действительно так? — Прежде всего мы старались обеспечить Нилу безопасность. Эта весна выдалась сложной для команды Пальметто. Объявить о пополнении было бы всё равно что нарисовать на спине у Джостена мишень. Поначалу КРЭ отказывался принимать его вслепую, но в конце концов пошёл нам навстречу. — Вы полагали, что через комитет может произойти утечка информации? Кевин немного помолчал, подбирая наиболее дипломатичный ответ. — Скажем так: трое могут хранить тайну, только если двое из них мертвы. Никого не хочу оскорбить, но давайте будем честны. Комитет состоит из шестнадцати человек, один из которых тренирует команду нашего заклятого соперника. Сплетня, оброненная даже среди своих, может просочиться наружу и сломать игроку жизнь. Нил знал, что этот урок Дэй усвоил на собственной шкуре. Именно треп в кругах КРЭ привёл к тяжелейшей ссоре между Кевином и Рико. — Положить столько трудов ради одного члена команды! — восхитилась Кэти. — Не терпится увидеть, что ты из него вылепишь. Дверь в комнату отдыха открылась, и ассистент жестом позвал Нила за собой. — Ваш выход через минуту. Идёмте. Он встал и прошёл за ним по коридору за кулисы. Там его уже ждала другая ассистентка, которая по рации передавала информацию в наушник ведущей. Оглядев его и удостоверившись, что с внешним видом всё в порядке, она сообщила Кэти, что гостя можно выводить в эфир. Руки дрожали сильнее обычного. Нил сжал их в кулаки, но это не помогло. До таблетки оставалось ещё какое-то время — или пока они не сядут в автобус. Он не знал, сколько выдержит. Но знал, что выбора нет. — Почему бы нам не познакомиться с ним поближе? — воскликнула Кэти. — Давайте посмотрим, кто занял место рядом с Кевином Дэем вместо Рико Мориямы. Итак, позвольте представить: Нил Джостен, новоиспечённый Лис из команды университета Пальметто! Зрители встретили гостя радушными аплодисментами, Дэн скандировала его имя. Он пересёк подиум и подошёл к столу Кэти. Ведущая привстала, чтобы пожать ему руку, и жестом указала на место рядом с Кевином. Уселись они одновременно. Кэти налила стакан воды и передала Нилу через Дэя. Он даже не взглянул на стакан. Пить что-то, к чему прикасались чужие руки, он не собирался — тем более здесь. — Какая интересная картина, правда? — обратилась она к аудитории. — Кевин снова в тандеме. — Подперев подбородок рукой, она подалась вперёд и улыбнулась. — Нил, сегодня твоё имя без преувеличения у всех на устах. Ты, непрофессионал, привлёк внимание чемпиона страны. Такое бывает только в сказках, верно? Что ты чувствуешь? — Чувствую желание спать, честно говоря, — ответил он. Кэти рассмеялась, но Нил видел — она не поняла, шутит он или нет. — Ты — прирождённый талант. Жаль только, что начал тренироваться так поздно. Представь, каких высот ты достиг бы, если бы пришёл в экси на несколько лет раньше. Возможно, сейчас ты уже играл бы за «Воронов», а то и за национальную сборную, если, конечно, Кевин верно оценивает твои способности. Почему ты ждал так долго? Нил вспомнил себя в Малой лиге и как ни в чём не бывало ответил: — Мама была против. — Против экси? — Против всего, что привлекало внимание. Кэти наклонила голову, заинтересовавшись. — А теперь ты в центре внимания. Как тебе это? — Привыкаю, — сказал он. Она улыбнулась, но Нил видел, как она перебирает варианты. Она хотела большего. Она хотела, чтобы он сказал что-то, что можно вырезать и пустить в повтор. — Кевин, ты ведь помнишь, как начинал? — спросила она, меняя тактику. — Помню, — ответил он. — Это было нелегко. — А теперь ты — легенда. И ты видишь в Ниле что-то особенное. Что именно? — Он видит поле иначе, чем другие, — Кевин замолчал на секунду. — Это редкость. — То есть ты считаешь, что у него есть потенциал стать таким же, как ты? — Он может стать лучше, — сказал Кевин. — Если захочет. Нил не шелохнулся. Он знал, что это был намёк. И проигнорировал его. Пауза затянулась. Кэти перевела взгляд на него. — Ты слышал, что сказал Кевин. Ты действительно хочешь стать лучше? Или тебя просто заставили прийти сюда? Нил помолчал. На несколько секунд в студии повисла тишина. — Я здесь, — сказал он наконец. — Этого достаточно. Кэти улыбнулась — широко, на камеру, но он видел, что она недовольна. — Хорошо, — сказала она. — Тогда, может, поговорим о твоём первом матче? Ты забил гол. Чувствовал что-то особенное? — Нет, — ответил Нил. — Мяч сам попал. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Кэти рассмеялась — снова на камеру, снова широко. — Кстати, думаю, ни для кого не секрет, что в прошлом сезоне между тобой и нападающими «Лисов» не всё было гладко. И, как показал вчерашний матч, проблемы в отношениях с Сетом Гордоном никуда не делись. Но с Нилом у вас, кажется, всё иначе. Нил покосился на Кевина, однако тот спорить не стал. — В мае Сет заканчивает учёбу, поэтому нам с ним поздновато подстраиваться друг под друга, да в этом и нет необходимости. Нил, напротив, только пришёл в команду. У нас впереди масса времени. Кэти моментально ухватилась за эту фразу. — То есть ты твёрдо намерен остаться в «Лисах»? Неужели ты с концами покинешь «Воронов»? Будет ли твоё решение зависеть от того, насколько ты приспособишься к смене руки? Или ты в любом случае планируешь играть за команду Пальметто до самого выпуска? Тишина затянулась, превращаясь в тонкий звон где-то на границе сознания. Нил мысленно выругался. Он знал, что это значит: время приёма подходило к концу, и тело готовилось выставить счёт. — Я планирую играть за «Лисов» столько, сколько сочтёт нужным тренер Ваймак. — Ох, «Воронов» наверняка расстроит эта новость, — вздохнула Кэти. — Должно быть, твоему сводному брату тебя здорово недостаёт. — Осенью мы ещё увидимся. — О да. Вы ведь теперь играете в одном округе. Чем, по-твоему, может быть вызван этот перевод? — Я не возьму на себя смелость анализировать мотивы тренера Мориямы. — Хочешь сказать, тебя не предупредили? — Изумление Кэти выглядело вполне натурально. — Мы все очень заняты, и постоянно поддерживать связь не получается. — Ну что ж. — Телеведущая выпрямилась, сияя улыбкой. — Тогда тебя ждёт сюрприз! Из динамиков грянула гнетущая музыка с тяжёлыми басами. Зрители вскочили со своих мест и принялись хором скандировать: «Король! Король! Король!». Нил обвёл глазами студию. Мелодию он узнал сразу. Никакого удивления, только глухое подтверждение собственной правоты. Он легко различил в зрительской массе Лисов — в неистовствующей толпе они одни сидели неподвижно, остолбенев от шока. Нил вновь посмотрел на побелевшее лицо Кевина, а потом, уловив боковым зрением тень, перевёл взгляд на кулисы. Человек, вышедший на подиум, был одет так же, как Дэй, только полностью, с ног до головы, в чёрное. Когда он потянулся к руке Кэти, рукав чёрной рубашки вздыбился, словно крыло ворона — талисмана его команды. Единица, вытатуированная на левой скуле, не оставляла сомнений в том, кем был третий гость на шоу Кэти Фердинанд. Девять месяцев назад Рико Морияма и Кевин Дэй в последний раз посмотрели друг другу в лицо; девять месяцев назад Рико сломал Кевину руку, и вот сегодня они встретились в прямом эфире. Аудитория, взбудораженная преподнесённым сюрпризом, бурно ликовала, но даже её восторженные крики не могли заглушить тихий голос Дэя. Слова, которые он шептал над ухом у Нила, больше всего походили на отчаянную молитву. Самопровозглашённый король экси поприветствовал Кэти лёгким поцелуем в щёку. Реплики, которыми они обменялись, утонули в грохоте аплодисментов, но, когда ведущая отстранилась, на её губах вновь расцвела улыбка. Рико, уже без её сопровождения, сделал несколько шагов, отделявших его от Кевина, и остановился, нависнув над диваном. Он улыбался, однако и Нил, и Дэй прекрасно понимали, что за улыбкой прячется вовсе не радость. В глазах Мориямы стояла смерть. Он заговорил только после того, как зал успокоился: — Кевин. Давно не виделись. С первых рядов послышались шум и какая-то возня. Нил, чей взгляд был прикован к Рико, всё же рефлекторно обернулся. Рене боком сидела на коленях у Эндрю, упираясь пяткой в пол, чтобы он не смог её столкнуть, и зажимала ему рот ладонью. Они не отрывали глаз от подиума. Мэтт обеими руками вцепился в левое запястье Миньярда, правое удерживал Ваймак — пальцы побелели от напряжения. На лицах команды отражалась вся гамма эмоций — от ужаса до глухой ярости. Рико шевельнулся, и Нил вновь устремил всё своё внимание на него. Не замечая Джостена, Морияма протянул Кевину руку, словно побуждал к ответному действию. Несколько секунд тот безмолвно на неё смотрел, затем его пальцы скользнули в чужую ладонь. Рико потянул его на себя, поднял с дивана и крепко обнял под аплодисменты зрителей, явно не заметивших, с какой неохотой Кевин обнял его в ответ. Что-то внутри Нила взорвалось. Он видел, как Дэй сжался. Как плечи поднялись к ушам, как он перестал дышать. Это длилось секунду. Может, две. Нил не думал. Он взял Кевина за руку и потянул к выходу. Кэти крикнула что-то им вслед — он не расслышал. Не важно. Он не знал, что скажет, когда они выйдут. Знал только одно: Дэй не должен оставаться здесь ни секундой дольше. Нил тянул его, как из зыбучих песков. Просто не мог позволить ему утонуть. Не сейчас. Не когда он рядом. Рико догнал их в коридоре. Нил развернулся — и в тот же миг Морияма схватил его за плечи и швырнул к стене. Пальцы впились в кожу до синяков, но не они пригвоздили его к месту. Взгляд. Такой же, как у отца: пустой, оценивающий, будто перед ним не человек, а просто кусок плоти, из которого может вытекать кровь. — Какого чёрта ты сорвал эфир? — буквально прошипел Рико, но тут же замер, ощутив холод металла у рёбер. Нил вытащил лезвие из ботинка в тот же миг, когда Морияма схватил его за запястье. Движение было отработанным до автоматизма — Лола натаскивала его с детства, и тело помнило каждую связку лучше, чем разум. Он делал это не раз. Сначала на манекенах в подвале отцовского особняка. Потом на живых людях. И, когда живых рядом не оставалось, на себе. Но сейчас перед ним был не подчинённый отца, не безымянный трус с расширенными от страха зрачками. Перед ним был Рико Морияма. И лезвие в руке легло так же привычно, как всегда. — Что, с ножом у брюха ты не такой крикливый? — с тем же безразличием бросил Нил, смерив его презрительным взглядом. — Убери его, — слабо сказал Кевин, не делая попытки приблизиться. — Убрать нож или Рико? — улыбнулся Нил самой ядовитой улыбкой, на какую был способен под таблетками. Химия больше не глушила отвращение к Морияме. — Не знаю... Я не знаю, — выдохнул Дэй, хватаясь за левое запястье. Рико от этой улыбки поёжился и отпустил его, отступив на шаг. Джостен продолжал держать нож направленным на него, но взгляд его то и дело уходил к Кевину — оценивал, сканировал, искал признаки надлома. — Ты не знаешь, во что ввязался, — сказал Морияма. — Знаю. Но мне всё равно. Кевин поджал губы и отвернулся. Рико издал глухой, низкий звук, исполненный отвращения, и выплюнул несколько слов на непонятном языке — Нил догадался, что это японский, — слов колючих и злых. Дэй вздрогнул, точно от боли, и промямлил ответ. Морияма гневно наставил на него палец, точно в чём-то обвиняя, и затараторил быстрее, с каждой секундой распаляясь всё больше. Под гнётом его ярости Кевин совсем поник. Нил впервые за долгое время повысил голос: — Эй, Рико! Высказывай все претензии мне, а не ему. Уродливая злоба исказила лицо Мориямы до неузнаваемости. Он замахнулся на Нила, но Кевин перехватил его руку. Локоть Рико врезался ему точно в лицо. Нил попятился и понял, что сейчас снова окажется на съёмочной площадке. Ноги уже начали путаться в проводах, и тут перед ним как из-под земли вырос Эндрю. — Рико! — воскликнул он, широко раскинув руки для приветственного объятия. — Давненько не виделись. От неожиданности Морияма отпрянул, попытался придать лицу человеческое выражение, но, сообразив, кто появился в коридоре, бросил притворство. — Мы как раз о тебе вспоминали, — сказал он. — Ага, при помощи кулаков, — поморщился Эндрю. — Не трогай моих людей, Рико. Ты же знаешь, я не люблю делиться. Не оборачиваясь, он вытянул назад руку и толкнул Нила в плечо — коротко, почти небрежно. Тот понял без слов. Он проскользнул мимо них, ожидая, что Морияма вот-вот схватит его за шкирку, но Рико даже не шевельнулся. Всё его внимание было приковано к Миньярду. Схватив Кевина за руку, Нил потащил его по коридору, ища глазами выход. На лестнице они налетели на команду. Преодолев последние ступеньки бегом, Эбби подлетела к Дэю и крепко прижала его к себе. Тот вцепился в неё так отчаянно, словно от этого зависела его жизнь. Лисы сомкнулись вокруг них — без слов, без вопросов. Живая стена. — Тебя в детстве на пол не роняли? — накинулся Ваймак на Нила. — Надо было всё-таки оставить тебя дома! — Не ругай его, Дэвид, — глухо произнесла Эбби из-за плеча Кевина. — Когда я сказал, что мы с Эбби о тебе позаботимся, я не имел в виду, что тебе позволено затевать свару с Рико в прямом эфире! — бушевал тренер. — Это тоже надо было проговорить заранее? — Всё в порядке, тренер. — К команде присоединился Эндрю и на ходу легко провёл кончиками пальцев по спине Нила. Тот вздрогнул. Не от боли, а от неожиданности. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, и от этого ещё более чужим. По телу побежали мурашки — он не успел их остановить. На секунду он замер, переваривая ощущение, но Миньярд уже прошёл мимо, будто ничего не случилось. Он приблизился к Кевину и накрыл ладонью руку Эбби в молчаливом требовании подвинуться. — Кевин, нам пора. Уходим, слышишь? Дэй отстранился от Эбби, и Эндрю вытолкал его на стоянку. — Не слушай тренера, на самом деле ты правильно поступил, — произнёс Мэтт, важно кивая. — Поехали, — скомандовал Ваймак. — Высажу вас у общежития и пойду напьюсь. Разбор полётов устроим завтра. Компания Эндрю уже стояла возле автобуса. Ваймак отпер дверь, запустил Лисов внутрь и не мешкая выехал в обратный путь. В самом автобусе к Нилу подсела Рене. — Ты молодец, — сказала она. — Рене... — Да-да, но надо же было с чего-то начать, — отмахнулась она. — Это было смело. Нил помолчал, глядя в окно. — Теперь им может грозить опасность. Всем вам. Рико не остановится на мне. Рене не стала спорить или утешать. Она просто сидела рядом — прямая, спокойная, как всегда. — Ты поэтому хотел уйти? — спросила она. Нил едва заметно кивнул. Она чуть коснулась его руки — легко, почти невесомо. Ровно настолько, чтобы он не отдёрнулся. — Ты не обязан нести всё один, — сказала Рене. — Мы здесь не потому, что нас заставили. Нил ничего не ответил, но плечи его чуть опустились. Кажется, впервые за всё утро. Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Нил достал блистер. Пальцы дрожали, он едва выдавил таблетку. Проглотил без воды — горло, как обычно, свело короткой судорогой. Достал леденец, сунул в рот. Мята обожгла язык, но он почти не чувствовал вкуса. Просто ждал, когда химия возьмёт своё: тело перестанет трястись, мысли замедлятся, мир перестанет давить. Через десять минут стало легче. Нил откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. Ваймак остановился только один раз, на заправке, и совсем скоро они вернулись в Пальметто. Подъехав к Лисьей башне и не глуша мотор, он молча дожидался, пока все выйдут. Когда к двери подошёл Эндрю, тренер загородил проход рукой. — Думай головой. — Да знаю я, знаю, — отмахнулся Миньярд. Поверил ли Ваймак ему, судить было трудно, однако он удовлетворённо кивнул и убрал руку. Эндрю вышел из автобуса и лениво направился к общежитию. Тренер уехал только после того, как все Лисы скрылись за дверью. Команда поднялась на третий этаж. Возле комнаты Эндрю Дэн остановилась. — Послушайте, — сказала она, когда Миньярд отпер дверь, — давайте все вместе пообедаем. Обсуждать сегодняшнее утро необязательно. Прежде чем он успел ответить, Нил оборвал его: — Нет. Обязательно. Встретимся у нас через десять минут. Все затихли, ожидая, что Эндрю откажется. Но, на удивление всех, кроме Нила, он просто кивнул. Открыл дверь, отошёл в сторону и посмотрел на Кевина — без слов, но так, что тот сразу шагнул за порог. — Кевин, не переживай, — попыталась утешить его Даниэль. — Мы как-нибудь всё разрулим. Дэй обернулся, но ответить не успел — Эндрю положил руку ему на плечо и затолкал внутрь. Дэн состроила раздражённую гримасу. Аарон и Ники вошли в комнату вслед за Кевином, и Миньярд захлопнул дверь прямо у неё перед носом. — Вот козлина, — буркнул Мэтт. — Они расстроены, — мягко заметила Рене. — Они ведь не смогли ему сегодня помочь. — И не надо было. Нил справился без них.

✦✦✦✦

Все расселись в комнате Нила, Сета и Мэтта. Кто-то на диване, кто-то на полу, кто-то прислонился к стене. Элисон и Сет заняли угол дивана — она поджала ноги под себя и теребила край пледа, Гордон закинул руку на спинку и хмуро рассматривал свои кроссовки. Дэн села на подлокотник рядом с Мэттом, положив ладонь ему на плечо и нервно постукивая пальцами по его футболке. Ники и Аарон стояли у двери, готовые уйти в любой момент: Ники переминался с ноги на ногу и то и дело оглядывался на коридор, Аарон застыл, скрестив руки. Эндрю опустился в кресло у окна и смотрел в стену, лениво вращая в пальцах незажжённую сигарету. Нил не чувствовал страха за них. Он вообще ничего не чувствовал. Но он знал, как работает Рико. Знал, что тот ударит по самому слабому. Если он промолчит сейчас, а потом кого-то найдут где-нибудь с переломанными рёбрами — ему будет плевать. Но он предпочёл не тратить время на объяснения потом. Легче сказать сейчас. — Рико будет мстить. — С чего ты взял? — Мэтт подался вперёд, уперев локти в колени. Нил кивнул головой в сторону комнаты «Монстров». — Кевин уже проверил на себе. — И что нам теперь делать? — Дэн перестала стучать пальцами и замерла. — Быть внимательными, не ходить по одному, смотреть по сторонам. Тишина. Ники переступил с ноги на ногу, Аарон сжал пальцами собственный локоть — сильно, до белых костяшек. — Это всё? — спросил Ники, и голос его прозвучал выше обычного. — Это начало. Сет хмыкнул, оторвав взгляд от кроссовок. — Ты говоришь так, будто мы все уже мертвы. Нил наконец обернулся и посмотрел на него. — Я не говорю, что мы умрём. Я говорю, что он не успокоится, пока не получит своё. Сет скрестил руки, дёрнул плечом, но ничего не сказал. — Если кто-то заметит что-то странное, не молчите. Скажите кому-то. Это лучше, чем потом жалеть. — И что нам делать прямо сейчас? — Мэтт переплёл пальцы, сжал их, хрустнув суставами. — Ничего. Ждать, смотреть и не делать глупостей. Эндрю поднял взгляд от стены. — Он прав, — сказал он коротко. Все повернулись к нему. Ники приоткрыл рот, Элисон перестала теребить плед. Миньярд пожал плечами. — Рико не умеет проигрывать. Он ударит. Вопрос — когда. — И что ты предлагаешь? — Дэн наклонилась вперёд, чуть не соскользнув с подлокотника; Мэтт машинально придержал её за талию. — То же, что он сказал. Быть готовыми. Нил не смотрел на Эндрю. Он не смотрел ни на кого. Он просто стоял у окна и смотрел вниз, на пустую парковку, где ветер гонял по асфальту сухой лист. — Мы справимся, — сказал Мэтт и оглядел комнату, будто искал подтверждения. Воцарилась тишина. С минуту выждав и решив, что серьёзные разговоры окончены, Дэн предложила: — Может, перекусим? Я просто умираю с голоду. Лисы заказали пиццу, а «Монстры» ушли к себе. Коротая время в ожидании доставки, спальню занял Нил. Он снял с себя одежду, подаренную Кэти, выбросил её в мусор и влез в обычные, чуть потертые свободные джинсы и растянутую комфортную кофту. Час-другой Лисы провели за едой и просмотром фильма. Потом разговор зашёл о начавшемся сезоне, хотя обсуждать «Воронов» старшекурсникам хотелось так же мало, как Нилу — о них думать. Видя, что все приуныли, Элисон отвлекла товарищей по команде, переключившись на тему предстоящего банкета. — Завтра едем по магазинам, — объявила она. — Идеальное платье сразу не купишь. А вы, — она показала пальцем на Бойда и Гордона, — отвечаете за подбор нормальной одежды для Нила. Я видела весь его шмот; сам он вряд ли выберет что-то подходящее. — Я могу просто не идти на банкет, — вяло ответил он. — Не можешь, — покачала головой Дэн, — это командное мероприятие. В дверь постучали. Даниэль, сидевшая ближе всех к выходу, пошла открывать. В коридоре стоял Ники — и, несмотря на улыбку, было заметно, что он напряжён: пальцы нервно теребили край толстовки. — Насколько всё плохо? — осведомилась она. Ники поморщился. — Твой дружок умеет вставлять оконные стекла? Мэтт оглянулся через плечо на окно спальни. — Попробовать можно, но сегодня я к чудовищу и близко не подойду. — Ладно, завтра нас тоже устроит, — согласился Ники. — Только, это, надо бы успеть до того, как тренер заглянет проведать Кевина. Три сотни баксов, если справишься до обеда. — Уведи Эндрю, и я посмотрю, что можно сделать. — Крутяк. — Ники перевел взгляд на Нила. — Эндрю хочет тебя видеть. Встав, Нил следом за Ники пошёл в комнату братьев. Ники шагал быстро, нервно потирая ладони и насвистывая что-то себе под нос — кажется, фальшиво. Первым он увидел Кевина: тот лежал в огромном кресле-мешке, подтянув ноги к груди и уткнувшись лицом в стену. Он не шевелился, но по напряжённой спине было видно — не спит. Аарон мыл посуду на кухне и даже не повернулся, когда Хэммик с гостем прошли мимо, — только плечи чуть дёрнулись, и он принялся тереть одну и ту же тарелку с удвоенной силой. Ники показал рукой на коридор, а сам опустился в кресло рядом с Кевином, положил ладонь ему на плечо и тихо спросил что-то, чего Нил уже не расслышал. Он в одиночестве вошёл в тёмную спальню и закрыл за собой дверь. Эндрю восседал на одном из комодов под окном, уложив локти на согнутые колени. Пальцы его правой руки были выпачканы в крови, и он время от времени шевелил ими — лениво, почти задумчиво, — словно проверяя, насколько сильно поранился. Нил почувствовал запах крови и посмотрел на окно у него за спиной. В гостиной Миньярд снял москитную сетку, чтобы курить, но на этом окне она была цела, и, вероятно, именно она спасла его кулак, когда он пробил стекло. Осколки ещё валялись на подоконнике, поблёскивая в тусклом свете. — Ты мог лишиться руки, — заметил Нил. Эндрю не ответил. Он даже не поднял головы — просто разглядывал кисть, поворачивая её то ладонью вверх, то вниз, будто не мог решить, болит она или уже нет. Нил подошёл ближе. — Как я помню, ты не хотел, чтобы Рико обратил на тебя внимание. — Я должен был помочь ему, — ответил Нил. — Наведя на Рико нож? Оригинальный способ. Ты сам знаешь, что он теперь от тебя не отстанет. Каково ходить с мишенью на спине? — Знакомо. Эндрю вытянул ноги и привалился к москитной сетке — она жалобно скрипнула. — Через пару дней он будет знать о тебе всё, — произнёс Эндрю, подняв глаза. — Деньги смазывают колёса мира лучше, чем кровь, а Рико способен и заплатить, и убить. Он до тебя доберётся, и очень скоро. — Я не собирался так долго оставаться здесь. — Но остался. Нил развернулся, чтобы уйти, однако Миньярд оказался проворнее. Подавшись вперед, он схватил его за воротник и удержал на месте. На затылке у Нила остались липкие кровавые отпечатки его пальцев. — Отпусти. — Ты ведь не собираешься жить дальше, верно? — спросил Эндрю. — Это было видно ещё на том мосту. Нил не ответил. Пальцы на воротнике не дрогнули. — Ты устал, — сказал он. — Я понимаю. Но если ты уже решил умереть, то какая тебе разница, где и как? Почему не здесь? Почему не с нами? Тишина. Эндрю не торопил. — Ты хочешь, чтобы всё закончилось, — продолжил Эндрю. — Я не могу дать тебе смерть, но могу дать тебе год. Если за год ничего не изменится — я сам отвезу тебя на тот мост. Нил поднял голову. Эндрю смотрел на него пустыми глазами — не шутил. — Год, — глухо сказал Нил. — Год, — повторил Эндрю. — Ты остаёшься. Ты играешь. Ты не умираешь. Если через год ты всё ещё захочешь уйти — я не буду тебя останавливать. Но сейчас ты не уходишь. Понял? — Ты не сможешь меня остановить, если я решу уйти. — Смогу. — Эндрю чуть склонил голову набок. — Но я предпочёл бы, чтобы ты выбрал остаться сам. Он отпустил воротник и откинулся обратно к сетке. Кровь с его пальцев оставила тёмное пятно на ткани. — Что ты предлагаешь? — Я предлагаю тебе год. Без обещаний или гарантий. Просто год — а потом ты решаешь сам. Нил смотрел на него долго. Дольше, чем требовалось для ответа. — Если я останусь, Рико узнает, кто я. И он не остановится на мне. — Я знаю, — сказал Эндрю. — Но он не тронет тебя, пока ты под защитой. А ты будешь под защитой, пока Кевин тебя прикрывает. Так что играй, будь звездой и не дай ему повода думать, что ты слабый. — Почему ты это делаешь? — Спроси как-нибудь в другой раз. — Эндрю побарабанил измазанными кровью пальцами по своим губам и ухмыльнулся — лениво, но в глазах мелькнуло что-то острое. — Лучше обсудить это, когда нам ничего не будет мешать, правда же? Ты получишь ответы на все свои вопросы в Колумбии. Если остаёшься с нами — встречаемся в девять. Если ты настолько туп, что хочешь сбежать — собирай вещи и вали. У тебя в запасе три часа. Решай. И оцени моё великодушие. — Слишком мало времени. — Думаю, тебе не привыкать к быстрым решениям, когда речь идёт о твоей шкуре. — Дело не в этом, Эндрю. Он поднял бровь и выжидающе посмотрел на Нила, но пояснений не дождался. Тогда он просто ещё раз подвигал окровавленной ладонью, разминая затёкшие пальцы. — Позвать Эбби? — ради приличия спросил Нил, кивнув на ладонь. — Просто свали уже. — Эндрю отмахнулся и отвернулся к окну. Нил вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Прислонился к стене, чувствуя, как кровь Эндрю всё ещё липнет к затылку. Он думал о том, что Миньярд предложил ему не защиту от Морияма — а время. Не решение всех проблем. Не гарантию безопасности. Просто год. И право уйти, когда он захочет. Год. Я могу выдержать год. Может, ему и правда стоит остаться?